Пролог Самого-Лучшего-Фанфика-В-Мире

До преподавателей школы магии и волшебства Хогвартс спустя преступно долгий промежуток времени дошло, что не всё ладно на славном факультете Гриффиндор. А конкретно - не всё ладно с Мальчиком-Который-Выжил. Особенно тревожной ситуация виделась директору, ведь он знал чуть больше остальных, а именно о слишком тесной связи через шрам недобитого Темного Лорда и Гарри Поттера. И вот сейчас по школе вовсю ходили стойкие и упорные слухи о том, что Гарри - Наследник Слизерина. Дамблдор первое время считал, что всеобщая ненависть окружающих наглядно покажет его живому орудию, насколько быстропроходяща людская слава. Вот он герой, а спустя пару месяцев - изгой. И лишь добрый дедушка Альбус сможет утешить потерянного мальчика, а тот будет считать его своим самым близким человеком, ради которого можно и умереть. Вот только план почему-то не сработал, ведь Гарри выглядел совсем не расстроенным тем, что краснознамённый факультет ополчился против него, даже его лучшие друзья. Скорее наоборот. Его успехи в магических дисциплинах явно увеличились, а вот характер почему-то испортился. Минерва каждый раз поджимала губы, как только разговор заходил о мальчике. Длина экспрессивных монологов Северуса на тему “Поттер-такой-же-наглый-как-его-папаша” резко возросла. Директор искал подходящее время и повод, чтобы вызвать Гарри к себе в кабинет и поговорить, но они всё не находились, ведь директор не должен общаться с учениками напрямую - для этого есть деканы. Только совершенно исключительные случаи вроде доказанных покушений на убийство могли повлечь за собой вызов к директору, но здесь было глухо. С начала учебного года мальчик ни разу не нарушил ни одного из многочисленных правил поведения. Гарри вставал, принимал пищу, ходил на уроки, ложился спать чётко по графику, в гостиной всегда появлялся очень задолго до отбоя и всегда был на виду. Маячок на Мантии-Невидимке исправно показывал, что она постоянно находится в спальне мальчиков второго курса Гриффиндора и не используется в ночных вылазках. Близнецы Уизли клялись и божились, что регулярно отслеживают перемещения национального героя по Карте Мародёров, и никаких лишних прогулок по замку он не предпринимает. Даже инцидент с кошкой Филча обошёлся без участия мальчишки - он задержался на смертенинах Почти Безголового Ника почти до самого отбоя (небывалый случай!), хотя Рон и Гермиона ушли раньше и напоролись на висящую Миссис Норрис первыми. Присутствие Гарри Поттера на призрачном празднике подтвердили все замковые привидения. Во время нападения на Колина Криви Гарри находился в лазарете в тяжёлом состоянии после бездарной попытки Гилдероя вылечить его перелом. Кто бы мог подумать, что неправильно сотворённое заклинание укрепления костей может погрузить кого-то в беспамятство на целую неделю? Но факт оставался фактом - у Гарри на этот раз было крепчайшее алиби. После случая с Джастином Финч-Флетчли (к которому Гарри конечно же не имел никакого касательства, ведь они с хаффлпафцем ещё зимой посидели у Помоны Спраут в кабинете, попили чаю и выяснили общие претензии, и с тех пор вежливо раскланивались при встрече) терпение директора лопнуло, и он решил поставить вопрос ребром и вызвать Гарри на экстренный педсовет (про который не сообщил Гилдерою - он мог всё напрочь испортить), чтобы тот объяснил гуляющие слухи. Да, причина была надуманной, да, разговаривать придётся в присутствии всех остальных преподавателей, но хотя бы так. И вот теперь Гарри Поттер, ничуть не смущаясь взглядов, стоял перед коллективом, заинтересованно блестя своими зелёными глазами по сторонам. - Гарри, мой мальчик, ты ничего не хочешь нам сказать? - вкрадчиво спросил Дамблдор, стараясь сделать свой взгляд поверх очков одновременно добрым и суровым. - Я не подбрасывал побеги жгучей антенницы в котёл Невилла, сэр, - ответил Гарри, явно по примеру старика пытаясь сделать свой взгляд поверх собственных очков одновременно жалобным и укоризненным. Но разве сравнится он по опыту с великим волшебником?.. Профессор Снейп отчётливо фыркнул. - А ещё я не списывал своё эссе по трансфигурации, а делал его сам, могу предъявить черновики... - Мистер Поттер, мы собрались здесь совсем не по этому вопросу, - поспешила вмешаться Минерва. - Скажите, правда ли то, что вы являетесь Наследником Слизерина? В учительской повисла напряжённая тишина. Вопрос был поставлен крайне прямолинейно, а пауза почему-то затягивалась. - Правда, - наконец спокойно ответил мальчик, почему-то скосив глаза на Снейпа. - Что?.. Но как?.. Разве не Тот-чьё-имя?.. Почему?.. - взорвался вопросами преподавательский состав, перекрикивая друг друга. Разве что Трелони, редкая гостья здесь, осталась невозмутимой. Если бы её знали хуже, то подумали бы, что она всё это давным-давно предвидела, ведь она учитель прорицания. Но люди, давно здесь работающие, совершенно точно знали, что она просто накурилась благовоний. - Как мог победитель Темного Лорда оказаться его наследником? - внятно спросила преподаватель по древним рунам Батшеда Бабблинг во время краткой паузы между заполошными выкриками менее сдержанных коллег. - Если спрашиваете про теоретическую возможность, то такое могло произойти в случае срабатывания Права Силы после победы в магической дуэли, - деловито ответил профессор Флитвик. - Либо как вира за нарушение законов Магии, - добавила Аврора Синистра. - Тот-чьё-имя-нельзя-называть натворил в своё время много жутких дел. - Это если мы будем верить мальчишке на слово, - выплюнул Снейп. - Видимо, лавров национального героя ему мало, и он решил прихвастнуть ещё и не принадлежащими ему титулами! - Северус, ты несправедлив к бедному мальчику! - возмутилась МакГоннагалл. - Сказал преподаватель, который бездоказательно обвинил бедного мальчика в списывании эссе! - парировал зельевар. Заместитель директора задохнулась от возмущения. - Коллеги, не нужно ссориться, - чуть поднял голос директор, когда решил, что выслушал достаточно соображений. Ничего нового, но всегда была вероятность, что кто-то выскажет дельную мысль. - Давайте узнаем у Гарри... Гарри? И вот тут преподаватели обратили внимание, что мальчик не стоит стыдливо перед столом, смиренно ожидая решения своей судьбы, а удобно восседает на роскошном мягком кресле с высокой спинкой с венчающим её гербом Хогвартса, а рядом с ним стоит небольшой круглый столик со снедью и кубком. Сам же Гарри с интересом прислушивается к происходящему и чистит ногти небольшой пилочкой. - Гарри, откуда здесь кресло и еда? - ещё более вкрадчиво и ласково спросил директор. Происходило что-то весьма странное. - Ромуальд принёс! - с готовностью ответил мальчик, продолжая ухаживать за руками. “Ромуальд? Какой Ромуальд?” - озадачился директор. Что-то крутилось такое в голове... - Поттер! Прекратите ковыряться в своих ногтях, когда разговариваете со старшими! - рявкнул разозлённый пренебрежением Северус. С виноватой улыбкой Гарри поспешно бросил пилочку на столик, вот только звякнула она совсем не как мелкая маникюрная принадлежность, а как нечто куда более тяжёлое и металлическое. - Это что, надпись “Годрик Гриффиндор” на мече?! - спросила Минерва, гипнотизируя взглядом клинок. Она прекрасно знала, что меч Гриффиндора надёжно укрыт в Распределяющей Шляпе и что достать его может только истинный гриффиндорец, но вот что-то напоминающее древнюю реликвию, лежит между сэндвичами и виноградом. И только что это было пилочкой. Она, мастер трансфигурации, не заметила процесс самой трансфигурации? Да и зачем трансфигурировать пилочку в подобие меча Гриффиндора? - Это же меч из гоблинской стали? - осторожно уточнил профессор Флитвик. - Звенит, как работа древних мастеров. - Эм, да, - согласился Гарри Поттер. - Я просто на летних каникулах сходил в банк... “Ещё и гоблины... Запомнить. Кто же такой?..” - То есть это действительно меч Гриффиндора, что ли? - уточнила Помона Спраут. - А разве он не должен быть в Шляпе? - Мистер Поттер, вы чистили ногти мечом Гриффиндора?!! - вдруг дошло до Минервы. Её собственная шляпа заметно приподнялась, так как волосы стали дыбом, совсем как у кошки. - Как вы посмели?!! - Ну... эммм... - Обычно вы более разговорчивы, Поттеррр, - не замедлил вклиниться профессор зельеварения. Впрочем, вид шипящей МакГоннагал чуть-чуть улучшил его настроение. - Я напоминаю, что мы тут собрались ради того, чтобы выяснить правду о нападениях, - флегматично отметила профессор Бабблинг. Она уже смирилась с ролью голоса разума, который никто не слышит. - И о слухах про Наследника Слизерина. - Гарри, мой мальчик, Ромуальд - это же старейшина хогвартской общины домовиков? - внезапно осенило Дамблдора. Старейшина показывался лишь однажды много лет назад, когда тот только заступил на пост директора школы. - Да, профессор Дамблдор, - немного виновато улыбнулся Поттер. - Он меня опекает. И чтобы скрыть неловкость, мальчик отпил из кубка. От профессора Спраут внезапно донёсся потрясённый полуписк. - Барсук... Барсук на чаше... - выдавила она из себя. - Откуда?! - Оу, - ещё больше смутился Гарри. - Я же говорю, я был летом в банке... - Гарри, пожалуйста, скажи, что ты пьёшь сейчас тыквенный сок не из Чаши Хаффлпаф! - взмолилась Помона, привстав с места. - Не могу вам врать, профессор Спраут, - пожал плечами Гарри. - Но это именно она. Новая волна истеричных вопросов и восклицаний обрушилась на учительскую. Альбус вздохнул. Иногда учителя вели себя точно так же, как дети, которых должны были учить и воспитывать. Профессор Спраут же не поленилась подойти к столику и после разрешающего кивка Гарри взяла Чашу в руки, как величайшую драгоценность, и стала потерянной для общества, трогая кончиками пальцев её золотистые изгибы. Пожалуй, такого внимания от неё удостаивались лишь немногие хищные растения. - Тишина! - рявкнул директор, когда Роланда Хуч отпустила комментарий про необходимость проведения экспериментов с Чашей и огневиски, а Трелони из-за этого вышла из созерцательного ступора, заинтересовавшись происходящим. - Итак, Гарри, я вижу у тебя две реликвии Основателей, одна из которых должна была находиться в укромном месте, а вторая - утеряна десятилетия назад. Не мог бы ты объяснить, как именно они у тебя появились? - Из сейфов! - радостно ответил мальчик. - Говорю же: я летом был в банке у гоблинов, и они предложили пройти мне проверку на наследия... Именно этого и боялся Дамблдор. Что мальчишка узнает о своей ближайшей родне и начнёт задавать вопросы, ответы на которые были весьма неудобными для Верховного Чародея Визенгамота. Именно поэтому первый раз он послал к Гарри недалёкого Хагрида, а перед вторым курсом отдал ключ от сейфа Молли Уизли. Недоглядел. - Это было довольно неприятно, но оказалось, что я могу наследовать сразу нескольким родам. В том числе родам Гриффиндор и Хаффлпаф. Меч Гриффиндора хранился в родовом сейфе на самом видном месте, и после привязки я могу превращать его во что угодно, в том числе и пилочку для ногтей... “Мордредовы гоблины... Прямая родовая привязка полностью аннулирует возможность призыва через Шляпу”, - подумал Дамблдор, с благожелательной улыбкой слушая откровения своего карманного героя. - А Чашу Хаффлпаф мне с извинениями подарили те же гоблины. Сказали, что нашли её при проверке сейфа какой-то уголовницы, почистили от вредоносных чар и вернули мне, как законному владельцу. Говорили ещё, что это чудо, что после прерывания побочной линии Хельги на Хепзибе Смит в волшебный мир вернулась основная ветвь. - Но позвольте, мистер Поттер, - возразил вдруг профессор Кеттлберн. - Каким же образом вы оказались наследником двух таких славных родов? - Поттеры являются прямыми потомками Гриффиндоров, - пояснил вместо растерявшегося Гарри Флитвик. - Как и Лонгботтомы. Ничего удивительного, что кровь проявилась в последнем представителе семейства. Я удивлён, что другие затерянные во тьме веков рода не всплыли... - Эммм... - мальчик хотел что-то сказать, но был снова прерван преподавателем чар. - ...но вот ситуация с родом Хаффлпаф мне непонятна, - развёл ручками полугоблин. - Быть может, мистер Поттер пояснит этот момент? - Ну... Как оказалось, моя бабушка, Розмари Эванс, была сквибом из выродившейся основной ветви, - ответил Гарри, почёсывая голову. - Так что моя мама совсем не была маглорожденной, как все считают. А ещё мой дедушка тоже был сквибом древнего рода, так что по всем правилам Лили Эванс была чистокровной. Снейпу удалось сдержать первоначальное желание разгромить учительскую. И он даже не смог внятно себе объяснить, отчего вспыхнул тёмный пожар у него в душе. То ли оттого, что копия его давнего врага трепала имя его давней возлюбленной (хотя как её сын он имел прав на это куда больше, чем кто-либо ещё). То ли оттого, что если бы о чистокровности Лили узнали раньше, она могла бы поступить на Слизерин и стать его женой (как будто нищему полукровке позволили бы отираться рядом с чистокровной наследницей Хаффлпаф). То ли потому, что ей, как чистокровной, в таком случае не угрожала бы такая опасность от рук Пожирателей (она была бы в такой же абсолютной безопасности, как были Медоузы, Пруэтты, Лонгботтомы и Поттеры). - Но почему Лили об этом не знала? - удивилась мгновенно забывшая о древнем артефакте профессор Спраут. - Мои барсучки к выпускному уже знают свои наследия и принадлежность родам. Не обходится без скандалов с бастардами, но чтобы чистокровная считала себя маглорожденной... Минерва, ты что, так и не сводила свою ученицу к гоблинам? - Я сильно сомневаюсь, что она вообще хоть раз за последние тридцать лет утруждала себя таким, - ядовито буркнул Снейп, давя в себе эмоциональную бурю окклюментными щитами. - Насколько мне известно, в последний раз она наведывалась в факультетскую гостиную лет десять назад - лично мягко отругать семикурсников за... - Немедленно замолчи, Северус! - рявкнула Минерва. - В самом деле, Северус, мой мальчик, тебе не стоит поднимать эту тему, - мягко добавил директор. Вспоминать ту некрасивую историю со слизеринкой и тремя гриффиндорцами в присутствии будущего Героя Света было опрометчиво. Тем более что тот с огромным вниманием наблюдал за перебранкой, закусывая чудесным образом появившимся у него попкорном. А ещё изредка чесал какой-то узловатой палкой спину. В скандал включился и Флитвик, как декан четвёртого факультета, и тоже заявил, что лично водит летом маглорожденных в банк на проверку крови. Но вообще он ничуть не удивлён сложившейся ситуацией, поскольку с таким обилием должностей, которых набрала дорогая коллега (“как блох” - читалось между строк), поразительно, как она ухитряется есть и спать. Пока балаган набирал обороты, Дамблдор поглядывал на Гарри. Мальчик был слишком спокоен. Вот и сейчас на его глазах разворачивался театр абсурда, а он лишь азартно переводил взгляд с одного кричащего преподавателя на другого, совершенно не смущаясь, что ему, второгодке, приходится слушать взаимные придирки взрослых. А должен был. Но вот Том обязательно отреагировал бы примерно так, ведь лишние поводы для шантажа он не упускал никогда. Кто же сейчас смотрит глазами Поттера?.. “Никто не заметит”, - убеждал себя старый волшебник. Он только снимет слепок верхних слоев ментала, чтобы потом неторопливо разобраться, что произошло с прежним застенчивым мальчиком... Вот только первая же попытка коснуться хотя бы самого грубого внешнего слоя причинила жуткую головную боль и заставила отшатнуться назад, а на лбу мальчика ярким пятном выделилась серебристая диадема в виде орла. - Крюкохват предупреждал, что это обязательно произойдёт, - тонко улыбнулся Гарри, поправляя украшение. - Очень некрасиво лазить в чужую голову без спроса, профессор Дамблдор. Кстати, во избежание лишних вопросов - это Диадема Равенкло. Бабушка Розмари оказалась богата на сюрпризы. Иииии... вот. Гарри достал из-под свитера небольшой медальон, на котором сверкнули выгравированные две буквы С, стилизованные под змеек. - А то я все остальные реликвии уже показал, а Медальон Слизерина - нет, - пояснил юный Поттер, снова сверкнув зелёными глазищами в сторону Северуса. - А ещё тут упоминали про другие древние рода... - Ну что ещё, мистер Поттер?! - закатил глаза Снейп. Он начинал уставать от всего происходящего, но было любопытно, что случится дальше. Да и шок Великого Лазателя По Мозгам неиллюзорно грел душу. Гарри расплылся в плутоватой улыбке и щёлкнул пальцами. Из специальных захватов в широком рукаве мантии Дамблдора вылетела узловатая палочка, осторожно опустившись в открытую ладонь мальчика. На мгновение артефакт окутался серым туманом, такой же туман охватил один из пальцев этой руки, а также лёг дымчатой накидкой на плечи. С минуту Поттер посидел молча, будто прислушиваясь к чему-то, а потом сказал, пожимая плечами: - Ничего такого в этих Дарах Смерти нет, если кому интересно. Обычные родовые артефакты. На меня активация Меча Гриффиндора куда больше повлияла, если честно. Руки директора задрожали, а сам он резко стал выглядеть на все свои сто с хвостиком лет: морщины на его лице углубились, седые волосы из лощёных и блестящих сделались блеклыми и всклокоченными. - Правда, в чужих руках ведут себя непредсказуемо. Иногда омолаживают, если есть капля силы Смерти. А иногда наоборот. Ну вы и придумали, директор, выставлять себя Светлым волшебником и пользоваться специальной некромантской палочкой! - Как вы разговариваете с директором?! - вспыхнула ярая дамби-фанатка Макгонагалл. - Некромантской?! - хором вторили ей учителя. - Ну да, я же сказал - Дары Смерти, родовые артефакты Певеррелов, - деланно безразлично опять пожал плечами Поттер, наслаждаясь тем не менее видом офигевших лиц. - Чтоб вы знали, Поттеры не только Гриффиндорам могли наследовать, просто предъявлять права на тёмный некромантский род было опасно. А меня и так постоянно пытаются убить, так что какая разница? И он вдруг с необычным остервенением снова зачесал палкой между лопаток, местами очень похабно постанывая. - Поттер!.. Гриффиндор!.. Певеррелл!.. Как вас там, прекратите это безобразие! - не выдержал Северус, который уже давно забыл, когда у него вообще была личная жизнь, а этот паршивец своими охами-вздохами заставил вспомнить этот факт. - Почему вы вообще чешете свою спину?! - У меня просто крылья режутся и чешуя растёт, - с обезоруживающей честностью ответил мальчик. - Наследие Нибелунгов просыпается. Старичок Кеттлберн, до сих пор изображавший лишь вселенскую усталость, внезапно оживился. Ведь Нибелунги - это драконы! Вот только где Поттер, а где Нибелунги? Но драконы!.. - Кого, простите? - выразила всеобщее недоумение Аврора Синистра. - Ну то есть мы все знаем эту легенду... - ...но это-то откуда у вас вылезло?! - издал крик души простодушный Кеттлберн. - О, просто мой дедушка по маминой линии оказался спрятанным во время Второй Мировой наследником старшей ветви Гриндевальдов... Погрузившийся в свои внутренние терзания Дамблдор медленно поднял безумные глаза на Поттера. - ... а Гриндевальды несли в себе кровь, полученную от убитого Зигфридом дракона, - в насмешливом взгляде мальчика уже не было ничего детского, а тем более наивного. - А что, деда Геля вам не рассказывал, профессор Дамблдор? Он, кстати, передавал горячие приветы из Нурменгарда. Просил сказать, что баланда сносна на вкус, особенно по воскресеньям, койка идеально жёсткая для его больной спины, но вот антимагические браслеты ужасно надоели. И охрана - совершеннейшие хамы. Ах, точно. Ещё он давно собирался вам сказать, но вы почему-то ни разу его не навестили... В общем, вы в постели бревно, профессор. Маленькое чудовище снисходительно ухмылялось, глядя, как престарелый профессор, а с ним и весь коллектив, ловит челюсть. Директор явно был полностью раздавлен морально, так что дальнейших действий от него не стоило ждать. У женской части персонала заблестели глаза. Древние рода - это одно, а горячая новость про скандальную связь Светоча с бывшим Темным Лордом - это да, это круто! - Оу. И ещё одно... Снейпа охватило иррациональное чувство восхищения этим паршивцем, пробившее годами лелеемую ненависть ко всему, что имеет отношение к фамилии “Поттер”. Гарри уже переплюнул своего папашу по части игры на нервах. Джеймс был пакостником, довольно изобретательным, но каким-то... мелким. У его поступков не было таких масштабов. Зачморить мерзких слизеринцев, подгадить им же, запудрить мозги Минерве своей очаровательной улыбкой, отбить любимую у школьного врага... Его сын явно пойдёт дальше, раз уже на втором году он так филигранно выводит из себя окружающих. Вот сейчас кучка взрослых и, казалось бы, разумных людей затаив дыхание ожидает новых великолепных поводов для сплетен, каковыми были новости о возвращении целого ряда древних родов в Магическую Британию. А Гарри явно не собирается их разочаровывать. - После стандартной проверки крови со мной вдруг решил поговорить директор Гринготтса. В ходе беседы мы провели ещё более глубокую проверку, и по её результатам мне был выдан этот посох, - мальчишка отпустил узловатую палку из рук, и та не упала, а повисла в воздухе, слегка крутнувшись, но более никаких спецэффектов не проявила. - Я наследую также древнейшему роду Иванофф. Над учительской повисла недоуменная тишина. Преподаватели переглянулись, явно слыша эту фамилию впервые, если не учитывать, что она была явной попыткой искажённо передать самую распространённую русскую фамилию на английский лад. - Волосатый клинок Мордреда! - внезапно ругнулась профессор Бабблинг и сорвалась с места, напряжённо вглядевшись во что-то одно ей видимое на деревянной поверхности. - М-м-мистер П-п-поттер, эт-то ж-же?.. - О, я вижу, вы догадались, видимо, читали ТЕ свитки. Посох, разрешаю проявлять рунную структуру для изучения профессором Батшедой Бабблинг, при попытке изменения или разрушения немедленно переместиться ко мне, - скомандовал Поттер. - Наслаждайтесь, профессор. Вокруг посоха разом вспыхнули разноцветные круговые цепочки рунных знаков, расположившиеся на разных уровнях, на разном расстоянии от центральной оси, формируя нечто, похожее на клубок разноцветных нитей. От женщины донёсся лишь совершенно не свойственный ей восторженный писк, она схватила ближайшую стопку чистого пергамента и стала увлечённо зарисовывать символы. - Рунный посох Мерлина, прошу любить и жаловать, - торжественно провозгласил зеленоглазый демонёнок, а затем качнулся вперёд в своём кресле и вкрадчиво проговорил: - А теперь скажите мне, пожалуйста... Учителя против воли подобрались и напряглись, ведь обманчиво мягкий голос мальчика зазвенел оружейной сталью, а сверху на всех обрушился мощный пресс выпущенной им магии. Довольно странно, но желчному зельевару, в отличие от побледневших коллег, вполне понравилось ощущать нечто настолько подавляющее. - Скажите мне, зачем с таким обилием плюшек, блестящей родословной, наследиями и кучей сейфов в банке мне на кого-то нападать, особенно если эти кто-то кошка завхоза и глупые дети? В это время где-то в Изначальном мире... Йуный аффтар Санта-муррр-мяффф-Лючиэнь (в миру Леночка Иванова) в приступе вдохновения стучала по клавишам. Как она и думала - главное начать, а дальше само как-то пойдёт. Ну и помогли некоторые исследования вопроса. Она перечитала гору фанфиков по миру мамы Ро и вычислила рецепт успеха - нужно просто взять самые удачные придумки и собрать их у себя, а неудачные игнорировать. Гарри Поттер-Блэк - ну что за скучища? Всего два рода! Она сделает больше! Гарри-демон? Нет, Леночка не любит демонов, Леночка любит драконов! Гермигарри? Нет-нет-нет, только слэш! Вот только кого с кем шипперить?.. Рядом лежала истерзанная бумажка с длинным списком слов, большинство были отмечены, некоторые зачёркнуты: + Поттер!!! + Слизерин! Блэк!!! + Гриффиндор! + Певерелл ... + Равенкло? + Хаффлпаф? + Мерлин? - ! Ла Фей? Пендрагон??? + Гриндевальд! + Нибелунг??? + дракон наг??? ангел??? вейла! соулмейты!!! Севочка!!! (Всегда! ;-( ) Малфои? Том??? + Дамбигад? + попаданец??? Леночка посмотрела на портрет Алана Рикмана в красивой рамочке, стоящий прямо на письменном столе. Пожалуй, стоит написать Снарри. Да. Так она и сделает. Ведь драконы, они же любят только раз в жизни, и у них есть соулмейты, просто нынешние драконы не находят свои половинки и теряют разум, но это же Гарри Поттер, он станет первым разумным драконом, а Севочка - его соулмейтом! Задел под это она уже написала. Санта-муррр-мяффф-Лючиэнь ещё напишет годный фанф и загребёт +100500 лайков! И тут Леночке пришла в голову ещё более чудесная идея. Никто ведь не запрещал ей кроссоверы! На пожёванном листочке, в нижнем уголке появилась новая запись: Скайуокер! - И да пребудет с тобой Сила, Гарри, - прошептала она и снова положила руки на клавиатуру. - Всегда.