Разбуди во мне меня

Холодными ладонями мир, в котором тонем мы, Неизвестной глубины повсюду пробоины (Мальбэк feat. Сюзанна– Гипнозы)

Будильник. Одна из самых ненавистных вещей на всей планете. Ну кто может любить этот ужасный звенящий в ушах звук, который отрывает нас из мира грёз и возвращает в реальность? Не Трафальгар точно. Даже несмотря на то, что мелодия была приятной и спокойной, сонный Ло раздраженно потянулся к телефону. Рука самопроизвольно искала противное устройство, находящееся на тёмной тумбе возле кровати и воспроизводящее довольно громкие звуки. Спустя несколько отчаянных попыток миссия была выполнена, а будильник замолчал на некоторое время. Желание сна не покидало Ло, но окончательно в чувства его привели мысли о кофе, прокравшиеся в голову из недавнего сновидения. Парень почесал затылок, после чего прошёлся пальцами по волосам цвета ночи, которые все ещё пахли новым мятным шампунем, купленным, кстати, неделю назад по весьма выгодной скидке. Трафальгар нехотя покинул кровать, мысленно попрощавшись с ней и отбрасывая последние надежды на возвращение в царство Морфея, в владениях которого он был редким гостем. Ноги сами вели его к шкафу. Взгляд пал на старый, но такой любимый белый свитер, который прошёл с Ло через многое и поэтому занимал определённое место в его душе. Натянув свитер на себя, хирург почувствовал комфорт и странное умиротворение. Рука потянулась к мрачным серым джинсам, которые уже через несколько секунд облегали ноги. Проверив карманы, парень нашёл там приятный сюрприз – конфетку со вкусом ментола. Не то чтобы он любил сладкое, но такое - было исключением. Следующим пунктом среди одежды были носки. Но выбора оставалось немного: единственная чистая пара оказалась лазурного цвета. «Ах да, я же забыл постирать вещи», - проскользнула мысль в голове Трафальгара. Обычно такого не случалось. Ло любил поддерживать порядок в своей квартире так же, как на хирургическом столе - всегда все должно быть идеально. Сказать, что он был перфекционистом, значит ничего не сказать. В таком же идеальном состоянии было и пальто Ло, за которым он тщательно следил, ежедневно очищая от прилипших к драпу катышков или каких-нибудь ниток. Скользнув по нему взглядом, Трафальгар надел пальто и застегнул пуговицы. Также парень не забыл про свою любимую пятнистую шапку цвета снега. Заметив, что хозяин собирается уходить, Бепо решил проводить его до двери и оживлённо махал хвостом из стороны в сторону, наблюдая, как человек обувается в тёмные ботинки и плотно завязывает сапфировый шарф. Ло напоследок погладил своего мохнатого друга по голове и вскоре скрылся за дверью, на что пес отреагировал с небольшой грустью. Хирург достал из кармана связку ключей, на которой было несколько небольших брелков: их врач однажды получил в подарок от Бейби-я на какой-то праздник, но на какой именно точно вспомнить не мог. Один изображал нестандартного весёлого Роджера, больше напоминающего скалящийся смайл с торчащими из контура окружности полосами. Второй являл собой хорошо проработанную миниатюру чёрного японского меча нодати, перевязанного у меховой окаймовки шайбы алой нитью. А третий - замысловатый прозрачный куб с идеально ровными краями, размещающий в своем центре копию человеческого сердца, обтянутого едва заметными нитями вен и артерий. Найдя нужный ключ, Ло сделал несколько круговых движений и услышал щелчок в замочной скважине; для удостоверения плотности закрытой двери он слегка дернул за ручку и получил желанный результат . Напоследок взглянув на надпись номера квартиры, врач развернулся на сто восемьдесят градусов и направлялся к лифту, но когда оказался рядом, услышал стандартную мелодию своего телефона, которая обычно оповещала о звонках. Одна из рук Трафальгара уже тянулась к кнопке призыва данного транспорта, а вторая должна была принять вызов. Палец легко скользнул по экрану; теперь из аппарата можно было услышать голос контакта «Крашенный фрик». - Чего тебе? – проговорил Ло, опуская формальности и сразу переходя к делу. - В общем, Ло, я хотел к тебе приехать, потому что давно тебя не видел и хотел бы с тобой выпить, – аккуратно подводил к главной проблеме Кид, который являлся лучшим (к сожалению самого Трафальгара) другом парня. - Очень интересно, – съязвил Ло и продолжил: – И что же дальше? – спросил он, мимолётно удивляясь игнору со стороны лифта. - И я все таки к тебе почти добрался, но … - Но?.. - Я застрял в лифте твоего дома. - Твою мать! Юстасс-я, какой нормальный человек с утра будет приходить в гости, чтобы выпить? Хотя, кого я спрашиваю… - рука автоматически ударила по лбу, оставляя там маленький след. - Ло, ты же меня здесь не бросишь, так ведь? – с надеждой спросил красноволосый. - Прости, Юсстас-я, но брошу, – ухмыльнувшись, сказал хирург. - Ло, сволочь, не уходи, не оставляй меня тут! У меня же клаустрофобия, и ты это прекрасно знаешь. - Я не могу, у меня важный пациент. Тем более, будешь знать, как хотеть бухать по утрам. Хотя жизнь тебя ничему не учит, - сказал Трафальгар, на что услышал ещё несколько незамысловатых ругательств со стороны Кида, а после завершил вызов. Ло спустился по многочисленным серым ступеням этого дома, которые уже были измученны жизнью и содержали в себе память про каждого жителя этого дома, про все драмы, что могли бы быть основой сюжета для очередного сериала. Также немало жильцов помнят самый первый цвет стен, покрытый новыми слоями уже облупившейся краски, под которой виднелись старые царапины и кривые надписи, небольшие граффити ранее неумелых художников или простых бунтарей, которые своими детскими забавами демонстрировали очередной подростковый протест миру. Недавно бушевавший дождь прекратился, а от его присутствия остались только следы в виде прозрачных луж. Воздух насквозь пропитался влагой, а прохожие закрыли свои зонтики и с облегчением вздохнули. Приятный звук скольжения шин автомобилей по мокрому асфальту радовал уши людей, а брызги из-под колес разлетались в разные стороны. Одну женщину успело испачкать, и она проронила много слов возмущения, на что хирург не особо обратил внимание. Ему нравилась погода, а остальное не так важно. Потом взгляд привлекли старые деревья, потрепанные временем и сезонными переменами; сухие и нагие, без какого либо намёка на листву, покрытые множеством трещин и отметин, такие же раненные и грустные, как он сам. На данный момент в голове Трафальгара безвылазно сидели только две мысли: кофе и тот самый недавний пациент, но для организма мысль о кофе была полезнее, и поэтому Ло решил её реализовать. Неподалёку находилась милая винтажная испанская кафешка, в которой готовили прекраснейший кофе; каждый раз, когда с утра было время перед работой, Ло можно было там встретить, дескать, постоянный клиент. Ребекка, работающая здесь около восьми месяцев, уже запомнила предпочтения этого покупателя, знала мельчайшие подробности о вкусах парня насчёт кофе, и поэтому для него напиток её приготовления был таким восхитительным. При виде той самой белой пятнистой шапки на горизонте, розововолосая уже почти на автомате готовила душистый эспрессо; никакого сахара, никаких добавок – вот он, залог идеального кофе для хирурга. - Доброе утро, Трафальгар-сан, - улыбаясь начала разговор милая девушка. - Доброе, Ребекка-я, - ответил парень, рассматривая цены, которые уже успели возрасти, что не особо радовало. - Вам как обычно? – на всякий случай решила уточнить работница. - Именно, - абсолютно не задумываясь произнес хирург. - Тогда с вас сто сорок четыре иен, - розововолосая протянула бумажный стаканчик ароматного напитка, после чего Ло залез рукой в карман пальто и достал оттуда нужную сумму денег. - Хорошего дня и удачи на работе, - одарив мягким взглядом и теплой улыбкой, напоследок бросила девушка. - И тебе того же, Ребекка-я, - произнес Трафальгар и скрылся за дубовой дверью заведения. Идти к больнице оставалось минуты три от силы и поэтому хирург совсем не заметил, как прибыл к пункту назначения; все это время он шёл спокойно, попивая свой горячий эспрессо, а голова была занята разнообразными медицинскими мыслями. Например: все ли в порядке у пациента из палаты номер «202», которому только позавчера вырезали аппендицит; как там девушка, что поступила к ним неделю назад с желудочно-кишечным кровотечением, причиной которого было падание с лестницы; и конечно же, какое состояние сейчас у того паренька, что попал в аварию - Мугивара-я - очнулся ли он. Как только парень попал внутрь помещения, то почувствовал знакомый запах, который въелся в мозг настолько сильно, что уже стал привычным. Все та же милая расцветка в белых, синих и зеленых тонах радовала глаз, а медсестры, как всегда, мило разговаривали с пациентами или просто болтали между собой при этом заливаясь звонким смехом. Но здесь бывает и вторая сторона: часто можно встретить полные переживания лица, пропитанные слезами, грустью, а иногда и безысходностью взгляды людей, увидеть, как угасают жизни, как пропадает жизненный блеск из глаз, как последнее тепло тела медленно уходит в бездну. Это место всегда было полно противоречий, и все уже смирились с таким исходом. Первым что должен был сделать Трафальгар – узнать информацию у дежурной на посту медсестры, чем он и собирался сейчас заняться. Направляясь к нужному месту, Ло услышал обрывки диалога какого-то человека и той самой сотрудницы, которая должна была предоставить нужные сведения. - Молодой человек, я же объясняю вам, доктор запретил какие-либо визиты до его возвращения, я не могу пустить вас к пациенту. Он же только после операции, - возражала женщина. - Да мне плевать, это мой брат. Я должен увидеться с ним! – повышенным тоном протестовал блондин. По его мимике можно было прекрасно видеть все те отрицательные эмоции, что собирала в себе больница. - Я вас понимаю, но, - сотрудница уже хотела указать очередную причину запрета, пока не заметила врача. - Доктор Ди Ватер Ло, вы уже вернулись? Объясните, пожалуйста, молодому человеку, почему он не может попасть к пациенту Монки Ди Луффи. - Здравствуйте, если я правильно понял, вы - брат пострадавшего в аварии? – Трафальгар решил сразу исчерпать проблему данного маленького конфликта. - Совершенно верно, – ответил парень. - Хорошо, для начала давайте успокоимся, и вы нам представитесь, – ровным тоном продолжил хирург. - Меня зовут Сабо, - на выдохе произнес блондин.

***

За 24 часа до проиходящего - Сабо-кун, хватит дурака валять! То, что тебе удалось заключить эту сделку, не значит, что у тебя есть время паясничать, - отчитывала парня его собственная секретарша, одетая в строгую бежевую блузу и пурпурную юбку, и уже буквально сверлила его взглядом. - Коала, но мы же усердно работали, и теперь, когда наше задание выполнено, квест пройден, мы же можем позволить себе отдохнуть, - возражал блондин. - К твоему сведению, квесты считаются завершенными после отчёта боссу или заказчику задания, - подметила девушка, вальяжно поправив выбившуюся рыжую прядь волос. - Подловила. Почему ты такая серьёзная? Давай повеселимся или, ещё лучше, поедим, я до ужаса голоден, - состроив страдальческое лицо, проговорил парень. - Хорошо, только сам плати за свою еду, потому что мне хватило и прошлого раза. На последнюю реплику девушки Сабо издал легкий смешок и продолжил: - Хорошо-хорошо. Кстати, сколько у нас осталось времени до вылета? - Примерно семь часов, а что? - Значит, можно ещё немного погулять, - блондин поднялся с кожаного дивана, на котором находился все это время, и поправил свой недешёвый галстук. Костюм также не был ниже ценой. Выполненный в темно-синих тонах и просто идеально подходящий парню к белоснежной рубашке. Сабо поднял с дивана свой пиджак и деловито перекинул его через плечо, показывая готовность к прогулке по окрестностям Лос-Анджелеса, куда, собственно, и был отправлен в командировку ради заключения договора с новыми иностранными партнерами фирмы. Девушка лишь вздохнула и сказала что-то похожее на «Ты не исправим», следуя за своим начальником. Уже через час блондин во всю наедался в каком-то круглосуточном китайском ресторанчике, пожирая вторую порцию лапши. Коала лишь наблюдала за этой картиной и пила душистый зелёный чай. Она продолжала задумчиво смотреть на Сабо, пока не среагировала, повернувшись на шум: молодой и неопытный официант уронил парочку тарелок. Как оказалось, это не было случайностью. Женщина, посчитавшая поведение официанта неуважением к своей важной персоне, подставила бедняге подножку, из-за чего он начал терять равновесие, но смог удержатся на ногах, а вот посуда, находящаяся у него в руках, пострадала. Этой самой персоной была довольно известная в США модель и актриса Боа Хэнкок. Откуда-то выбежал администратор-сноб и начал болтать глупые извинения, одновременно отчитывая невиновного официанта, на что тот лишь молчал, принимая несправедливость как должное. Увидев все это, Сабо поднялся и направился к эпицентру событий. Подойдя ближе, он сказал: - Прошу прощения, но вы зря обвиняете бедного парня. Эта женщина спровоцировала данное событие, вы же сами все видели и продолжаете терзать своего работника. Нечестно, неправда ли? - Молодой человек, кто вы такой и что себе позволяете?! – нервно завизжал мужчина. - Не имеет значения, кто я, важно то, что я не переношу несправедливости. А наша проблема как раз в этом и состоит, - спокойно продолжил блондин, сверля взглядом Боа и того самого сноба. - Давайте вы просто вернетесь за свой столик и не будете вмешиваться, мы сами со всем разберемся. Это не совсем ваше де… - но закончить ему не дали. Буквально в ту же секунду лицо мужчины столкнулось с кулаком Сабо. В глазах парня можно было увидеть всю злость и презрение, которые он испытывал, глядя на администратора. Блондин встряхнул кулак, слушая неразборчивые крики сноба, что, несомненно, напоминало окружающим поросячий визг. Сабо достал парочку цветных купюр и бросил их на стол, со словами: - За еду и за то, что разбил официант, - после чего развернулся и ушёл. Коала, вздохнув, лишь молча поставила свою кружку и встала из-за столика, последовав за начальником. Больше всего её волновало то, что она не допила чай, а ведь он был таким вкусным и ароматным, но выбора у неё не было. Девушке пришлось смирится со своей печальной судьбой.

***

Небо над набережной было наполнено разнообразными красками, словно опытный художник, мастерски играющий со своей палитрой, смешивал васильковую синеву выше с огненными оттенками ближе к горизонту. Из-за пробуждения солнца, которое не заставляло себя ждать, облака приобретали нежно-розовые и кроваво-красные цвета. Издалека виднелись огни парка развлечений и неоновые лучи колеса обозрения, которое привлекало своим видом. Отголосками было слышно озорную песенку, что заполняла это место и веселила людей. Океан, отражая весь небесный пейзаж, тихо бил волнами по золотистому песку, по которому босиком гуляла Коала, держа в руках свои туфли на шпильках. Девушка заметила, что её друг и по совместительству босс сидя на скамье вот уже несколько минут пялится в одну далекую точку, и медленно к нему подошла. - О чем задумался? – спросила его рыжая. - Никогда раньше не видел океан, – сказал Сабо. - Серьёзно? Как так? – удивилась Коала. - Не знаю, не было возможности. Девушка ушла обратно на песок, и, пока вода мягко покрывала её ноги, произнесла: - Для каждого человека океан имеет своё значение, люди видят его по-разному. В очередной раз, когда я вижу океан, я убеждаюсь в том, какой же он удивительный, а на душе становится так спокойно. Всё в мире кажется не таким уж и важным, ты словно выпадаешь из вселенной, забываешь о течении времени. Совершенно не хочется уходить, а единственным желанием становиться остаться здесь подольше, побыть ещё немного, посмотреть на него ещё чуть-чуть. Коала сделала паузу на пару секунд, а потом спросила: - Что для тебя значит океан? - Для меня? - Да, для тебя, Сабо-кун, что он значит? После этого вопроса парень встал со скамьи и подошёл к океану ближе. - Я не знаю, наверное… он что-то вроде свободы. Океан ведь такой… огромный, бескрайний и необузданный; бушует и не поддается людям. Глупо звучит, да? - Нет, совсем нет. Наступила тишина, которую прервал лишь телефонный звонок. На экране высветился вызов от контакта «Эйс», а на изображении стоял снимок спящего веснушчатого брюнета, которому разрисовали лицо на вечеринке перед командировкой Сабо. - Миленько, - прокомментировала Коала до того, как Сабо ответил. - Привет, Эйс. Давно не разговаривал с вами, как вы? – поинтересовался блондин. - Все в порядке, вот, пытался познать кулинарию, - ответил черноволосый с немного печальной интонацией. - Ну и как? - У меня сразу возник вопрос к тебе. - Интересно, какой? - Вот скажи мне, как ты это делаешь? - Делаю что? - КАК ТЫ ГОТОВИШЬ ЭТИ СРАНЫЕ СПАГЕТТИ?! ЭТО ЖЕ НЕВОЗМОЖНО! – возмутился Эйс, искренне не понимая поварской способности блондина. Услышав это, Сабо звонко рассмеялся. Давно уже он так не делал. - Ты не пробовал поискать рецепт? Или посмотреть в интернете пошаговую инструкцию? – пытался помочь парень, продолжая хохотать. - Я пытался. В итоге они загорелись, когда я их варил… - разочарованно сказал Портгас. - Как? Просто КАК?! - Да откуда мне знать?! - Окей. Тогда лучше выйди из кухни и не приближайся к плите ни за что. А Луффи тем более не пускай. - Ладно-ладно. Хрен с твоими спагетти, я закажу пиццу. - Хорошо, так будет безопасней для вас и всего мира, - вздохнул с облегчением Сабо. - Что ты там сказал?! - Ахахах, ни-че-го. Кстати, где Луффи? - А, ну он пошел гулять с друзьями. Наверное, потом придётся забрать его на машине. - Осторожней за рулём. - Хорошо, – ответил Эйс и сбросил вызов. Сабо посмотрел на часы и понял, что им уже пора идти. - Коала, думаю, стоит возвратиться. Тем более, скоро вылет. - Да, ты прав. После разговора с братом плохое предчувствие начало терзать парня, и даже на борту самолета тревога не покидала его, а усиливалась с каждой минутой, пытаясь посеять странные сомнения в душе. Но он верил, что все хорошо, точнее, пытался себя в этом убедить. Ещё больше его насторожило то, что двери от квартиры пришлось открывать своим ключом, а зайдя за порог, понял, что никого нет дома. Сабо все ещё держал призрачные ниточки надежды, но после внезапного звонка с больницы они оборвались. Осталась, конечно, ещё одна, самая тонкая нить, лелеющая мысль о том, что это может быть просто ошибка. И весь путь к больнице он умолял, чтоб его надежды оправдались, но этого не случилось. Ошибки быть не могло.