Перед грозой

Холодное солнце начало постепенно заходить за горизонт, погружая город в розовые, персиковые и оранжевые оттенки. В лучах заходящего светила редкие пожелтевшие и покрасневшие листья отливали драгоценным сиянием. Ветер лениво колыхал это великолепие, иногда вырывая листья из проредившейся кроны того или иного дерева. По закатному небу плывут охапки мягких облаков. С западной стороны медленно, но неуклонно подбираются тяжелые громады мрачных, важных туч, изредка рассекаемые вспышками молний. Но несмотря на слабый, почти незаметный ветер, они неминуемо приближались. Это Найтмер отметил с досадой, внимательно наблюдая за небом из небольшого окна в своей такой же небольшой кухоньке. Он зябко поежился, от пробежавшегося вдоль позвоночника холодка и повертел в руках чашку с остывшим и почти допитым чаем, а затем одним глотком допил бледно зеленую жидкость и направился к сиротливо стоящему на столешнице обшарпанного и видавшего, кажется, первых жильцов этого ветхого дома, кухонного гарнитура электрическому чайнику. Проверив наличие воды, нажал на кнопку включения и отошел к одному из шкафчиков, выуживая оттуда на свет божий неизвестно, когда появившуюся пачку печенья и коробочку пакетированного зеленого чая с лимоном. По прошествию нескольких минут, когда по идее вода должна была уже закипать и бурлить, чайник сохранял все тоже спокойствие, как и вода в нем. Найтмер недовольно нахмурился, от всплывшей в черепе догадки. Надеясь всеми фибрами души опровергнуть её, Кошмар подошел к стене, в которой была арка выхода с кухни, а рядом с дверным проемом находился включатель. Он пощелкал им пару раз, с досадой понимая, что ничего не происходит. Отлично, опять обесточили весь дом перед грозой. И что ему теперь делать? Солнце скоро совсем сядет. Не хотелось бы оставаться в темноте во время грозы. Как назло, Найт, не был таким предусмотрительным, как его брат, Дрим и забыл пополнить запас свеч, после прошлого раза. Понадеялся, что гроз в этом году уже не будет. Осень ведь уже вступила в свои права. Постепенно, с тем как светило начинало все больше погружаться за горизонт, скелет нервничал все сильнее и сильнее. Почему? Просто тот чье имя обозначает «кошмар», тот кто наводит ужас даже на самых отпетых школьных хулиганов боится грозы. Точнее боится оставаться один во время грозы. Особенно ночью, когда создается самая жуткая атмосфера. Когда тьму комнаты на то и дело на мгновения разрезают белые вспышки, давая разыгравшемся воображению видеть всякую жуть во вроде бы повседневных предметах и силуэтах. Поэтому недолго раздумывая, Кошмар быстро собрался и выскочил из квартиры в темный подъезд. Потратив несколько драгоценных минут на суетливое закрывание двери, сначала раза три не мог попасть в замочную скважину, а потом замок несколько раз заедало. Найтмер уже думал плюнуть на это дело и оставить дверь открытой, вряд ли кто сунется в квартирку обычного учителя истории, выносить там нечего, но на очередной попытке замок так и соизволил запереться. Облегченно выдохнув, Кошмар поспешил спуститься с седьмого этажа, по замызганным неизвестно чем ступеням и, наконец, покинуть темень подъезда, выходя в гостеприимно захлестнувшую прохладу улицы. Задрав голову, скелет обреченно посмотрел на небо, прикидывая успеет ли он добежать до дома брата, который находился в десяти минутах ходьбы, но если двигаться быстро, то можно сохранить минуты три-четыре. Громады туч уже достигли черты города и неминуемо продвигались вперед, грозясь в ближайшем времени накрыть собой весь город. Вот и первый оглушительный раскат грома, а следом за ним яркий всполох. Постепенно, вместе с тем, как тяжелые темные облака приближались, ветер становился все сильнее, уже без проблем трепля подол серого пальто и обдавая своими ледяными прикосновениями кости скелета. Не теряя больше времени, Найтмер стремительно направился в нужную ему сторону, сосредотачивая своё внимание на небе. Риски встретить прохожего минимальны. А уж и столкнуться с ним подавно. Но, однако это случилось. Резкое столкновение с каким-то препятствием, вышибающее дух из не внимательного скелета и тихий вскрик впереди. Осознал происходящее Кошмар уже протирая своим тазом землю. Он все-таки умудрился столкнуться с кем-то. На пустынной улице. Везунчик, что тут еще скажешь. — И-извините… — робко проблеяло неожиданное препятствие, что, по ощущениям Найта, всё ещё в наглую сидело на нем. Голос этого подрагивал будто его обладатель вот-вот расплачется. К тому же он казался Кошмарику смутно знакомым, он слышал его… Кошмар поднял свой озлобленный взгляд на этого «всадника» и обомлел. Боже, более прекрасной и милой картины он в мире не видел. На Найтмере, к его небольшому стыду, прямо на тазу, восседал хрупкий скелетик одетый в черно-белой гамме. Вот только, это милейшее чудо сейчас пыталось, безуспешно, впрочем, утереть водопадики слёз, что в изобилии текли из его глазниц. Тонкие пальцы безрезультатно скользили по скулам, пытаясь избавиться от позорных соленых ручейков. Разноцветные, точнее красный и белый, зрачки сверкали переполнявшим их отчаяньем и горем. Его челюсти подрагивали, пытаясь похоронить какие-либо звуки, но рот то и дело приоткрывался, извергая из себя порцию надсадных всхлипов. Хрупкие плечики и грудная клетка дрожали от истеричных рыданий. — Кросс… — пораженно выдохнул Найтмер, опознавший в сидящем на нем парня своего брата. Какая неожиданная встреча… Плачущий скелетик вздрогнул, наконец обратив внимание на того, кого он снес с ног и придавил собой, ведь даже извинения он приносил как-то на автомате. — Н-найтмер… — практически проскулил Монохромный, понимая кого он снес. — П-прости, я… Я правда не… — Тшш… — поспешил успокоить Кросса Найт. — Не важно, в любом случае не так, как-то, что ты плачешь. Ты сильно ударился чем-то? Тебя отвести в больницу или может вызвать скорую? Как ты себя чувствуешь? Крестоносец стыдливо покрылся фиолетовым румянцем от такого завала вопросами, ну, а еще и от того, что брат его парня видит его в подобном состоянии. — Н-нет… Я… Я ничем не ударился… — поспешил заверить Крестик, заметив, плывущим от слёз взглядом, как Кошмар уже достал телефон, кажется решив не дожидаться ответа. — Тогда что? Что заставило тебя плакать и нестись по улице будто от какой проказы? — непонимающе спросил Найтмер. Не то чтобы они раньше были хорошо знакомы, просто оставлять этого милашку, да-да, Найт не собирался отрицать очевидного, в таком состоянии. — Просто… Просто… — вновь начиная задыхаться от рыданий, произнес Кросс. Перед его взором явственно встала картина того, что он увидел, вернувшись в их с Мечтателем дом. — Он… Его, а его ли после увиденного, Дрим в объятиях Инка, в весьма недвусмысленных объятиях, знаете, трудно объяснить, какого черта они обнимались на диване, да еще к тому же и без штанов. От всплывших воспоминаний новую волну рыданий не удалось сдержать. Кросс вцепился в Найтмера, как в единственный якорь, способный удержать его в том бешеном круговороте горьких чувств, что сейчас так одолевали Монохромного. Нет, Кросс не был скор на выводы. Просто он бы понял и принял любые, даже самые идиотские объяснения происходящему, если бы эта ситуация была не шестой за гребаный месяц. А ведь только пятнадцатое! И во всех предыдущих пяти случаях Дрим предпочитал уйти от вопросов, не давая Крестику так нужные ответы. Ох, он бы принял любую ложь, но не это красноречивое молчание, его он вынести долго способен не был. Кошмарик непонимающе приобнял дрожащего скелетика, несильно прижимая его к себе. Что же могло случиться… С тяжёлым вздохом, Найт сначала посмотрел вперед, там уже виднелся дом брата, а потом на небо, которое уже потемнело, лишённое солнца и постепенно сковывающееся тучами. Раздался новый раскат грома, заставивший душу Найта, да и самого Найтмера дрогнуть и сглотнуть. В любом случае, с улицы стоит убираться. Кошмар, крепче перехватив тушку Крестика, поднялся на ноги и пошёл дальше к дому брата, разберется с истерикой милашки он уже там. — Нет! — испуганно воскликнул Монохромный, поняв куда направляется Кошмар. — Только не туда! Только не к нему! Не надо! Пусти, я лучше домой пойду! Крестик заизвивался, пытаясь слезть с рук Найтмера. Последнее что ему сейчас хотелось, так это видеть этого… этого… Кросс снова надрывно всхлипнул. Найтмер был не то что удивлён, он был поражен таким поведением Монохромного. В последний раз, когда они виделись, у этих двоих все было хорошо. Но не к Дриму, так не к Дриму. — Хорошо, мы не пойдем к моему брату. — согласился Кошмар. — Но тебя я сейчас не отпущу. Скоро уже гроза будет, так что пойдем ко мне. Здесь недалеко. Слыша твердый и уверенный голос Найта, Кроссу только и оставалось, что согласно кивнуть. — Вот и славно. — ласково сказал историк, чем заставил скулы своей ноши немного пофиолетоветь. Найтмер развернулся и пошел обратно домой, крепко, но ненавязчиво прижимая к себе плачущего скелетика. А тот все никак не мог успокоиться. Кажется, истерика пошла по новому кругу. К дому Кошмар подошел уже когда начался ливень, шедший сплошной серой стеной. Отдаленно сверкали молнии и надрывался гром. И честно говоря, если бы не дрожащий Кросс на его руках, Найтмер бы уже и сам бился в истерике. Но Крестик был якорем, заставляющим сохранять трезвый и холодный рассудок, а страхи и панику отгонять подальше. Еще никогда Найтмер не преодолевал семь лестничных пролетов так быстро, он пару раз правда чуть не оступился, так как с него стекала вода, делая ступени под ним более мокрыми. Наконец оказавшись у своей двери, он отпер её, крепко перехватив Кросса одной рукой и зашел внутрь, не забывая захлопнуть её. Сразу же разулся и, не скидывая пальто прошел в гостиную. Пол на его пути и после него покрылся разводами воды, слава богу, что ковров эта квартира похоже никогда не видела. Первым делом он помог Крестику скинуть его уличную одежду, в виде кроссовок и куртки. А затем унес эти вещи сушится вместе со своим пальто. — Ты сильно промок? — первым делом спросил Найтмер у дрожащего скелетика, как только вернулся в комнату. — Н-нет, куртку ты уже забрал, ну разве что брюки… — запинающимся голоском ответил Крестик. Кошмар кивнул каким-то своим мыслям и указал на дверь в свою небольшую ванную комнату. — Сейчас я дам тебе одежду, переоденешься. — твердым, не терпящим возражений тоном сказал, хотя даже приказал Найт. — Х-хорошо, как скажешь… — согласился Кросс. — Но все же, я бы не хотел обременять тебя… — Его расчерченные подсохшими дорожками слёз скулы снова вспыхнули фиолетовым. Найтмер на это неопределенно пожал плечами и достал из комода свои футболку, свитер, штаны и носки, отдав их Крестику. Монохромный тут же скрылся в указанной комнате. Пока Кросс был в ванной, Найтмер тоже переоделся в футболку и шорты, на свое здоровье ему было как-то начхать, редко он болел чем-то. Так же хозяин квартиры сходил на кухню и проверил наличие света. Того ожидаемо не оказалось. Поэтому пришлось обойтись обычной водой и разбавить в ней немного валерьянки. Когда Крест вышел вернулся в гостиную, Найт ждал его, сидя на диване и крутя в руке стакан с водой. Крестоносец, немного замявшись, подошел ближе и откашлялся, привлекая к себе внимание историка. Кошмар перевел на него свой холодный и немного отстраненный взгляд. В его больших по размеру вещах Кросс выглядел ещё меньше и хрупче. Такого хотелось защищать, скрыть в своих объятиях от всего мира, чтобы никто не посмел никогда навредить этому милому созданию. Странно, ни Киллер, ни Маффет не вызывали у него настолько сильной, щемящей и выворачивающей душу наизнанку нежности. Ну, а может во всем виновата гроза, что вовсю бушевала за окном и пытала мысли Найтмера. Пристальный взгляд Кошмара еще больше смутил Кросса. Он нерешительно подошел ближе и сел на диван, как можно дальше от хозяина квартиры. Найт протянул гостю стакан с водой. — Держи. Это поможет тебе успокоиться. Лучше бы конечно чай, но что имеем… — немного смущенно договорил Кошмар. — Спасибо… — поблагодарил историка Крестик, забирая предложение. И тут же, всхлипнув опустошил стакан почти на половину. — Не за что. Так… Ты расскажешь, что случилось? — на свой страх и риск спросил Найтмер. — Н-нечего рассказать. — скривился Крестоносец. — Хорошо. — с тяжёлым вздохом, согласился Найт, решив не лезть дальше. Они несколько минут просидели в тишине, прерываемой лишь шуршанием дождя за окном, каждый думал о чем-то своем, пока не раздался особенно сильный раскат грома и молнии. В следующий секунду после этого Кросс почувствовал, как к его боку прижался чуть подрагивающий Кошмар. — Найтмер? — робко спросил Крестик. — Не смей это хоть как-то комментировать. — резко обрубил Найт, чувствуя, как его душа быстро колотиться от страха. — К-как скажешь… — пришлось согласиться с ним Кроссу. Еще одна вспышка и гром. Похоже гроза только вошла в полную силу и даже не думала идти к своему завершению. Почувствовав дрожь большего скелета, совсем как недавно сам Найтмер, Крестоносец нерешительно приобнял его и прижал к себе. Они будто поменялись местами. Кросс чуть повернулся к Кошмару, собираясь что-то сказать, но был бесцеремонно заткнут поцелуем. Найтмер прижался своими челюстями к челюстям Монохромного и проник языком в его рот, воспользовавшись ситуацией. Он нежно и ласково изучал своим языком ротик Крестоносца, легонько проходясь изнутри по ряду зубов, а потом переплел их языки, прижимаясь ближе. Крестик только пискнул от неожиданности, но обескураженный даже не предпринял попытку вырваться, а лишь покорно позволял Кошмару творить подобное. Найт, одобренный отсутствием сопротивления со стороны Монохромного, аккуратно обвил рукой его грудную клетку, ненавязчиво прижимая его к себе еще ближе, а вторую ладонь он положил на его правую скулу, поглаживая кончиком пальца красный росчерк шрама. И все это пристально смотря в глазницы своего оппонента, в которых читалось непонимание. Наконец Найтмер прервал поцелуй, немного отстранившись. Оба скелетика тяжело дышали. — З-зачем? — тихо спросил Кросс. — Захотелось. — просто ответил Найт. — Но… Я люблю Дрима… Пусть он и поступает так, пусть и не любит… Пусть и теперь я вряд ли смогу быть с ним, я не хочу вечно терпеть измены. — А я Киллера, но тот вполне счастлив с Оутером, и я не намерен этому мешать. — То есть… — Крестик немного отвел взгляд, до конца, не решаясь на вопрос. — Я не вижу и не ищу в тебе замену, если ты об этом. — ласково произнес Найт, аккуратно, и незаметно для самого Кросса, перетянув его на свои колени. — Пусть наши души и заняты, но сейчас мы здесь и сейчас, свободные, никому ничего не обязанные. Обещаю, я не наврежу тебе, ты можешь мне довериться. — Найтмер проникновенно смотрел на Кросса. — Но, если ты сейчас скажешь нет, я остановлюсь. Но если ты согласишься, я сделаю все, чтобы ты не пожалел о своем решении. Ты станешь моим, и я сделаю все, чтобы ты был счастлив со мной. — Нгх… — Кросс смутился своего положения. Его терзали сомнения. С одной стороны, любовь, а с другой, возможность на счастье. Кросс зажмурился, пусть он сейчас и поступит эгоистично, низко и возможно им немного движет желание отомстить Дриму, но он хотел, хотел того, что обещал этот сидящий напротив скелет. — Я согласен… Найтмер нежно улыбнулся, пусть Крестик этого и не видел, но он чувствовал это. — Я рад, что ты согласился. Кошмар склонился к лицу Кросса и снова поцеловал его. В этот раз он ответил, робко прикасаясь языком в ответ. Он боязливо создал женскую эктоплазму на своих косточках и дрожащими руками обвил шею Кошмара. Тот проник холодноватыми ладонями под свитер и футболку, почти невесомо оглаживая фиолетовые неоновые бока. По тельцу Кросса прошла дрожь. Эти прикосновения, прикосновения Найтмера были ему приятны. Вскоре поцелуй был разорван и Кошмар стал водить языком по шейным позвонкам Крестика, иногда слегка прикусывая их, оставляя едва заметные следы от своих зубов. Монохромный тихо постанывал от этих ласк. По его телу прокатывались теплые волны возбуждения, оставляя за собой все нарастающее томление, скапливающееся комом внизу его живота. Смутившись еще больше, Кросс медленно провел ладонями по плечам Найтмера, спускаясь вниз на грудную клетку, своими робкими действиями вызывая у Найта умиленный смешок. Слишком мило. Кошмар не выдержал и снял с Крестика верхнюю часть гардероба, открывая себе вид на прелестную небольшую грудь, более темными бусинками сосков и впалый животик, по которому он тут же, не удержавшись, провел пальцами, вызывая у Кросса сдавленный вздох. — Н-не смотри т-так пристально, пожалуйста… — смущенно выдавил из себя Монохромный и закрыл ладонями лицо Найта, чем провоцировал новый смешок. — Тут темно, так что не смущайся этого. — ласково проурчал Кошмар и провел языком по кисти Крестика. Тот поспешил убрать свои руки. Найтмер усмехнулся, полюбовавшись фиолетовым личиком Кросса и склонился вперед, начиная покрывать поцелуями и легкими укусами груди Монохромного. А потом слабо сомкнул клыки на левом соске и слабо оттянул. — Ааах~. — протяжно и неожиданно громко простонал Крестик. — Кажется, это довольно чувствительное место у тебя~. — довольно проурчал Кошмар и принялся поочередно покусывать и полизывать оба соска. Крестоносец только и успевал постанывать, то и дело прогибаясь в спине. Ощущение горячего языка на эрогенной зоне приносили массу удовольствия и заставляли желать большего. Повинуясь разыгравшемуся либидо, Кросс стал елозить своей промежностью по паху Кошмара, вырывая из того рык. — Спокойнее, нам некуда торопиться. — успокаивающе сказал Найт, проводя языком вверх по груди и поставил небольшой засос под ключицей. — Есть только небольшая формальность. Историк достал откуда-то телефон Монохромного, такой же черно-белый, как и сам хозяин, и открыл диалоговое окно с Дримом. — Напиши ему, что вы расстаётесь. — мягко приказал Кошмар, нежно целуя Крестика в шейку. А в том, что это приказ не было сомнений, не смотря на мягкий тон, голос и взгляд Найтмера был тверд. Повинуясь его словам, Кросс кивнул и забрал телефон, несколько секунд попялившись на последние сообщения, трясущимися пальцами набрал короткое предложение из всего двух слов и откинул аппарат в сторону. Теперь пути назад точно нет. Найтмер снова поцеловал партнера, но уже более резко и глубоко, будто устанавливая свои права на эту территорию, которая теперь и так его. Крестик с пылом ответил на поцелуй и обвил руками шею Кошмара, прижимаясь ближе и аккуратно, с опаской водя пальцами по его костям, пробираясь за ворот футболки. Им двоим было уже не до разрываемого все приходящим и приходящими сообщениями, телефона. Найт проник ладонями под штаны на Крестике и мягко огладил его ягодицы. Затем плавно переместил ладонь на бедро, а уже с него, положил её на пах, замирая. Кросс нетерпеливо простонал и двинулся тазом навстречу ласкающей его руке, сподвигая актива на дальнейшие действия. Такого явного приглашения Найтмер не мог не принять. Небольшая возня со штанами и вот Монохромный уже полностью голый восседал на Кошмаре во всем своем великолепии. Историк обвил одной рукой его талию, прижимая к себе и придерживая в полу сидячем положении. Пальцами же другой руки он, почти невесомо, огладил влажные от смазки складочки половых губ. Кросс смущенно пискнул и, разорвав поцелуй, уткнулся пылающим личиком в плечо партнера. Найтмер лишь слабо усмехнулся на эти действия, умиленный ими, покрывая короткими поцелуями и укусами непроизвольно представленное плечо Монохромного, отвлекая от происходящего внизу. Найт раздвинул немного его половые губки и проник кончиком одного пальца меж ними, аккуратно обводя края узенькой щелочки и поднимаясь к клитору, начиная слегка теребить его. Чем вызвал у Крестика новую волну дрожи и стонов, которые тот безуспешно пытался скрыть, закусив ткань футболки. — Твоя дырочка такая маленькая~. Сколько раз ты этим занимался? ~ — мурлыкал Найт, тщательно вылизывая шейные позвонки пассива. — Н-ни… ах~… разу… Мх~. — сквозь стоны, кое-как ответил Кросс, ужасно смущаясь этого, даже больше, чем всей ситуации в целом. Кошмар едва слышно возбужденно рыкнул. Кажется, его член стал еще тверже и уже начинал побаливать, требуя разрядку. — Я так рад, что именно мне выпала честь лопнуть твою ягодку. — пошло прошептал Найт на слуховое отверстие Кросса. Тот был уже готов провалиться под землю от смущения. Найтмер проник одним пальцем в узкое, мокрое лоно, начиная ласково оглаживать стеночки, чувствуя дрожь сидящего на нем скелетика. Вскоре к первому добавился второй палец. Кошмар немного развел их внутри, действуя медленно и осторожно, хотя сам уже готов взвыть от нетерпения. К тому же Кросс будто специально, испытывая его на прочность, терся об него, слабо покачивая бедрами и стонал, томно так, всё больше разрывая нити самоконтроля Найтмера. Не вытерпев, Кошмар наскоро добавил третий палец, уже тоже немного резковато заканчивая подготовку, хотя ему казалось, что этого все же мало. Он отстранил свою руку от паха Крестика, перекладывая её на его бедро, а второй рукой приспустил с себя шорты, выпуская крупный член, размером явно больше среднего, головка которого слегка поблескивала от выступившего предэякулята. Бегло собрав с киски Кросса немного смазки, Найт размазал её по своему неону и положил ладонь на его бедро. Надавливая обеими руками, он направил Монохромного, заставляя его немного присесть и прижаться щелочкой к головке члена, давая ощутить её величину. По телу Крестоносца в который раз прошла крупная дрожь. На миг ему пришла малодушная мысль отказаться. Ему было страшно. Найт же такой большой, он просто порвет его. — Тш, не бойся. — будто читая мысли, произнес историк, целуя шейку партнера. Кошмар еще немного надавил на его бёдра, медленно опуская на головку своей плоти. И чуть зажмурился, рыкнув. Чертовски узко, горячо и влажно. Продолжил опускать Кросса, желая гораздо большего. Крестик тихо вскрикнул, чувствуя как его лоно медленно растягивает крупный неон, принося новые, ни с чем не сравнимое ощущение. Когда он вошел немного глубже, оба почувствовали, как внутри что-то порвалось и потекло немного крови. Монохромный еще раз вскрикнул, терпя вспышку боли, которая, впрочем, была не долгой. Что ж, пока-пока, девственность. Найтмер аккуратно продолжил проникновение, все еще опасаясь принести боль, да и просто делая все нежно. Немного времени, и под стоны Кросса, член вошёл на всю длину, наполняя каким-то чувством единства, завершенности. Крестик чувствовал, как возбуждение в нем зреет, доходя до критической отметки и предзнаменуя оргазм. — Нхах~… Найт… ах~… Такое ощущение… ох~… что я сейчас… к-кончу… Понятливо кивнув, Найтмер начал приподнимать и опускать его бёдра, подталкивая их обоих к скорому концу и сам вскидывая таз, делая толчки немного резкими и более глубокими, вырывая из партнера тихие, томные стоны и мольбы, на очередной фрикции проникая головкой в шейку матки. Для Кросса это стало последней каплей, с громким стоном тот кончил, сжимая сокращяющимися стеночками лона неон Найтмера, утягивая его в пучину оргазма за собой, и уже отключаясь от нагрузки, почувствовал как в нем растекается обжигающее тепло. Прерывисто дыша, Кошмар опустился на диван, укладывая Крестика на себя, заботливо накидывая на него сверху плед, а затем нежно и крепко обнимая уже просто спящего скелетика. — Видимо это семейное… Не ценить то, что у нас есть… Но этого милого ангела я не упущу. Найт довольно усмехнулся, погружаясь в свои мысли, но вскоре тоже уснул.