Талисман Дьявола

Бесспорно, я не думала и даже не надеялась, что поездка будет лёгкой и спокойной, но и ночёвки в первом же подвернувшемся отеле я как-то не ждала. — Ключи. — Йоичи вручает Мамори названное, вальяжно спустившись по лестнице небольшого двухэтажного отеля. — Выбирайте комнаты. Я молча перевожу взгляд на три ключа, сиротливо лежащих у девушки на ладони. Если я сейчас захвачу ключ, то эта дама автоматически присоединится ко мне, оставив две другие комнаты команде. А нужна ли она мне? Ответ будет весьма отрицательный. — А ты? — наивно интересуется Анезаки, совершенно глупо хлопая глазами. Меня заметно передёргивает, что не проходит мимо внимательного квотербека. Йоичи смеряет меня крайне подозрительным взглядом, разворачивается и совершенно спокойно уходит. Вот честно, у меня появляется дикое желание вцепиться ему в руку и едва ли не умолять о том, чтобы даже не думал оставлять меня с этой дамой, но мне остаётся только стоять и в ужасе осознавать ситуацию. Эту ночь видимо придётся проводить в нежелательной компании. Или? Я дёргаю Сая за рукав и медленными, короткими шажками покидаю громко разговаривающую толпу, быстро заворачивая за угол, и скрываюсь от случайных взглядов. Разговоры между Монтой, Рёканом и Сеной будет продолжаться ещё долго, тут к гадалке не ходи. Ушли. Прислоняюсь спиной к холодной стене и позволяю себе наконец-таки расслабленно выдохнуть. Темнота вокруг не располагает к промедлению: сумерки уже сгустились, тьма отступает только под тускло светящимися болезненно-жёлтым светом фонарями. Сай растерянно смотрит на меня, ожидая разъяснений. Жестом показываю соблюдать тишину и тычу в сторону резко окрасившейся звуками улочки, с которой мы свернули. Кажется, мальчики помимо того, что остались недовольны разделением, всё-таки заметили наше отсутствие. Парень весьма знакомым жестом поджимает губы и закатывает глаза. Мне остаётся только виновато улыбнуться брату, который сейчас совершенно точно был бы рад никогда с этой оравой не знакомиться. Забывает он, однако, что мы в возрасте этих ребят даже в том мире вели себя ничуть не лучше. Оглядываюсь, чтобы выявить для себя ориентиры, и медленно иду в сторону ближайшего фонаря. Шимура идёт следом, всё так же не издавая и звука. Мало того, словно нарочно, он помимо прочего ещё и шаги свои делает как можно более бесшумными. Если бы я не чувствовала, то и узнать его присутствие было невозможно. — Куда идём? — интересуется Сай, поравнявшись со мной. — Куда-нибудь в более оживлённое место. Главное, чтобы люди ходили и машины ездили. — развожу руками. — Но к команде возвращаться я уж точно сегодня не собираюсь. Некоторое время мы идём проулками молча. О чём раздумывает брюнет, я не знаю, но его присутствие действует на меня успокаивающе, потому что тишина с редким гулом от проезжающего транспорта и пьяным смехом молодёжи настораживает и от чего-то заставляет дёргаться. Понять причин, почему так напряжены нервы, я — увы — не могу несмотря на то, что всеми способами пытаюсь. — Ты заметила отрицательные эффекты от использования чакры? — Шимура хмурится и с силой трёт центр груди. — Шин не может ошибаться, так что нам нужно использовать чакру при бодрствующем состоянии постоянно, но в умеренных количествах. — я лениво потягиваюсь, наконец сворачивая в последний узкий проулок, в конце которого слышится оживлённая болтовня людей и шум ночного города, всё ещё полного жизни. — Тренировать СЦЧ необходимо ровно так же, как и организм в целом, сам знаешь. Чрезмерные же нагрузки всегда были вредны даже мышцам, а тут всё намного тоньше. Шимура резко замирает на месте, хватая меня за предплечье, и резким жестом притягивает к себе. Он смотрит в густую темноту на углу рядом с мусорными баками. Лишь приглядевшись повнимательней, я могу различить фигуру, подпирающую стену рядом. И только увидев его я понимаю, о чём же так явно пыталась кричать моя интуиция, что так сильно напрягло ту часть Акиры, которая пробудилась ото сна. — Акацуки… — шипит Сай со злостью, вызвать которую раньше в парне с полностью подавленными эмоциями не удавалось никому. Я вздрагиваю, с тревогой глядя на брата, заслоняющего меня от неприятеля. Прислушиваюсь к себе, опираясь на слабую, только недавно начавшую пробуждаться сенсорику. Со стороны фигуры слышится громкий хмык, после чего ожидавший нас человек делает ровно два шага в нашем направлении. Сглатываю. Из-за ночи и плохого освещения узкий проулок кажется ещё меньше, чем есть на самом деле. Но даже так, практически не различая деталей, я никогда не забуду этого пугающего человека. Биджу без хвоста собственной персоной. — Да не уж-то сам Хошигаке Кисаме явил нам свой лик. — я нервно язвлю, пытаясь собраться с мыслями. — Именно. — в густом баритоне преступника звучат опасные ноты. От взгляда матёрого убийцы, который бросил на нас Кисаме, меня по рукам и ногам сковывает страх. Я чувствую силу. Плотную, вязкую, густую, словно туман покрывающую весь проулок. Я точно вернулась во время первой встречи с Момочи Забузой. Но даже тот туман, специально насланный отступником, ни в какое сравнение не идёт с ощущением необузданной силы, что в прошлой жизни сдерживалась при помощи полу разумного оружия. — И с какой же целью ты из своей лужи выполз? — спрашивает Сай в своей спокойно-издевательской манере, которая обычно легко выводит из себя как врагов, так и друзей. В дальнейшем, единственное оправдание такой реакции я нашла в том, что нынешняя личность Хошигаке оказалась слишком отличной от той, что была в том мире. А может и сила, не сдерживаемая больше ничем, давила на разум. Однако в тот момент, когда Сай закончил свою фразу, сила, щедро разливаемая вокруг, резко изменилась, собравшись плотным коконом вокруг носителя. Понять, что произойдёт дальше было делом момента. Я бросилась наперерез Саю, чтобы оттолкнуть парня с линии атаки. Из всей разношёрстной семейки именно у Сая связи́ с нынешней жизнью, на которую накладывалась прошлая, были трудности с использованием чакры и тех способностей, что он имел в тех кошмарных снах. Не уничтоженные и не подавленные эмоции постоянно мешают ему использовать всё, что раньше давалось за счёт холодного разума. Перестроиться же пока ему удаётся с огромным трудом. Я успеваю с силой отшвырнуть Шимуру подальше, когда меня больно впечатывают в стену, и на горле с силой сжимается чужая ладонь, перекрывая доступ к кислороду. Я судорожно хватаюсь за широкую ладонь, не в силах что-либо сделать. — Не стоит бросать такие слова человеку, способному свернуть ваши тоненькие шейки за доли секунды. — рычит он, разъярённо блестя серо-голубыми глазами. — Наш общий знакомый очень просил передать, что с нетерпением будет ждать вашей следующей встречи. — он с трудом сдерживает себя в руках, явно желая выполнить свою угрозу. — И вот тогда посмотрим, кто же победит в войне на этом поле. Он отпускает меня, отстраняясь, окидывает Сая брезгливым взглядом и швыряет что-то мне под ноги. Я съезжаю по стене вниз, жадно глотаю воздух и с трудом откашливаюсь, осознавая, насколько близкой была только что моя смерть. Взгляд падает вниз, и я утыкаюсь взглядом в брелок в виде мяча для американского футбола. Сай виновато отводит взгляд, стоит мне только взглянуть на него, и садится на корточки рядом. — Сглупил. — нехотя признаётся он. — Скорее действовал по старой привычке. — хриплю я с иронией. — Но тогда у тебя было на это право, как у сильного. Сейчас же этого права нет ни у одного из нас. И это стоит изменить. — я сжимаю его плечо в знак поддержки, ощущая отголоски его чувств, направленных на меня. Больно признавать свою слабость, но необходимо, чтобы можно было её изменить, избавиться, чтобы иметь право на все желаемые и такие привычные действия. Право, которого мы пока что не имеем, а потому нам просто жизненно необходимо измениться и стать сильнее. — Ке-ке-ке. — доносится откуда-то сбоку, и я неверующе перевожу взгляд с брелока на тёмную фигуру как всегда растрёпанного Хирумы Йоичи, заворачивающего в проулок. — А чем это вы тут занимаетесь, чёртов Талисман и не менее чёртов информатор в запасе? — яду в его голосе хватит, пожалуй, чтобы заставить захлебнуться пару-тройку менее устойчивых к нему человек. После выматывающей беседы с Кисаме эльф тёмный уже и не кажется хоть сколь-нибудь угрожающим. Я молча переглядываюсь с Саем. Брюнет не в настроении говорить хоть что-то. Кажется, ему досталось куда сильнее, чем я думала. С учётом того, что и познакомились мы с ним, когда нам было девять, можно предположить, что это событие могло наложиться на какое-то аналогичное, но более раннее. Теперь вывести Шимуру на разговор по душам — моя прямая обязанность. Не хочется думать, какими тараканами в голове может закончиться промедление. Вот только Йоичи, стоящий рядом и явно ждущий ответа, на задушевные разговоры вовсе не располагает. А теперь от него и не отвяжешься… — Я всё ещё жду ответа. — он не сводит с нас глаз, отслеживая каждый жест. — Наслаждаемся красотами ночной Америки? — пожимаю плечами, прекрасно слыша, сколь неуверенно звучит мой голос. — Ты это сейчас у меня спрашиваешь? — парень, кажется, таким поворотом событий удивлён не меньше моего. Ну да, что ещё можно делать в унылой, мрачной подворотне? Конечно же любоваться её красотой: железными баками помойки, возвышающимися с одной стороны и уличным граффити с другой. Логика просто восхитительная, но ничего умнее придумать мне просто не дано. У меня чертовски ноет затылок и болит спина. Кисаме знатно меня впечатал в грязную стену. И вроде чакрой тело напитала на автомате, но этот Биджу без хвоста на деле оказался слишком силён, и разрыв в наших силах, как и в опыте, слишком велик, чтобы лёгкими тренировками нагнать его за неделю-другую. — В точку. — пытаюсь восстановить душевное спокойствие, но выходит крайне плохо. Меня злит собственная слабость, и эмоции, которые до этого были подавлены страхом, что сейчас выплёскиваются наружу вне моего желания. Я просто не в силах взять под контроль свои действия, потому что слишком сильно расшатался контроль, что прежде сдерживал эмоции. И если разумом я прекрасно понимаю, что Йоичи вообще не причём в данной ситуации, то объяснить это телу у меня нет возможности. Тем более, что сам старшеклассник своими речами так активно лезет на рожон. — Кир, тише. — мягко одёргивает меня Сай, осторожно беря за руку. — Мы думали прогуляться, город посмотреть. Когда ещё нам представится такая возможность? Шимура говорит, а мне вспоминается миссия по нахождению Цунаде, куда нас с Саем взяли благодаря поспособствовавшему Данзо, настоявшем на своём. Тогда, оставляли мы Джирайю со спивающейся Сенджу именно под таким предлогом. Не скажу, что алкоголичка, боящаяся крови, была лучшим выбором, но и Великий Извращенец — не предел мечтаний. Сам дед выставлял свою кандидатуру в ту пору больше из вредности, потому что не первый год находился на своём месте. Менять верных ему людей и теневое правление на работу лицом? Увольте, это же глупость несусветная. Никто не спорит, что Хокаге — сильный и умный шиноби, однако зачем же в таком случае Хокаге необходимы советники, которые не просто совет дадут, но и вес иметь будут такой, что слово самого главы деревни не будет ни во что ставиться? А именно так — в основном — и было при Третьем Хокаге. Старейшины под его носом такие дела проворачивали, что мы с ребятами, когда читали в предвоенное время найденные архивы, диву давались. Сай ловит мой взгляд и тихонько подмигивает, пока Йоичи, отвлёкшийся на звуки позади себя, не видит этого манёвра. Вроде бы парень отошёл от шока, но поговорить всё равно будет необходимо. — Не верю. — прищуривается Хирума и цокает. — Раз вам не спится, идёте со мной. В словах Йоичи так и слышалось невысказанное продолжение: а-то ещё вляпаетесь куда-нибудь, идиоты чёртовы. Ну, вообще-то уже вляпались, да только говорить об этом не собираемся. Пришлось топать за ним следом. И я за время совместного похода ни разу не пожалела, что не осталась в том отеле, больше напоминающем дешёвую забегаловку. — Ты кого-то ищешь? — интересуюсь я, оглядывая город с крыши очередной многоэтажки. Наблюдать за тем, как медленно занимается рассвет, раскрашивая пока ещё тёмное небо яркими красками нового дня. Людей на улицах становится больше, активней начинают ездить по дорогам машины, и город словно оживает кишащими муравьями-людьми, что так спешат по своим делам. Ночью Техас был в пьяном, порочном веселье, совершенно для меня непонятном, где едва ли не каждый прохожий был либо откровенно невменяем, либо слетевшим с катушек. Мы же покорно передвигаемся за Йоичи, из раза в раз вынужденные подниматься на какие-то высотки в поисках непонятно чего. Поговорить с Саем времени не было, потому что, взяв нас с собой, Хирума так же взял на себя и ответственность за нас, поэтому отслеживал наше местоположение постоянно и очень тщательно. И обязательно делал так, чтобы находились мы к нему поближе. — Тш. — Йоичи грозит мне пальцем, не отлипая от бинокля, и медленно расплылся в довольной улыбке. — Нашёл. Я перевожу взгляд вниз и замечаю человека, на которого Хирума смотрит уже без вспомогательных средств. — О нет. Йоичи, только не говори, что этот пьяница имеет отношение к дальнейшей тренировке! - почти крик души, с учётом того, что я вижу. Ответом мне стал противный довольный смех тёмного эльфа и его же шаги по направлению к выходу. Мы с Саем остаёмся на крыше одни. В принципе, это и логично: утро уже началось, а значит, опасности нас точно не поджидают. К тому же, мы с Саем отсюда попадём на весьма оживлённую улочку, да ещё и с пляжем в паре сотне метрах от нас. — А-ну стоять. — я успеваю схватить Сая за руку до того, как он выруливает на лестницу. — Рассказывай до чего додумался. Парень молча морщится, отводя взгляд. Говорить он не желает, заставлять его не хочу я, но разговор состояться должен в любом случае. Придётся говорить мне, но, с другой стороны, может быть, так будет даже лучше. Подвожу его обратно, осторожно облокачиваюсь на парапет и усаживаю его рядом. — Я не буду тебя сейчас ни в чём переубеждать, но послушай меня внимательно, а потом мы закроем эту тему раз и навсегда, ладно? — Шимура угрюмо кивает, тут же морщась от осознания собственной эмоциональности. — То, что я делаю, это исключительно мой выбор. Ты ошибся, действительно, но проблема у нас одна на двоих: мы до сих пор не можем полностью совместить настоящую жизнь с прошлым, которое мы пережили в сновидениях. Сейчас нам указали на нашу слабость и дали шанс измениться. И этим шансом необходимо воспользоваться. Только не закрывайся, пожалуйста. Я замолчала, позволяя парню успокоиться и обдумать всё, что было мною сказано. Мы сидели, облокотившись друг к другу, отрешённо глядя на тёплый, залитый солнцем город. Медитативное состояние, в которое мы с Саем погрузились, было настолько обширным, что я впервые с момента появления у меня кошмаров о прошлом, почувствовала нити, однажды связавшие всю нашу семью воедино. Сай расслабился, почувствовав, наконец, ту поддержку, оказать которую словами мне было невозможно. Я просто не могу найти слов для того, чтобы описать ту гамму тёплых, нежных чувств, что до краёв наполнили меня в момент созерцающего состояния. Юноша прикрывает глаза, приваливаясь к моему плечу, и наконец позволяет себе показать те эмоции, что до сего момента старательно пытался подавить. Противный громкий крик из телефона заставляет нас с Саем вздрогнуть, быстро придя в себя. Сообщения при поставленном на них оповещении от Хирумы Йоичи пугают меня куда больше, чем вызывают желание их прочитать. Тем более, что смех не прекращается, оповещая о том, что в общем чате пришло явно не одно сообщение.

Наруто: У вас всё в порядке?

Шин: Что произошло с вами пять часов назад, и что происходит сейчас?

Наруто: Акира, Сай, этот вопрос, судя по всему, касается вас.

Шин: Кого будем убивать?

Я переглядываюсь с Саем и начинаю строчить ответ.

Акира: Хошигаке Кисаме.

Тишина, повисшая в чате, была очень говорящей.

Сай: Всё в порядке, но, ребята, мы вляпались с вами по полной.

Акира: Готовьтесь к смертельному матчу по американскому футболу.

Отключаю телефон и прячу оный в карман. Надеюсь, что больше никаких настолько опасных ситуаций нам не предвидится, потому что ещё одну такую встречу я, несмотря на все свои силы, могу просто не пережить. Нам просто жизненно необходимо отвлечься после такого потрясения. Это понимаем мы оба, потому что думать и тревожиться о дальнейшем не имеет смысла. Необходимо действовать, и мы обязательно начнём, но перед этим требуется вернуть себе равновесие. И, наверное, сходить на пляж будет лучшей идеей, потому что этот эльф тёмный вздохнуть по окончании своих супер-важных дел нам не даст, не то, что успокоить растревоженные души. Брат, судя по доносившимся до меня отголоскам чувств и эмоций, до какой-то промежуточной мысли всё-таки додумался и что-то для себя решил. — Ксо~о! Сай, на сто восемьдесят и по газам! — даже под медленно набирающим силу солнцем прекрасно просматривались успевшие приесться силуэты дорогой и горячо любимой команды. Вот только наш манёвр был обречён на провал. Анезаки Мамори всё-таки нас засекла. Что-то день не задался как-то с самого начала. Сначала человек-рыба, теперь вот этот дятел-мозгоклюй, который явно настроен крайне недружелюбно, иначе не неслась бы Мамори в нашу сторону с видом разъярённой курицы-наседки. — Акира, Сай, с вашей стороны крайне неразумно было уходить среди ночи гулять по совершенно незнакомому городу. — начинает очередную лекцию менеджер. — А если бы с вами что-нибудь случилось? Мы должны держаться вместе, ребята. Ваше поведение просто безответственное, потому что вы подставляете всех. Сай показательно зевает и поворачивается ко мне. Пакостно прищуренный взгляд выдаёт его с потрохами. Знает же, что меня эта девчонка уже успела конкретно так достать, чувствует. И явно собирается по уму использовать все обретённые способности. — Ты к нам лезешь потому, что не имеешь своей личной жизни? — наивно глядя на девушку, интересуется брат. — Так ты уже менеджер. — взгляд его холодеет, превращаясь в ледяное крошево, проникающее под кожу и заставляющее ёжиться от недружелюбия. — Займись, наконец. Теперь у тебя есть и выбор, и возможности. Анезаки только и может, что возмущённо открывать рот в тщетных попытках найти подходящий ответ. Сай же терпеливо стоит и ждёт его, как последнего гвоздя в крышке её гроба. — Моя личная жизнь здесь не при чём. Вы — часть команды. Все о вас беспокоились, а вы ещё позволяете так нагло себя вести? — она упрямо поджимает губы, уверенная в своей правоте. — Мы — часть команды, а не твоя собственность. — отвечает он, полностью успокоившись. — И уверяю тебя, как раз отсутствие личной жизни — главная твоя проблема. Великий Шинигами, Сай, братишка, что же ты творишь? Я уже практически хрюкаю, слушая, как твердолобая менеджер пытается убедить главного мастера подколок Конохи в том, что он говорит совершенную глупость. Но убедить в чём-то Сая ей — девчонке, не имеющей для этого никаких навыков и прущей напролом — не удастся никогда в жизни. Потому что рос Шимура не с кем-нибудь, а с Наруто, который интуитивно умеет настроить нить практически любой души так, чтобы она играла в унисон с его. Где-то сбоку от нас раздался неимоверно громкий крик мужчины, оповещающего всех желающих о том, что скоро начнётся двадцать первый ежегодный турнир по пляжному футболу. Это на время закрыло вопрос. — Кир? — звонкий, смутно знакомый голос раздаётся позади. Я оборачиваюсь тут же, с неверием глядя в карие глаза Тен-Тен. — Тенни-тян? — шок быстро проходит, стоит только девушке подойти ближе и крепко, по-дружески меня обнять. Невысокая, ладная, больше похожая на хрупкую статуэтку, нежели на шиноби, девчушка с двумя крупными пучками на голове, с яркой улыбкой смотрит на меня. Я никак не могу поверить в то, что Такахаши и правда сейчас стоит передо мной. Настоящая, не призрак и не мираж, а вполне себе живая Тен-Тен. — Какого биджу с нами происходит, Кир? — тихонько интересуется девушка, осторожно отводя меня в сторону от замолчавшей, наконец, Мамори с командой. — Не время и не место. — упрямо хмурюсь я, ощущая внимательные взгляды от членов команды. — Позже будет всё. Тен-Тен прищуривается и согласно кивает, прекрасно осознавая причины моей предельной осторожности. Не очень-то мне хочется, чтобы о происходящем с нами стало известно хоть одной живой душе. Йоичи, что бы он не говорил, в любом случае до правды своим умом не дойдёт, а вот если каким-либо чудом что-то разузнать, то и сам осознает опасность наличия такой информации, и будет молчать в тряпочку. Каким бы безбашенным парнем он не казался, старшеклассник есть старшеклассник, и тягаться с пусть и бывшими, но шиноби, ему не с руки. Даже если всё происходящее с нами лишь горячечный бред, это есть, а значит — проблемы в случае чего будут у всех. — Так какими судьбами вы в Техасе? — интересуется девушка, переводя взгляд с меня на Сая. — Судьба наша, Тенни-тян, носит имя квотербека команды Deimon Devil Bats — Хирумы Йоичи — и на данный момент, хвала Шинигами, отсутствует поблизости. — Сай, гадёныш, тихо хмыкает в ответ на мою фразу, вызывая у Тен-Тен явный интерес. — А конкретно на пляж мы с Саем пришли отдохнуть. А ты тут зачем? Та прищуривается, оценивая происходящее, и подбирается, явно намереваясь замучить меня и выведать всё, что в моей жизни сейчас происходит. Кто бы что ни думал, но девушка из Тен-Тен ничуть не хуже Ино или Сакуры. По части собирания сплетен Тенни-чан, пожалуй, обеих разом может переплюнуть. Правда собирает информацию она для своей собственной пользы. Всегда приятно знать минусы своих возможных врагов и способы противодействия. — А я — менеджер команды командой Seibu Wild Gunmen. — девушка чуть смущённо улыбается, бросая беглый взгляд куда-то в сторону. — Но конкретно сюда я пришла только потому, что здесь буквально через пару часов будет выступать местный очень популярный рэпер. Кто— не знаю, но почему бы не послушать, пока я нахожусь здесь? Она говорит, а я понимаю, что только что стала свидетелем сцены, которая открывает мне знакомую лишь по снам Тен-Тен с совершенно иной стороны. Несмотря на целую жизнь за плечами, которую нам удалось вспомнить, мы оказываемся совершенно иными людьми. Это было известно ещё раньше, но именно сейчас приходит окончательное понимание, что мы совершенно не те, какими знаем друг друга, как бы мы не старались вписать всё под какую-то свою норму. — Уже скоро начнётся двадцать первый ежегодный турнир по пляжному футболу. Спешите записаться, потому что до начала осталось всего пятнадцать минут. — громкий мужской голос бойко разнёсся над стадионом. Мы втроём с тоской переглядываемся. Спорт — это то, что всегда было нам близко. И поучаствовать в пляжном футболе хотелось, конечно же, хотя бы ради того ощущения азарта и боевого настроя, что был у нас когда-то в достатке. Да только количество участников нам этого не позволит даже при желании. Нас трое. Звать кого-то чужого означает подстраиваться под них и играть в пол силы. Друг с другом, какими бы разными мы не были, у нас общие понятия едины. В ином же случае — поражение будет неминуемо. — Эй, вы, трое, поучаствовать не желаете? — басовитый голос на чистом японском окликает нас в тот самый момент, когда мы уже собираемся двинуться куда подальше, чтобы не соблазняться недостижимыми событиями. Женский визг, прекрасно запомнившийся мне ещё в той жизни, ознаменовал, что человек, который окликнул нас — это было ясно по тому, что по окончании предложения, Саю на плечо была положена крепкая мужская рука — весьма популярная личность. Я перевожу взгляд на говорившего и нахмурилась. Лицо смутно мне знакомо, вот только я никак не могу вспомнить, где же именно могла видеть или встречать этого человека. Судя по воцарившейся тишине, вспомнить не удавалось не только мне, но и ребятам. Высоченный, мускулистый мужчина в широких спортивного вида штанах и белой облегающей тренированный загорелый торс футболке с надписью — почему-то на японском — «железо». Смуглый блондин в солнцезащитных очках имеет так же на левой щеке отдалённо знакомую мне татуировку, и почему-то весьма насмешливо улыбается нам. — Э~эм, дяденька, а вы кто? — первой обретает дар речи Тен-Тен. Незнакомец смеётся, оборачивается и машет рукой старшему мужчине, очень похожему на него, но имеющему чуть более тёмный цвет волос и козлиную бородку, так похожую на ту, что носил старикашка Третий в Конохе. — Хм… — второй мужчина окидывает нас жёстким, холодным взглядом. Когда взгляд его доходит до меня, тот шокировано замирает и неверующе выпучивает глаза. — Это… Этот… Исчадие — баба? — с громким, грозным рёвом старший здоровяк оборачивается к младшему. — Ты серьёзно? — Хэй, а ничего, что я ещё здесь? — у меня от такой наглости глаз дёргается. — И вы так и не ответили на вопрос: кто вы, пожри Шинигами ваши души, такие? Я сдуваю упавшую на глаза чёлку и показательно скрещиваю руки на груди, ощущая молчаливую поддержку с обеих сторон от меня. Мало того, что так нагло себя ведут, так ещё и позволяют себе не особо лестные высказывания в мой адрес. Вот только всё это отходит на второй план, если тщательно подумать и отследить маленький, но весьма напрягающий факт: меня эти двое откуда-то знают. И, судя по удивлению, знают отнюдь не из этой жизни. — О как занервничали. — младший мужчина добродушно усмехнулся и расслабленно спрятал руки в карманы. — Кира Би и Эй. Эти имена вам о чём-то говорят? — Не верю! — фраза вырывается раньше, чем я могу сообразить. — Ты их знаешь? — Тен-Тен хмурится, переводя взгляд с меня на двоих громил, расслабленно стоящих напротив нас. Я могу только головой кивнуть, позволив перенести всю ответственность за рассказ о личностях наших новых-старых знакомых на Сая. Мне сложно поверить собственным глазам. Мало того, что Коноха и Акатсуки, так ещё и люди других стран оказались вовлечены в эту непонятную ситуацию. Это заставляет задуматься о том, зачем и по каким критериям пробуждаются воспоминания у живущих своей жизнью людей. Вся ситуация выглядит, как какой-то глобальный сбой в программе. Наши души ушли на перерождения, но не смотря на все законы и правила, оказались мало того, что в своих родных и привычных по прошлой жизни телам, так ещё и память почему-то пробуждается, хотя и должна была быть стёрта. Мне становится страшно. Не только за себя и свою жизнь, но и за жизни всех, кто меня окружает. Не хочется, чтобы они пали жертвами той цели, из-за которой нас сюда забросили. Жесть, творящаяся вокруг, всё больше обрастает подробностями. И если б не Акацуки, можно было бы сказать, что нам дан второй шанс прожить все годы, которых мы были лишены. Вот только после встречи с Мадарой и тем более с Кисаме, склонна полагать, что впереди нас ждут лишь очень крупные неприятности. Лезу в карман и сжимаю брелок, который швырнул в меня Хошигаке. Такое себе вещественное подтверждение реальности, что не так давно выбила весь воздух из лёгких, чтобы напомнить о себе. — Так что? — ещё раз интересуется Кира. — Запишемся? Я оглядываюсь, замечая, как Сена вместе с Мамори и Монтой отходят от стойки регистрации участников, присоединяясь к Киду и их тренеру. Кажется, будет очень интересно… — А давай! — мы с ребятами дружно скалимся в ожидании возможности размяться и дружной толпой движемся к стойке. Две минуты, и дело сделано — мы в игре. Первые матчи проходят легко, оставляя неприятное послевкусие, словно мы обыгрываем не взрослых людей, а малышей-инвалидов, не способных дать нам хоть какой-то отпор по причине физической неполноценности. Мы — чакро-пользователи, способны на куда большие вещи, чем обычные спортсмены и борьба с ними никак не напрягала, потому что одно то, что по нашим каналам активно течёт чакра, делает нас уже сильнее и выносливее. — Би-сан, только не говорите, что все эти девушки пришли сюда ради вас? — то, что творилось на трибунах при выходе двоих здоровяков просто ужасало. Оба брата расплылись в пакостно-счастливых улыбках и громко рассмеялись. Меня же эти дамы на трибунах вовсе не веселили, а скорее напрягали, потому что после этого дня — я была уверенна — не только массы эмоций получим, но и известность. И всё благодаря братьям Кира. Кира Би и Кира Эй — как оказалось, именно так звали этих замечательных людей в данной жизни. Еле успела остановить Сая, который чуть не съязвил на тему богатой фантазии их родителей. Как же смешно было наблюдать обиженного Шимуру, который мало того, что взглядом сверлит, так ещё и показательно нос воротит. И совмещал же, зараза, весьма успешно. — Дорогие болельщики, зрители и просто проходящие мимо люди, сейчас, буквально через пару минут, состоится финальный матч за право забрать приз! В финале сойдутся две команды: Devil Gunmans и Объединённая Армия. — комментатор уже тут как тут. — Наконец-то нас ждёт нормальная игра. — оживляется Тен-Тен, когда на поле выходит команда противников. — Не уверена. — хмыкаю в ответ, прекрасно зная, что рядом с Анезаки Мамори игра команды будет просто никакая даже при наличии четырёх более-менее приличных игроков. Я уже настроилась на лёгкую победу, пытаясь скрыть своё разочарование от того, что нормальных соперников нашей команде не досталось, когда на поле, словно нарочно, заявился один ушастый субъект, выгнавший менеджера Анезаки куда подальше. О~о да! Наконец-то начнётся серьёзная игра! Мы с Саем переглядываемся и киваем братьям Кира, которые осознают, наконец, что люди напротив не просто очередные беспомощные гражданские, а команда настоящих игроков. Сглатываю, счастливо прикрывая глаза. В крови бурлил азарт и предвкушение, стоит только взглянуть в лица противников. Особенно в лицо одного конкретного дьявола. Игра началась. Сердце бьётся, словно заведённое, в сладком предвкушении боя с равными. Пас, второй, мяч попадает мне. Чакра бурлит, разгоняя восприятие до нового уровня. Я практически слышу лязг невидимых клинков битвы. Битвы, которая разразилась на этом поле. Бежать изо всех сил, уклоняясь от любых препятствий — моя главная задача, и я выполняю её, как могу. У меня есть команда, на которую я могу положиться, потому что они воевали вместе со мной и сейчас, в этом бою точно не подведут. Би вместе с Эем легко отводят каждого, кто направляется в мою сторону, что позволяет мне бежать, не оглядываясь по сторонам. Увеличить приток чакры к глазам, ускоряя их реакцию, сосредоточиться только на своей задаче и не думать ни о чём. Сейчас именно я — под защитой. Бегу со всех ног, не видя, но чувствуя, как сбоку на меня несётся Тетсуя. Я ощущаю его энергию, чувствую скорость, на которой он несётся мне на встречу, и мгновенно провожу перерасчёт дальнейших действий. Резкий разворот на сто восемьдесят и пас назад Тен-Тен. Падение. Три очка наши. С трудом поднимаюсь на дрожащие ноги и довольно ухмыляюсь прямо Йоичи в лицо. — Это только начало. — читаю я по движениям тонких губ. — Посмотрим. — прищуриваюсь я в ответ, тут же отворачиваясь в сторону своей команды. Кира окидывают меня многозначительными взглядами и весьма неприятно ухмыляются. Не знаю, что в тот момент было у них на уме, но что-то мне эти пакостные ухмылочки и знающие взгляды не нравятся от слова «совсем». Тен-Тен смотрит на них со смесью шока и понимания, после чего начинает хохотать. — Что смешного? — успеваю поинтересоваться у неё, до того, как начинается игра, и подбираюсь. Мяч у команды соперников. Звучит сигнал, Йоичи командует старт, и сразу после этого они начинают такую перепасовку, что даже несмотря на то, что я способна её отследить, никак не могу помешать. Игра смещается в нашу сторону, мяч у Сены, и, кажется, ещё немного и будет тачдаун, вот только воинственно настроенный Эй не позволяет нарушить свои планы. Находясь позади всех для защиты нашей территори, именно он умудряется схватить Сену за шиворот и жёстко остановить. О да! Никогда в жизни не забуду шокированного выражения лица, промелькнувшего у Хирумы Йоичи всего на пару секунд. Так-то, эльф тёмный, будешь знать, что не все ведутся на детские разводы. И всё-таки верна присказка, что бывших шиноби не бывает. Им пришлось перейти на перепасовку, потому что Эй после такого Сену точно не пропустит. Игра же постепенно набирает обороты. И как же приятно ощущать, что при всей своей внешней браваде Хирума рвёт и мечет. Но вечно это продолжаться не могло. С помощью Тетсуи команде удалось перекрыть нам путь, и даже сровнять счёт. Эй, от такого провала, едва в режим берсерка не вошёл, потому что проиграть взрослому дядьке школьникам, пускай даже старшеклассникам — позора хуже не придумаешь. — Узумаки, помнишь твой прорыв? — я киваю, вспоминая, как эффектно и эффективно вмешалась в почти убийство моего брата, во время той злополучной войны. — Хоть ты и баба, но с той задачей справилась. Действуй. Видя Сая, Тен-Тен и Киру Би, которые готовы меня поддержать, я киваю в ответ на практически прямой приказ к победе и прикрываю глаза, скалясь в счастливой, полной предвкушения и горечи прошлого улыбке. Мне тяжело и больно вспоминать те ужасы, что пришлось переживать вновь и вновь во сне и наяву, но для меня это шанс сделать шаг вперёд, в новую жизнь и в будущее, связав болезненное воспоминание прошлого со счастливой победой настоящего. В этот раз бежать будет Тен-Тен. Не смотря на все старания, такой финт мне пока не осилить. Я окажу поддержку и стану тем, кто даст ей первый толчок. Пляжный футбол тем и отличается, что здесь разрешено практически всё, а значит и такой финт ушами, пусть и в весьма урезанной форме, пройдёт точно. Тен-Тен становится на место квотербека и даёт команду на старт, замирая в ожидании. Вот достиг своей позиции Эй, следом добежал Би, Сай, бегу, подтягиваясь на нужную дистанцию я, и, пока соперники не осознали всего ужаса ситуации, всё так же продолжая попытку нападения на совершающую обманный манёвр меня, я резко останавливаюсь, вскидывая руку вверх. Первый прыжок, Тен-Тен изо всех сил отталкивается от моего колена, летит в сторону Сая, получая опору от подставленной руки, и взлетает ещё выше, достигая плеча Эя. Последний рубеж. Девушка со всей возможной скоростью летит, приземляясь на сложенные над головой руки Эя, и взмывает высоко в воздух. За спиной её раскрываются кинжально острые крылья, устрашающе звенящие металлом. Оружейник Конохи во всей своей красе. Тачдаун. Победа всё-таки остаётся на нашей стороне.