Глава 11. "Бессонная ночь или разговор по душам"
11 марта 2013 г., 22:08
Не познав отчаяния, не познать надежду. «Психопаспорт»
Братья завалились злые и потрёпанные. — Что случилось? — подходя к парням, спросила я. — Да так, слишком назойливый призрак попался, — расстроено произнёс Сэм. — А ещё слишком умный, — ворча, добавил Дин, — Но больше он никого не потревожит! А вы чем тут занимались? — Мы с Кастиэлем, — я обернулась, чтобы показать на ангела, но того и след простыл. «Может, он на меня обиделся?». По мне было видно, что я расстроена исчезновением мужчины. Братья переглянулись, а Дин продолжил: — Не обращай внимания, он постоянно пропадает, а потом неожиданно появляется, — после этих слов парень поёжился. Как я поняла, его очень бесил «эффектный выход» ангела. Да уж, теперь я начинаю так же присоединяться к этому хейтер — клубу «Ненавистники Кастиэля — Копперфильда». — Ну что же, прошу за стол, — я снова вздохнула, оглядываясь на то место, где ещё пару минут назад стоял Кас. После моих слов Дина будто подменили. Он не пошёл, а полетел к холодильнику и вытащил оттуда всё, что я купила. Да уж, моя идея заполнить холодильник, была просто замечательной! Я преградила ему путь к еде и рассортировала свои покупки на то, что мы будем, есть сейчас, и то, что останется на завтра. На сегодня у нас остались: ветчина, сыр, овощи и пирог, который я приобрела специально для Винчестера старшего. Уж не знаю, как я угадала с едой, но яблочную выпечку, парень уплетал за обе щеки, при этом с аппетитом причмокивая. Обед прошёл достаточно спокойно, я бы даже сказала по-семейному. Всю прелесть тишины нарушало только периодическое чавканье Дина. Когда парень снова показал своё бескультурье, мы с Сэмом уставились на него с угрожающими лицами. Нам всё это уже порядком надоедало. Но мужчина только ответил: — Что? Мне уже и поесть нельзя? Он, наверное, боялся, что я отберу у него мучное сокровище. Но я была не сильно на это настроена. Поблагодарив всех за обед, хотя, скорее всего, за ужин, я направилась в свою комнату. «Чем же мне заняться?», — подумала я, опускаясь на кровать. В голову сразу пришла мысль. Я вытащила из рюкзака альбом для рисования и пенал. Недолго думая, открыла первый лист и достала из пенала гелиевую чёрную ручку. Я занесла руку над листом и замерла в обдумывании того, что же я буду рисовать. Но ручка сама потянулась к белому «полотну», и вот я уже вижу очертания лица человека. Я рисовала словно на подсознательном уровне, ничего не понимая. Вскоре я увидела достаточно знакомый силуэт. Тот, приятный мне, изгиб брови, та трехдневная щетина, которую не хочется сбривать, и та узенькая полоска губ. В не сомнении, я рисовала ангела. Своего ангела. Конечно, я никогда не смогу передать красоту его небесного лица, аккуратности его тела и глубины его глаз. Увы, но не смогу… Любуясь портретом, а точнее героем, изображённым на нём, я и не заметила, как за окном потемнело. «Сколько же сейчас времени?». Часы показывали без пяти одиннадцать. Надо же, крайне увлеченная своим занятием, я даже не заметила, как село солнце. Я положила альбом на кресло, предварительно закрыв его, и натянула на себя «новую ночную рубашку». Это была мужская футболка, которую нашла я у Дина на кровати. Может быть даже, парень сам в ней спит, но… Нужно, же мне в чём-то ночевать! Вот я и забрала её, предварительно простирнув. Переодевшись, я опустилась на кровать, а голову никак не хотели покидать мысли об ангеле. «Я, наверное, его обидела. Почему он ничего не сказал? Почему ушёл?». Невольно вспомнился русский мультик про Карлсона, точнее слова из этого мультика: «Он улетел, но обещал вернуться». А ангел… Ангел испарился и ничего не обещал. «Надеюсь, он ещё придёт…» Раздумья не желали покидать мою голову и уступать меня объятиям Морфея. Они путались из-за своего обилия. Мысли стройными рядами то вышагивали в моей голове, то путались в замысловатую головоломку, а то и вовсе строились в огромный кубик — рубик… Прошло уже часа два, а я всё никак не могу уснуть. «Надо было выпить пива, которое мне предлагал Дин. Спала бы сейчас, как ребёнок!». Я уже начинала злиться на себя. Сколько можно? Я хочу спать! Идея моего спасения пришла сама собой. «Нужно прокрасться на кухню и хлебнуть глоточек чудесного напитка. Точно!». Я вскочила с кровати и понеслась к двери, но потом резко остановилась. Заглянув в зал, я увидела Винчестеров, мирно сопевших на своих кроватях. «Главное их не разбудить!». С этими мыслями я, аккуратно ступая босыми ногами по деревянному полу, прокралась на кухню и начала рыться в холодильнике в поисках пива. Но, кажется, миссия провалена. Дин всё выпил. За спиной послышался шелест, а вскоре до дрожи приятный, бархатный голос спросил: — Что ты делаешь? Я подскочила на месте, с силой захлопнув дверцу холодильника так, что аж полки задрожали: — Фу ты, Кас! Зачем так пугать?! — теперь я понимала Винчестера старшего. В этих появлениях ангела мало чего хорошего. Особенно ночью… — Прости, — парень виновато опустил голову, — Я не хотел… — Ладно, забей, — отмахнулась я, стараясь совсем не задеть это обидчивое существо. — Ну, так что ты делаешь? — с таким же недоумением в голосе спросил парень. — Пиво ищу, — я направилась в его сторону, но до самого мужчины так и не дошла, а села на пол, облокотившись на стену. — Зачем? — Что бы заснуть, — я только сейчас поняла, насколько это звучит нелепо, я бы даже сказала глупо, — Просто пиво действует на меня как снотворное, — поспешила оправдаться я, но уловила непонимающий взгляд ангела — Не важно… Снова повисло терзающее душу молчание. «Неужели всё повторится? Нет, не хочу! На этот раз, он не улизнет!». — Расскажи мне что-нибудь, — неуверенно произнесла я, стараясь начать хоть какую-то беседу с ангелом. Но спустя секундной паузы, добавила, — Пожалуйста. — Что ты хочешь узнать? — спокойно ответил вопросом на вопрос ангел и сел рядом со мной. — Ну… Не знаю. Про жизнь людей, которые были раньше… — Это очень объемный вопрос, чтобы ответить на него мне нужно будет много времени. Что именно тебе интересно? — Да всё. Я хочу узнать про моральные ценности человечества, про жизнь людей во времена войны, про рыцарские турниры в Средневековье, про художников и скульпторов разных эпох: Ренессанса, романтизма, импрессионизма, про великих писателей. Ты видел когда-нибудь: Пушкина или Лермонтова, или хотя бы Алана Эдгара По? — ну вот, меня понесло. Иногда я чувствую, что превращаюсь в мистера Гринвуда, учителя литературы. Я так же не могу остановиться, но всё-таки делаю паузу, чтобы задать главный вопрос, — Но больше всего меня интересует жизнь ангелов. Мне так хочется понять вас, докопаться до вашей человеческой сущности. Мне так хочется узнать о вас всё, как вы живете? Долог ли ваш век? Ведь… — я нервно усмехнулась, — Ведь я первый раз в своей жизни вижу живого ангела напротив меня. Я хочу… узнать всё о тебе, — на последнем моменте я запнулась. «Я что сказала «о тебе»? Я должна была сказать «об ангелах» или хотя бы «о вас«…». — Ну что же, — продолжил за меня Кастиэль, сощурив глаза, и пристально наблюдая за мной, — Я расскажу тебе, но вряд ли ты сможешь понять ангелов. Никто ещё не сумел… — Но я хотя бы попытаюсь, — с надеждой в голосе произнесла я, — Я уж не такая тупая, как ты думаешь. Словив на себе непонимающий взгляд небесного воина, я тихо пробормотала: — Прости… — Хорошо. Мы, ангелы, живём на земле уже много столетий, никто точно не знает сколько. Нас много. Если я начну называть своих братьев и сестёр по именам, то мне не хватит этой ночи. Да и тебе это не очень нужно, — он затих, обдумывая дальнейший рассказ, но вскоре продолжил, — Возможно, ты знаешь, что существуют четыре архангела: Михаил, старший сын, Рафаил, Гавриил и … Люцифер. — Это тот архангел, который не захотел любить людей? — сказала я. Да уж, я немного разбиралась в этой ангельской чепухе, но эта вся информация была взята со страниц книг! А тут вот, перед тобой сидит первоначальный источник, который может тебе с точностью рассказать, как все было. «Блин, сама же просила рассказать, а теперь перебиваю его, блин!». — Да, это он. Сейчас Люцифер находится в клетке, но является самой главной проблемой небес. Он хочет сразиться со своим братом, — по Касу было видно, что тот не знает, что именно ему ещё сказать. Мне же стало как-то неважно на душе. Возможно, потому что рядом с моим ангелом я становлюсь чувствительнее, и от того пофигизма не остаётся и следа. Но мне стало холодно на сердце. Какой-то комок сжался внутри, не давая моему довольно знаменитому равнодушию вырваться на волю. «Предательство… Вот чего я не выдержу… Предательство!». По телу пошли «мурашки», и я решилась на отчаянный шаг. — Можно я тебе кое о чём попрошу? — Да, — абсолютно спокойно ответил мне ангел. — Пообещай мне, что всегда будешь рядом, что поддержишь, если мне будет плохо, что не бросишь и не предашь, — возможно, я просила много, слишком много, — Пожалуйста, — Кастиэль замолчал и опустил голову вниз, обдумывая ответ, а я тем временем смотрела на него, стараясь запомнить каждую черту его ангельского личика. — Обещаю, — тихо сказал он, подняв свой небесно-голубой взор на меня. — Спасибо, — почти шёпотом произнесла я, поднялась с пола и направилась в свою комнату. На миг, остановившись в дверном проёме, я взглянула на него и сказала так же тихо, — Не уходи, ладно? — Я останусь здесь. Я всегда буду здесь.
