Гнев Анубиса

-В атак... Пуля. Она - лишь воля стрелка. И эта пуля настигла свою цель. Остатки мозга разлетелись в разные стороны. Переведя винтовку, Ана прицелилась вновь. Выстрел. Ещё один упал замертво. Ещё выстрел, смерть. Выстрел - снова убитый. Она стреляла не останавливаясь, лишая жизни одного за другим. Её сердце разрывалось от ненависти, страшной боли. Зубы скрипели, голова была чиста. Руки не дрожали, но в ней все равно проснулся неведомый монстр, что желал убивать. И, казалось, она потеряла над собой контроль. Выстрел в грудь, пуля прошла насквозь, выпуская струю крови. Солдат остановился, шатаясь, посмотрел словно в саму душу Амари. Протянул руки, снял шлем. Глаза Аны были словно стеклянными, зрачки расширились, дыхание спёрло, а сердце застыло. Казалось, само время остановилось. На неё смотрела девушка лет двадцати пяти. Волосы тёмного цвета, спадали на плечи, карие глаза словно кричали: "Спасибо...". И над левым глазом татуировка... Девушка упала на колени. Её голова поникла, уткнувшись в грудь. Её мир рухнул. Она закричала. В этом крике было столько боли и отчаяния, что на него прибежал Джек. Бой не прекращался ни на мгновение. Пули свистели в долях сантиметров от него. Он полз к ней как мог. К женщине, что сидела, качаясь, держа голову руками, рыдая, словно ребёнок. Каждая секунда этого зрелища разрывало его душу. Взрыв, кусок арматуры задел его руку. Но, стиснув зубы, он ринулся вперёд, не обращая внимания на все, что происходило вокруг. Обняв, он прижал страдающую женщину как можно крепче к себе, поглаживая её седые волосы. Она не переставала твердить одно и то же: -Я убила её, убила её... Я убила... -Всё хорошо, тише... - заглянув ей в глаза, он прижался своим лбом к её, -Всё хорошо, Ана, перестань. Все хорошо... -Я убила её, Джек... Я не хотела.. Я не знала... -Кого, дорогая? -Фарру... Я убила свою дочь... -Ты не убивала её. - продолжал он успокаивать её, -Фарра ни за что не стала бы иметь с ними дел. Ни за что! Она найдёт выход и будет с нами. Ты слышишь? -Но... А как же... -Всё, перестань, - прижав к груди женщину, Моррисон молился всем Богам, только чтобы это была правда. Ана сходит с сума. Слишком много крови. Прислушавшись, он понял, что бой окончен. Амари была без сил, она тихо дышала, прижавшись к его груди. Он взял её на руки и они направились к остальным. Уложив женщину в комнате отдыха на диван, он вышел к остальным. Их оборонительная позиция - станция телевизионного вещания. Находилась она ближе к окраине города, далеко от Пентагона, наступления Морской Пехоты на суше, и по морю. Горстка лояльных сил под его командованием до сих пор держит оборону, хотя в самом начале их было под четыре сотни. Теперь их число достигает шести десятков. Но большую проблему представляли гражданские, которых успела спрятать команда Моррисона. Он давно понял, что пленных эти фанатики брали не просто так. Каждый пленник - это новый солдат и свежее пополнение. Безмолвное орудие убийства. У деревянного стола, что напротив входа, где раньше сидел оператор, сидели те немногие солдаты. Они подбирали оружие и боеприпасы с убитых, перетаскивали раненых. У самого стола сидели Торбьорн и Вильгельм. Оба мрачно попивали пиво. -Как вы умудрились достать выпивку? -Это не так важно, Джек. - не обращая внимания на Джека, Торбьорн кивнул в сторону тел, что упаковывали в чёрные мешки. -Ещё семеро. -В этой войне нет чести! - огрызнулся Вильгельм, -Друг мгновенно станет врагом, а тот не пожалеет и ребёнка. Это не война, - он посмотрел на вход, -Это бойня. Достав из-под стола ящик пива, Торбьорн взял бутылку, разбил горлышко, протянул Моррисону. Джек ещё никогда не видел того таким подавленным. Он словно смотрел в одну точку, не видя ничего другого. Вильгельм был таким же. И Джек знал причину - Бригитта. Оба, что ни на есть, отцы ей. Оба ощущают груз ответственности за то, что её нет рядом. -Не самая лучшая идея, - посмотрев с опаской на разбитое горлышко, Джек осторожно сделал пару глотков. Пиво было ужасно тёплым и на вкус словно моча. Но горький привкус возбудил его ясность ума. -Она жива, парни, вот увидите. Главное верьте в это. -Если эти твари хоть волос тронули на головушке моей крошки... -У твоей турели же нет волос... -Идиот! - ударив механической рукой по голове Вильгельма, Торбьорн словно завопил, -Тупой фриц! Совсем мозги отбил?! -Не поубивайте друг друга. - улыбнулся Джек, -Вы моя семья, - тут оба повернулись к нему, -Мы обязательно спасём наших близких. И тот, кто стоит за всем этим, обязательно заплатит за все, я обещаю вам. Капитан Майола, словно ошпаренная, носились в аппаратурой. Те немногие сотрудники, что задержались вечером, пытались настроить связь. Она то орала на них, то извинялась. В конце концов она сдалась, и увидев Джека, виновато опустила голову. -Мы в дерьме, Моррисон, - её руки слегка дрожали, взяв сигарету, она не смогла найти зажигалку, -Твою мать... -Связи так и нет? - протянув зажигалку, он помог прикурить. На вопросительный взгляд ответил не без иронии, -Нашёл. -Город словно под куполом. Мы можем принимать сигналы из сектора города, в редких случаях отправлять сообщения, очень короткие и бесполезные. Словно кто-то решает, что можно говорить, а что нет, -Твою мать... Твою мать! -Успокойся, - положив руку ей на плечо, Моррисон словно ощутил груз, что висел на ней. -Никогда не принимай решений на эмоциях. -Где этот чёртов поляк, когда он так нужен?! - прошипела женщина. -Козёл, скотина, ублюдок... Сукин сын. Он понимал. Она не желала обидеть Ежи или оскорбить. Она тоже на пределе и её опорой был именно он. Сейчас он нужен ей больше всех. -Он в порядке. Я знаю это. -Наверняка сидит где-то, попивая свой бурбон. Пойло. -Уверен, тебя он не обделит и оставит стаканчик-другой. -Хм... -Капитан Майола! - закричал мужчина, -Принимаем передачу! Оба ринулись к пульту. Надев наушники, они стали слушать. То, что они услышали, было настоящим ударом. -Говорит полковник Стрикланд. Всём войскам приказываю отступить. Повторяю, говорит полковник Стрикланд! Приказываю отступить! -Что?! Этого не может быть... Это невозможно... -Это бред какой-то... -Этого никто не должен знать! - заорала женщина, -Выключи передачи, блять! - она достала пистолет и приставила к виску одного из гражданских, -Не дай Бог кто из вас ляпнет об этом - я выбью тому мозги. Вам все ясно?! -Майола, - Моррисон опешил, но подошёл чуть ближе, -Опустила ствол, подруга, - он поднял руки, чтобы она видела их, но продолжил подходить к ней. -Если об этом узнают - мы все сдохнем. Я ещё собираюсь пожить лет десять минимум. - капитан с трясущейся рукой отошла от парня и посмотрела на Джека, -И ты это знаешь не хуже меня, -Убрав ствол, она вышла прочь. -С-спасибо, сэр... -Не держи на неё зла. Она на грани... -Да ладно, - чуть заикаясь, ответил парень, -Стресс, конечно... Джек собрал всех руководящих офицеров, и тех, кому он мог доверять. Сейчас решалась их судьба и дальнейшие действия. А таких было не слишком много. -Майола, - мрачно посмотрев, Моррисон скрестили руки на груди, -Они вправе знать. -Знать что? - угрюмо проговорил Торбьорн, -Что? Табачные запасы капитана закончились? -Заткнись, гном, а то пустой бутылкой ебну. - огрызнулась та, -Помощи от морской пехоты не будет. Они отступают. -Они что? - сокрушается Вильгельм. -Но... Как? Это значит... - он посмотрел в сторону в ужасе. -Мы в полной жопе. Настолько глубоко, что меня уже толкает чье-то дерьмо. - плюнул на пол Торбьорн. -Нам необходимо придумать план действий. - Джек был непреклонен, каждое его слово было словно молот. -А где Ана? - оживился Рейнхардт. -Она отдыхает, но зная её, скорее всего сейчас на крыше, - пожал плечами Джек, мысли о ней смягчили его, но лишь на мгновение. -Я полагаю, у тебя уже есть план, командир, - раздраженно продолжила Майола, -А может даже с планом Б. -Разумеется. - подойдя к столу, он активировал карту города, -План А: мы продолжаем держать оборону здания, даём время нашим людям, чтобы найти источник помех, позже организовываем вылазку, уничтожаем его и координируем действия всего сопротивления. Но высока вероятность, что мы просто умрём. Всё молчали. Переварить эту новость было не трудно. Но осознание того, что высока вероятность поражения, будоражило всех. Ветераны сотни сражений и десяток войн. Для них это был долг, с которым они превосходно справлялись. Здесь же ставки очень высоки, шансов, что выпадет нужная карта, практически нет. -А план Б? - мрачно ответил Линдхольм, -Если первый - настоящее самоубийство, то что же будет запасным вариантом? -Мы уйдём. Покинем штат. -Что? - глаза рыцаря округлились. -А как же люди в подвалах? Как мы их вытащим? -Он не собирался их спасать. - капитан была словно мрамор. Она поняла его план. -Так вот для чего ты приказал заминировать бетонные основы, Джек. Хитро... -Что ты приказал сделать?! - прошипел Торбьорн. -Ты решил... -Да, - капитан улыбнулась, -Наш герой желает похоронить всех заживо, чтобы они не стали новым пополнением для врага. А мы просто свалим. Неплохо, Моррисон. Узнаю хватку Рейеса. -Но должен быть другой выход! - рыцарь продолжал сокрушаться, для его понятий чести слышать такое сравнимо предательству самого сокровенного. -Я его уже озвучил. - встав в полный рост, он оглядел всех. -Предлагаю проголосовать. - оживился штаб-сержант национальной гвардии, он был хорошим другом Мельченко, поэтому оказал поддержку Майоле после того, как старший по званию был убит. И притащил своих парней сюда. Моррисон отсчитал пять патронов с обоймы Майолы. -Те, кто за план Б, всадите патрон обратно, кто против - положите его на стол. Майола не раздумывая вернула патрон обратно в обойму. Для неё все было ясно сразу. Она больше не желала участвовать в суицидальных операциях. -Этому не бывать! - закричал Вильгельм. - он поставил патрон на стол. Джек посмотрел на него. Но для себя он давно принял решение. Древо патриотов постоянно должно удобряться кровью, но он ещё хотел подорвать и защитить то, что ему дорого. Он подошёл, взял обойму и вернул патрон. Торбьорн и Патрон колебались. -Чего ты ждёшь, Патрон?! - грубо обратилась Майола к штаб-сержанту. -Когда тебе Ежи прострелил плечо, я ещё тогда кое-что понял, сестренка. - он закурил, теребя патрон, -Если ты потеряла свет, то это не значит, что его нет. Бороться за свет - наша работа и обязанность. Потому что другие не смогут нести это бремя. - он смотрел на обойму, поднял руку с патроном, -Мы потеряли многих хороших парней. Уйдя и бросив это место, мы плюнем им в лицо, - патрон оказался рядом. Два-два. Голос Торбьорна был решающим. Он ощущал на себе взгляд двух лагерей. Лучшего друга, который готов умереть за него и идеи чести. Крестник его дочери. Но он руководствуется зовом чувств и эмоций. А по другую сторону был Моррисон. Человек, который прошёл настоящий Ад. Того, кем был он раньше, больше нет. Эмоций и веры в правду больше нет. Лишь возмездие, холодный расчёт и никакого желания рассчитывать на посторонних. Он воин, который всегда добьётся своего. Но... Его дочь здесь. Он не простит себе, если потеряет её. Свою любимую дочурку. Гордость отца. Торбьорн подошёл к столу, держа в руках патрон. Протянул руку. Его сердце и душа разрывается на части. Он не знал, что выбрать, как поступить, и всем сердцем желал, чтобы эта ноша пала на другие плечи. Его рука тянулась к обойме. -Друг... Умоляю тебя... - в голосе Вильгельма слышна скорбь и мольба. Рука вот-вот дотронется к обжигающей, холодной стали.... -Джек, - раздался голос в наушниках, -Выйди на улицу, немедленно. Рука шведа так и зависла. Он не смог принять решения. Вильгельм похлопал того по плечу, идя следом за Джеком, как и остальные. Если Ана в таком тоне "приказала" Моррисону выйти, значит, причина весьма весомая. Они потратили несколько часов, чтобы найти безопасную дорогу до здания. Мойра всячески оказывала медицинскую помощь Циглер, ибо та все ещё была слаба. Но вот их цель стоит прямо перед ними. Площадь перед зданиями была настоящим полем брани. Сотни тел испускали ужасную вонь. Птицы пировали вовсю, а сожженная техника обеих сторон фактически потухла. -Господи, - в голосе Циглер была дрожь и ужас, -Столько убитых... Мойра посмотрела в левую сторону. Увидев яму, она поняла, что там тел ещё больше. Война... Не такой она себе её представляла. Одно дело - небольшие операции, как в Венеции или в Ратоне... То, что она видела здесь, все меняло. -Осторожнее, доктор Циглер, - заботливо держась за руки, они неспешно шли к зданию. Мойра уже видела лазерные точки на своём теле, но решила о них ничего не говорить Ангеле. У неё и так не было сил. С каждым шагом точек становилось все больше. Мойру это раздражало. -Ангела?! - закричал Вильгельм, -Не стреляйте! - великан уже бежал вовсю к ним. -Стоять! - закричал Моррисон, не забыв выстрелить в небо. -Вильгельм, не двигайся. -Ты с ума сошёл?! Это же Ангела! -Она с Мойрой. -Джек... - тяжело дыша, девушка подняла голову, -Она спасла меня... Мужчина шёл к ней навстречу. Свой визор он не отключал. Словно ожидал от женщины подвоха. Когда-то он ей доверял, но это в прошлом. Дважды на одни и те же грабли он не встанет. -Так у вас принято говорить "спасибо", Моррисон? - её голос был самоуверен. -Впрочем, ничего удивительно. Это так на тебя похоже. Джек кивнул Вильгельму, тот незамедлительно взял Ангелу на руки, еле заметно кивнул Мойре. Когда он отнес её обратно, то поспешил вернуться. Но знал ли он, что будет дальше? Этого не знал никто. -Полагаю, я свободна? -Это с какой стати? -В смысле? - Мойра напряглась. Потом вспомнила про то, что говорила Фария, попыталась включить запись, но... Файла не было. -Ты закончила? - продолжил Джек. -Никакие добрые поступки не стоят той крови, что ты пролила, О'Доран. -Я спасла то, что тебе дорого, - прошипела Мойра, -Циглер, Амари! Я их спасла! Не ты. Да и что ты знаешь о моих поступках? Мотивах? -Достаточно. -Ты ничего не знаешь, - она была на грани. Её переполняла злоба. Так ей это не свойственно. Но это было... Неописуемо. -Ты никогда не поймешь этого. Поэтому Рейес тебя и предал. Из-за тебя был уничтожен Overwatch и именно ты, - она угрожающе направила на него палец, -Станешь причиной смерти всех, кого любишь. Вспышка озарила её взор. Зрение постепенно стало восстанавливаться. И она, Мойра О'Доран, была... Палец запнулся, а рука потяжелела. В груди стало распространяться тепло. Приложив к ней руку, она увидела кровь. Из револьвера, что был в руках Моррисона, появилась вспышка. Выстрел. Пуля поразила правое, а затем и левое лёгкое повторяющейся чередой стрельбы. Каждая вспышка - шаг назад для Мойры. Она отказывалась верить в это. Не желала допускать и мысли о том, что это происходит с ней. Ноги словно подкашивались. Силы покидали её, она упала на колени. Затем по инерции ягодицами села на икры ног. Боли она не чувствовала. Тепло сменилось на холод. Под ней появилась лужа крови. Её крови. Холод сцепил ноги и руки, постепенно поднимаясь выше. Ей было холодно и страшно. Она подняла голову. Вдали она слышала крик Циглер. Откуда у неё силы кричать? Ха, и как она так? Неужели просто недооценила Моррисона? Ведь всего этого можно было избежать. Уйти в тень и сбежать. Или вовсе уйти и не провожать Циглер. Но... Она хотела, чтобы все поверили, что она не враг. Да, её методы не всегда были гуманными. Но наука требует жертв. Почему? Почему она поверила Ангеле? Фарии? Почему она дала волю эмоциям? Подойдя вплотную, Джек приставил ствол к её лбу. Мойра, широко раскрыв глаза, до сих пор не могла поверить в происходящее. И лишь в одно мгновение по щеке прокатилась слеза. -Мойрааааааа! -Остановись, Моррисон! - кричал Рейнхардт. Словно сам город замолчал. Но это молчание прервал звук выстрела. Джек не смог выстрелить ей в голову. Он... Не смог. Его месть свершилась. Наследие его мести стало и проклятием. Он понимал это. Убрав оружие в кобуру, он направился назад. Циглер рыдала, сидя на полу, что был покрыт осколками стекла и строительным мусором. Рейнхардт пытался её успокоить, и когда Джек подошёл, то схватил за его куртку, прижав к стене. -Да что с тобой?! Ты совсем рехнулся со своей справедливостью?! - заорал Рейнхардт. Солдаты, что были в зале, немедленно направили оружие в сторону Рейнхардта. Дав понять, кто тут главный, а кто потенциальный враг. Их он не замечал, но почувствовал под подбородком ствол того же тёплого ствола револьвера. Бросив взгляд на оружие, он словно пытался заглянуть в душу Моррисона. Увидеть в ней хоть что-то светлое. Но все, что он увидел - это безразличие. -Отпустите командира Моррисона, лейтенант! Заорал один из солдат, -Живо! -Вот так? После стольких лет? Ты... Ты просто застрелишь меня? Моррисон молчал. Вильгельм не мог поверить в это. Просто не мог. Его сердце разрывается на части от мысли, что его бывший командир превратился в монстра, чудовище. -Из нас двоих, - ответил Моррисон, -Делам занят только один. - словно в такт, он надавил на оружие, что упиралось Вильгельму в подбородок, -И это не ты. -Считаю до трех! - закричал солдат, целясь в голову, -Раз! Два! -А ну прекратили вы оба! - заорал Линдхольм, -Я оставил вас на пару минут, а вы тут поубивать друг друга собрались! Торбьорн ударил рыцаря по сервоприводам по ноге, тот упал, отпустив Моррисона. -А ну разошлись! -С меня хватит. - уже спокойнее ответил Рейнхардт. -Ты - лишь тень того великого человека, кем был. Он взял свой молот и направился к выходу. Обернувшись, он посмотрел на шведа, который не мог понять, что произошло. -Прощай, старый друг. Швед бросал взгляд то на немца, то на американца, и вдруг заметил Циглер, что продолжала плакать, пытаясь вырваться из рук солдат, что хотели её унести подальше от места брани. Он ничего не понимал. И никто не смел ему объяснить. Никто... Рейнхард остановился около Мойры. Её глаза были закрыты, а на щеках следы слез. Он не мог сдвинуться. Неведомые силы не позволяли ему просто уйти. Он никогда не знал её, будучи в Overwatch, и не питал к ней ненависти. Но этим поступком она заслужила его доверие. Он взял её на руки, аккуратно положил её голову себе на грудь. В последний раз обернувшись, он ушёл прочь. Звукозаписывающая студия стала универсальный убежищем для горсти солдат и музыкальной группы, что осталась ночью отпраздновать свой первый, успешно выпущенный альбом. Солдаты приказали всем спрятаться, как только услышали звуки грубо открывающейся двери и бега. -Всех выживших в лагерь. Ищите. -Есть. Крутили абсолютно все. Где-то они услышали крик, женский крик. Сердца друзей из музыкальной группы Faun Stars бились в бешеном ритме. Один солдат трясся в испуге, другой же закурил, готовясь умереть сражаясь, доставая гранату. Внезапно раздался рев. Словно в здание влетел самолёт. Серия взрывов, из-за которой посыпалась штукатурка. Тишина. Тяжёлые шаги. -Сегодня явно не твой день, дружок, - сильный, но приятный женский голос раздался из-за двери. Бах! Дверь, словно пушинка, слетела с петель, пронесясь через всю комнату, а в самой двери была голова солдата. Солдаты замерли. Первый обоссался, трясясь в ужасе. Второй же... Нагнулся, чтобы посмотреть, кто это решил поиграть в бильярд. Силуэт аккуратно взял из его рта сигарету, подпалил от огня задних двигателей. -Всё живы? - мужчина озарил парней голливудской ухмылкой, -Госпожа, у нас тут выжившие. В комнату вошла статная фигура, сняв шлем, второй понял, что где-то уже видел её. Но у него не было сомнений, что именно она совершила столь чудный страйк. -Классный бросок, мэм. - второй был до сих пор шокирован. -Сколько вас? - презрительно осмотрев первого, она бросила взгляд на исход броска, -Хм... Действительно неплохо. -Страйк, - улыбнулся человек в броне. У вас талант. -Надо было взять чуточку правее. Ага, вас пятеро. Ооо, да у нас тут пташки высокого полёта. Три девушки вылезли из-под стола, что стоял посередине. Дверь краем низа задела верхушку, но самих девушек не задело. От испуга не осталось и следа. Они с восхищением смотрели на Фарру, что смотрела на них свысока, приподняв подбородок, усмехаясь, словно перед ней три маленьких девочки, а не девушки под двадцать пять. -Ангел... - прошептала одна из них. -Хм... - улыбнувшись, воительница повернулась к солдату, -Альфа, сколько до точки? -Пара улиц, недалеко, госпожа, - Докурив, он потушил окурок. -Доведём, госпожа, и волоска не упадет. -Я возьму Милисару и её людей. Ты же защищай телевышку. Альфа почтительно кивнул, проводил удаляющуюся Фарру и повернулся к девушкам.Его улыбка, подчеркнутые скулы, красивые, глубокие синие глаза не могли оставить никого равнодушными. Особенно ямочки при улыбке. -Ну что? Кто хочет полетать? Генерал Джеффри укрепил оборону Пентагона всем, чем смог. Теперь это не изнывающее от боли здание, а укреплённая точка. Сотни окон стали отличными пулемётными и снайперскими точками, которые были укреплены мешками с песком. Никогда бы он не мог и представить, что такие запасы на складах ему пригодятся. Как показала практика, многое из подземных складов прошлого ему пригодилось здесь - в будущем. После его выступления к Пентагону подтянулась большая часть лояльных войск. И теперь это место ощетинилось и заострило зубы. Но была главная беда. Связи, как таковой, не было. Они могли принимать сигнал, но отправлять - нет. Отступление сил морской пехоты недурно подорвало боевой дух личного состава. Но морской флот продолжал наступление, не выходя в эфир по секретным каналам. Он просто медленно, но уверенно продолжал давить. Улица за улицей, дом за домом. Их войска оставляли после себя лишь гору трупов врагов. К счастью для генерала, они были его союзниками. Им оставалось лишь ждать. Сил для обороны достаточно, но они продолжают постоянно отбивать вражеские атаки. Будь это группа снайперов или настоящая спланированная атака с нескольких направлений. -Сэр! - бежавший к нему солдат тяжело дышал, -Генерал! -Спокойно, сынок. Что такое? -Вы... Вы... - он указал куда-то в коридор. -С вами хотят... Хотят... -Что хотят? Солдат! -Поговорить. - отдышавшись, он продолжил. -Просто спуститесь. Спустя пару минут он был у главного входа, который был в прямом смысле разнесён в щепки. Десятки солдат из его отряда лежали по разным сторонам, жалобно постанывая от боли, словно щенки. В середине сидело двое, оба в костюмах. Ооо, он помнил нечто похожее, особенно когда смотрел видео отчеты из Ратона. Но то, что он был один, его не смутило. Словно знал, что они не враги. -Мы просто хотели поговорить, - сняв шлем, ему улыбнулась девушка с татуировкой под глазом. -Они сами первые начали, генерал. -Нервишки шалят. За эти сутки им многое пришлось пережить. Я лишь надеюсь, что скоро они снова встанут на дежурство, - он узнал, кто сидел перед ним. Но что за воительница рядом? -У меня каждый человек на счету. -Несомненно. - улыбнувшись, Амари протянула руку, -Рада видеть вас живым, генерал. -Взаимно, мисс Амари. - ответив на рукопожатие, Адам удивился. Хватка у этой женщины была что надо. -Мы пришли помочь. Окажите нам услугу? -Я слушаю. Как оказалось, проблема была на лицо. Её необходимо решать. В рядах защитников Пентагона был крот. Увы, он сбежал после атаки. Но наладить он все успел. Али почти тридцать минут мониторил всю сеть в поиске проблемы. И нашёл. Сам Пентагон был источником помех. Он не позволял связи работать исправно. И когда Али закончил, первое, что он услышал, сгорело его душу. -Говорит Полковник Стриклэнд! Не верьте в то, что слышали. Этот бред рожающей коровы я никогда бы не произнёс. Мы уверенно дадим по всему направлению! Что? Связь заработала? Это Корпус Морской Пехоты США! Пентагон! Есть кто живой? -Пентагон на связи, Стриклэнд. Рад снова тебя слышать. -Я не знаю, что ты сделал, но это сработало. Мы давим фронт. Нужна более детальная расстановка сил противника. Как там морской флот? -Джентльмены, - ворвался в эфир, -Мы успели надрать задницу этим бойскаутам пять часов назад. Адам, как там мой кабинет? -У тебя больше нет кабинета. Недавно вражеский снаряд решил устроить в нем ремонт. -А моя коллекция ракушек? -А, ну это в порядке. Я хотел её выбросить, да забыл. Положил в ящик около двери. Это её и спасло. -Благое дело. Будем у ваших ворот через час. Конец связи. -Генерал Джеффри, вы сталкивались с агентами Overwatch? Он посмотрел на Амари, та, в свою очередь, кивнула. -Благодаря им мы и разговариваем. -Нам необходимо встретиться. Лично. Стрикланд, конец связи.