мы никогда не ошибались так

      Вежливо отказавшись от предложения мистера Хоппера довезти её до дома, девушка схватила Лукаса за руку и потянула на выход, одновременно прощаясь с остальными. Дастин подозрительно посмотрел на неё и тоже отказался от возможности проехаться с Хоппером, Джейн и Майком, предпочитая им компанию Стива, с которым он неплохо сдружился.        Лукас странно косился в сторону Макс, пока она с тем же напором тащила его подальше от дома. Парень не понимал внезапной взбудораженности подруги. Как только он хотел заговорить, Макс выпустила его ладонь из своей и тихо выдохнула. – Лукас, нам надо поговорить, – повторила недавние слова, прозвучавшие в гостиной Байерсов. Она замерла, чуть прикусывая губу. – Это, я успел понять, – иронично подметил Синклер, глядя только вперёд. – Да, извини, – девушка поправила прядь волос, слишком короткую для хвоста, и остановилась.       На улице давно стемнело, и машины уже не ездили по пустынным тихим улицам Хопкинса. Они здесь были одни. Макс подозревала, что этот разговор будет сложным, но знала, что именно хочет сказать. Будто заученные, слова уже крутились на языке. Лукас тоже останавился, наблюдая за её решительным выражением лица.  – Я хотела сказать, что... – и всё же запнулась на секунду, – Что мы не можем быть вместе.        Глаза парня расширились, и он тут же нахмурил брови в недоумении. – Ну, как парень и девушка, понимаешь? – зачем-то добавила Макс. Синклер покраснел то ли от злости, то ли от смущения, вызванного данным уточнением. – Прости, но ты мне лишь друг.  – Друг? – вскричал Лукас, давая понять, что это именно злость. – Зачем тогда... зачем ты меня поцеловала, Макс?  – Я думала, что хочу этого, – она нашла в себе силы взглянуть в его глаза, ожидая увидеть ярость, но там была лишь обида. Обидела, хоть и не хотела. – Но потом поняла, что желала ощутить хоть что-то. Это неправильно, я знаю. Прости меня, Лукас, я виновата.       Парень покачал головой, будто бы не верил её словам, а затем отступил на шаг. Мэйфилд прекрасно понимала, что заслуживает его болезненного взгляда, полного обиды за обман. Она просто не хотела больше ощущать на себе груз вины при каждом взгляде на его тёплую улыбку, адресованную ей. Девушка не пыталась сделать шаг вперёд, а Лукас – сделал ещё два назад. Пятился от неё, как от прокажённой, а после лишь фыркнул, прежде чем отвернуться.  – Майк был прав насчёт тебя, знаешь? Он с самого начала был прав, – бросил Синклер, прежде чем ускорить шаг и пересечь улицу, свернув в ближайший переулок.        Убегал. От самого себя и от рыжеволосой девушки, что какое-то время стояла на обочине дороги, а после, прихрамывая на больную ногу, отправилась домой. Макс не злилась на его слова. Понимала, что заслужила их. Понимала, что лучше пусть отболит сейчас. В душе возникло чувство спокойствия и удовлетворения, перекрывающее собой вину.        Она поступила правильно, и теперь, наконец, честна с собой.

***

      Прохладный ветер забирался под толстовку, пуская по телу полчища мурашек. В чужих окнах горел свет, напоминая, что улицы уже укутали ночные тени. Макс ощущала назойливое беспокойство и едва заметный страх, абсолютно ей не свойственные. Он был похож на тот, что она уже испытывала раньше. Тогда, при нелепом падении с велосипеда и за пару минут до него. Жаль, но сейчас рядом не было беспечного Уиллера, который мог бы проводить её до дома.       Хруст позади мигом вырвал из мыслей. Обернувшись, Макс увидела лишь темноту и дребезжащий свет уличного фонаря. Страх почему-то нарастал, подталкивая к странным решением. И первым таким решением являлась попытка бегом броситься к дому, первые несколько минут не ощущая вернувшуюся боль в ноге. 

***

      Всю ночь промучившись кошмарами, в которых треск позади, наконец, настигал её, Мэйфилд чувствовала себя абсолютно бессильной. Музыка, как всегда включённая на полную мощность, лишь усиливала головную боль. Билли постукивал пальцами по рулю, видимо, прибывая в хорошем расположении духа и совершенно не замечая настроения сводной сестры. Он остановился у школы, и Макс тут же выбралась наружу, после вчерашней глупой пробежки к дому, хромая больше прежнего. В проулке между зданиями обнаружились лишь Майк и Уилл. Мэйфилд приблизилась, бросив негромкое «привет», на что ребята тоже поздоровались. – До сих пор хромаешь? – спросил Уиллер, прищурившись. – Пробежалась, – отозвалась девушка, присаживаясь на ближайший выступ, и попыталась отдышаться.  – С больной ногой? – спросил Уилл, удивлённо приподнимая брови. – Именно так, – тем же тоном ответила Макс, копаясь в своём рюкзаке, – Какой у нас сейчас урок? – У нас биология, – ответил Майк, не пытаясь, однако, развить тему насчёт «пробежки».– У Оди с Уиллом литература, но она сегодня не придёт. Лукас... – Тоже не придёт, угадала? – раздражённо спросила Мэйфилд, подозревая, что права.  – Эм, да, – ответил Байерс, в то время, как Майк на секунду опешил от того, как она это говорит. – Вчера что-то случилось? – попытался выяснить причину перемен в её настроении.  – Нет. Ничего не случилось, – пробурчала Макс. Она заметила скептические выражения лиц друзей и высоко подняла подбородок, как делала всегда, когда была чем-то недовольна. – Мы идём или нет? – Мы ждём Дастина, – поучительным тоном ответил Уиллер, глядя в сторону школьных ворот.        Как будто услышав его слова, тот тут же возник в поле их зрения, и девушка решила пропустить это мимо ушей. Дастин весело поздоровался со всеми, включая Макс, и вообще излучал абсолютное счастье. Как выяснилось, у него сегодня намечалось свидание, о чём он сообщил им, пока они брели по школьным коридорам. Никто больше не обращал на Мэйфилд внимания, увлёкшись рассказом. И лишь в том момент, когда им нужно было расходиться в разные стороны, ребята обернулись, чуть виновато потупив глаза. Дастин же обернулся с довольным выражением лица, будто хотел похвастаться именно перед ней.       Девушка обошла их, поправляя лямку рюкзака, и двинулась направо. К лестнице, ведущей на второй этаж. Уиллер моментально нагнал её, хватая за рукав красной толстовки.  – Давай понесу, – предложил парень, кивая на её рюкзак. – Не надо, – упрямо отозвалась Макс, заправляя волосы за уши. Неясное и ненужное волнение съедало изнутри. – Мне не тяжело, да и не хочу вновь чувствовать себя обязанной кому-то. – Как, например, Лукасу? – парень поиграл бровями, обгоняя её, вставшую посреди коридора.        Мэйфилд тут же нахмурилась, понимая, что он прав. Вероятно, вчерашний вечер написан у неё на лице во всех подробностях. Даже разозлиться не получилось, наоборот осознать, что эмоций внутри через край.        Ничего не ответив Майку, который остановился у лестницы, она наступила на первую ступеньку, успешно преодолев её. К середине пути, положение дел изменилось, и болезненная пульсация в ноге усиливается. Как только девушка перешагнула очередную ступеньку, щиколотка взорвалась болью. На ногах удержаться получилось лишь благодаря Уиллеру, который подхватил её сзади.       Локоть девушки врезался ему в плечо, отчего тот резко выдохнул, сам едва не падая. Он медленно подтолкнул Макс вперёд, обхватив руками тонкую талию и не обращая внимания на сползший с плеча рюкзак. Места, где касались его пальцы, тут же закололи крошечными иголками. Ну и нелепо же они, наверное, смотрелись со стороны.       Сердце остановилось на какой-то момент. Парень будто коснулся взглядом оголенного нерва где-то в её позвоночнике, отчего по спине побежали мурашки. Горячая кожа шеи вибрировала от шумных выдохов Майка. Он будто дышал за двоих. Тяжело и громко.       На какой-то момент, безумный, ненормальный момент, девушка захотела, чтобы Уиллер был ещё ближе. Когда её нога, наконец, переступила последнюю ступеньку, Мэйфилд обернулась к нему. Тот отпустил её, притворяясь, что ничего особенного не произошло.  – Какая же ты неуклюжая, – буркнул Уиллер, поправляя съехавший свитер в то время, как рыжеволосая пялилась на него, чувствуя себя абсолютно странно. – Ты хотя бы цела?  – Благодаря тебе, видимо, – нахмурившись, отозвалась Макс, и звонок буквально оглушил их. – Логично, – ответил парень, закатывая глаза и стараясь выглядеть раздражённым. Он и сам чувствовал себя абсолютно странно, а сердце колотилось с удвоенной силой. – Идём уже, иначе ты точно шею себе свернёшь, и меня в это втянешь.        Девушка пошла вслед за ним, а ощущение было такое, будто по голове огрели чем-то тяжёлым. У Макс не было сил на ироничный ответ, потому она молчала, чем, судя по всему, удивила Уиллера. Тот косился на неё до тех пор, пока учительница не приняла решение вызвать его к доске. Облегчённо выдохнув, Мэйфилд уставилась в учебник и принялась делать пометки в тетради. Неразборчивый почерк уже плыл перед глазами, когда Майк вновь опустился на соседний стул. – Прости, – вдруг произнёс парень, и теперь уже удивилась она. – Я не хотел на тебя кричать. Вряд ли ты спланировала это падение.             После этих слов, он, судя по всему, расслабился.       Солнце время от времени бросало лучи на светлую кожу, отчего Уиллер хмурился и щурил глаза. Было интересно рассматривать их, когда они не были направлены на неё с заведомым недовольством. Макс кивнула, заправляя прядь волос за ухо. – Ты тоже прости, что... упала на тебя, – ответила девушка, ощущая неловкость пополам с облегчением. – И спасибо. – Слишком частые благодарности, помнишь?        Мэйфилд лишь улыбнулась, продолжая записывать бесконечные биологические определения. Забавно, но Уиллер поднял ей настроение.  – Так зачем ты «пробежалась» с больной ногой? – спросил он, когда оставалось пару минут до конца урока и Макс старалась впихнуть школьные принадлежности обратно в рюкзак. – И почему Лукас прогуливает? – Просто испугалась, – пожала плечами, бросив взгляд на наручные часы парня. – Позади... хрустнула ветка, и я... – Дала дёру? – со смешком поинтересовался Майк, и она отозвалась таким же смешком. – Теперь долго будет болеть, – с какой-то заботой в голосе добавил он. – Переживу, – отмахнулась, поднимаясь с места, как только раздалась трель звонка. – А насчёт Лукаса... я просто сказала правду. – Понятно, – ответил Уиллер, наверняка, приходя к вполне очевидным выводам. – Пойду найду Уилла, я обещал подождать его. Ты со мной? – Не могу. Меня уже ждёт Билли. И нога болит куда меньше.        Майк чуть нервно пожал плечами, отступая назад. – Приходи вечером к Оди, у нас появился план. – Ладно, – девушка улыбнулась, наблюдая, как он идёт задом-наперёд, чтобы удостовериться, что она не грохнется-таки с этой злосчастной лестницы.       Как только Макс исчезла из виду, парень остановился, прислоняясь лбом к стене и как-то обречённо выдыхая. В памяти вспыхнуло воспоминание. Совершенно не нужное, лишнее. Свежее. То странное чувство, возникшее на лестнице, не желало уходить, а запах апельсинового шампуня всё ещё заполнял собой окружающее пространство.        Почему он думал о ней? Почему?