мы никогда не ошибались так

      Макс не успела добраться до домика Хопперов, на полпути встретив ребят, которые двигались навстречу. Они замерли, увидев друг друга. Парни даже перестали переговариваться. – Я думала, вы дождётесь меня, – с небольшим укором сказала девушка, окидывая друзей взглядом. – Я имею право знать, что мы собираемся с этим делать. – Пока ничего, – резко ответила Джейн, не давая остальным вставить и слова. – Это не только твоя проблема, Макс, но и моя тоже. И нашей сестры, Кали. – Она мне не сестра, – возмущённо отмахнувшись от правды, Максин зашагала обратно, в сторону развилки, которую только недавно миновала.       По лицу Хоппер не сложно было понять, что та хотела сказать что-то ещё, но потом передумала и просто пошла вслед за ней. Её взгляд жёг спину Мэйфилд, пока они не достигли дороги. Когда девушка обернулась, желая узнать дальнейший план, Джейн сверилась с часами, что когда-то подарил ей Майк, и кивнула на то место, где трасса уходила за поворот. Буквально через минуту, все увидели машину, а ещё через одну – та остановилась прямо перед ними. Женщина с такими же кудрявыми русыми волосами кивнула всем в знак приветствия, а затем подмигнула Оди, распахнув дверцу. – Садитесь, раз уж я пошла на это, – бодрым голосом заявила, похлопывая рукой по сиденью. – Ты делаешь это ради сестры, – успокаивающе отозвалась Хоппер, забираясь на соседское сидение. – Если получится, то мы вместе отомстим за маму. – Да, – согласилась она, крепко обхватив руль и убеждая скорее себя. – Только мне не нравится обманывать Джима, ты должна ему рассказать. – Я расскажу, – ответила Джейн без единой эмоции, потому трудно было подловить её на вранье. Затем обернулась к нам. – Быстрее. Садитесь назад.       Дастин первым забрался внутрь, устроившись у противоположного окна. Уилл последовал за ним, усаживаясь по середине. Синклер взглянул на Макс и друга, быстро оценивая ситуацию, затем юркнул в салон вслед за парнями. – Но... – начала девушка, и тут же была перебита, судя по всему, тётей Джейн. – Место осталось лишь в кузове, извините, – сочувственно сказала та, на что никто из салона не отреагировал ничем, кроме виноватых лиц. – Всё нормально, – ответил Майк, за руку утаскивая девушку в сторону кузова. – Мы не привередливые. – Говори за себя, – прошептала Макс, прежде чем вцепиться руками в металлический бортик и подтянуться.       Уиллер последовал за ней, усаживаясь у салонного окна, а затем постучал по стеклу, знаменуя, что можно трогаться. Откинувшись на бортик, Максин изо всех сил пыталась удержать разлетающиеся во все стороны волосы, недовольно щурясь от ветра. Прошло не больше пяти минут, прежде чем она сдалась и позволила им виться в воздухе. Затем взглянула на товарища по несчастью.       На лице парня не было никакого недовольства, несмотря на то, что густую чёлку тоже раздувал ветер. Он смотрел в одну точку, вероятно, о чём-то задумавшись, и не обращал на неё внимания. – Эй, – она сама не поняла, зачем легонько стукнула своим кроссовком об его. – О чём думаешь? – Ни о чём важном, – ушёл от ответа, но всё же обратил к ней свой взгляд. – Мысли могут быть разными, но не каждую из них стоит развивать.       Макс хмыкнула, вновь отвернув голову в сторону деревьев, что быстро проносились мимо. – В этом ты прав, – согласилась, ощущая, что парень продолжает смотреть на неё, буквально чувствуя жалость к самой себе. – Он... Они убьют его, да? Кали и Джейн?       Уиллер вскинул брови, встречаясь с ней взглядом, услышав вопрос сквозь свист ветра. – Джейн – не убийца, – по привычке встал на защиту. – Ой, правда? Откуда тебе знать, Майк? – язвительно ответила Мэйфилд, наполняясь непонятной раздражительностью. – Ты не был с ней в то время, когда она сбежала к сестре. Ты не был с ней всю её жизнь. Лишь пару лет, в общей сложности.       Он хотел было что-то ответить, но умолк, не желая разжигать конфликт. Макс с секунду буравила его взглядом, а затем вновь отвела взгляд, стараясь успокоиться. – Чем одни убийцы отличаются от других? – шепнула девушка, прежде чем спрыгнуть на землю, как только машина остановилась недалеко от единственной гостиницы города.

***

      Макс наблюдала, как отец ходил по номеру, заваривал чай и листал страницы книг с полки над письменным столом. Они сидели тут уже целых два часа, передавая бинокль из рук в руки, но так и не увидели в поведении доктора Бреннера чего-то странного или выдающего заговор. Кали не обрадовалась тому, что все они пришли сюда, грозясь разрушить конспирацию. К слову, этой самой конспирацией был невысокий кустарник у правой стены здания.       Даже узнав, что они с Максин являются сёстрами, недружелюбная девица не стала относиться к ней хоть на йоту теплее. Её дружок, носящий ирокез, постоянно глупо шутил и называл Мэйфилд "рыжулей", что всё больше раздражало. Потому она взяла у Лукаса бинокль и продолжила наблюдение.       Следующие пятнадцать минут ничего не дали, и Макс уже хотела было вернуть Синклеру право быть наблюдателем, как в номере появилось движение. – Он уходит, – прошептала она, привлекая внимание остальных. Отец действительно покинул номер, закрыв дверь на ключ. – Видишь его через другие окна? – спросила Кали, присев рядом с ней. – Он точно идёт на выход, а не, скажем, в столовую? – Он уже спустился с лестницы, и двигается в сторону центральных дверей, – буркнула девушка, продолжая всматриваться. Прошло около минуты, прежде чем Мэйфилд отодвинулась выпуская из рук бинокль. – Вышел на улицу, подходит к машине. – Стой, – рука Кали обхватила её запястье, не позволяя продолжить слежку через приближение к объекту. – Я пойду. Потому что я старше вас обеих.       Осторожно пристав, она направилась вдоль кустарника, пытаясь разглядеть парковку. И позвала остальных, как только нашла удобную точку наблюдения. Бреннер, действительно, сел в машину и просматривал документы из папки, что держал в своих руках. – Мы сможем осмотреть номер, – потирая ладони, сказал парень с ирокезом. – Там точно найдётся какая-то информация. – Нам не нужна информация, – оборвала его Кали, – Мы уже всё знаем. Нам нужно проследить за ним.       Все тут же обернулись к родственнице Джейн. Та даже немного растерялась, но после – решительно кивнула. – Всей толпой мы не поедем, – тут же заявила новоиспечённая сестрица, проигнорировав раздражённый взгляд Макс. – Вы останетесь и проверите номер, Джейн. Я и мои друзья поедем за ним, скрывшись за моим даром. Это не обсуждается. – Она права, ребята, – начала женщина. – Кали сможет всё выяснить, а затем, мы всё расскажем Джимму и решим, что делать дальше. Она сможет скрыть себя от его взгляда. – И сообщит, если понадобится помощь? – спросила Максин, приподнимая брови. – Или, может, хотя бы не убьёт его до нашего вмешательства? – Я не трону его, Макс, пока не буду уверена, что у меня получится покончить с этим, – на этот раз, голос Кали звучал спокойно и... честно, будто та, наконец, поняла: это не только её рана. – И пока мы не разберёмся, как так получилось, что ты росла с ним, при этом не подвергаясь чудовищным экспериментам.       Макс лишь взглянула на неё нечитаемым взглядом, за которым скрывалась болезненная усталость и неверие в происходящее, а после двинулась к машине. Забиралась в неудобный кузов. – Я не уверена, что хочу знать, – прошептала она самой себе. – Не уверена.

***

      Кали связалась с ними лишь к наступлению вечера, быстро сообщив по рации информацию, что удалось узнать. Подвал в доме Уиллеров давно окутали густые тени, потому все тут же пододвинулись ближе, абсолютно измотанные ожиданием.       Отец отправился к лаборатории, в чём никто, казалось бы, и не сомневался. Последовав за ним, Кали и её друзья обнаружили, что внутри находились и другие доктора. Некоторых – девушка узнала по фото, а некоторых – по обрывкам болезненных воспоминаний. Её слова подтвердили то, чего все боялись.       Лаборатория Хоукинса вновь работает, хоть этого и не скажешь, мазнув по заброшенному зданию взглядом. Они двигались по коридорам клиники, пока не добрались до нижнего уровня, который требовал карту доступа. Это, как и слабость, накатывающая из-за траты сил, заставили их вернуться. Затем последовало сообщение о том, что компания смогла просмотреть некоторые документы из его машины, вскрыв замок. – Макс, я знаю, ты слышишь меня, – раздался приглушённый помехами голос Кали. – Мне жаль, но там говорится о тебе. – Что? – спокойно спросила девушка, готовясь к любому возможном ответу. – Мы прочли об одном эксперименте, проведённом над тобой в раннем детстве. Затем о нескольких повторных операциях и.. очищении памяти. – Он стёр мне память? – сглотнув, Макс задала вопрос, ответ на который был очевиден. – Он стёр из твоей памяти лишь нужные ему куски, содержащие информацию о его жестокости, – продолжила Кали. – Он поступал так бесчеловечно со всеми нами.       Девушка ощутила, как во рту вмиг пересохло, а сердце громко застучало в ушах. Картинка перед глазами смазалась, будто виднелась сквозь пелену дождя. Успокаивающее прикосновение Оди к её ладони привело в чувство. Та явно желала смягчить боль от услышанного.       Майк поблагодарил Кали, заверив её, что они не станут делать глупостей, а затем дал отбой, обращая взгляд в сторону девушек. На миг всего, они действительно показались ему сёстрами. Что-то общее и родное окутало их фигуры, создавая невидимую, но прочную связь. – Но... – голос звучал чуть охрипшим, когда Мэйфилд решила задать вопрос, что уже с минуту бился внутри черепной коробки с тысями других. – Если я такая же, как вы, то... Но у меня же нет никаких способностей... – Может, с тобой... ну, ничего не получилось? – спросил Лукас после длительного молчания, будто испытывая вину за такое предположение. – Ну, знаешь... – Неудавшийся эксперимент, – перебила его Джейн. Голос девушки был всё так же холоден и спокоен, но Макс буквально слышала, как выстроенная ею стена трескается.       Может быть, так казалось, потому что внутри неё самой всё рухнуло.       Неудавшийся эксперимент.