То, что его влечет

Удивительно, но на улице очень даже пасмурно, такой климат не характерен для Австралии, но все же. Небо затянуто темными облаками, сильный ветер прижимает немногочисленные деревья к земле. Когда ее везли сюда, надеялись, что хорошая погода будет способствовать хорошему настроение девушки. Людей в этой округе почти нет, так как место выбирали немноголюдное, главное, что бы никто не заметил. Конечно хотелось общения, но она не могла себе этого позволить. За неделю только Элайджа стал постоянным гостем в комнате Мэл, но и он уходил, потому что нужно было обеспечить безопасность, нужно было сделать так, чтобы она была максимально защищена. И он добился этого. Но ведь никто не думал о том, что жизнь и развитие ребенка на данный момент зависит от настроения матери, что делать если в далеке от семьи ей плохо, она страдает. Все думали лишь о том, чтобы они была в безопасности.  — Я так больше не могу — прохныкала она сидя на широком подоконнике усыпанном подушками и укрытый мягким пледом. — Не могу сидеть здесь, мне нужна свобода, нужно выходить за пределы двора.  — Милая, пойми, если с тобой что-нибудь случится, никто и никогда себе не простит, я не могу дать тебе свободно разгуливать там, где тебе захочется. — спокойно и размеренно объяснил мужчина в костюме " с иголочки».  — Ты просто не хочешь меня отпускать. Я здесь всего неделю, а чувство буд-то вечность в армии. Я как цирковая собачка: Мэл, это можно, а вот это, Мэлади, нельзя. Ты затянул ошейник у меня на шее и душишь им. — выпалила девушка и резко поднявшись на ноги хотела выйти, но головокружение испортило все планы.  — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил первородный придерживая девушку одной рукой за локоть, а другой за талию.  — Все хорошо, Элайджа, мне просто нужна кровь. — Локвуд заглянула в глаза вампира.  — Я сейчас приведу человека, подожди немного.  — Нет, — Мэл схватила его за руку не давая пройти — Мне нужно на охоту, Элайджа, мы хищники и это у нас в крови, так что, я сама. После этих слов девушка скрылась. Убивать она любила, наверное, это передалось от Клауса. Выследить жертву, узнать ее повадки, а потом вырубить и привезти в место, где никто не найдет, поиграть и убить. По такой схеме она работала. Некоторое время Мэлади наблюдала за мужчиной, который каждый день в одно и тоже время проходил мимо окон. Это не могло не насторожить, поэтому в один из дней девушка проследила за ним. Проследила и узнала, что в каком-то заброшенном доме, он держит девочку лет 16, которую регулярно избивает и насилует. Видеть как запутанный до полусмерти человек бежит по лесу от девушки очень весело. Именно за этим наблюдала Мэл стоя оперевшись плечом на ствол дерева.  — Тебе не убежать от меня, малыш — крикнула она ему вдогонку.  — Мэл, ты слишком жестока — воскликнул Элайджа, который уже стоял за спиной Локвуд.  — Я голодна и хочу поиграть. — с этими словами она на сверхъестественной скорости прижала мужчину за шею к дереву. — Привет, милый, извиняться не буду, ты заслужил. Элайджа наблюдал за тем как девушка играет со своей жертвой и ему это нравилось. Она медленно прикусила кожу на шее насильника и потом так же медленно, с притворной нежностью, провела по ранке языком слизывать каплю алой крови. Если бы она не была любимой его брата, если бы не была от него беременна, он бы за нее поборолся. Она была похожа не на кошку, а на львицу, голодную и безумно сексуальную львицу. Медленно погружая клыки в живую плоть, девушка чуть ли не урчала от удовольствия. Через пару минут Мэлади оторвалась от, уже мертвого мужчины.  — Сожги это, Элайджа — немного грубо бросила вампирша и скрылась. POV Элайджа Сжечь? Совсем с ума сошла. Она выходит из-под контроля. Я конечно все понимаю, беременность и все такой, но убивать людей средь бела дня...... Взяв этого неизвестного за воротник куртки я оттянул его подальше от деревьев и поджег хладное тело. Она хочет вернуться в Новый Орлеан, хочет к Никлаусу, и я ее понимаю. Я сам с удовольствием вернулся бы, но сейчас нельзя, слишком опасно для нее, поставить под удар всю семью, а этого допустить нельзя. Новый Орлеан Дела шли не очень, объявились непонятные ведьмы, никто не понимал, что происходит. В городе не было Мэл, это значительно облегчает дело, но отсутствие Элайджи дело значительно усложнило. Возвращение «мамочки " порядком взбесило Клауса, он не доверял ей, с чего бы вдруг так, которую он собственноручно убил, захотела помочь, дать своим детям второй шанс, переселить их в смертные тела. Эстер не знала, где Элайджа и злилась из-за этого.  — Клаус! — голос «Калеба» прозвучал достаточно громко в пугающей тишине темного особняка, который все сверхъестественные существа Нового Орлеана обходили стороной боясь обрушить на себя гнев хозяев.  — Чего тебе, братец? — гибрид, который стоял спиной к парню, руками опираясь на камин, развернулся, крутятся в руке полупустой стакан с янтарной жидкостью.  — Где они: Элайджа и Мэл. — лицо парня исказилось в гримасе боли, когда рука первородного пробила грудную клетку ведьмака. — Я хочу увидеть ее, пожалуйста. — прокряхтел он, когда смог более менее восстановить дыхание.  — Зачем? — единственный вопрос который задал Никлаус.  — Ты знаешь зачем, — ответил блондин — я люблю ее и очень хочу увидеть.  — Даже, если бы я знал, где она, все равно никогда бы не сказал — древний вынял руку и, вытерев кровь о плечо брата, скрылся.  — Элайджа! — девушка позвала друга — Не хочу показаться самым тупым человеком на свете, но разве в Австралии водятся скворцы? Увидев некий страх в глазах Майклсона поняла: не водятся.  — Собирай все самое необходимое и садись в машину. Телефон разрывался и здорово напрягало, неужели так тяжело не трогать меня хотя бы день? Мне пришлось подняться с дивана чтобы взять телефон, который лежал на столе в другом конце гостиной.  — Слушаю — сквозь зубы проговорил я, ясно давая понять, что настроение так себе.  — У нас проблемы — услышал я знакомый голос на том конце телефона.  — С ней все в порядке? — первый вопрос, который пришел на ум.  — Пока что, да, не знаю, что там у вас происходит и каким образом матушка оказалась жива, но ее скворцы прилетели два океана, она нашла ее.  — Привези ее обратно.  — Это опасно — возразил старший брат.  — Рядом со своей семьей она будет в безопасности, а если нет, ты снова увезешь ее, навсегда, заставишь забыть обо всем, что случилось, я знаю ты любишь ее не так как Ребекка и Кол, ты любишь ее не как сестру, а так как люблю ее я, ты спрячешь ее, заменишь моему ребенку отца, но сейчас верни ее ко мне, я смогу ее защитить — эта речь далась мне очень нелегко, но я сказал то, что думаю.  — Конечно, брат — и короткие гудки. Все будет не так гладко, как она думала.