Да пошли вы! Живьем не дамся!

Пока топал, рассматривал местную флору и фауну. Чувства страха или опасности не было, казалось, что меня никто не тронет и я в безопасности. Природа практически ничем не отличалась от Земной, но если приглядеться, то эти отличия можно было найти в маленьких деталях, которые вначале и не заметишь. Например, в цветках сирени было шесть лепестков вместо четырех; земляника была розовой, а не красной; одуванчик оранжевый, а не желтый; подорожник имел темно-бирюзовый цвет, а не зеленый и много других малозаметных мелочей. Было приятно подмечать их, да и мир с моего ракурса выглядел необычно. Вот так я и шел, пока не наткнулся на деревню. Ну как наткнулся? Меня привел к ней умопомрачительный запах свежевыпеченной сдобы. Оказывается на прогулку я потратил много энергии и теперь организм требовал пищи. Кстати урчание желудка от человеческого не отличалось. Напролом идти в деревню не хотелось, вдруг они меня камнями до смерти забьют. Помню на Земле драконов не очень-то и любили так как они представляли собой поджигателей деревень, чудовищ, похищавших принцесс. Никто их не любил, вот и здесь все может оказаться так же... Деревня тоже не впечатляла своим видом, обычные глиняные домики светло-коричневого или бежевого цвета с черепичными крышами, которые настолько близко распологались друг к другу, что казалось они составляют одно длинное сооружение. На пыльной дороге бегали дети в грязных одеждах, женщины занимались хозяйством, а мужчины помогали им с тяжелой работой. В общем, никто без дела не шатался. Домашних животных было как-то маловато: на всю деревню буквально две-три коровы, десять-тринадцать баранов и около тридцати куриц и это с учетом того, что в деревне я насчитал свыше пятидесяти человек, включая детей и стариков. Это все что я смог узнать и рассмотреть. Собак или каких-нибудь животных, охраняющих хозяйство не было. Через некоторое время с другой части леса вышло семнадцать мужиков, таща с собой туши неизвестных мне зверей, но напоминавших наших зебр только с пятнами. Позади и впереди величественно передвигались петухи темно-синей или темно-зеленой окраски, да и размером вдвое больше наших были. Охотники разбрелись по своим домам и больше не выходили. Потеряв терпение я пошел тырить себе еду, а конктретно свежевыпеченные булочки. Если запах мне понравился, то можно есть. Может местные драконы всеядные как и человек? Думать о вечном помешал голод охвативший меня снова. На мое счастье булочки были оставлены на подоконнике остывать. Проверив свой путь к цели и убедившись что мне никто не помешает, я со всей скоростью побежал к окну. Добравшись я встал на задние лапы и уперев в стену передние, стал потихоньку таскать с подноса мои вкусняшки. К сожалению, в пасть помещалась только одна и пораскинув мозгами решил для начала собрать несколько штук, а потом не спеша наслаждаться ими. Быстренько добежав до своего укрытия, то бишь куста за которым прятался оставил булочку на земле. Потом мне не понравилось, что она так лежит и сорвав большой лист переложил на него булку. Удовлетворившись своим решением, я продолжил операцию по похищению булочек. На третьей булочке меня наглым образом прервал петушок-синий гребешок цапнув за мой филей. Хотя у меня его не должно было быть, но этот индивидуум нашел его. Дальше он меня клюнул в голову, а когда из рта упала добыча он ее взял и удрал. Меня это разозлило и я, не помня себя, погнался за ним. Эта птица очень ловко лавировала между домами и мини-преградами, которые нам встречались по пути, и я весь такой неуклюжий гонялся за ним, падал, переворачивал все вверх дном и что-то рычал. Ну мне по крайней мере так казалось. На наши догонялки вышла посмотреть вся деревня. Понял это когда очередной раз споткнувшись больше не смог подняться от бессилия. Я лежал и тяжело дышал, все силы отдал чтобы догнать этого...этого легкоатлета. Мне до глубины души было обидно, что не догнал свою цель. Пока бегал думал сначала оставить его в покое и продолжить свою операцию, а потом меня все взбесило и это стало делом принципа. А теперь, от бессилия хочется горько заплакать. Я бы так и лежал, если бы не почувствовал, что на мою голову упало нечто мягкое, но увесистое. Я открыл глаза, а эта птица стоит и рассматривает меня. Рядом лежит злосчастная булка, а народ молча смотрит на эту сцену. Собрав остатки силы и гордости, я встал и от души стукнул своей головой об башку этой птицы, а потом развернувшись с высоко-поднятой головой направился в свои кусты. По дороге меня догнал петушок и преградил путь. Попытался обойти его, но он снова это сделал. Я хотел еще раз обойти, но эта птица похоже не хочет меня отпускать. Я зарычал и сделал движение, будто сейчас укушу его за шею, а петушок так и стоял на месте. Даже не пошевелился. Я чувствовал во рту, как бьется артерия на его шее, как распространяется его тепло. Я мог бы прокусить шею и сломать ее, тем самым убив, но мне не хотелось этого делать. Эта птица была либо тупая настолько, что не было инстинкта самосохранения, либо все же у нее был какой-то разум и этот петух хотел мне что-то донести. Я отпустил бедную шею и сел на попу, согнув задние лапы в коленях, а передние расставил впереди, чтоб в случае чего опереться на них. Я смотрел на эту чудо-птичку, наклонив голову на бок. Он тоже на меня смотрел. Мы посидели немного, попереглядывались, и петушок похоже решил, что хватит. Он встал и пошел в один из домов, остановившись на полпути, вернулся и клюнул меня в голову, на этот раз мягко. Кажись, он так просил идти за ним. Ну я и пошел. Пришли мы в тот самый домик, где я тырил булки. На пороге стояла женщина держа в руках мальчика лет трех, и рядом был бородатый мужчина. Они были брюнетами с серыми глазами. Довольно молодые, наверно лет так тридцать-сорок. Когда я встал перед ними вместе петушком, мужчина посмотрел на меня и что-то сказал на своем языке, а затем встал на одно колено приложив правую ладонь на сердце и слегка поклонился. Женщина тоже встала на одно колено, а мальчик протянул ко мне ладонь в котором лежал какой-то сухофрукт. Понюхав и убедившись, что мне не противен его запах, я аккуратно съел угощение. Оно было вкусным и напоминало яблоко. Когда я съел угощение, лица хозяев дома просияли. Женщина поспешно скрылась в доме, а мужчина отвел меня в сарай позади домика. Я, приятно устроившись на сеновале, уже хотел задремать, как хозяйка принесла несколько булочек и глубокую миску с чистой водой. Отужинав, я вновь вернулся на "ложе" и крепко заснул. Вымотался за весь день, столько всего произошло, да и поздно уже.