full house

Блеклый свет от бра отображал багровые стены коридора — Джокер ухмылялся на картине, служившей единственным украшением. — Думаю, не стоит им мешать сейчас, — стушевался Чимин, резко отпуская руку Шуги. Тот ухмыльнулся, глядя на то, как нервно кусает свои пухлые губы рыжеволосый. Невинность так и зашкаливает, комично смотрясь в стенах подобного клуба. — Хочешь тоже? — Тихо предложил старший, стараясь сдержать смех — Чимин побледнел, а потом резко покраснел до кончиков ушей, мило, особенно его невнятное бормотание. — Сыграть партию. Я об этом. Бляяяя — бегущей строкой в мыслях Пака. Он теперь не знал, плакать ему или же смеяться — возможно, биться головой об стену, чтобы не лезли в мысли всякие извращенные картинки. Он же ангелочек. — Но я не умею. — Тогда позволь научить, — Юнги наклонился неприемлемо близко — Чимин смог учуять тонкий аромат его туалетной воды, — нельзя отвергать помощь декана, Пак Чимин. — Тогда я полагаю, что…- невероятная близость сбивала с толку, а воздух в лёгких кончался, — … что у меня нет возможности отказаться. Шуга отодвинулся, с издёвкой глядя на потерянного Чимина и крепко схватил его за локоть, ведя в отдельную комнату с игровым столом и — какая неожиданность — большим кожаным диваном. — Располагайся — раком на диване — я тебя научу основным комбинациям. Чимин шумно сглотнул — он сел за стол, скрывая трясущиеся коленки и расстегнул две верхние пуговицы рубашки, но царящая атмосфера душит, выбивает кислород лисьим прищуром глаз напротив и длинными пальцами, тасующих колоду карт. Старается не думать, что Юнги способен вытворять своими руками пианиста. А Шуга играется, наслаждаясь душнотой ароматизированных свеч и потерянным лицом напротив — у Чимина в глазах возбужденный огонёк, а губы покраснели от вечного покусывания. — Почему ты никогда не играешь? — Чимин не вытерпел напрягающее молчание. — Не вижу достойных соперников, — коротко ответил Юнги, раскладывая на столе пять карт, — приступим? Не дожидаясь ответа, Юнги подошёл к Чимину, выуживая из колоды пару карт и кладя их с остальными: — Старшая карта, — на столе сложилась первая комбинация, — самая младшая и менее выигрышная. Чимин бы слушал, если бы не пониженный тон, которым шепелявят прямо в ухо — сам Шуга прижался к Чимину сзади, оперевшись руками об стол. — Стой, — Чимин не выдержал сексуального тона — вся кровь в организме прилила к лицу и к паху, не оставляя путей для отступления. Он кончился, как личность, — покажи самую выигрышную. Юнги ухмыльнулся, с жадностью принимая брошенный вызов — недвусмысленную выпуклость на чужих штанах он уже приметил и оценил. — Роял-флэш, — теперь тонкие губы коснулись манящей смуглой шеи Чимина, проводя невесомую линию от кромки воротника до мочки. Пак сжал край стола до белых пятен на пальцах, — комбинация из пяти карт одной масти… Юнги резко поднял Чимина за плечи и повернул к себе лицом, яростно впиваясь в эти пухлые блядские губы. Младший мычал в поцелуй, вступая в неравную борьбу с чужим языком и сжимая пальцами плечи декана. — Самая выигрышная… — с придыханием продолжил Шуга, сажая Чимина на стол и сжимая его накаченные бёдра, — состоит из десятки, — укус в ключицу и чувственная хватка младшего на своих волосах. Из-под воротника рубашки Чимина выпала десятка черви. — Пожалуйста… — Пак положил руку Юнги на свой стояк. — Не спеши, — Мин оскалился и сжал возбуждение под своей рукой, — Валет… Изящной кистью пианиста червовый Валет был вытащен из кармана Чимина. Брюки с боксёрами слетели с накаченных ног следом за картой. Юнги сжал чужой член у основания — Чимин зашёлся в немом стоне и рефлекторно толкнулся в кулак. — Сидеть, — оскалился Шуга, начав массировать истекающую головку рукой, — дёрнешься или проронишь хоть звук — я закончу это всё прямо сейчас. Чимину ничего не оставалось, как сдержать скулёж и зажмуриться. А Юнги наслаждался видом — распахнутый пиджак и задранная рубашка. Аккуратный член в его ладони — был бы художником, написал бы с этого картину, но он музыкант, лучше сыграет мелодию: Юнги наклонился и провёл языком у основания очерченного подбородка до впадинки ключиц; Чимина пробила крупная дрожь, скрыть тихий стон на высокой ноте ему так и не удалось — Юнги начал медленно двигать рукой. Расстёгивать рубашку старший не стал, поднял её полы свободной рукой до шеи и сжал губами вставший сосок, посасывая и получая в ответ ещё один стон. — Прекрасен… — Юнги поднялся и взглянул в чужие глаза, заволоченные дымкой. — Дама. Из-под мошонки младшего аккуратно вытащил атласную карту, проводя ребром по чужому бедру. Чимин готов был разрыдаться от переизбытка чувств, а Юнги не изверг — он сам человек и собственное возбуждение неприятно давит на ширинку. Терпение не вечное у обоих. Чимин был резко опущен грудью на твёрдую поверхность отполированного стола. — Соси, — к пухлым губам было представлено два пальца. Младший не растерялся — вобрал полностью, посасывая фаланги и выпуская с пошлым причмокиванием. — Король. — Юнги свободной рукой достал карту из кармана пиджака Чимина и нежно провёл ей по пухлой щеке рыжеволосого. — Хватит. Смазанные слюной пальцы он приставил ко входу, нежно раздвигая упругие мышцы; Чимин подавился стоном, спрятав лицо в изгибе локтя и силясь расслабиться. Юнги растягивал долго, аккуратно и с наслаждением, наблюдая за движениями своей руки в растянутой дырочке. Когда Чимин начал насаживаться сам, то Юн резко отстранился, заменяя пальцы своим членом. Младший привык сразу, насаживаясь сам и даже не пытаясь сдерживать громкие стоны. Юнги сжал в кулак копну рыжих волос и усилил толчки, упиваясь пошлым хлюпаньем и сорванным голосом Чимина, которого хотелось подчинить сильнее, поставить метку, что бы все знали, чья это сука. — Да! — Выкрикнул Чимин, изливаясь на паркет и пачкая лакированные туфли Юнги, — Юнги-я-я-я. Шуга продолжал самозабвенно вбиваться в молодое тело, доведя себя до разрядки и кончив внутрь парня. — Туз, — голос Юнги был сорван, когда он повернул размякшего Чимина к себе и слизал каплю крови на прокушенной губе. Червовый туз — единственная карта, оставшаяся лежать на столе. *** — Роял Флэш, — Тэхён вскрывает карты и мило улыбается зазнавшимся соперникам, что удивленно пялились на разложенную комбинацию, — было приятно с вам сразиться. Ким встаёт из-за стола, слыша вслед фальшивые комплименты, но не обращает внимание на них, поправляя дорогие часы на запястье — подарок Чонгука — и беря под локоть Чимина. Они эпично покидают игровой зал, направляясь к самому дальнему столику. — Круто ты их, — Чимин ухмыляется, поправляя копну рыжих волос. — Как всегда, — Тэхён подмигивает, — а ты почему не играешь? — Не вижу достойных соперников.  — Посмотри прямо и найдёшь, — ухмыльнулся Тэхён. За столиком, попивая апельсиновый сок, сидели Юнги и Чонгук, что-то негромко обсуждая и бросая взгляды на своих парней. — Ты думаешь о том же, о чём и я? Чимин и Тэхён заговорчески переглянулись. — Игра только начинается.