Куколка

      Прошло около двух часов после их первой встречи. Микаса тихо посапывала на коленях у Изабель, которая в свою очередь грустно глядела в окно, наблюдая за снежным вихрем. Она невольно задумывалась о будущем маленькой Микасы, которую ей было невероятно жалко. Что с ней будет, когда она попадёт в руки Леви Аккермана? Хотя, может, к двадцати годам парень поумнеет, но и сейчас он тоже не глуп. Открыв глаза, Фарлан увидел печальный взгляд Изабель, которая не переставая смотрела в окно. Поняв, что что-то беспокоит его девушку, Фарлан решился задать вопрос: — Что с тобой? — спросил он любимую, приподнимая левую бровь. Магнолия вздохнула и опустила глаза на прелестную Микасу, которой снились её родители, ещё живые. Моменты, проведённые рядом с ними. Шестнадцатилетний парень кивнул, читая мысли Изабель. — Мне тоже её жалко. Но лучше с Леви, чем с каким-то жирным стариком, который моется раз в неделю. — заметил Черч и фыркнул. — Да, — согласилась рыжеволосая. — Не верится, что эта малышка скоро ляжет под братика Леви. — голос Магнолии дрогнул. Она погладила спящую Микасу по голове. — Он же сделает ей больно, хоть и в пятнадцать лет, но без её согласия. — Не думаю, что наш Леви такой тиран. — Плохо ты его знаешь. — буркнула Изабель. — Изабель, милая, хватит. — нахмурился блондин, скрестив руки. — Нет, Фарлан, не хватит! — залепетала девушка, но так, чтобы не разбудить Аккерман. — Ты ведь прекрасно понимаешь, что её первый раз будет болезненным и без взаимного согласия! Ты отлично знаешь братика Леви в этом плане! Каждый день он будет брать её грубо и этим причинять ей невероятную боль! Он не подарит ей любовь, ведь не знает,что это за чувство! Надеюсь, к двадцати годам ему вправят мозги. — надулась Магнолия, обдумывая все ранее сказанные ею слова, в которых таилась доля правды. — Ты ведь понимаешь, что Леви не должен знать о существовании Микасы до её пятнадцатилетия? — на вопрос парня, Изабель лишь еле кивнула, накрывая Аккерман одеялом. — Кенни сказал, что поселит вас в особняк стены Роза на юге. Говорит, что скоро у малышки начнётся переходный возраст, и именно тебе следует быть с ней. Тебе он доверяет в её воспитании больше, чем каким-то старушкам. — Но мы же не будем видеться! — протараторила Магнолия, боясь потерять любимого. — На пятнадцатилетие Леви получит особняк на севере стены Роза. Мы вместе туда переедем. Я смогу приезжать к тебе и Микасе каждую неделю. — улыбнулся парень, дав Изабель отдышаться и успокоиться, ведь День рождения Аккермана должен был наступить в этом холодном, как и сам Леви, месяце.

***

— Я буду безумно скучать. — он схватил Магнолию за рукав пальто и притянул к себе, одаривая белоснежной улыбкой невероятно красивую девушку. И, взяв её за подбородок, приблизился к ней и подарил первый в жизни Изабель поцелуй. Магнолия, стоя на носочках, расслабилась и отпустила руку Микасы, что со смущением наблюдала за милой подростковой парой. Вспомнив, что на них смотрит маленькая девочка, Изабель отскочила от парня и смущённо опустила голову, но затем всё же подняв на Фарлана глаза. — Я тоже буду безумно скучать. — потёрла мокрые от слёз глаза девушка. Черч лишь кивнул с улыбкой, тем самым попрощавшись с рыжеволосой. Парень направился к карете. — Жди меня здесь. — прошептала Магнолия, опустив руку Микасы снова, на что та покорно кивнула. — Фарлан! — крикнула девушка, побежав к высокому парню. Не успел Черч обернуться, как на него прыгнула Изабель, крепко обнимая.

***

— Не плачь, — прошептала Микаса, подойдя к Изабель, которая взглядом провожала уезжающую карету. — Он же сказал, что скоро вернётся. — Аккерман улыбнулась и взяла Изабель за её ледяные руки. — Идём, — Магнолия подхватила Микасу на руки, — нам нужно принять ванну. — улыбнулась девушка, прижимая к себе малышку.       Девочка покорно сидела перед зеркалом, пока Изабель расчёсывала ей волосы и рассказывала смешные истории, связанные с Фарланом. Частенько две представительницы прекрасного пола смеялись над неуклюжестью Черча, который все сердцем любил Магнолию. Рассказывая кульминацию истории про яблоню, куда эта троица полезла, Изабель выбирала одежду для малышки. Микаса, набравшись смелости, сжала ручки в кулаки и задала долгожданный вопрос, который её так беспокоил: — Кто такой Леви? —чётко проговорила юная Аккерман. Одежда выпала из рук Магнолии, а улыбка исчезла с лица. Она вспомнила разговор с Фарланом в карте. — Нет, Фарлан, не хватит! — залепетала девушка, но так, чтобы не разбудить Аккерман. — Ты ведь прекрасно понимаешь, что её первый раз будет болезненным и без взаимного согласия! Ты отлично знаешь братика Леви в этом плане! Каждый день он будет брать её грубо и этим причинять ей невероятную боль! Он не подарит ей любовь, ведь не знает,что это за чувство! Надеюсь, к двадцати годам ему вправят мозги. — надулась Магнолия, обдумывая все ранее сказанные ею слова, в которых таилась доля правды. — Э-эт-то наш с Фарланом друг. — выкрутилась Изабель, подбирая упавшую одежду и глупо улыбаясь Микасе. — Когда мистер Аккерман говорил, что я предназначена для кое-кого другого, — девочка сглотнула. — он имел в виду этого Леви? Магнолия ошарашено застыла. Девочка была слишком умна и догадлива для своего возраста. Подбежав к ней, она схватила её за плечи и освободила мозг девочки от "ложной" информации. Изабель рассказала, что Леви Аккерман добрый и хороший парень, что он её ровесник. Она рассказала множество весёлых случаев, которые были связанны с ним. Девушка уверила малышку, что она никак не связана и не будет связана с ним.       За ужином Микаса почти не ела. Она задумалась над словами Кенни, Изабель и Фарлана. Для кое-кого другого? Значит, кто-то будет владеть ей? Из всех них обидит её только Леви? Похотливый мальчишка? Всего лишь друг? Кто же такой, этот Леви? Вряд ли ей будет владеть Кенни или Фарлан. Поэтому всё сводилось к некому Леви. Но Микаса была рада тому, что рядом с ней теперь такие любящие люди, как Изабель и Фарлан, а не те мерзкие работорговцы. Она рада тому, что её выкупили не для жирного старика. Рада, что такой добросердечный и неравнодушный человек, как Магнолия с ней. — Позволите мне пойти к себе? Я очень устала. — сказала Микаса, аккуратно и тщательно вытирая рот и руки салфеткой. — Конечно иди, Микаса! Ты ведь знаешь куда? — с широкой улыбкой выпалила Изабель, поглядывая на придворного лекаря. — Да, было очень вкусно, благодарю. — девочка встала из-за стола и кивнула в сторону людей, сидящих за столом, выражая свою благодарность, после чего спокойно удалилась, оставив всех с удивлённым взглядом. — Она очень культурна и вежлива, учитывая то, где выросла. — заметила Карла. — И чистоплотна. Очень похожа на господина. — прошептал Гриша, придворный лекарь. — Да, похожа. — прошипела Изабель и со злостью сжала столовый прибор в руке, думая о будущем малышки.       Юная Аккерман тихо и медленно шагала по огромному коридору к своей комнате. Она невольно задумывалась о красоте этого дома, который завораживал. Девочка рассматривала каждый уголок этого обширного дома, который отправлял малышку в мир своих грёз. Каждый рисунок на стенах был продуман до мелочей, что придавало им невероятную привлекательность, а дому уют. Этот дом был построен, когда Кушель Аккерман была ещё жива. Тогда она и взялась за обустройство этого особняка, поэтому в нём сохранился уют и тепло, а также память о этой прекрасной женщине. Из-за этого Леви часто проводил время там. Дом дарил ему воспоминания о любящей матери, которую он потерял в семилетнем возрасте. И как бы ни был скрытен и груб Кенни Аккерман – он всё равно до потери пульса любил Кушель и Леви. Аккерман-младший был его единственной, хоть и маленькой, но семьей, чью прихоть он исполнял по щелчку пальцев. Ради Леви он свернул бы горы, хоть Кенни этого не показывал, ведь проявлять любовь было не в его стиле. — Ты обронила! — послышался детский голос за спиной Микасы. Девочка обернулась и увидела мальчика, бежавшего за ней и держа в руке маленький голубой бант. — Держи. — протянул он девочке, которая была немного удивлена. — Спасибо. — неуверенно пробурчала Микаса. — Ты похожа на куколку! — улыбнулся мальчишка с растрёпанными каштановыми волосами. И правда. Её нежно-голубое платье, что очень украшало её, и невероятно аккуратная и милая причёска, в которой две пряди были собраны и украшены бантом, а оставленные распущенными иссиня-чёрные волосы аккуратно лежали на плечах. Она действительно смахивала на куклу. Невероятно красивую и милую куклу. — Спасибо. — улыбнулась Микаса. — Я Эрен! Сын придворного лекаря. — протянул ей руку мальчик. — М-М-Микаса. — прошептала Аккерман, неуклюже пожимая руку Эрену. — Будем знакомы, Микаса. — снова улыбнулся мальчик, прикрепив бант к локону девочки. — Извини, Эрен, я не хочу показаться невежливой, но мне уже пора спать и... — мальчишка не дал договорить и сразу вставил предложение. — Я понимаю, — весело кивнул тот, — ты же будущая госпожа. — Что? — Н-ничего! Давай встретимся завтра за завтраком, что думаешь? — поняв, что сболтнул лишнего, Эрен перевёл тему. — Хорошо. — Микаса потрепала Эрена по голове. — Спокойной ночи, Эрен, сын придворного лекаря. — хихикнула Аккерман и поторопилась в свою спальню. — Спо-койной. — заикнулся парнишка.       Спальня Микасы не отличалась от спальни Изабель, а так же других. Обычная светлая комната, только выполненная в фиолетовых тонах. Два больших окна, находящихся перед дверью и огромным шкафом. Мягкая кровать средних размеров, на которой расстелили новое и чисто белье. Подойдя к туалетному столику, Микаса сняла маленькие голубые банты с шелковистых волос и положила их в ящички. Аккуратно сняв балетки, девочка спрятала их в шкаф, где хранилась обувь. За балетками последовало платье, которое уже висело на вешалке над обувью. Тихо закрыв шкаф, Микаса достала ночную рубашку длиной до коленок, которую сразу же надела и прыгнула под одеяло, выключив свет. Юная Аккерман заснула под вихри снежной бури.