Александра

Мир там, где все реки сливаются во единое, там, где мечтаниям нет предела. Как понять, что люблю? Разобраться в своих чувствах, а не поторопили ли мы события? Чувства не отвечают за свои поступки… Мы сами должны понимать, что творим. А если понимаем, что чего-то или кого-то не вернуть, значит так и должно быть, значит так будет лучше, отпустите! Начните заново жизнь, не повторяя этих ошибок. Они могли остановиться… Но они того не пожелали… И теперь где любовь? Можно ли ее еще спасти? -Простите, что? — кричала, уже в слезах Алекса… -Саш, что случилось? — Даня подошел к девушке и приобнял нежно за талию. -Ни… ничего. Уже все хорошо, не… не оббращай внимания, — слезы еще текли, даже новым потоком, как же больно иногда бывает.- Я пойду, да, мне это нужно, это нужно, надоело так… Не дожидаясь ответа девушка выбежала из комнаты, не забывая захватить с собой сумочку. Ее цель была достичь одной из самых старинных улиц Испании. Потому что именно там был корень всех переживаний и страданий девушки. В договоре сказано, что Александра должна принести на… улицу кулон ее отца. А она получит взамен свободу, но от чего? Узнать тайну, но какую? Что это все значит? Алекса медленно шла, держа кулон в руке, которая загорелась голубым пламенем. Вернее это камень кулона загорелся, это означает, что… Но кто знал, что за ней следили два человека. Один — враг, который требовал кулон, видимо он нужен ему не для того, чтобы раскрыть тайну, не для того, чтобы свободна девушка была, хотя может и так? А? Второй — Даня, он же пошел за нею. И был дико напуган, был в шоке, когда увидел, что ее руки горят голубым огнем. -Отдай камень, ты же все равно умрешь, тебе жить-то осталось всего год, ты не справишься. Тебе это ни к чему… Тебе это ни к чему, такие как ты, рано или поздно сдаются и умирают, это великая тайна. — кричал «бунтарь», парень, что так отчаянно пытался захватить кулон, так его звали. -Зачем? Зачем он вам? Вы же связаны со смертью отца и мамы? — билась в отчаянии девушка. -Отдай, он не нужен был твоему никчемному отцу и тебе тоже не нужен. -Нет, ни за что. Это… вы что сказали про отца? Ты что-то сказал про отца? — теперь девушка не напоминала испуганную, а наоборот, смелую, дерзкую девушку, готовую порвать любого. Глаза ее стали светло-голубыми, синие пряди волос стали голубыми, а кулон в руке начал светиться голубым, то алым пламенем. -Зараза, а ты сильная… Ну ничего, подожди… Скоро увидимся. Твои родители погибли так же, как и ты погибнешь, это мы их убили…- закричал, но как только увидел как в него летит, да, летит синий шар, наполненный ненавистью, решил убежать. А девушка упала на колени и просто, просто заплакала. Не желая ничего видеть и слышать, решила покончить с собой, но… -Алекса, любимая, зачем ушла, ты же, прости меня, я не должен был идти за тобой, знаю, но я ради тебя живу, ты единственная, кто у меня есть, ты — моя родная, моя любовь… Ты мне нужна… Я умру без тебя, а то, что сказал тот придурок про жизнь — это правда? — на одном дыхании говорил парень, желая слышать слова любви, слова чистоты и правды, и… и надежды. -Я… я тебя люблю, если бы не подошел, то я бы убила себя, я хотела убить себя. Спасибо. Правда, но про родителей обидно, я вижу его насквозь, я умею видеть людей насквозь. Он хотел сказать, что я обладаю сильнейшей силой, силой надежды, веры и правды. Это от отца, а от мамы — это настойчивость и любовь. Все это дополняет кулон, который также обладает огромнейшей силой… И тут она не выдержала, скорее всего от большого напора, от нахлынувших эмоций, от истории этой недостказанной и запутанной, и столь опасной для нее одной. Но не одной. С ней ее любовь. Он любит ее, а она его. Но так ли это? Так… -Я люблю тебя. — сказал парень и взял Алексу на руки и понес в машину. Когда он ее посадил на сиденье и сел за руль, захлопнув двери, неожиданно девушка притянула его к себе и подарила очередной нежный, полный чувств поцелуй. -Пусть и жить мне осталось не долго, но я люблю тебя.