Приятная месть.

***

Капли дождя бились об стекло и будто взрывались, сталкиваясь об окно. Очередная пасмурная погода, которая еще больше угнетала внутреннее состояние Шуги. Он выкуривал за этот день уже шестую сигарету, а сейчас только шесть часов вечера. В студии было темно, и только молния иногда светила в помещение. Был жуткий гром, бьющий уши, но он иногда утихал. И вместе со звуками погоды слышались изможденные стоны. Старшего это уже стало раздражать, но поделать ничего не мог, потому что только начал курить. В глазах была некая пустота. Сидя перед лежащим на полу Кимом, Мин еле приподнимал веки, смотря на его некие судороги и подергивания. — Вот же сукин сын, — Юнги сделал короткую затяжку и выпустил маленький клубок дыма, — Говорил, что любит меня, а сам изменил мне с Хосоком, вот же тварь… Да, Тэхён? — взял сигарету и обжег фарфоровую кожу, наклоняясь к брюнету. Тонсен только вздрогнул, так как был зафиксирован красной веревкой. На кистях рук появились ярко-розовые следы с появляющимися синяками, на лодыжках такая же история. Его глаза были закрыты черной повязкой, а рот закрыт кляпом. Тело все ныло и дрожало. На разных участках имеются синяки. Упругие ягодицы с бедрами были красными и с царапинами. Светловолосый убрал из рта младшего мешающий предмет и сделал наигранную ухмылку, оставляя мокрый шарик на столе. — Хён… Прекрати… Прошу… — полушепотом умоляюще произнес парень, — Я больше не вынесу… Голос был дрожащим. Шуга встал с кресла и взял цепь ошейника, который немного сжимал шею Ви. Ким широко раскрыл рот и приподнялся на колени, пытаясь вдохнуть прохладный воздух. Мин присел на одно колено и притянул к себе Тэхёна, натянув цепочку до звона, раздавшийся по студии. Потрескавшиеся губы коснулись к другим, затягивая в грубый поцелуй. Брюнету пришлось только принять его с большой неохотой. Юнги положил руку на щеку Тонсена и стал спускаться ниже, проходя шею, ключицу, плечо и к соску, а после сжал его со всей силой. Весь вверх был усыпан яркими следами укусов и засосов. Ви укусил за губу хёна от приятной боли, за что поплатился звонкой оплеухой по щеке. Его откинуло спиной на холодный пол. — Как же тебе не повезло иметь такие хорошие отношения с Паком, с этой ебливой шлюхой, которая за тебя стену проломит… — покачал головой и опечалено вздохнул, — Он так сильно дорожит вашей дружбой, а почему бы мне не отомстить, правда же? Чем я хуже него? Шуга взял за ошейник младшего, заставляя привстать на колени обратно, и повел к дивану. Ким послушно подтянулся и лег грудью на обивку. Его руки были за спиной и пытались как-то вырваться из веревки, но это делало только хуже для него, кисти натирались. Взяв пятихвостную кожаную черную плеть, Мин стал похаживать вокруг тела. На спине и так имелись шрамы от этой любимой игрушки. Замах. Болевой вскрик или стон, самому доминанту непонятно. Юнги наклонился к Ви, усмехаясь и поглаживая по новым полосам. Тот изогнулся, выпячивая свою задницу, и опрокинул голову назад. Хён переместил повязку с глаз на рот, чтобы сладкие звуки Тонсена были оглушены до мычания. Глаза были ужасно красными от слез. Светловолосый кокетливо присвистнул, наблюдая за его лицом. Руки легли на талию Кима и опустились до пятой точки. Большие пальцы раздвинули ягодицы в стороны. — Девственники такие милые, я тебе скажу. Как жаль, что вчера ты так быстро кончил, а я только пять раз зашел, — хохотнул «сахарок» и взял плеть обратно, но за начало хвостов. Вставив в узкое колечко мышц ручку игрушки, Мин облегченно выдохнул, проникая глубже. Тэхён зажмурил свои глаза, и сорвался приглушенный стон наслаждения. Проникновения казались даже приятными, так как диаметр не был такой широкий. Дотянувшись окончанием до простаты, Юнги наблюдал интересную реакцию неженки, начинающего привыкать к этому. Слезы остановились, но дорожки так и не высохли на мокрых щеках. Молния никак не мешала своими грохотами. Хён чувствовал себя эгоистом, но ему это даже нравилось. Перед ним был в первый раз такой образ. Такой извращенный, такой жалостный, что хотелось поиздеваться еще, пока тело не начинало само судорожно дрожать от страха, от боли, да от всего, черт возьми. Чувство овладеть Ви было уже больше, чем заставить Чимина страдать от причиненного вреда к его лучшему другу. Очередной заход, и парень кончает, пачкая диван. Он обессиленно лег головой на обивку и не мог нормально отдышаться. Было невероятно приятно, но в то же время и больно. Такой симбиоз заставил Тэхёна получить странное удовольствие. Все силы ушли и жутко хотелось спать. Но Шуга был немного разочарован таким быстрым финалом. Даже ему стало уже несколько жаль мученика, поэтому убрал плеть и взял за цепь. — Давай, вставай и вали на диван, — закатил глаза и монотонно протянул от усталости. Тот лег на кожаную мебель и облегченно выдохнул, поворачиваясь на спину, которую немного жгло. В глазах все плыло. Брюнет, еле поднимая веки, смотрел на своего хёна и в итоге уснул, пока светловолосый сел рядом. Нежно пройдя рукой с груди до пупка, Юнги слабо улыбнулся, развязав того полностью.

***

Настал новый день, что не радовало рэпера. Он встал примерно в три часа дня, прижимая за талию своего раба, проснувшийся еще пять часов назад. Ким был полон сил, но движения совершать было тяжело. Теплые руки хозяина приятно грели его. Это было в первые, когда его обнимали с такой теплотой, но, вспоминая вчерашний день, хотелось убежать, чем лежать с этим садистом, наблюдающий за ним, прищурив глаза. Тэхён ничего не мог сказать из-за некого страха. — Доброе утро или день… — отпустил Кима, встав на затекшие ноги, и потянулся. Брюнет посмотрел на свои руки и ноги с большим разочарованием. На восстановление уйдет достаточно времени. Ви поднял взгляд на сонного Шугу и подтянул коленки к груди. Вчерашнее понравилось больше, чем в первый день мук, когда все было рассчитано на одно лишь мучение. Удовольствие было растянуто больше, чем в ночь, когда он лишился невинности. Признавать этого не было никакого желания. Если садист издевался только физически, а после признания Тэхёна, то будет издеваться еще и морально. Он закрыл лицо, утыкаясь в колени. — Хён… Почему именно я?.. У Чимина-а весь коллектив сплошные друзья… — тяжело вздохнул тонсен, не желая видеть доминанта. Светловолосый сел в свое кресло, скрестив ногу на ногу, и с такой же усмешкой смотрел на Ви. — Ты просто наивнее всех, так что не задавай такие странные вопросы… — пожал плечами. И сам Юнги прекрасно понимал, что нагло врет. Он давно имел желание завладеть Кимом, а выпал такой удобный случай. Младший разочаровался в ответе и встал с дивана, уходя к двери. Конечно же она была закрыта ключом изнутри, чтобы никто не тревожил хозяина. Ви повернулся к Шуге и с потерянностью посмотрел на него. — Что ты хочешь? — с неуверенностью спросил певец, — Если желаешь заставить его страдать, то это не поможет. Ты заставляешь страдать меня, а Пак даже не догадывается о твоих махинациях. Юнги подошел к Тэхену и прижал к стене, касаясь пахом к паху. Шершавая ткань черных джинс коснулась с голой плотью. Брюнет покрылся легким румянцем от этого. — Знаешь… Мне на Пака становится все равно с каждым разом, когда я начинаю играть с твоим телом, — прошел пальцами по стволу Кима, вжимая в стенку парня, — Мне теперь хочется тебя трахать, пока ты не признаешь то, что тебе нравится чувствовать боль одновременно с наслаждением, маленький мазохист. — Прекрати… — ахнул, отворачивая голову в сторону, — Боль неприятна… — Да, а таким, как ты, боль приятна, если это касается сексуального плана, — обхватил рукой член брюнета и стал по-немного двигаться, сдавливая. — Хён… — прикусил свою нижнюю губу, прикрыв глаза и тяжело дыша. Тэхен оказался зажатым в углу. Слова Мина были правдой, что признавать тот не мог из гордых принципов. Пасть перед Юнги и показать свой самый извращенный вид, потребовав свободу, или держаться до последнего, пока другие хены его не найдут? Первый вариант был самым отвратительным, но эффективным, а второй долгий. Светловолосый снова затянул в глубокий поцелуй, продолжая мастурбировать ствол тонсена. Сердце начало биться с более быстрым темпом. Актив оттянул губу напоследок и сжал за кисть брюнета, утягивая на диван. Силы Тэхёна были покинуты сразу же после хватки его руки, и он не мог противостоять. Надев наручники на младшего, светловолосый сел на кожаную мебель и нацепил ошейник на Кима, затягивая чуть потуже, чем в последний раз. Молния штанов спустилась, и из боксеров выглянул стоячий набухший член. Мин подтянул к себе за цепь Ви и уткнул его нос к своей плоти. — Открой рот, — недовольно хмыкнул, — Иначе, плеть тебе поможет. Тонсен растерянно обхватил губами достаточного размера ствол и стал двигаться своим языком по головке. Юнги опрокинулся на спинку дивана, шумно выдыхая, и начал смотреть на личико Вишенки с ухмылкой. Он зарыл свои пальцы в дымчатых волосах и заставил Тэхёна взять в рот полностью, двигаясь бедрами вперед и полностью расслабляясь. Хён стал двигать головой нижнего вперед-назад, полностью проникая и долбясь в глотку. Спустя двадцать секунд тот вышел из рта тонсена и взял за подбородок. Голова кружилась от таких резких и неприятных движений. Ким посмотрел прямо в глаза хозяина и тихо ахнул. Юнги посадил на колени парня лицом к лицу, у которого уже стоял твердый ствол. Он прошел руками к дырочке и пустил сразу два пальца, начиная растягивать, но, чтобы тот не наслаждался, укусил за сосок. Ви сдавленно простонал и начал кусать губы для успокоения. Убрав свои пальцы и положив руки на бедра, Шуга посадил брюнета на свой член во всю длину сразу же. Ощущения заполненности так и выводили с ума. Тэхён приподнялся и сразу же сел, начиная стонать прямо на ухо хёна. Сам же старший укусил за плечо и стал двигаться бедрами на встречу. Толчки то грубые, то быстрые, то нежные и чувственные. Светловолосый чувствовал каждый вздрог Вишенки. Хоть как-то передать чувства, которые испытывал сам пассив, сложно. Ему нравилось это слияние, такое больное, но сводящее его крышу. Если бы руки не были в наручниках, то Ким уже обцеловывал лицо Мина от этого всего. Юнги смотрел на покрасневшего Тэхёна и облизнулся. Он доволен. Податливое тело, которое может извиваться от малейших ласк плети и рук мужчины, было намного лучше, чем Чимин, просящий все больше и больше, в общем, лучше жадного парня. — Хён!.. — Протяжно охнул и кончил свое семя на черную толстовку «Supreme». Светловолосый излился во внутрь Ви и положил голову на его плечо, выдыхая. По лбу протекла Дорожка пота. Рэперу это было неприятно, но сейчас не тот момент для ворчания. — Тэхён, это будет наш маленький секрет…хорошо?.. — поднял усталый взгляд на тонсена, который согласно кивнул.