Побег невозможен 3. Шаг до безумия

      -1-             18 мая, 3 день недели. Три дня спустя.       — Ого, как ты рано, — произнес Кас, похлопав глазами на экран компьютера, — не спится? —       В ответ прозвучало какое-то невнятное бурчание.       — Нэсс? — позвал Кас.       — Да, — после недолгой паузы, сухо отозвался Нэсс. — Предупреди его! — внезапно крикнул он. — Черт... вашу мать... Ладно, только молчи... Кас?       — Да... — протянул Кас, глупо моргая и не понимая с кем только, что говорил Нэсс, с ним, или еще с кем-то?       — Я могу показаться тебе странным в ближайшие... не знаю сколько... Не спрашивай, что со мной происходит.       — Забавно, я как раз собирался спросить, что с тобой происходит, — хохотнул Кас, но смешка в ответ не последовало, что было странно, Нэсс никогда был не прочь посмеяться при разговоре. — Ладно, спрашивать не буду. Что у вас там?       — Дальше двигаемся сами, — уронил Нэсс.       Кас был готов услышать это в любой день еще с выходных, когда Нэсс прислал короткое сообщение, но все равно вздрогнул.       — Лекс...?       — Не спешит, — ответил Нэсс на невысказанный вопрос, — предлагает выжидать.       — Неужели кинул?       — Нет, он просто не в состоянии принять некоторые факты. Да и что таить, я с самого начала предпочел бы действовать один. Мне надо укреплять свои позиции здесь.       — Так что мне делать, с ним и его с людьми ? — осведомился Кас, осмотрел несколько экранов, прикидывая, откуда начинать. К такому исходу они начали готовиться еще недели две назад, правда из того что рассказывал Нэсс, Кас не верил, что эти люди повернут против него, хотя насколько понял они не в полном смысле слова пошли против него. Просто не спешат помогать. Но если посмотреть с этой стороны, то чем бездействие лучше предательства?       — Ничего, кто-то же должен за мной прибирать, — хохотнул Нэсс, — да и пустые места придется потом кем-то заполнять. Но и мешать мне, я им не позволю.       — За камеры можешь, не беспокоиться, — отозвался Кас, — самостоятельно обезвредить вирус у них не получится.       — Хорошо. С Ози договорился?       «Ну вот и где: "Молодец, Кас"?» — Кас улыбнулся, так хочется услышать похвалу? С другой стороны, он уже привык, что Нэсс за такие подарки чуть ли не боготворит его. Эх, узнать бы, что действительно с ним происходит.       — Да, — ответил Кас, — чувствую себя, как в долбаной компьютерной игре. Ты ему, кстати, доверяешь?       — Скажем, если бы он выбрал другую сторону, то я бы драпал отсюда не оглядываясь.       — О... — протянул Кас, неуверенный стоит ли уточнять, что это значит. — Эм... новости хочешь послушать?       — Да, — снова сухой деловитый ответ. Никаких «Конечно» или «а то». На той неделе волновался, как пойдут новые дела, а сегодня, вот этот невзрачный ответ.       — Ладно... гхм, старательно игнорирую вопрос, что с тобой происходит, — пробормотал Кас, выудил сигарету, закурил, недовольно вздохнул, пытался ведь сократить количество пачек в день, скоро пожелтеет весь. — Так и знай, — выпуская струю дыма начал Кас. — Придешь в норму, я от тебя не отстану, пока не объяснишь, что к чертям творится с тобой... — затянувшись и откинувшись на спинку кресла, Кас уставился в потолок. — Значит так... переговоры с югом прошли хорошо, им так же, как и нам не хватало всех ваших классных препаратов, ну и «Джека», само собой. Взамен, партии кораина по заниженной цене, товар более чистый, чем у нас, хотя хрен я пойму, в чем разница. Юана говорит погода не та... а по мне, что там жарко, что тут жарко, ну...       — Нискарцы все еще ошиваются у вас?       — Уже нет, — хохотнул Кас, — они хотели перехватить эти сделки, мы им кран перекроем, если из Монтэро пойдут крупные поставки кораина в соседние страны. Хотя мы все равно весь рынок не перекроем и я не понимаю, какое им до этого дело. Зэф говорит, денег мало не бывает... — Кас затушил сигарету и прошелся рукой по волосам, вновь отмечая, что пора, наверное, подстричься, совсем оброс. — Не знаю, не знаю... может и так. Но мне, кажется, в какой-то момент уже не имеет значения, сколько миллионов у тебя на счету. — Кас хмыкнул, ожидая, что Нэсс скажет что-то, но он молчал и Кас снова скис, что же с ним происходит? — Пошучу за тебя, значение имеет, что в какой-то момент может прийти такой как я и обнулить все миллионы. Ха-ха, смешно... Эм, Коди, как ты и просил усердно учиться управлять беспилотниками... рвался к тебе, говорит: я ему помогу. Еле отговорил... ну все, в общем-то. Остальное без изменений, проблемы мелкие решаются на ходу, да и ты сам знаешь... — Кас замялся, не зная, что еще сказать, Нэсс был слишком молчалив и это само по себе напрягало. От череды вопросов его удерживало предупреждение Нэсса, не спрашивать, да и убежденность, что если Нэссу нужна будет помощь, молчать он не будет. — Нэсс, тот дрон, с усиленной «Вонючкой» готов, по прикидкам через вентиляцию газ накроет все помещение. Маленький и бесшумный, я без труда смогу провести его уже сегодня. Гхм... ты говорил, что ждать смысла нет...       — Да, это так. Но планы немного изменились. Я передумал действовать бесшумно. Оставишь «Вонючку» в ближайшие дни, когда тебе будет удобно.       Кас потер лоб, пытаясь понять, о чем толкует Нэсс, что значат его слова.       — Знаешь, Паниньо когда-то говорил мне, что чем больше людей знают, что есть такой человек, который занимает пост Рэками, тем лучше я буду защищен. Но мне кажется, он сказал мне не все. Мало, чтобы меня знали и узнавали. Надо чтобы меня еще и боялись. И я собираюсь дать всем достаточно причин трястись.       — У тебя начинается мания величия? — спросил Кас усмехнувшись, правда, смешно ему было лишь отчасти, от его слов пробирала дрожь, потому что Кас знал, на что способен Нэсс.       — Нет, — хохотнул Нэсс, — хотя... может да. Надоело прятаться и строить из себя безобидную овечку.              -2-             21 мая, 6 день недели. Три дня спустя.       У дома была припаркована незнакомая черная машина. Приглядевшись, Канда определил, что это «Саумера», но не кабриолет, правда, от этого машина ни капли не теряла, так она выглядела более строго, что ли, а не как какое-то гейское говно. Оглядевшись по сторонам, Канда поискал машину отца, но ее не было видно, гараж был закрыт. Канда предположил, что машина матери там. Но все же чья это машина и почему припаркована здесь? На обочине полно места и не рано ли для гостей? Одиннадцать дня. Может, одна из маминых подруг? Ага, на черной «Саумере».       Ругнувшись себе под нос, и не понимая, чего прицепился к этой идиотской машине, Канда отпер дверь. Может, тоже хочет такую? Представив себе, как Рик будет угорать над ним, если он действительно купит себе такую, Канда фыркнул. В какой бы цвет она ни была перекрашена, гейская машина всегда останется таковой. Красивая и быстрая тачка, бесспорно, но гейская.       В доме было неестественно тихо. Хмыкнув, Канда заглянул сначала на кухню, заодно и посмотрев на открытую дверь Томми, ну и где он? Поздороваться с братом не хочет?       — Неблагодарный маленький идиот, — пробурчал себе под нос Канда, зашел на кухню, чтобы налить себе, чего-то попить.       Непонятная тревога кольнула его, привлекая внимание. Оглядевшись, Канда с нарастающим беспокойством заметил разлитый по прилавку кофе, осколки серой чашки, из которой любила пить кофе мама. «Что...» — зажмурившись и вновь открыв глаза, Канда снова оглядел кухню. Почесал затылок, не понимая, чего переполошился. Ну разбитая чашка, ну разлитый кофе, и что? Но почему же так тихо?       Забыв, что собирался открыть холодильник, Канда вышел из кухни в широкий коридор и оттуда в гостиную, но дальше проема сдвинуться не сумел. Нарастающее удивление сменилось страхом, а затем и ужасом. Показалось, что из-под ног уходит почва. Но Канда сумел быстро встряхнуться и уже тянулся к боку, где в кобуре был пистолет.       Нэсс сидевший на диване оскалился и поцокал языком, его пальцы до того свободно лежавшие на шее Томми, сжались, глаза брата наполнились страхом и слезами.       — Убери от него руки! — крикнул Канда.       — Зачем ты кричишь, ягодка? — спросил Нэсс.       Канда невольно проследил за его рукой, поднявшей до того опущенный нож. Томми зажмурился и захныкал, но тут же затих.       — Умничка, — прокомментировал Нэсс. — Будешь вести себя тихо, и больно не будет.       Нэсс снял руку с его шеи и разлохматил волосы Томми, но его глаза неотрывно следили за Кандой и в них он не видел ничего, помимо безумного веселья. Этот взгляд пробирал до костей.       — Сядь, — Нэсс кивнул на кресло.       Канда застывший с поднятой рукой так и не смог опустить ее, обежав глазами гостиную, заметил и мать, она лежала на диване со связанными руками и ногами, глаза закрыты. Канда не смог определить дышит она или нет.       — Она жива.       Голос Нэсса опередил его крик на какие-то мгновения.       — Слишком много кричала, ее истерика начала действовать на нервы, пришлось ее усыпить. — Он снова кивнул на кресло. — Сядь.       Канда двинулся к креслу, сел так, чтобы иметь возможность выхватить пистолет.       — Руки держать на подлокотниках, шевельнешь хоть пальцем, и у Томми появится дополнительная дырка.       — Что ты тут делаешь? — сглатывая, спросил Канда как можно спокойней, казалось, Нэсс спятил, ничем другим Канда не мог объяснить ни его взгляд, ни его присутствие здесь.       — Я? — наигранно удивился Нэсс, потом снова оскалился. — Зор никогда ничего тебе не рассказывал, — хохотнув и качнув головой, произнес Нэсс. — Негоже такое прятать от своего сына. Хочу поговорить с твоим отцом, так сказать, по душам, а заодно и показать тебе, что ты не просто должен любить своего отца, а боготворить его.       — О чем ты? — не сдержав злости, выплюнул Канда.       — Терпение, хомячок, придет твой папочка, и мы с ним побеседуем, а ты послушаешь.       Канда бы обматерил его, но огромные, напуганные глаза Томми заставляли слова застревать на языке.       — Отпусти Томми, — как можно спокойней произнес Канда.       Нэсс склонил голову набок. Его глаза весело блестели.       — Ты бы действительно сделал все для этого мальчишки? — оскалившись, спросил Нэсс и проехался ладонью по макушке Томми.       Это, скорее всего, даже не было больно, но Канда вскочил готовый броситься на Нэсса, но тот ждал этого и обхватил Томми под подбородком, задрав его голову, а кончик ножа коснулся его шеи. Томми дрожал и крепко держался руками за его запястье, пытаясь отодрать его руку.       — Замри, паучок, — шепнул ему Нэсс, не сводя глаз с Канды. — Ты помнишь, о чем мы говорили, перед тем, как пришел твой брат?       — Да... — проскулил Томми.       Канда мотнул головой, сжимая губы. «Что ему надо?!»       — Не забывай мои слова, милый, и все будет хорошо.       — Убери от него свои грязные руки, — прошипел Канда, не зная, что делать, как выпутаться из этой ситуации, хотя бы знать, почему Нэсс оказался здесь. Ведь не из-за него? Или как раз из-за него. — Если ты хочешь разобраться, не впутывай в это Томми!       — Сядь, Канда, пф... герой.       Канда не шевельнулся, переводя взгляд с одного на другого.       — Как же долго до тебя доходит... — досадливо вздохнул Нэсс. — Сядь!       Канда вздрогнул, так громко тот рявкнул. Тут же посмотрел на нож у горла Томми, но на шее не было ни единого следа. Вновь посмотрев на Нэсса, и отмечая, насколько тот расслаблен и спокоен, ему стало жутко. В тот день, когда он стал невольным свидетелем пытки, думал, что видел уже все и знал все про Нэсса. Но это... этот человек, выглядел как он, но все было в нем от чужака, поведение, манера разговаривать, эта неестественная расслабленность. Переборов себя, Канда отступил и сел в кресло, понимая, что ничего в данный момент сделать не получится и надо ждать удобного момента. Нэсс отпустил подбородок Томми и просто прижал его к себе, держа руку на шее, Канде захотелось сию же секунду выдрать у него руки и запихать их к нему в задницу. Проклятый петушок!       — Действительно, думал, что я пришел сюда из-за тебя? — спросил Нэсс. — Корона не давит?       — Тогда нахера ты здесь? — стараясь, чтобы голос звучал более спокойно, спросил Канда и, помолчав, добавил: — Карима, ты убил?       — О! А ты, оказывается, неплохо осведомлен, — наигранно удивленно произнес Нэсс, но его лицо по-прежнему оставалось совершенно спокойным. — Этот придурок выбрал не ту сторону, а у меня была нервная неделя, — жалобно приподняв брови, добавил Нэсс.       Канду передернуло. «Нервная неделя? И так он успокаивался?»       — Нахера ты здесь? — вновь спросил Канда.       — Все у тебя всегда на виду, Канда, — качнув головой, произнес Нэсс. — «Айрат» это не то общество, где можно выставлять свои чувства напоказ. Бери пример с Зора, на виду близкий друг Райдел, а на самом деле...       — Да что ты знаешь об этом! — заорал Канда, перебивая его.       — Побольше твоего, Канда, — противно усмехнувшись краешком губ, произнес Нэсс. — Так, где мы были...? Ах да. Томми.       Брат вздрогнул, когда Нэсс произнес его имя, покосился на него и вновь перевел умаляющий взгляд на Канду.       — Никогда бы не подумал, что ты любишь своего младшего брата, какая между вами разница? Десять лет? Одиннадцать? Большой интервал для крепкой дружбы, да еще твой ужасный характер никак не смахивает на заботливого и любящего старшего брата.       Его тон и выражение сменились, на лице заиграла более настоящая улыбка, а голос стал тише. Канда моргнул, таращась на него, не понимая, что это за странные смены выражений.       — Гипотетически предположим, что я... нет, я плохой пример, фу-у... теперь это у меня в голове... какая гадость... — он передернул плечами и скривился. — Гипотетически предположим, — вновь начал Нэсс, — какой-то мужик угрожает жизни твоего брата. Этот мужик не я, даже не думай об этом. И чтобы спасти шкурку твоего братца требует от тебя отсосать ему... ну то есть этому мужику, а не твоему брату. Твои действия.       Он умолк, с интересом смотря на Канду.       — Что...? — выдавил Канда, не веря, что услышал от него нечто подобное, всему же есть предел. Канда прокручивал в голове несколько последних фраз и не знал материться, вскочить, блевать или что еще делать, но тут его взгляд упал на бледное лицо Томми, и все мысли разом вылетели из головы, а дыхание сперлось в груди.       — Офигеть... — протянул Нэсс и Канда вновь посмотрел на него. — Действительно бы пошел на такое... Оказывается и у тебя есть рычажки, на которые можно было бы надавить. А ведь я завидовал тебе. Был уверен, что ты, окажись на моем месте, смог бы покончить с собой. Но, похоже, Севан лучше знал тебя, лучше даже, чем ты сам.       Канда молчал не в силах вымолвить ни слова. Пытался сложить куски информации, которые никак не хотели складываться в единую картину. При чем тут Севан? И что он, вообще, имел в виду говоря, «окажись на моем месте»?       — Зачем ты здесь? — раздельно и с нажимом произнес Канда, отгоняя все дурацкие мысли. Какая разница, что он там бормочет и какая разница, что он имеет в виду. Важен только Томми.       — Ты тупой или прикидываешься? — хмыкнув, спросил Нэсс.       Канда молча смотрел на него.       — Я же говорил, поговорить с твоим отцом.       — Отпусти Томми.       — Какой ты скучный... — протянул Нэсс. — Мне кажется ты повторяешься... хотя оно и не удивительно с твоими-то мозгами... Томми, пока посидит со мной. Я бы мог поговорить с Зором один на один, но боюсь, этот лживый сукин сын, сумеет обвести меня вокруг пальца.       — Заткни свою пасть, — еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик произнес Канда.       — Почаще бы следовал этому своему напутствию, твой болтливый язык создавал тебе одни проблемы. Знаешь, я только на днях узнал, что ты теперь телохранитель Райдела. Помощник, точно, как и Рик. Скажи и ты тоже помогаешь запирать мальчиков у него в комнате, бить их, выносить их трупы...?       Канда лишь скривился, но отвечать не стал, да и что тут ответить? С битьем Райдел и сам справляется? Или еще что? И зачем остается там? Может и сам становится извращенцем?       — Молчишь... ну собственно гордиться нечем. С мозгами у мужика не все в порядке, а все вокруг на меня указывают. Ха! А разве эти его развлечения – это нормально?       Снаружи послышался шум шин, Нэсс лишь слегка повел глазами в сторону окна.       — Вот и твой папочка пожаловал. Жду не дождусь посмотреть на его реакцию, — хохотнув, добавил он.       Канду передернуло от его тона, он, похоже, наслаждался ситуацией, и его ни капли не волновало, что и он в опасности или, может, он не осознавал этого?       — Крис? — послышался голос отца от входной двери.       — Тут, — вместо Канды ответил Нэсс и приложил палец к губам.       Канда не повернулся в тот момент, когда послышался возглас отца за спиной, ждал момента, когда Нэсс отвлечется и у него появится возможность достать пистолет и пристрелить его, но тот вновь поднял нож, а его глаза передвигались с Канды на Зора.       — Что, ты...! — закричал Зор. — Ты спятил?! Убери нож!       — Сядь, — сказал Нэсс, ткнув ножом в свободное кресло рядом с Кандой.       Отец, казалось, потерял дар речи. Канда слышал его тяжелое дыхание за спиной, но все так же неотрывно смотрел на Нэсса.       — Не заставляй меня повторять, — его рука сильнее сжалась на шее Томми, и брат задергался в его хватке, снова начав хныкать. — Тихо, Томми, — ласково прошептал Нэсс, ослабляя напряжение.       Канду снова передернуло от страха, тревоги и отвращения. Краем глаза заметил, как отец сел в кресло рядом с ним, наконец, посмотрел на него, Зор был бледен, нижняя губа дрожала, а руки с силой сжались на подлокотниках.       — Лучше тебе объясниться... — начал Зор.       — Вы не в положение указывать мне что-либо, — насмешливо кинул Нэсс. — Одно движение и в живых останешься только ты... правда, ненадолго...       — Ты с ума сошел! Приходить сюда! Угрожать мне и моей семье! — заорал Зор, хлопнув ладонями по подлокотникам.       — Сошел ли я с ума? — с причмоком переспросил Нэсс, как бы пробуя что-то вкусное. — Может быть, — пожатие плеч, наиграно растерянное выражение на лице.       Отец показался Канде не менее растерянным.       — Скажи, — продолжил Нэсс, — приходил ли я к тебе в твоих кошмарах? Я всегда так близко был от истины, протяни руку и возьми. Как ты спал, черт возьми?! Доводил себя мыслями, что может быть стоило рассказать все Райделу, или хотя бы намекнуть, что с Севаном не все чисто.       Канда непонимающе переводил глаза с одного на другого, если до этого отец казался ему злым, то скоро это выражение исчезло и его заменило растерянность, а потом страх, но это длилось всего лишь мгновение.       — Хватит, — хлопнув по креслу, сказал Зор. — Наслушался. Ты не имел никакого права врываться в мой дом, а тем более угрожать моей семье. Об это узнает и Райдел и совет. — Он поджал губы и качнул головой. — Райдел будет разочарован в тебе парень.       Нэсс сдавленно захихикал, а потом рассмеялся в голос, но смех звучал так, будто он не совсем понимал, какие чувства должны сопутствовать этому. Канда надеялся, что в этот миг он, по крайней мере, прикроет глаза, но Нэсс следил за ними, ни на одно мгновение не отвлекаясь и не отпуская Томми.       — Ты пугаешь меня Райделом? — отсмеявшись, спросил Нэсс, качнул головой. — Если бы я знал, что с тобой будет так интересно общаться, я бы пришел сразу, как только поговорил по душам с Хоку.       Канда метнул короткий взгляд на отца, понимает ли он о чем говорит Нэсс, и неуверенность мелькнувшая в глазах Зора подтвердила ему это.       — Глупый Хоку... он тешил себя иллюзией, что если он расскажет мне все, то я его отпущу. О... вижу, ты уже знаешь, что, помимо прочего, он мне наплел, да, он старался выбить меня из колеи, отвлечь. По правде, у него почти получилось. Узнать...       — Замолчи! — рявкнул Зор, так что Канда подпрыгнул на месте.       — Ха... как же ты печешься о своих сыновьях...       — Ни слова больше!       — Ты забыл, в каком ты положении? — спросил Нэсс, рука с ножом поднялась и замерла напротив глаза Томми.       Канда напрягся, желая, лишь чтобы этот весь кошмар закончился, и чтобы этот человек ушел отсюда.       — Не...       — Молчи, — бросил Нэсс. — У тебя нет особого выбора, Зор, вас никто не защитит, а грозить мне расправой не стоит. Кто узнает, что я был тут? М?       Он замолк, буравя их глазами и Канда впервые осознал, что они зажаты в безвыходной ситуации, и что если они будут сотрудничать, то может быть, по крайней мере, Томми останется жив, а если нет, то и он не выберется.       — Пап, — тихо позвал Канда, — пускай говорит.       — О! — воскликнул Нэсс. — Канда, неужели, у тебя начинают проклевываться мозги?!       — Пообещай, что отпустишь Томми, — сглатывая, произнес Канда, брат смотрел на него огромными глазами и медленно начал качать головой, но Нэсс тут же сжал его сильней.       — Конечно, — отозвался Нэсс, опуская нож, — как только мы побеседуем... смотрю я на тебя Канда, и не понимаю, почему мы оказались в одном списке. Что по внешности, что по характерам... никакого сходства... — он внезапно замолк, задумчиво хмыкнул и тихо спросил: — Злюка, ты, что ли, заполнял анкету? — его тон внезапно сменился, выражение лица исказилось. — Пошел нахер, — зло прошипел он, — хочешь на меня все скинуть? — Нэсс повел головой из стороны в сторону, а Канде стало не по себе, с ним было что-то сильно не так. Он посмотрел на Канду, потом на Зора и фыркнул. — Бывает, бывает... ну с характерами я понял, а внешность... хотя Райделу ты мог понравиться, почему бы и нет... мускулистые парни ему, кажется, даже больше нравятся, чем хилые... волосы бы заставил тебя отрастить...       — Что ты несешь? — не выдержал Канда.       — А то, что у твоего отца непонятные принципы. С одной стороны он знал о том, что делает Севан, и знал, что если его не остановить то, рано или поздно, ты и твой милый братик оказались бы в плену у Райдела, но, с другой стороны, он ничего ему не сказал. Странно, не так ли? — он посмотрел на Зора. — Вы же знали, что против вас начинают действовать, на что вы рассчитывали? А? По их прикидкам я не должен был задержаться на больше, чем месяц, и вы сами не могли предугадать, долго ли я продержусь, и как быстро Севан продолжит действовать по своим схемам. Так какого черта вы ждали?       — Тебе бы все равно это не помогло, — произнес Зор.       Канда метнул на него быстрый взгляд, но тот на него не смотрел. Сжав подлокотники, Канда прикрыл глаза, отец знает, о чем он говорит. В плену у Райдела? Он и Томми? «Отсосал бы ты, за его жизнь?» — прозвучал в голове голос Нэсса. Это было не праздное любопытство?       — Да что вы говорите... если бы вы не поставили меня в начало этого гребанного списка, меня бы здесь не было. Так почему вы молчали, черт вас побери?       — Райдела не должны были сажать на это место.       — Что?! — в мгновение ока Нэсс взорвался. — Что вы несете? Какая вам разница?!       — Разница есть! — хлопнул по креслу Зор. Качнул головой. — Я договорился с Севаном, после... после того, как узнал о тебе от Райдела. Я хотел рассказать ему...       — Но не стали, — спокойно докончил Нэсс, — потому что тогда бы вам пришлось раскрыть все эти ваши делишки с Чионом... Да, думали хорошо скрыли все? Ну я не за этим здесь... значит, узнали, что у Райдела поехала крыша из-за новой игрушки и решили подыграть, давали советы... а я все, мля, гадал, какого черта меня послали в школу. Думал, зачем Райделу вместо удобной куколки для траха, своенравный и взбалмошный парень, который к тому же спал и видел, как бы сбежать. И Канду вашего поспешили подсунуть. Даже если бы Севан сделал свой ход, Райдел бы уже был знаком с вашим сыночком и ничего бы ему не сделал... ловко, вашу мать, ловко. Ну как я что-то упустил?       Канда переводил взгляд с одного на другого, и ему казалось, что он сейчас находится в каком-то дурацком сне. Когда Нэсс замолк, он посмотрел на отца, лишь через мгновение сообразив, что повторяет про себя: «Скажи, что это не правда, скажи, что это не правда...» — Но отец качнул головой, все так же не смотрел на него.       — Разве что Райдел был не совсем уравновешен и до тебя.       — Его, черт возьми, выбрал Бернар Паниньо! Подтвердил совет. И не вам тут решать, где он должен был быть, а где нет!       — Совет подтвердил и твое назначение, — хмыкнул Зор.       — Не без помощи со стороны, — ухмыльнулся Нэсс. — А вот Райдела, Севан вряд ли бы хотел видеть на этом месте... Хотя может он не думал, что молодым гомиком с нарушенной психикой будет тяжело управлять... Ведь для этого был Гард, весь такой высокий и красивый, да в придачу давний друг... интересно так ли это. Тебе, полагаю неизвестно... но я докопаюсь до самого дна. И как ни странно я споткнулся об одну дилемму. Все время думал, что в «Айрате» все разбежались по двум лагерям, а на самом деле их четыре, ну скажем четвертый не в счет, это просто те, кто нихера не знает... Но вот третий... третий лагерь, там, такие сволочи, как ты. Знают и ничего не делают, предпочитая отсиживаться в сторонке и хм... и ставить ставки, кто кого сделает. И вот в чем загвоздка, я никак не могу решить, покрошить, может, и третий лагерь или ну их и так уже целое состояние на новых ножах спустил и на пулях, а я тут всего неделю бегаю... И раз уж начинать, то логично было бы начать с тебя Зор и твоей семьи.       По телу бегали мурашки, разрозненные куски информации начинали становиться на место. Канда слышал, как о побоище в городе говорил Райдел. Кто-то методично убивал людей «Айрата». О количествах Канда не знал, знал только, что Райдел был взбешен, из-за того, что Севан ничего не делал или не мог сделать. И из всего выходило, что этот кто-то Нэсс. Но разве ему было по силам скрыться от людей Севана? Сколько их? А он один!       — Райдел тебе не простит самосуда, — произнес Зор.       Канда покосился на него, ему бы хоть вполовину выдержки отца, как он умудряется оставаться хоть отчасти спокойным.       — Снова пытаетесь прикрыться им? — хохотнул Нэсс и посмотрел на Канду. — Ты разве не рассказал отцу, что мы давно уже на ножах?       Канда скривился, делать больше нечего говорить об их отношениях с кем-либо. Нэсс снова хохотнул.       — Значит, не говорил... — он перевел взгляд на Зора. — Понимаете, какое дело, Райдел больше не является для меня авторитетом – ни в какой инстанции, ни в личной, ни в иерархической. А то, чем я сейчас занимаюсь, по сути, является прикрытием его ненаглядной задницы. И мне совершенно побоку узнает он об этом моем визите или нет... Ну, хватит болтать... у меня на сегодня запланировано еще парочка визитов... Томми, что скажешь? Хватит?       Брат дернулся в его хватке и заплакал, тихо пролепетал что-то.       — Да? — склонив голову набок, и как будто прислушиваясь к нему, уточнил Нэсс.       — Думаешь твоему папе понравятся твои внутренности?       — Перестань! — крикнул Зор, стукнув ладонями по подлокотникам.       Канда напротив, не мог вымолвить и слова, сердце замерло, он готов был сорваться с места и знал, знал, что не успеет.       — Я скажу все что знаю... — тихо добавил отец. — Не трогай его...       — О, наконец-то, переходим на деловой лад. Доставайте свой телефон и без фокусов.       Канда краем глаза наблюдал за отцом, но все его внимание было на Нэссе, не мог же он хоть на мгновение отвлечься.       — Имена. Из семьи или нет. Все что вы знаете.       — Ты играешься с огнем, мальчик, — пробормотал Зор, но его пальцы уже скользили по экрану, а телефон Нэсса начал издавать короткие гудки, принимая информацию.       Нэсс хохотнул и качнул головой.       — О... это пренебрежение... все вы так уверены в своем превосходстве, что я бывает, не знаю, что делать – блевать или смеяться.       Отец покачал головой, поджимая губы, но больше ничего не сказал и все так же продолжал пересылать информацию. На это ушло около десяти минут. Канда все так же, ждал хоть единого шанса, но понимал, что даже если такой возникнет, то он не сможет им воспользоваться, слишком опасно, слишком близко нож находится от Томми, ведь он может и не успеть.       — Все, — переворачивая телефон, произнес Зор.       — Я надеюсь вам не надо говорить, что с вами будет, если я узнаю, что вы скрыли от меня информацию, и... — он улыбнулся, — убегать бесполезно – найду.       Он поднялся, вздернув Томми на ноги, и все так же держа руку у его шеи. Нэсс сделал резкое движение и Канда невольно сжался, а затем и проследил за метнувшимся к стене ножом, он воткнулся в раму картины на стене в гостиной и даже не завибрировал, воткнувшись в дерево. Слишком поздно, Канда сообразил, что это был всего лишь отвлекающий маневр, на который он так глупо повелся. Когда он повернулся к Нэссу, готовый сорваться с места, в его руке уже был пистолет. Плоский и маленький, он показался игрушечным, но почему-то проверять так ли это не хотелось, дуло смотрело прямо на него.       — Томми проводит меня до двери.       — Отпусти его, — выдавил Канда.       — Как только выйду, — последовал короткий ответ. — Оставайтесь на месте... ах да, Амбер, проснется где-то через час, не пытайтесь разбудить ее раньше.       Держа Томми, он направился к выходу. Канда не сводил глаз с умоляющего и перепуганного лица брата. Все внутри переворачивалось, он не знал, сдержит ли Нэсс свое обещание или нет. Не к месту вспомнились его такие давние мысли о нем и слова Рика. Видел бы тот его сейчас и про него Рик говорил, что без Райдела он никто?       Нэсс скрылся в коридоре, Канда вскочил, а затем услышал хлопок входной двери, выбежав в коридор, увидел рванувшегося к нему Томми, присел, крепко обнимая плачущего навзрыд брата. Почувствовал, как и у самого глаза наполнились влагой.       Поднявшись и подхватив Томми на руки, огляделся. Отца не было видно. Вернувшись в гостиную, Канда увидел его в кресле, неподвижного и бледного. Прикрыв глаза, Канда качнул головой, почему он никогда ничего не говорил ему? Все так же не отпуская Томми, он прошел к матери, пощупал пульс. Не соврал. Жива. И, похоже, просто спит. Канда все же потряс ее за плечо. Никакой реакции. Услышав визг шин, вскинулся, в окно заметил, как стрелой мелькнула черная «Саумера». Выдохнув, Канда вернулся в свое кресло, усадил трясущегося Томми на колени, принялся поглаживать его по волосам, тихо шепча, что теперь все хорошо. Томми цеплялся за его шею, продолжая плакать.       — Почему ты молчал? — спросил Канда, когда Томми немного поутих и теперь просто всхлипывал.       Отец наконец-то ожил, моргнул раз другой, повернулся к нему. Протянув руку, коснулся спины Томми, будто проверяя, настоящий ли он и громко выдохнул, прикрывая глаза.       — Не молчи хотя бы сейчас, — не сдерживая злобы, бросил Канда.       — Я... я не мог ничего тебе сказать. Слишком опасные это знания, а ты... ты никак не хотел избавляться от идеалов в своей голове.       При этих словах Канде захотелось сорваться, наорать на него, но он сдержался, плотнее сжал губы, потом, он скажет все потом.       — Нет единой организации. «Айрат» держится вместе просто из-за удобства. Сидеть на кранах с деньгами и не волноваться о полиции, государстве, спецслужбах других стран – это все, что объединяет нас. А весь этот устав, правила, это все для горячих голов, таких, как твоя. Деньги текут, а для убийств существую специальные боевики, которые этим и занимаются. То, что затеял Севан... не знаю... похоже, и ему в голову ударила юношеская кровь. Проблема в том, что он сидит у руля собственного танка, когда все мы, можно сказать, катаемся на велосипедах, и за то, что он еще не переехал всех нас можно благодарить, как ни странно, Райдела и некоторых других боссов.       — Ты же говорил... — начал Канда, но замолк.       — Да. Все еще считаю, что Райделу не место в совете. Паниньо мог бы отсидеться на месте еще год и выбрать кандидата из следующего выпуска, там были достойные ребята. Но он выбрал Райдела, и как предположил Нэсс, Севан подтолкнул совет к этому выбору. Думал, такой человек создаст для него нужный фундамент для своих аргументов, но просчитался.       — Почему он просто не убил его?       — Просто, — фыркнул Зор, — убийство главы сплотило бы остальных боссов. Они бы начали рыть и искать и, в конце концов, бы вышли на Севана. А это ему нужно было меньше всего. Ему же нужно было расколоть совет, заставить их кидаться друг на друга. Еще лучше было бы, если некоторых прикончил и сам Райдел, посеять хаос и смуту, а затем предложить всем выгодный выход, затем прибрать что осталось. Единственное что удерживало нас от громких разборок в городе это нежелание Севана разрушать то, что создавалось на протяжении ста лет. Сохранить структуру, но изменить строение на верхушке. Правда и зашевелился он активно только в последние четыре года. Или, может, раньше ничего и не планировал, а только собирал вокруг себя верных людей. А к тому времени Райдела уже было не переманить на свою сторону. Слишком упертый, своенравный, дави не дави, намекай – все впустую. Но эти его развлечения создали лазейку, через которую можно было повлиять на его решения и оттуда уже выросли все эти несуразные схемы и я, к сожалению, не был осведомлен об этих тестах, которые запустил Севан и его люди по школам. Я к тому времени уже втерся в доверие к Райделу, и узнал обо все этом только намного позже, и уже фигурировал в отчетах Севана, как близкий друг Райдела. Наша семья оказалась между молотом и наковальней, куда ни сунься – везде плохо. Выбрать сторону не было возможности. Один шаг в какую-либо сторону и другая сторона тут же сорвалась бы на нас. Остальное ты знаешь...       — Нэсс, — сглотнув, произнес Канда, — ты не все рассказал о нем.       — Нечего рассказывать, — вздыхая, произнес Зор, — я рассказал тебе о нем все, что знал сам. А это... — он обвел рукой гостиную, — я не знаю, как это объяснить... я мало общался с ним, но все же не могу понять, куда делся тот вежливый и улыбчивый парень.       — Вежливым он был, только когда это шло ему на пользу... — пробормотал Канда, нехотя отдавая должное Нэссу, он умело скрывался все это время под личиной неопасного парня. — Что нам делать?       — Ничего, — покачал головой отец, — лучше всего будет остаться в стороне, принимать чью-либо сторону слишком опасно...       — А то, что было сейчас не опасно?! — не выдержав, выкрикнул Канда, и тут же пожалел об этом, Томми вздрогнул и с силой вцепился в него.       — Я не мог предсказать такой поворот, — спокойно ответил отец, — даже если бы дела Севана всплыли, нам бы не пришлось опасаться за свою жизнь, никто бы не подумал, что я мог знать хоть что-нибудь... но такое стечение обстоятельств было не то что маловероятно – невозможно... Хоку... — он хмыкнул, покачал головой. — Кто мог предположить, что он так легко расколется...       — Те люди, которых ты сдал...       — Можно считать их трупами, — пробормотал Зор. — Допросит и выпотрошит...       — Он был один... — начал Канда, — без телохранителей, неужели Севан... — он замолк, не решаясь продолжить предложение.       — До меня доходят слухи, — отец нервно хохотнул, — его не могут поймать...       — Что это значит? — вытаращившись на него, спросил Канда.       — Не знаю... — покачал головой Зор, — уже какую неделю все продолжается, а с ним так и ничего не сделали. Может, поначалу Севан и медлил, но теперь... он убивает всех подряд, и я не верю, что Севан бездействует. Но пока что никаких результатов. Он приходит и уходит, оставляя за собой лишь обрубки. — Отец вздохнул, внимательно посмотрел на Канду. — Ни слова об этом, Крис. Ни слова.       Канда кивнул. И сам понял. Им посчастливилось остаться в живых, многие ли могут похвастаться таким исходом? Он хмыкнул собственным мыслям. И это он думал, что знает Нэсса? Даже не так, что просто знаком с ним? Если бы Нэсс родился сто лет назад, у основателя «Айрата» был бы достойный противник.              -3-             — Лекс, ты мне говорил, что ситуация под контролем, — пробурчал Паниньо.       Адриан сидел, сгорбившись в своем кресле и опершись лбом об скрещенные руки, он не решался поднять голову и посмотреть на Лекса сидевшего по другую сторону стола.       — Все было под контролем, — произнес Лекс устало.       Этот разговор повторялся уже несколько раз, на неделе два раза в кабинете Бернара, и вот еще раз, но теперь уже по телефону.       — Ты должен...       — Не могу я совладать с ним! — громко произнес Лекс, перебив старика и начиная срываться. — Он меня не слушает, он никого не слушает, даже вас. Вот вы пытались говорить с ним? А? — Паниньо промолчал и Лекс продолжил: — Вы представляли для него хоть какую-то власть, а я? Я для него пшик. Никто.       — Ты продолжаешь помогать ему...       — А что мне остается? Что?! — зло спросил Лекс. Адриан по его голосу понимал каких трудов ему стоит сдерживаться. — Если я начну мешать ему более активно, он меня просто пнет за борт и еще неизвестно что решит, может и меня припишет к предателям и приедет разбираться. Гангстер хренов. Я не понимаю, как его до сих пор не пришили, с его-то замашками, везде один, я же думал, за первые дни его точно прикончат, телохранители каждый раз сообщали, что он просто исчез. Машина есть – его нет. И не то чтобы мы можем его найти через камеры наблюдения... этот чертов вирус, мы не можем его изолировать, надо идти к серверам и откатывать их на черти знает когда, и сервера находятся под боком у Севана, уж извините, туда я не пойду, и людей своих отправлять туда не буду. И не факт, что это поможет, иначе бы уже кто-то это сделал. — Лекс замолк, тяжело вздохнул. — Я чувствую, что этот разговор идет по кругу, я попытаюсь поговорить с ним опять, и вы сделайте то же самое.       Паниньо проворчал что-то, а потом послышались гудки.       — Чертов старик! — выругался Лекс, грохнув телефоном об стол.       Адриан осмелился поднять голову, Лекс весь пылал, еще мгновение и пар из ушей пойдет.       — Если бы не его идиотские махинации! Вот какого хрена ему мешало, что пацан встречается с Райделом? Какого?! А я придурок думал, он знает парня и что убрать рычаг воздействия на Райдела будет правильно. Но, черт возьми! Даже он не знал, во что выльются все его нагромождения планов! У меня голова сейчас лопнет! Вот ты мне скажи Адриан, как у него получается ускользать от людей Севана? Нет, я конечно рад, что он жив-здоров, я же на очереди, сразу за ним, но, черт возьми, как?       — Я не знаю... — сдавленно прошептал Адриан. Да и что на это ответить? Что все тут сошли с ума и никто в действительности не видит реальности? А только иллюзии? А Нэсс, похоже, единственный, кто не помешался, хотя все с точностью да наоборот.       — Никаких изменений? — ткнув в экран, спросил Лекс.       Адриан посмотрел на экран, где в движения приходили один за другим различные графы. Первый с того дня так и остался неподвижным. Адриана не оставляла мысль, что он своими неосторожными словами просто убил Нэсса, а его тело досталось шестерке не совсем адекватных личностей. И даже если он еще находится где-то там в глубине своего сознания, то как пробудить его Адриан не имел не малейшего понятия. Сколько бы он ни пытался поговорить с ним, Палач просто не желал общаться, но с другой стороны он не ругал его и не обвинял и не угрожал, что казалось Адриану довольно странным. С Лексом, например, он не был столь сдержанным. В голову приходило, что другая личность удерживает Палача от резких слов и Адриан полагал что это, четвертая личность, помешанная на сексе, хотя никаких подтверждений этому не было.       С того дня, почти неделю назад, Палач начал собирать свою кровавую жатву. Каждый день, целый день он сливал им собранные допросами данные, имена, схемы. Оставлял за собой трупы, иногда целые семьи. Им оставалось только прибирать за ним. Адриан думал, что Севан скоро наведается к ним, но, похоже, они не единственные кто знал, что за всем происходящим стоит только один человек. Каждый день они ждали того звонка, что оповестит их о смерти Нэсса или о том, что он схвачен Севаном.       Дни шли, а этого сообщения так и не поступало, но расслабиться не получалось, нервы зашкаливали, что у него, что у Лекса. Затем слухи доползли и до Бернара, и уже он говорил им то, что они и без него знали – Нэсса надо было тормозить. Ведь он косил всех подряд, всех кто хоть как-то связан с Севаном и его делами, даже тех, кого они могли переманить впоследствии на свою сторону. Адриан не раз слышал от Лекса, как тот корил себя за то, что не послушал его в тот раз, после допроса Хоку. Обошлись бы одним Севаном. Кому нужны эти горы трупов, слухи по всей организации о крупной заварушке, о которой почему-то ничего не известно. И собственно не было понятно, почему Нэсс медлит, он же хотел уже двигать против Севана, с Лексом планировали задействовать и других боссов с их людьми и даже может Райдела, но он тянул, хотя и обвинял Лекса в медлительности.       — Адриан? — позвал Лекс.       — Никаких, — тихо отозвался Адриан, лишь мельком посмотрев на Лекса, тот хоть и не обвинял Адриана ни в чем и даже старику не сказал, отчего Нэсса понесло, но Адриан видел в глубине его глаз, что он считает его виновным, или может это его собственные мысли отражались в его глазах. Адриан прикрыл глаза и сжал стул. Что он мог поделать? — Лекс, извини... я не мог...       — Дурак, — кинул ему Лекс зло.       Адриан поднял на него глаза тот снова начал краснеть.       — Не ставь меня на одну ступеньку с Паниньо.       — Что? — ничего не понимая, переспросил Адриан.       Лекс качнул головой, потер лицо и тяжело выдохнул.       — Я сам ничего толком не знаю... но после некоторых событий все начинает принимать более-менее четкую картину. Думаю, он рассчитывал на то, что парень клюнет на тебя и это поручение... в личных целях, так сказать... черт, даже не думал, что он опустится до такого. И казалось бы, кому нужен этот пацан.       В голове стучало, стало жарко. Совпадение ли что Лекс озвучивает такие давние сомнения самого Адриана.       — Хотя может, ты должен был послужить отвлекающим фактором, чтобы отдалить его от Райдела? Не знаю... и поэтому говорю, не сравнивай меня с ним. Ты не виноват, что Нэсс отреагировал так на твой отказ. И даже если ты говоришь, что мог предсказать такой исход, это не значит, что ты должен был запрыгивать с ним в постель.       Адриан снова прикрыл глаза, выдохнул. Стало легче.       — Спасибо Лекс... мне... мне нужно было это услышать от тебя... — Лекс потрепал его по плечу, и стало совсем спокойно. Адриан даже смог выдавить улыбку, но она тут же слетела с его губ. — Как ты думаешь, чего хотел добиться Бернар?       — Я не знаю... — протянул Лекс. — Иногда кажется, что все его слова и действия с двойным или даже с тройным дном. — Он хмыкнул. — Знаешь, в последнее время меня начали посещать странные мысли. Почему он выбрал именно меня. Почему среди нас нет и его людей, которых, кстати, у него хватает. И еще много таких «почему», на которые вроде есть понятные и логичные ответы, но мне их не хватает.       — А задумываться ты об этом начал, — подхватил Адриан, — когда Нэсс предположил, что Бернар ничего тебе не предложил.       Лекс удивленно посмотрел на него.       — И поэтому ты отмазываешься от старика и предпочитаешь оставаться однозначно на стороне Нэсса.       — Аналитик хренов, — проворчал Лекс, — просчитал-таки?       Адриан довольно кивнул.       — Так очевидно?       — Для меня, да.       — Надеюсь, что только для тебя... — вздохнул Лекс. — Давай, может, позвоним этому придурку. Попробуем договориться.       Адриан вздохнул и не сумел сдержать уныния. Общаться с ним в нынешнем состоянии было очень тяжело. Это было точно общаться с несколькими людьми одновременно. Хотя на тех снятых допросах этого не было заметно, и Адриан полагал, что они позволяют себе говорить скопом, только когда общаются с ним и с Лексом, потому что они осведомлены об их существовании.       — Набирай... — пробормотал Адриан.       Лекс тоже вздохнул, как перед прыжком в воду и ткнул кнопку вызова. Пошли гудки. Один, два.       — Чего надо? — послышался ответ.       Адриан досадливо вздохнул, повернул экран, чтобы и Лексу было видно с кем они общаются.       — Поговорить, — отозвался Лекс, покосившись на экран.       — С кем? — ехидно осведомился Злой.       — Со всеми.       — И со мной, дядя Лекс? — послышался слегка писклявый голос.       — И с тобой, — скривившись, произнес Лекс.       — Пошел вон! — вперед вылез Палач.       Палач не терпел, когда мальчик влезал в их разговоры, в один из таких разговоров им пришлось слушать целую словесную баталию между тремя личностями. Палач наезжал на мальчика, а Учитель ругал Палача, за то, что тот плохо относится к малышу. И ведь они все спокойно уживались друг с другом, пока ими «руководил» Нэсс. Он никогда не жаловался ни на голоса в голове, Адриан несколько раз уточнял, слышит ли он что-то странное. Никогда не чувствовал, что говорит сам собой, как бы без собственного участия. Отсутствие таких вот странностей заставляло Адриана сомневаться в собственном заключении. Хотя сейчас все вставало на свои места. Сомневаться в диссоциации не приходилось. Нэсс на подсознательном уровне делал невозможное. Как будто бы надевал разные личности, как костюмы, выдвигая их вперед, но и сам не совсем отключаясь от происходящего, из-за этого, наверное, и не было амнезии. Но это не помогало объяснить, почему с девятой личностью не происходит то же самое. Почему она блокирует память, а другие нет?       — Что, киски, соскучились? — хохотнув, спросил Палач.       — По Нэссу? — наигранно удивился Лекс. — Очень.       — Фу, как это некрасиво... — протянул Развратник.       — А вы предпочли, чтобы я соврал? — спросил Лекс.       Адриан улыбнулся, привыкнуть обращаться к ним, как к нескольким людям одновременно было нелегко.       — Зачем позвонили? — спросил Деловой.       Лекс оживился, именно с ним он предпочитал общаться, но этот брал управление очень редко и неохотно. Выходя вперед, только когда что-то действительно стоило его внимания.       — За эту неделю много чего произошло, — начал Лекс, — и думаю, из-за некоторых инцидентов наши деловые отношения пошатнулись. Да и знаете, винить меня в недоверии трудно. Я предпочитаю действовать осторожно и обдуманно, а не лезть на рожон, и до меня не сразу дошло, что и вы не менее осмотрительны, хотя это все еще не укладывается у меня в голове. Слишком нереально.       — Ты даже вообразить себе не можешь, что реально, — произнес Палач.       — Гхм... не спорю. Поэтому хочу закрыть пропасть сомнения между нами. Я на вашей стороне. Я и... — Адриан замахал на него руками, его имя служило для Палача, как красный платок для быка, но вываливал он все свое презрения на Лекса. — И мои люди, — докончил Лекс, сообразив, чего Адриан ему жестикулирует.       — Хм... я не сомневался в тебе Лекс, — произнес Деловой. — И то наше соглашение остается в силе.       — Только вот обстоятельства изменились, — продолжил Палач — Я, как и раньше оставляю твоих людей на тебя, но дело в том, что они мне не нужны.       — Позволь нам помочь, — произнес Лекс.       — Буду иметь в виду, — бросил Деловой и отключил разговор.       — Черт... — выдохнул Лекс, хватаясь за голову.       — Чего ты хотел? — спросил Адриан. — Что он кинется делиться своими будущими планами?       — Не знаю, чего я хотел... не знаю... Чувство такое, будто меня зацепило поездом и тащит куда-то. Я-то, может, и знаю маршрут и конечную станцию, где смогу сойти, но черт... а вдруг кто-то сдвинет стрелку на путях и нас занесет не туда? А я, наверное, хочу добраться до машиниста и познакомиться с ним, что ли.       — Поэт, — насмешливо фыркнул Адриан. — Ты поезда, вообще когда-то видел?       — Видел, — махнул рукой Лекс. — В Фуране, ехал к семье, они на окраинах живут, туда легче поездом добираться, чем на машине.       — Понятно... — улыбаясь, протянул Адриан, но сразу посерьезнел. — Послушай Лекс, лучше тебе не вылезать вперед. Если Севан не может добраться до Нэсса, то он может попытаться добраться до тебя. И в данной ситуации тебе лучше безвольно волочиться за поездом, чем стоять под прицелом рядом с машинистом. И даже... — Адриан вздохнул, набираясь решимости продолжить. — И даже если машиниста убьют, у тебя еще может остаться шанс сойти с поезда.       Лекс нервно потер шею, смотря на экран, затем кивнул.       — Пойдем лучше по домам, — пробормотал он через мгновение.              -4-             29 мая, 7 день недели. Неделю спустя.       Поведя головой из стороны в сторону, Головорез оглядел пустынную улицу, посмотрел на виллу, окруженную высокими стенами. В очередной раз цыкнул на загомонивших компаньонов. Ждать оставалось недолго. Высоко в небе почти невидимыми точками парили несколько квадрокоптеров. Впервые сердце стучало чуть быстрее, чем обычно, он удивленно отмечал, что волнуется. Он – волнуется. Это рассмешило его, но ни единый мускул на лице, не дрогнул. Последний штрих. Потом, он надеялся, можно будет отдохнуть.       За последние недели он замаялся общаться с пятеркой соседей, они не затыкались, ни на мгновение, на людях они говорили мысленно, но не молчали, постоянно что-то обсуждали, спорили. На угрозы Головореза не обращали никакого внимания, да и что он мог им сделать, побить самого себя, что ли? Из-за их гомона поначалу было трудно сосредоточиться и делать то, что нужно, наводить порядок утомляло. А ведь раньше и он сам часто говорил с ними, даже с ноющим Малявкой и это ему не мешало, так как сейчас. Еще больше удивляло то, как Нэсс терпит всю разношерстную компанию, правда он их не слышал, но некоторые мысли наверняка проскальзывали.       Каждый день Головорезу все больше и больше хотелось разбудить его и вручить гомонящую ораву и уже самому завалится спать. Надоело. В промежутках между делами ему, бывало так скучно, что он был готов просто покромсать случайного прохожего, и его то и дело подмывало всучить управление Акуле. Как у того получалось оставаться в стороне, Головорез, так и не понял, он выходил, только когда видел интересные документы, для него интересные, или когда разговор заходил о делах. В остальное же время он отсиживался в своем углу и молчал. Другим Головорез не мог доверить управление, даже Учителю, вроде и нормальный, но что-то говорило против такого выбора. Про остальных можно было и не заикаться. Злюка найдет с кем поцапаться даже в пустой комнате. Малявка, конечно же, попрет покупать мороженое, или просто жрать. Распутник побежит трахаться, а Чахлый забьется в какую-нибудь дыру и, наверное, попробует разбудить Второго.       — Есть камеры, — голос Каса в наушнике. — Начинаю снижаться.       Головорез ухмыльнулся. «Сейчас будет жарко», — произнес он мысленно. Гомон в голове стих. Сдвинув очки с одной линзой на глаза, включил прибор. С внутренней стороны линзы тут же возникло изображение с одного из дронов. «Молодчина Энди», — прошептал Учитель.       — Я на позиции, — голос Коди, слегка взволнованный. — Жду сигнала.       — Второй и третий на позиции, — через мгновение отозвался Кас.       — Поехали, ласточки, — протянул Головорез, вновь поводя головой из стороны в сторону, улавливая малейшие колебания в воздухе. Вот она свобода охотника.       На другом краю улицы послышался взрыв. Затем стрекот автоматной очереди с другой и еще один.       — Камеры мои, — бросил Кас. — Датчики – вырубил. На восстановление систем – пять минут.       А Головорез уже бежал к стене. Стянув с плеча ружье с крюком, мгновение целился. Крюк зацепился за край стены. Дернув разок, взобрался на стену. Послышался еще один взрыв. Охранники сгрудились у ворот, шумели. Головорез поднял очки и спустился во двор виллы.       — Перехожу к твоей позиции, — произнес Коди.       Головорез двинулся к дому, через дверь в саду проник внутрь. Замер, оглядываясь по сторонам.       — На отрезок от тебя чисто, — произнес Кас. Через мгновение добавил: — Объект движется. Направление... м-м...       Двинувшись по коридору и держась у стен, он то и дело замирал прислушиваясь. Наконец послышался дополнительный грохот взрыва. Третий. Больше гранат нет.       — Двигаются к бункеру, — облегченно выдохнул Кас.       — А ты сомневался, персик, — прошептал Головорез.       — Не сомневался, — поправил его Кас, — просто волновался. Есть большая разница.       Отвечать на такое не стал. Разница может и есть, но одно проистекает из другого. С другой стороны, не зря же он возился с ним так долго. Талант и безоговорочное доверие. У лестницы ведущей вниз, дежурили двое нервных охранников. Два быстрых выстрела, они даже вскрикнуть не успели, на что, впрочем, и был расчет. Спустившись на один пролет вниз, Головорез прислушался. У самых дверей стояло около шести-семи человек.       — Я готов, — произнес Кас.       Сняв с пояса маску, надел на лицо. Достав из кармана «Вонючку», мгновение вертел ее в руках. Ухмыльнувшись, нажал на кнопку и бросил ее за угол, за кругляшом тянулся шлейф воняющего газа.       — Пошел газ, — сказал Кас, — открываю дверь.       Головорез спустился в коридор у бронированной двери, которая как раз медленно открывалась. Продырявив голову всем спящим охранникам, прошел внутрь и начал громко хохотать. На полу с автоматом в руках спал Севан.       — Мой главный трофей! — весело крикнул Головорез.       — Закрываю дверь, — тихо произнес Кас.              -5-             — На пост Севана я выдвигаю кандидатуру Лекса Данэма.       Произнесли его губы. Нэсс судорожно сглотнул. Оглядел зал, лица боссов направленных на него. «Как я оказался здесь...?» — посмотрев на Лекса, который сверлил его напряженным взглядом, кивнул ему и постарался не рухнуть в кресло, а просто сесть. «Что...» — голова загудела так сильно, что ему показалось, она сейчас расколется надвое, и наружу начнут вываливаться мозги. Перед внутренним взором замелькали минуты, часы, дни, которые он проморгал, и Нэссу стоило немалых трудов не застонать в голос. Он выпал из реальности на две недели, а теперь все возвращалось, хотя ему казалось, что лучше бы он не вспоминал все эти дни, которые его телом пользовались, как носителем. Ярче всего в голове проносилось сегодняшнее утро. Атака на виллу Севана. Нэсса затрясло от страха. Сколько охраны там было, а его понесло туда одного... и он вышел оттуда живым, предварительно выпотрошив Севана и его семью. План, который он выстроил вместе с Касом, сработал как нельзя лучше. Но он никогда не думал, что пойдет туда один. Всегда думал, что рядом с ним будут боевики Лекса, хотя нет, после Хоку все же были сомнения, но окончательное решение тогда еще не сформировалось.       Нэсс цеплялся за кресло, будто оно могло удержать его на плаву, казалось, весь мир вертится. Он не понимал, что произошло, его мутило от осознания того, что он может продолжать жить и без своего участия, ему смутно помнился тот момент, когда произошло это «отключение». Ему хотелось уйти, растворится... ведь его бросили, снова оттолкнули, и его соседи поступили, как он того и хотел, позволили забыться, уйти. Пространство наконец обрело устойчивость. Может быть его и не было все эти дни, но остальные делали за него, все то что он хотел сделать, позволив ему остаться в стороне, как он того хотел. Они не выталкивали его из собственного сознания. Он сам отдал им контроль. Положился без сомнений и задних мыслей. И они его не подвели. Но почему он очнулся в такой неподходящий момент? Во время совета, на виду у глав и... Райдела...       Долгое мгновение, растянувшееся на вечность, он боролся с собой. «Не смотри на него! — кричал сам себе, — не смотри!» — Но голова помимо воли начала поворачиваться. Льдинки глаз обдали морозом, пригвоздили к месту. Он уже не мог пошевелиться. Хотелось смотреть и смотреть в эти невероятные глаза, которые по-прежнему излучали ненависть и презрение. Даже сейчас, после всего, что он только что рассказал. «Хоть чуть-чуть измени свой взгляд, пусти прежнюю теплоту, где мой Дель? Любящий, улыбающийся, почему его нет? Только этот холодный человек?»       — Предлагаю принять кандидатуру Лекса, — подал голос Брэй, — на временной основе. На следующей неделе определимся с окончательным решением, изучив все данные.       — Согласен, — подал голос Давер. Вслед за ним прозвучало согласие остальных глав.       За Райделом осталось последнее слово, а он все не отводил глаз от Нэсса, как и тот от него. Но вот его взгляд скользнул по остальным присутствующим, и Нэсс почувствовал, что снова может дышать.       Райдел коротко кивнул и порывисто встав, вышел из зала заседаний. Нэсс поднялся и, стараясь не бежать, направился к выходу, но у самых дверей его перехватил Лекс. От него Нэсс не мог отмахнуться, тем более что только, что выдвинул его вперед, и другие все еще были здесь, наблюдали. Нэсс протянул ему руку, Лекс ответил крепким рукопожатием.       — Поздравляю, — слегка улыбнувшись, сказал Нэсс.       — Меня, вообще-то, еще не назначили, — сказал Лекс, смутившись, и оглядываясь по сторонам.       — Хех. Можешь считать, что уже назначили, — пожал плечами Нэсс, он не сомневался лучшей кандидатуры им не найти, да и зачем искать? — Давай. Увидимся еще...       Нэсс попытался обойти Лекса, но тот снова заступил ему дорогу, пристально вглядываясь в его лицо и хмурясь.       — Ты... — Лекс прокашлялся, огляделся по сторонам. — Поговори с Адрианом.       Нэсс удивленно посмотрел на Лекс, потом фыркнул и качнул головой.       — Нет, спасибо.       — Пожалуйста.       Нэсс удивленно посмотрел на него. Лекс и «пожалуйста», не совмещались в одном предложении.       — Ладно, — неопределенно ответил Нэсс, звонить или говорить с Адрианом он не собирался.       Не дав Лексу больше задерживать себя, вышел из зала.       Сердце ходило ходуном, пока он приближался к двери кабинета. Из этого ничего не выйдет он знал, слишком холодным был его взгляд. Но как он мог уйти, даже не попытавшись. Пройдя мимо пустующих мест Лорэн и Дайаны, без стука влетел в кабинет и захлопнул за собой дверь. Только теперь сообразил, что сегодня выходной, зачем же Райдел ушел сюда... в душе кувыркнулась надежда. Может он надеялся, что Нэсс пойдет за ним. Райдел стоял спиной к двери, заложив руки за спину и смотря в окно. На звук двери он не обернулся и ничего не сказал.       Сглотнув комок, Нэсс медленно приблизился к нему.       — Райдел... — тихо и сдавленно позвал Нэсс, тот не отреагировал.       Выдохнув, Нэсс сократил между ними дистанцию, хотел обнять, но в следующий миг мощный удар в грудь отправил его в короткий полет. Грохнувшись спиной об пол, Нэсс не сразу сумел вдохнуть, казалось, грудную клетку вмяли ему в спину, такой силы был удар. Круги перед глазами исчезли и он наконец втянул воздух, над ним стоял Райдел.       — ...а все, оказалось, еще грязней, чем я мог вообразить, — донесся до Нэсса обрывок фразы, он не мог шевельнуться, сшибающий удар был направлен не куда-нибудь, а в сердце и только благодаря тренировкам с Итоми он выжил, на долю мгновения опередил удар и уклонился. — Натасканный Севаном щенок! Сколько он готовил тебя? Учил как вести себя рядом со мной? Надо было убить тебя еще тогда с твоим идиотом отчимом.       — Дель... — просипел Нэсс.       — Не смей называть меня так! — гаркнул Райдел и спокойней продолжил: — Ты убил многих за эти недели, называешь их предателями, но знаешь по сравнению с тобой, они просто недостойны этого звания.       — Почему ты такое говоришь? — прошептал Нэсс, все еще не в силах подняться, а из глаз начали стекать слезы. — Неужели я ничего не значу для тебя...?       — Ты – нет, — фыркнул Райдел, — мой Нэсс умер – уехав. Остался ты. Непонятно кто.       Нэсс замотал головой. Наконец смог поднять руки, вытирая глаза, но на запястьях тут же сомкнулись руки Райдела, он вздернул его на ноги и из груди вырвался сдавленный вздох-хрип.       — Я держу свое слово, — плюнул он ему прямо в лицо.       Нэсс не знал что делает, он просто действовал. Райдел отпустил его руки и уже заносил руку для очередного удара, он собирался убить его, как и обещал. Чуть ли не теряя сознание от боли Нэсс увернулся от его удара и попятился прочь.       — Ты обещал, что будешь ждать... — прошептал Нэсс, — так ты держишь свое слово?       — Тебе, я ничего не обещал, — бросил Райдел, идя на него.       В душе все переворачивалось. Опять. Опять это засасывающее чувство пустоты. Зачем он вернулся? Зачем вообще делал все это? Для кого? Для себя? Для себя он хотел лишь одного, обнять Райдела и почувствовать, как тот обнимает его в ответ. А вместо этого... Зачем он проснулся? Зачем вообще жить? Он завершил свое дело. Отомстил за себя, за родителей, хотя и никогда не воспринимал это как месть, думал, что это просто выживание. Но что у него было помимо этого? Ничего, совершенно ничего. Он думал, у него есть Райдел, которого он пытался заменить Адрианом. Но ни тот, ни другой не хотели видеть его рядом с собой. Выход всегда был только один, Нэсс всегда это знал, тогда зачем тешил себя иллюзорными надеждами, зачем он тянул так долго?       Райдел приближался медленно, как в замедленной съемке, чем хуже его рука любого другого инструмента? Нэсс прикрыл глаза, это даже лучше, если это сделает именно он и может на той стороне он встретится со своим Делем.              -6-             Прикрыв глаза и потирая переносицу, Адриан старался успокоить шалящие нервы. Прошел уже час с начала совета. Время готовиться не было. Он, Лекс и Ральф с несколькими его людьми, как и всю последнюю неделю, сидели в офисе, разбирая и выстраивая завалы данных, которые скидывал на них Нэсс, все это потом, или большую часть этого пришлось бы приводить в качестве доказательств.       Палач позвонил Лексу около полудня, и попросил его приехать к вилле Севана, чтобы навести порядок. Адриан, несмотря на протесты Лекса, все же отправился вместе с ним к вилле, не захотел оказаться в стороне, да и Лексу, как все еще действующему капитану у инфов тоже уже сообщили о нападении, за какие-то минуты до того, как позвонил Нэсс. Раньше люди Севана исключали его из цепочки командования, но их становилось все меньше и меньше, и дошло до того, что им не было к кому обращаться, кто бы принял решение.       Приехав к вилле, они даже не догадывались о масштабах произошедшего. Казалось, тут поработал небольшой отряд наемников, но они знали, что у Нэсса помощников не было и как в таком случае он смог пробраться в хорошо защищенный дом, оставалось загадкой. Позже стало ясно, что гранаты и автоматные очереди служили всего лишь отвлекающим маневрам, а Палач пробрался в дом, но все равно это ничего не объясняло, не мог же он быть одновременно в нескольких местах, и это был непросто шум, а настоящая стрельба и гранаты. Успокоить всех боевиков заняло много времени, хорошо, что они приехали еще до того, как стало ясно, что в бункер, где спрятался Севан, проникли извне. А когда и другие капитаны съехались к вилле, Палач, все еще сидевший в запертом помещении, переслал им короткий ролик с признанием Севана, который Лекс и показал оставшимся капитанам. Съемка была слишком короткой и прерывистой, из чего становилось ясно, что многие куски из нее просто вырезали. Признание вызвало волнение среди людей, но Лекс решительно взял все на себя и Адриан даже сумел отключиться от возникших проблем и полюбоваться, как Лекс Данэм занимает руководящее место, четко прерывая споры и давая исчерпывающие ответы, раздавая приказы и централизуя под себя все командование. Никто так и не усомнился в его праве отдавать приказы, этому помимо его решимости и харизмы еще и способствовало, что он был лучше всех осведомлен о том, что происходит.       Когда Палач, наконец, вышел из бункера никто и не подумал нападать на него, ведь таков был приказ Лекса. Несколько часов после этого, прошли почти незаметно. Подготавливались данные, которые перешлют на совет и каждому из глав. К пяти часам вечера Лекс и Нэсс отправились в «Асан», Адриану там делать было нечего, тем более что в зал заседаний его не пустят, поэтому он остался в одиночестве и маялся от беспокойства.       Писк браслета, теперь уже не действующий на нервы, как раньше, привлек внимание Адриана, вздохнув, все же оторвал руку от лица и посмотрел на экран. Резко вскочил, затем сел, снова вскочил. Он не знал, что делать. На место вернулась первая личность, значит Нэсс, проснулся. Но он сейчас на совете вместе с Лексом и другими главами и позвонить ни тому, ни другому Адриан не мог и оставалось только ждать.       Следующие полчаса Адриан нервно следил за тремя шкалами, бьющимися на первом графе, и чувствовал, как напряжение то возвращается к нему, то уходит. Он в порядке. В порядке. Вернулся, хотя Адриан уже и перестал надеяться на это. Он несколько раз порывался отослать сообщение Лексу, но не был уверен выключил ли тот звук на телефоне или нет и позорить его именно в этот момент Адриану хотелось меньше всего, хотя он и говорил себе, что тот не мог забыть о таком и что, несомненно, телефон приглушен, но все же не решился отослать сообщение.       Шкалы забились быстрее, выбрасывая пики, пульс начал подниматься. Адриану хотелось просто разбить проклятую штуковину, которая намекает на волнение, но не объясняет, что происходит, а потом браслет вновь начал пищать без остановки, как тогда, графы менялись каждую секунду, прыгая с одной личности на другую. Адриан, не помня себя, набрал Лекса. Пошли гудки, Адриан стискивал стол, матеря всех подряд, в первую очередь Нэсса. Что опять случилось?       — Что, не терпится? — ехидно спросил Лекс.       — Где Нэсс?! — заорал Адриан, прежде чем тот даже успел завершить предложение.       — Вышел... — бросил Лекс, сразу посерьезнев, — что происходит?       — Он пришел в себя, но теперь опять... опять... — Адриан покачал головой, не зная, что делать, линии замерли задвигались на девятой личности, Инаре. — Найди его... — попросил Адриан чуть ли не плача.       — Адриан... — выдохнул Лекс, — я не знаю... не знаю, где он может быть... я иду в отдел охраны, по камерам...       Браслет снова пискнул, Адриан вскинулся, уставившись на экран, и не знал плакать или смеяться, управление снова взял Палач.       — Палач выполз, — пробормотал он в телефон, — можешь его не искать.       — М-да? — скептически уточнил Лекс. — Уверен? Потому что я его как раз нашел.       — Что? — не понял Адриан.       — Подожди, — попросил Лекс. — Нэсс. Все хорошо?       — Лучше некуда, — послышался резкий ответ. — Ты с Адрианом говоришь?       — Гхм, да, — отозвался Лекс.       — Передай ему, что он мне таблетки обещал, я буду у Итоми, привезет их туда и отдаст ему.       — Может...       — Нет. Мне больше ничего не надо, он и так сделал достаточно.       Адриан сник, Палач его, похоже, ненавидит.       — Адриан? — позвал Лекс через мгновение.       — Да, все слышал, — уныло произнес он.       — Он вышел из кабинета Райдела, — тихо сказал Лекс.       — Черт... — простонал Адриан, прикрывая глаза. — Зачем он к нему сунулся...       — Кто его знает... — протянул Лекс, вздохнул. — Слушай, я еду сейчас к нашим наводить порядок, позже если хочешь, поедем к нему вместе.       — Хочу, — пролепетал Адриан, — спасибо Лекс. Гхм... как прошло?       — Отлично прошло, — бодро отозвался Лекс. — Боссы были не просто удивлены, а шокированы, ну... хорошо, что никто из них в эти дела не был замешан.       — А что... ну...       — Как и обещал, — хмыкнув, произнес Лекс. — Я пока на временной основе, но полагаю Нэсс знает их всех получше моего, и в назначении сомневаться не придется.       — Поздравлений заранее не жди, — пробурчал Адриан.       — И не думал, — хохотнул Лекс. — Ладно... вечером увидимся.       — Ыгм... — промычал Адриан, посмотрел на экран, шестерка – Злой, — увидимся.