Часть 2
4 февраля 2018 г., 16:00
Радим Игоревич Брезетьев правил до самой своей смерти в 1662 году в почтенном возрасте для волшебника ста шестидесяти восьми лет. Царь пережил своего друга Ивана Васильевича, его сына, Фёдора I Иоанновича, жену сына, Ирину Фёдоровну, правление Бориса Годунова, с которым пришлось заключать более новых двадцати соглашений — и это всего-то за одиннадцать лет его правления! — и смутные времена Лжедмитрия.
Неурожайность в течении многих лет может доводить людей до… скажем так, обостренного состояния. Радим Игоревич предлагал свою помощь, но регенты бывших и нынешних царей могут быть, как считал царь магического мира, вреднее любой нечисти, а он в ней разбирался как никто другой.
«Смутные» времена, по тому же мнению царя-мага, начались со смертью своего друга, Ивана Васильевича, так как после этого происходили чуть ли не поминутные перекидывания власти из рук в руки. На тот момент Радиму Игоревичу было более девяносто лет, хоть и выглядел он на людские пятьдесят, но чувствовал себя на все триста. В какой-то момент, а если точнее, то в третий раз за два года передачи власти государства, Радим Игоревич решил положить на всё это толстый тяжелый гримуар и заняться делами насущными. Русское государство расширили свои границы, а вместе с ними и магическое сообщество увеличилось. Появились проблемы так и среди магов, так и из-за неизведанности новых земель. Появилось много стычек с мифическими созданиями, колдунами, что посчитали подобное обращение варварством и просто недопонимания со стихийными магами.
Решение первых двух вопросов заняло около года извинений, подарков и еще раз извинений. Дольше всех обиженными ходили колдун, что любили природу до и после гроба. Решение третьей проблемы… а не было решения. Стихийные маги и ведьмы уперлись массивными посохами в одно место и менять положения не собирались. Много в ту пору Радим Игоревич натерпелся, долго отпаивал успокоительными настойками своих переговорщиков, а Владиславу, искусному зельевару и своему заместителю, он сразу наливал лекёр. Что довольно-таки иронично, ведь вопрос они решили именно таким способом четырнадцать с половиной лет спустя — с помощью алкоголя. И свадьбы. И гулянки. И пьяных, но действенных магических клятвах. Хорошо деловое мероприятие провели в целом.
Радим Игоревич тогда встретился с представителями всех стихий на чьи земли они «покусились». Владиславу перед заседанием сразу дали «расслабляющую настойку», так как в прошлый раз он грозился подмешать яд в общий кувшин. Тогда царь встретил её, жрицу магов и ведьм воды. Он был ею поражен, как описывали летописцы, он влюбился в неё с первого взгляда. Чего добропорядочные летописцы не уточнили, так это того, что переговорщики почти умоляли царя заключить мирный договор посредством брачного союза, Владислав подошёл к задаче старомодно — дал выпить из своего особого стакана.
Катерина была невероятной во всех отношениях женщиной: строгая, справедливая, милосердная, красивая, умудренная жизнью волшебница. К сожалению, ни её, ни даже самого Радима Игоревича портрета не сохранилось. Царь даже дворцового летописца не хотел искать, считая, что потомка ни к чему знать о нем лично.
Столицей Магического Русского царства стал Великий Новгород. К счастью советник Владислав, ни с кем не соглашаясь, смог найти среди уже пяти сотен волшебников скрытых в душе проектировщиков, архитекторов и людей искусства. С магией, чертежами, чертыханиями, гномами, молитвами, средствами из казны, которая появилась одновременно с магическим слоем русского общества, и разговорчивыми призраками, а также феями и домовыми, были обустроенные магические улицы, скрытые от глаз простых людей. Всё это царю и его первому тринадцатилетнему сыну, Ивану, объяснял один из сильнейших магов, а по совместительству главный архитектор, Бронислав. Он, яро размахивая руками и восторженно громоглася, говорил о каком-то пространстве, мирах, расширении этого пространства, создание миров и каких-то карманах с этими мирами-пространствами. Радим Игоревич, ровно как и его сын, ничего не поняли. Никто не понял. Но Бронислав был великим и гениальным волшебником, поэтому с ним никто не спорил, кивали с умным лицом и делали всё, что он говорил.
За всю жизнь царица родила Радиму Игоревичу шестерых детей, к несчастью, на их семью или в частности на царицу навели порчу: из шести выжило лишь двое. Первый сын, Иван, и третий сын, Вадим. Оставшиеся дети рождались девочками, дольше трёх лет никто не доживал. Это подкосило здоровье и дух Катерины. Царица отошла в мир мертвых в возрасте ста шести лет, оставив своего мужа, который продолжил править в одиночестве еще двадцать семь лет, и сыновьей, каждый из которых был старше двадцати пяти и обученным магом.
В какой-то момент сыновья не то сговорившись, не то по воле случая, решили, что им стоит повидать государство вне стен города, вне магического мира и тем самым довести своего отца до приступа. Владислав еще долгие месяцы приводил здоровье своего царя в норму и косо поглядывал на царевичей, его взгляд истолковывался несурзурной бранью на трёх языках и братья обходили злобного зельевара стороной, от греха подальше.
Страну Иван и Вадим всё же повидали, удивились, ужаснулись, посмеялись, перекрестились и вернулись обратно через пару месяцев, позволил отцу облегченно выдохнуть. Они рассказали о делах в простонародье и Радим Игоревич полностью повторил эмоциональный путь своих детей. Какая гражданская война? Что еще за смута? В смысле голод? Лженаследник? Прошло не больше десяти лет, когда успели-то! Тогда Радим Игоревич равнодушным тоном спросил, не хочет ли Иван занять его место? Сын нервно усмехнулся и в течение дня не появлялся. Вадим положил руку на плечо отца и пожелал магической удачи.
