Lovebug: the tale of Chat Noir

Это была такая напряженная съемка, задействовавшая немыслимое число сотрудников, что Адриан даже не заметил журналиста, пока тот не сел напротив него. Блондин увидел пропуск на его шее и немного выпрямился, несмотря на то что ему страшно хотелось рухнуть лицом в стол. — Она милая, твоя маленькая девушка, — прокомментировал журналист, переворачивая блокнот чистой стороной. На его пропуске значилось имя — Марк Верт, однако больше никакой полезной информации на нем не оказалось. — Я удивлен, что это не расползлось по желтой прессе, — продолжил Марк, постукивая концом ручки по щеке. — С недавних пор? — Она просто подруга из коллежа, — Адриан попытался сдержать румянец, ползущий по шее вверх, и придать голосу нормальное звучание. — У нее стажировка этажом ниже, так что она просто хотела поздороваться. — Оу. Я думал, что не узнал ее, — усмехнулся Марк. — Не волнуйся, малец, я тут только для того, чтобы сделать копию статьи. Но тебе стоит быть немного осторожнее рядом с ней, особенно если она просто обычная девушка. Ее может потопить наплыв хейтеров, понимаешь меня? Адриан выдохнул, чувствуя, как тело теряет часть напряжения. Журналист не собирался искать сенсации. — Я запомню, спасибо.

***

Он взял паузу и направился в уборную на том же этаже, где проходила съемка «Angélique». Конечно, туалеты были и там, где находился Адриан, но он предпочитал им другие. Он лениво прогуливался по коридору, вслушиваясь в шум: щелчки камер и агрессивная раздача приказов, явно в спешке, свидетельствовали о напряженной съемке. Адриан заглянул внутрь. Съемочная площадка как раз была пуста, меняли декорации. Во время фотосессии о целомудрии забывали, и модели часто раздевались прямо на съемочной площадке из-за временных ограничений. И конечно, он заметил в углу Ксавье. Его сердце пропустило удар, когда он увидел, как Маринет стянула рубашку с его спины. Он мог видеть ее только сбоку, но его удивило, что она оставалась спокойной. Хотя его самого смущало смотреть, как девушка помогает взрослой модели надеть рубашку. Темноволосый парень что-то сказал ей, а она ответила, резво просунула рубашку в его зауженные джинсы и даже не вздрогнула. Ее пальцы заскользили по пряжке ремня, проверяя, точно ли она посередине. Перед глазами потемнело, а из легких словно вышибли весь воздух. Что с ним не так? Адриану пришлось бежать в уборную, чтобы брызнуть в пылающее лицо холодной водой. Маринет казалась такой беспечной рядом с полуголой моделью, она не стеснялась прикасаться к его телу... И все же вела себя рядом с ним по-разному. Что это могло значить? Что ей уже комфортно рядом с Ксавье? Или что она просто стала профессионалом? Адриан услышал скрип открывающейся двери и быстро нырнул в кабинку. Он мгновенно узнал самоуверенный тон Ксавье, будто тот разговаривал с одним из фотографов. — Еще раз, кто эта девчонка? — спросил незнакомый голос, и парни стали справлять нужду. — Маринет? У нее стажировка или что-то в таком духе. — Супер. Она такая милая, даже чуток невинная. — Да, она вроде наполовину азиатка, так? Адриан сжал дверную ручку, борясь с желанием выйти и проломить их головы одним ударом. Он знал, что парни разговаривают иначе друг с другом, особенно о девушках, но эта гонка порядком его взбесила! Почему они не могут поговорить о ее больших глазах, или о ее длинных ногах, или... — Милые ножки, кстати. Для такой крохотной цыпочки. Забудьте об этом. Мысль, что они разглядывают ноги Маринет, не давала ему покоя. Она еще и надела бежевое платье в темно-синий горошек. На голые ноги девушка надела невысокие носки и коричневые броги¹. Он правда хотел, чтобы она носила джинсы. Как только Адриан понял, о чем думает, он хлопнул себя по лбу. Она не его девушка, ради всего святого! Конечно, это естественно — защищать ее, потому что они друзья, но его отношение к ней отклонялось от допустимой шкалы. Он дождался, когда туалет опустеет, после чего вернулся на свою съемку. Ему надо было перестать думать об этом. Он любил Ледибаг, черт побери! Не стоило все усложнять.

***

Он искал ее ночью, пусть никакого нападения акумы и не было. В Ледиблоге написали, что видели ее возле Эйфелевой башни примерно час назад, но к тому времени, как он вернулся домой на ужин и отчитался перед отцом, она уже давно исчезла. Кот одиноко брел по парижским крышам. Ему очень нужно было увидеть ее. Сегодняшний день вымотал его: он был истощен эмоционально и физически, а тело отчаянно взывало ко сну. Но сильнейшее желание видеть ее занимало все его мысли, даже кровь вскипала. Его уши вздрагивали, улавливая каждый звук, а кошачье зрение сканировало темноту на красный костюм. Он уже собрался вернуться домой, как заметил ее. Казалось, что она решила передохнуть, свесив ноги с моста над Сеной. Кот опустился перед ней, положил руку на грудь и поклонился. — Вечер добрый, моя леди, — усмехнулся он. Она улыбнулась в ответ; эта улыбка не тянула на несколько мегаватт, но была достаточной, чтобы заставить его светиться. Ледибаг выглядела бледнее обычного, и в том, как она двигалась, чувствовалась усталость. — В последнее время у меня не было возможности спросить, как прошел твой важный день, — сказал он, присаживаясь рядом с ней. Ледибаг опустила голову. — Ох, кажется, что прошла целая вечность! Все прошло так, как и следовало ожидать, Котенок. Она казалась немного обескураженной, да и он раньше настаивал на ответе... Это было так не похоже на него. — Скажем так, я не обучаюсь тому, на что надеялась, — она засмеялась. — Но, тем не менее, все равно учусь. Он понимающе кивнул. Его собственная стажировка все еще не дала ощутимых результатов, разве что он узнал больше о Мари... Нет. Он прогнал ее из своих мыслей. Господи боже, он ведь сидит рядом с Ледибаг! — Я могу что-нибудь сделать, чтобы подбодрить тебя, моя леди? — мурлыкнул Кот, наклонившись так близко к ней, чтобы она не отстранилась. — Не думаю, Котик, — усмехнулась она, почесав его под подбородком. — Но спасибо, что спросил. Ее слова отозвались эхом в его голове, когда он пытался уснуть. Адриан знал, что она ничего не имела в виду, но они походили на крошечные иголки, проникающие в его сердце, а нити недовольства и безнадежности затягивались с каждым стежком.

***

Следующий день он провел с командой по маркетингу, узнавая о плюсах и минусах социальных сетей (серьезно, слышать рассуждения о Facebook и Twitter от людей, старше его в два раза, было похоже на нечто воспитательное), а также о важности планирования мероприятий. Адриан обрадовался поводу уйти после обеда: они снимали рекламный ролик совместно с косметическим брендом «L’ior» для раскрутки новой помады, а также нового сезона «Gabriel». Адриан, конечно, не ожидал увидеть на съемочной площадке отца: тот обычно не посещал подобные мероприятия. Виски словно сдавило, и Адриан почувствовал легкое головокружение. Он сел, чтобы сделать макияж, и к нему подошла сотрудница «L’ior», представившись Аби. Она показала ему доску настроения и объяснила тему рекламы. — Мы представляем нашу новую, не оставляющую следов помаду, — сказала она. — Слоган — «никаких следов», так что мы собираемся показать сексуальный вид на сексуальный скандал. Адриан выгнул бровь и посмотрел на доску. — Мне ведь не придется наносить эту помаду, верно? — Ох, нет! — девушка засмеялась. — Это дело Марселлы. О, супер, она уже здесь! Адриан поднял голову и ощутил, как напряжение между лопаток стало еще сильнее. Естественно, Марселлой оказалась рыжеволосая модель «Angélique» — та самая, что пролила кофе на Маринет.

***

Адриан был очень близок к тому, чтобы сбежать и трансформироваться в Нуара: он чувствовал себя загнанным в угол, напряжение бурлило на его коже, словно зуд, от которого он не мог избавиться. Его отец наблюдал, скрестив руки. Марселла стояла рядом, помаду нанесли ей на губы в пятый раз, а они еще даже не начали снимать. Адриан был хорошо подготовлен, но вся эта ситуация заставляла его съеживаться. — Хорошо, мы готовы, — режиссер взмахнул планшетом. — Итак, первый кадр: приближаем надутые губы Марселлы, она целует его в обе щеки. Потом — шея. Крупный план, чтобы показать чистую кожу и воротник. Потом Адриан говорит в камеру: «Никаких следов». Все ясно? — Подождите, — Габриэль выступил вперед. — Меня не устраивает роль моего сына. Цель рекламы — продемонстрировать нашу коллекцию желанной для мужчин. И мы хотим, чтобы женщины покупали эту одежду для своих спутников жизни. Мне не нравится, что реплику произносит Адриан, это несет неверный посыл. — Хорошо! — режиссер повернулся к Марселле. — Ты говоришь, когда поцелуешь его. И обязательно подмигни в камеру. — Такое сработает, — согласилась Аби. — Женщина контролирует... Мне нравится. Марселла, пошли в камеру воздушный поцелуй, когда подмигнешь; посмотрим, как это выглядит. Адриан вздохнул с облегчением. Он обернулся к отцу с улыбкой благодарности, но Габриэль уже покинул комнату.

***

Это было очень, очень, просто невероятно неловко. Адриан мог назвать себя хорошим актером, но он не мог скрыться от осознания, что никакого очарования целующая его девушка не производила. Они предпринимали попытку за попыткой, но все без толку; он чувствовал себя одеревеневшим и заторможенным. Они ушли на перерыв, и Адриан выпил немного воды, чтобы привести себя к душевному равновесию. Визажист подрумянила его щеки, он схватился за материал своих классических брюк. — Почему бы тебе не представить девушку, которая нравится? — шепнула она, отряхивая излишки косметики с его лица. Адриан моргнул. Вера, его визажист, работала с ним уже много лет и в свои тридцать с лишним была для Адриана образцом клевой тетушки. Она знала его лучше, чем кто-либо другой из сотрудников, и сразу понимала, когда ему становилось плохо. Адриан кивнул; пожалуй, он попробует. В конце концов, он не мог подвести своего отца: этот контракт был очень важен для «Gabriel». Его отец прекратил выпуск женской одежды после ухода его матери, и с тех пор бренд остался без штатных женских моделей. И это значило, что для подобных кампаний моделей приходилось приглашать, и Адриану ужасно не повезло, что одной из них оказалась Марселла. Они снова начали съемку. Адриан глубоко вдохнул; даже мысленное присутствие Ледибаг на площадке было таким неестественным, что его мысли повернули в сторону Маринет. Он представил ее, одетую в «Milleux», рядом с собой, с алой помадой на губах, которую Адриан сам ей нанес. Он словно чувствовал ее присутствие. Ее дыхание опалило кожу на его щеке, когда она мягко прикоснулась к ней губами. Он практически ощущал запах аппетитной теплой булочки с корицей. Ее рука дотронулась до его плеча, и тело начало гореть. Она прижалась к его телу, и его руки легли на ее талию: еще ближе. Ее волосы были не рыжими, а иссиня-черными. Она поцеловала его в другую щеку, не спеша отстраняться. Она наклонилась к его шее, и он сконцентрировался на расстоянии между ними, удостоверившись, что его чувства были запечатлены на камеру. — Снято! — скомандовал режиссер. — Это было идеально! Адриан заморгал и покачал головой, чтобы вернуться в реальность. Марселла отпрянула от него, смутившись; ее ресницы были опущены. Он заметил Веру за ее спиной, та ухмыльнулась и показала большой палец.

***

Он так привык появляться на билбордах и постерах, что у него не закралось ни единого подозрения, как именно кампания может использовать рекламу. Так что, стоило ему войти в класс в первый после стажировки день, Адриан был удивлен реакцией других ребят. — Чувак! — Нино хлопнул его по плечу. — Что за черт. Теперь, когда тебе шестнадцать, вы спокойно занимаетесь какой-то порнографией? Выкладывай, бро! — Что? — Адриан наморщил лоб. Они уже выпустили? И как Нино увидел? — Эм, это везде, — ответил ему Нино. — Это как, знаешь, на любом Youtube-канале перед началом видео. Не думаю, что девчонки пропустили это. Они все смотрели, когда я пришел, да и я видел это утром по ТВ. Адриан чувствовал себя так, словно кто-то схватил его за кишки и вывернул наизнанку. Учитель собрался начать урок, поэтому Адриан не мог ничего сделать. Он лишь повернулся к Маринет, чтобы сказать что-нибудь, но ее глаза были опущены, а сама она кусала нижнюю губу, будто сдерживая слезы. Он сглотнул, когда пошла перекличка. Он должен был предупредить ее! Что теперь, черт возьми, она начнет думать? Что он с радостью согласился сняться в сексуальной рекламе с девушкой, которая ее унизила? Он схватил карандаш, почти сломав его пополам. Если бы только он сидел позади Маринет, а не перед ней, он бы мог незаметно передать ей записку... Придется подождать до перемены.

***

Как только их отпустили с урока, Адриан повернул голову так быстро, что чуть не защемил себе нерв. — Маринет, — выдохнул он. — Есть минутка поговорить? Только не здесь. Нино и Алья пристально уставились на них. Маринет отвела взгляд, но кивнула, после чего проследовала за ним во внутренний двор. — Я просто хотел извиниться, — начал он, засунув руки в карманы. — Я... я понятия не имел, что реклама будет буквально повсюду. Мне стоило тебя предупредить. Она сглотнула и облизнула губы, теряясь с ответом. — Я даже не знал, что это будет она, — выпалил Адриан, ощущая себя балансирующим на грани. — Контракты подписывает мой отец, и я не могу отказаться. Но я должен был настоять. Прости. Ее улыбка была бледной, когда она сложила руки за спиной. — Адриан, все в порядке. Я знаю, что это твоя работа... и у тебя нет выбора. — Да, но... — он вздохнул и провел рукой по волосам. — Но чтобы это была такая реклама... Я чувствую себя просто кошмарно. Он не мог признаться, что единственной причиной, по которой ему удалось все осуществить, было представление Маринет на месте модели. — Так... это для тебя ничего не значит? — внезапно спросила девушка. Она ахнула и тут же прикрыла рот рукой, как будто слова вырвались против ее желания. — Что? Нет! Конечно нет! Это была просто игра, Маринет. Я терпеть не могу эту девушку за то, что она с тобой сделала; и я попросил больше не сниматься с ней в паре. — Это просто... — Маринет смутилась и шаркнула ногой. — Я видела ее потом в «Angélique», она сказала, что между вами что-то было... Я ей не поверила, но когда увидела рекламу... Адриан прикрыл глаза, чувствуя, как сгорает со стыда. Возможно, из-за воображения он немного увлекся... Неудивительно, что Марселла покраснела. — Ничего не было, клянусь, — Адриан порывисто сжал ее плечи. — Просто игра. Я хороший актер, только и всего. Я бы никогда не стал играть с тобой, Маринет. Она сжала губы, чтобы сдержать улыбку. — Я рада, потому что... Ты мне нравишься, Адриан.

***

Должно быть, он смотрел на нее как минимум тридцать секунд. Ее слова снова и снова прокручивались в его голове. Он все еще держал ее за плечи, как будто потерял равновесие. Когда он не ответил, она заалела и отступила назад. — Пожалуйста, забудь, что я сказала... — Стой! — у него наконец прорезался голос. Он потащил ее в более тихий угол, где они смогли скрыться от учеников, возвращающихся в класс. — Прости, я просто... Я просто не знал, что сказать. Ты мне тоже нравишься, Маринет. В смысле, очень нравишься. Он снова сжал ее плечи, и она во все глаза уставилась на него. — Но... Мне очень жаль, Маринет, я не могу с тобой встречаться. Учитывая, кто я такой... На днях журналист спрашивал о тебе. К счастью, он был из Vogue, но информация могла появиться на первой странице любого журнала. Я не хочу втягивать тебя в центр внимания! Да и вокруг множество девчонок, которые превратят твою жизнь в ад. Он видел спектр эмоций на ее лице: счастье, облегчение... и разочарование. Она согласно кивнула. — Понимаю, — она грустно улыбнулась. — Я... Приятно осознавать, что я тебе тоже нравлюсь. Адриан ощутил, как его сердце икнуло: ее слова были такими искренними. Он потянул ее на себя, вовлекая в объятия; тот факт, что они опаздывали, он решил проигнорировать. — Прости, — повторил он. — Ты очень хороший друг, Маринет. Я не хочу потерять тебя. Она крепко обняла его, будто боялась, что он исчезнет. — Есть планы на выходные? — спросил он. — У меня съемка для «Milleux». Не хочешь присоединиться? Маринет в недоумении отстранилась, и он почти что видел слова на ее губах. Адриан засмеялся и поцеловал ее в щеку. — Возьми скетчбук. Это будет хороший опыт, обещаю.