Заигралась

- Жанна, остановись. Останься… Мы можем все еще исправить. - Ты хочешь сказать, что я тебя люблю? - А ты сама не слышишь, как ты это говоришь? - Да, к сожалению… Я, Майкл, думала об этом всю ночь, до утра… Замерзшие руки в тепле начинают болеть, ну, а сердце тем более. Прости меня, но это не мой путь. Ну, и потом, что ты можешь мне предложить? - Я предлагаю тебе остаться живой. - Нет, прости. Это сильнее любви. Это даже сильнее желания жить… ©

      Для них эта ночь была очень тяжелой. Кошмары прошлого, когда ее мать вырвала сердце Дэниела и недавние события переплетались и рождали ужаснейшие образы в ее сознании. Едва заснув, Реджина тут же вскочила, судорожно вдыхая воздух. Женщина с ужасом смотрела на свои руки, которыми только что во сне она вновь убила свою любовь. Ее плечи затряслись от подступивших рыданий. Дэвид тут же вернул ее в свои объятия, шепча что-то успокаивающее. Реджине было невыносимо тяжело пережить такое однажды… но если она теперь каждую ночь будет снова и снова возвращаться туда во сне… женщина просто сломается и Дэвид знал это. Так же он знал, что сделает все что угодно, лишь бы этого не случилось. Если она позволит ему быть рядом и примет его поддержку после недавнего предательства. О том, что женщина сама виновата во многих своих проблемах, он старался не думать. - Это просто сон. Все хорошо. Я с тобой, – шептал он ей. - Но я убила его. Я правда убила его! – повторяла она снова и снова, уткнувшись в его плечо. - Это был не Дэниел, Реджина. Ты же прекрасно знаешь, что это был не он. – Дэвид чуть отстранился, смахивая ладонью слезы с ее щек. – Милая, наоборот, ты освободила его. Он же мучился от того, что стал таким монстром. Но еще больше Дэниела мучила мысль о том, что он причинял боль тебе, – мужчина осторожно коснулся ужасных отметин на ее шее. - Дэниел не хотел этого делать… - вымученно прошептала женщина, накрывая его ладонь своей. - Я знаю. - Он просил меня прекратить это… эту боль. Просил отпустить, но я думала, что не смогу этого сделать. Не смогу жить без него. Ведь все эти годы я жила не только местью твоей жене, но и надеждой на то, что когда-нибудь я смогу вернуть моего Дэниела обратно. – Ее взгляд блуждал по помещению, она старалась не смотреть в глаза мужчине. - Я клялась ему в любви, умоляла не оставлять меня одну, но… все напрасно. Он попросил доказать мою любовь и избавить его от этого кошмара… я… я даже не успела с ним попрощаться, – ее голос утонул в судорожном всхлипе.       Он вновь привлек ее к себе, обнимая одной рукой, а второй гладил по волосам, пытаясь таким простым жестом подарить ей покой. Слова Реджины о любви к этому конюху как острым ножом резали по его сердцу. Конечно ревность это последнее чувство, которое уместно испытывать в такой ситуации. Но у нее, как и у любви, свои правила. А что же испытала Реджина, когда он, вспомнив все, разозлился и бросил ее одну, вернувшись к Белоснежке? Его в очередной раз накрыло чувство вины. Но теперь уже было поздно что-то исправлять. Можно было лишь попытаться не допустить новых ошибок, не причинить ей еще большей боли. Ведь у каждого из нас есть предел, перейдя который мы можем просто сломаться.       Когда мужчина открыл глаза, она все еще спала. На ее лице виднелись следы от туши и вчерашних слез. Ужасные синяки на шее резко контрастировали с бледной кожей. Дэвид в очередной раз корил себя за то, что оставил ее вчера одну в конюшнях наедине с этим монстром. Как можно быть таким идиотом? Он осторожно поднялся с дивана, стараясь не разбудить Реджину. Прошлая ночь была не самой лучшей в его жизни, но женщина страдала гораздо сильнее. Этот спокойный утренний сон был ей необходим. Она еще успеет истерзать себя наяву. Нолан не собирался уходить и бросать ее одну, только не теперь. Просто нужно было позвонить Руби и узнать как там Генри о котором он вчера благополучно забыл, беспокоясь о Реджине. Оставалось надеяться, что девушка смогла отвлечь его от грустных мыслей и мальчик не сильно переживал из-за своей мамы. Поправив сползающий плед и убедившись, что она все еще спокойно спит, мужчина вышел из комнаты и прикрыл дверь. Включив телефон, он увидел на дисплее сообщение о 23-х пропущенных вызовах. Видимо не только они не спали всю ночь. Мальчик ответил после первого же гудка. - С мамой все в порядке?! - Да, с ней все хорошо, не волнуйся. – Он старался говорить как можно тише, чтобы не разбудить женщину, спящую в соседней комнате. - Я могу с ней поговорить? - Она спит. Думаю, не стоит ее сейчас будить. - Тогда я приеду к ней днем? - Думаю, она будет рада тебя видеть, – улыбнулся Дэвид. - Тогда до встречи, – и мальчик отключился.       Разливая кофе в чашки, он испытывал чувство дежавю. Внешне все было так же как и пару недель назад: тот же чайник, сахарница и ее любимая кружка. Вот только отношения между ними в один миг кардинально изменились. Но лишь внешне, где-то глубоко в душе он все еще любил ее. От этого чувства не так-то легко избавиться. Общественное мнение, осуждение их отношений… все это такая ерунда. Ведь главное чего хотят они сами. А сейчас он хотел оставаться рядом, поддержать ее, не задумываясь о будущем. Это было весьма глупо и вполне в его стиле, но развернуться и уйти прямо сейчас - это было выше его сил.       Распахнув карие глаза, Реджина запаниковала, не обнаружив рядом с собой Дэвида. Ведь он точно был здесь ночью, когда она просыпалась от ужасных кошмаров. Прошлое, когда ее мать вырвала его сердце и вчерашние события переплетались в них, заставляя кричать от страха. Хорошо, что Генри не было с ними, она не хотела, чтобы он это видел или слышал. Лишь близость мужчины, его поддержка раз за разом помогали успокоиться. Но сейчас его не было рядом. Кто бы сомневался, что он сбежит. Может быть, Дэвид боялся осуждения со стороны своих друзей? Еще вчера она подозревала об этом, но напомнила ему о его же обещании, испугавшись одиночества в пустом доме. Видимо, утром, проснувшись, он решил, что выполнил свой долг. Было неприятно ощущать себя преданной в очередной раз. Но и ненавидеть мужчину за это не получалось. Особенно после его вчерашних объятий. Дурацкие чувства. Скрипнула дверь. Женщина вздрогнула от неожиданности и подняла взгляд. На пороге стоял Дэвид с кружкой кофе в руках. Ее брови удивленно взметнулись вверх. А женщина явно недооценила его способности к самопожертвованию. - Привет, – говорить «Доброе утро» после вчерашнего кошмара во сне и наяву ему показалось неуместным. – У тебя там нет почти никаких продуктов, поэтому вот. – Он протянул ей кружку и присел рядом. - Спасибо, – она сделала глоток. - Я почти не выходила из дома. И, если честно, продукты в холодильнике – это последнее, о чем я беспокоилась. - Как ты? Реджина внимательно посмотрела в его глаза. От ее откровенности хуже не будет, он и так видел все ее слабости. И даже больше. - Честно? Паршиво, – брюнетка на пару секунд прикрыла глаза. – Не представляю, как я буду жить с этим дальше. Я столько лет пыталась воскресить Дэниела, чтобы в итоге он погиб по моей вине, от моих рук. – Ее взволнованный шепот нарушил звенящую тишину комнаты. Этого он и боялся, что она во всем обвинит себя. Как и этой ночью. Ведь так было всегда. Едва что-то происходило в Сторибруке, во всем винили ее, даже не разобравшись. Он и сам совершил эту ошибку тогда в больнице. Осторожно приобняв ее за плечи, Дэвид притянул женщину к себе. Реджина поставила чашку на столик и обняла его в ответ, вновь позволяя себе быть слабой. - Ты не виновата. Наоборот, ты наконец-то отпустила его. Нельзя же вечно жить прошлым, Реджина. - А в чем заключается мое будущее? У меня больше нет работы, сына… - взглянув на него, она отвела глаза и проглотила такое важное слово «тебя». У него же теперь есть Снежка, второй раз он не поведется на ее игры. Жаль только, что эти игры давно закончились. - Все отвернулись от меня. - У тебя есть я, – она слегка отстранилась, вновь заглядывая в его глаза. Он так шутит? - У тебя есть жена, – напомнила Реджина, хотя ей было неприятно об этом говорить. - Раньше тебя это не останавливало. - Это было раньше, – пробормотала она и неожиданно взорвалась, переходя на крик и отодвигаясь от него. – И вообще, почему ты все еще здесь?! Почему не бежишь спасать свою жену и дочь? Когда я просила тебя остаться, ты сбежал! Теперь вдруг неожиданно приходишь и изображаешь тут заботу. Ты еще не забыл, что на тебе лежит ответственность за моего ребенка, которого ты сам у меня отобрал! Вот где сейчас Генри, а?! Один в пустой квартире Снежки? - Успокойся, Реджина, - Дэвид настойчиво взял ее ладони в свои, не позволяя вырваться. А она безуспешно пыталась это сделать. – Генри ночевал у Бабушки. Вчера, когда я забрал его из конюшен, то отвез его в кафе и попросил миссис Лукас и Руби присмотреть за ним. А потом вернулся за тобой. Полчаса назад я звонил ему, Генри спрашивал о тебе, он переживает. Я сказал ему, что ты спишь. И тогда он ответил, что хочет приехать домой и убедиться, что с тобой все в порядке. Что-то в ее взгляде потеплело при этих словах. Генри переживает за нее… и Дэвид просидел всю ночь рядом, отгоняя ее кошмары. Может быть, еще не все доверие потеряно и ей есть ради чего жить? Хотя, зачем она в очередной раз обманывает себя. Как только Мэри Маргарет и Эмма вернутся назад в Сторибрук, оба самых дорогих для нее человека тут же забудут о ней. Как было после падения проклятья. Лучше уж сразу обезопасить себя от этой боли. Но как же не хотелось вновь терять тепло этих рук, которые сейчас нежно сжимали ее ладони. Она ведь сломается без его поддержки. Но сердце ныло, сжимаясь от боли, едва женщина вспоминала, что вся эта забота испарится уже совсем скоро. При условии, что мужчина найдет способ вернуть своих родных обратно. Ведь Белоснежка вряд ли не согласится делить Дэвида с ней. Она не поймет их неожиданной симпатии друг к другу. Да и Нолан вряд ли будет что-то объяснять ей. Просто вернется обратно в свою семью. - Тебе лучше уйти… - Реджина нашла в себе силы сказать это. Как броситься в холодную воду – неприятно, но не смертельно. Было больно, но потом, когда она привыкнет к тому, что он всегда рядом, будет еще больнее пережить грядущее предательство. Сказать, что мужчина был в шоке, значит не сказать ничего. - Реджина, не глупи, я не хочу оставлять тебя одну. У нас еще есть шанс все исправить. - Мне не нужна твоя жалость. Я не хочу снова привыкать к тебе. Это больно, Дэвид, понимаешь? Я не хочу опять испытывать на себе что такое предательство близкого человека. – Она вновь взяла в руки чашку, чтобы хоть на что-то отвлечься. - Кто тебе сказал, что я вновь предам тебя? - Это неизбежно. Я помню, как ты метался между Кэтрин и Мэри Маргарет. Если мы не прекратим это сейчас, то ты вновь встанешь перед выбором. И он будет явно не в мою пользу. В своих поступках мы всегда опираемся на общественное мнение, не так ли? А сейчас мне сложно найти поддержку в этом городе. – Она заметила, что мужчина хотел что-то возразить, и жестом остановила его. – Просто послушай… Вчера я окончательно потеряла свою истинную любовь. Не повторяй моих ошибок, Снежка ведь не простит тебя, если узнает о нас. О наших попытках все вернуть. Ты ведь не просто так остался, верно? То, что было между нами тогда это не любовь, а страсть, желание, я не знаю что еще. Просто уйди. Пожалуйста. Я хочу побыть одна. Вновь увидев, что он хочет возразить, она добавила: - Не заставляй меня применять магию, выгонять тебя силой. Как бы ему не хотелось остаться, но пришлось подчиниться. Лишь только когда дверь за мужчиной закрылась, она позволила себе вновь поддаться эмоциям и заплакать. Реджина могла сколько угодно убеждать себя в том, что их чувства не были истинной любовью, но разве страсть могла причинять столько боли измученному сердцу? Вывод напрашивался сам собой. Но у Дэвида уже есть истинная любовь, значит, его чувства к ней были фальшью? Точно так же как и ее игра в самом начале их отношений. Чашка выскользнула из ослабевших рук и со звоном рассыпалась на осколки возле ее ног. Остаться даже без простой поддержки было тяжело. А осознать, что только что отказалась от собственного счастья, еще и невыносимо больно. Но она должна справиться… Чтобы помочь ему не повторять ее ошибок.