Никлаус. История долгой боли

Худощавый мужчина с чуть вьющимися волосами быстрым шагом идет вперед. Губы плотно сжаты в тонкую линию. Я зябко кутаюсь в светлую курточку, едва поспевая за бессмертным. Дышу тяжело, как загнанный верблюд. Пытаюсь позвать парня, но он не останавливается. После горячих поцелуев у камня Чингисхана Ника будто подменили. Он рывком поднял меня на ноги тогда. Заботливо застегнул каждую перламутровую пуговку. Мимолетно прикоснулся холодными твердыми, как камень, губами ко лбу. Словно не он только что рвал на мне одежду, сгорая от страсти. Словно он уже не мой возлюбленный, а друг… или брат… - Ник, подожди, - окликаю его без надежды быть услышанной. Удивительно, но Клаус останавливается, поворачивает голову. Я вижу искры недовольства в равнодушном, пасмурном взгляде. - Что? Ты устала? Давай отдохнем, - резкий, сухой голос, в котором слышится какой-то надрыв. Садится на камень. Чувствую, что мужчина отгородился от меня непробиваемой броней. Клаус сидит, безучастно глядя перед собой. Равнодушие будто выплескивается из него, заливая долину. Равнодушие… становится осязаемым, я просто тону в нем как слепой котенок в бурлящей реке. Равнодушие… и что-то еще, непонятное, но гнетущее, давящее на сознание. Что-то, что Никлаус тщательно пытается скрыть, замаскировать безразличием. Равнодушие и острая боль, которая так и не ушла из него… - Нам нужно поговорить, Клаус, - шепчу я и замолкаю, когда он вздрагивает как от пощечины. Все правильно. Я всегда называла его Никлаус, Ник. Это имя больше подходит бессмертному принцу. Оно так аристократично, величественно… - Ты знаешь мое имя, - почти шипит первородный, сузив глаза. Неведомый прежде страх ледяной змейкой прополз по позвоночнику, холодной рукой сжал сердце. - Прости, Ник, оговорилась, - глухо отвечаю я. – Ты должен объяснить, что случилось… Ты… был так нежен. Я могла поклясться, что ты любишь меня… Ты не мог лишь играть… Но ты остановился. И сейчас… ты как чужой, Никлаус, - голос предательски дрогнул, мелкие бусинки слез посыпались из лихорадочно блестевших глаз. Ошеломленный мужчина взглянул на меня и раскатисто засмеялся. Я прижала руку к щеке, будто он ударил меня. - Люблю тебя?! Катерина… не будь ребенком… Ты путаешь похоть и чувства. Ничего личного, дорогуша, - весело произнес Никлаус, на щеках появились очаровательные ямочки, которые я так любила… - Почему? – Одними губами прошептала я, собирая в кучу остатки достоинства и пытаясь не разрыдаться. - Почему что? – Раздраженно рявкнул древний, - почему я не взял тебя там, на промерзшей земле? Не то время, не то место, дорогуша, - пренебрежительно бросил он и отвернулся. На долю секунды мне показалось… лишь показалось, что я вижу сожаление в застывших глаза цвета пепла. Конечно, показалось. - Ненавижу! - Закричала я, срывая голос. Подбежав к первородному, принялась колотить кулачками по широкой спине. - Прекрати истерику, - презрительно процедил Клаус, поднимаясь с камня, - до заката мы должны успеть дойти до Древнего города. Я опустила голову, и молча пошла за ним, как на заклание. Казалось, где-то глубоко внутри кто-то с остервенением кромсал мое сердце острым ножом. Лишь на мгновение мужчина обернулся, всматриваясь в прекрасные заплаканные глаза. Резко мотнул головой, отгоняя наваждение. Быстро пошел вперед, не заботясь о том, следует ли за ним двойник. Что я делаю? Что? За что я так с ней? Катерина не виновата… Кэролайн, дорогая моя… Ты была здесь, моя маленькая и храбрая девочка… Возможно ли? Я слышал твой шепот в своей голове. Чувствовал, переполнившую тебя боль, твое недоумение, обиду… Боль от того, что я был с Катериной… Возможно ли? Дикая, сумасшедшая надежда стучит в голове… Я хочу дышать лишь тобой, для тебя… Катерина… У меня получается забывать, что это не ты… иногда. Лишь иногда я не вижу, что она – подделка, фальшивка, которую всучила мне древняя безумная ведьма. Даже чувства ее нарочиты, ведь Катерина приворожена… Она не виновата. Кэролайн… я могу быть лишь с тобой… Я должен спасти тебя… мне придется… Ты возненавидишь меня еще сильнее… Не сейчас, прошу. Не когда твои чувства проснулись. Проснулись ли? Но мне придется… иначе я потеряю тебя… Сильный бесстрашный мужчина движется запад, ссутулив плечи. Будто несет на себе неведомую тяжкую ношу. Он идет по древнему плоскогорью туда, где за бескрайней равниной вдали сияют белки ледников, освещенные последними лучами догорающего солнца. Тоненькая блондинка, погруженная в свои мысли, плетется следом. Жесткая и хрупкая от мороза трава, засыпанная мелким колючим снегом, хрустит под ногами. Если закрыть глаза, кажется, что бредешь по засыпанному чипсами полю. Бескрайняя белесая равнина раскинулась насколько хватает глаз. Неровности ландшафта создают ощущение бурлящих океанских волн. Взгляд невольно высматривает вдалеке маленький рыбацкий ялик или добротный бриг. Лишь ветер завывает на просторах, где время почти остановилось. Неожиданно среди неизменного однообразия что-то меняется. Глаз цепляется за невысокие нагромождения странных гладких камней, возвышающихся то тут, то там невысокими кучками. Словно великаны играли здесь в шашки и спешно ушли, побросав фигуры. Клаус резко остановился, и задумавшаяся Катерина влетела прямо в замершую спину. Он сразу напрягся и почти отскочил от блондинки. Перевел взгляд на каменные насыпи. - Это курганы, Катерина, - ответил мужчина на невысказанный вопрос, - древние захоронения скифов, что жили здесь более двух с половиной тысяч лет назад. - Это и есть Древний город? Это город из могил? – потрясенно шепчет двойник, не смея повысить голос в этом царстве смерти. Никлаус чуть кивает и устремляется вперед. Он замер перед ближайшим нагромождением камней, присел на корточки, пристально вгляделся в крошащиеся булыжники, словно надеясь прочесть в них что-то важное. Красивые тонкие пальцы ощупывают все впадинки и неровности. Ник прикрывает глаза, пытаясь сосредоточиться. Катерина неотрывно смотрит на его руки, будто любуется. Представляет, как эти сильные, крошащие камень пальцы ласкают ее трепещущее тело. Клаус продолжает что-то искать, даже не догадываясь о мыслях девушки. Плечи мужчины напрягаются, он осторожно извлекает из кладки шершавый зеленоватый кусок неизвестной породы. Запускает руку в узкое отверстие и, как фокусник из шляпы, достает из разлома тусклый серебряный ключ. Поднимается на ноги, отряхивая запылившиеся штанины, и идет дальше, вглубь лабиринта из каменных изваяний. Двойник вздрагивает, будто очнувшись от транса, и семенит следом. - Ник, куда мы идем? – Спрашивает она сбивающимся от быстрой ходьбы голосом. Древний недоуменно оборачивается. Он так увлекся поиском артефакта, что уже успел забыть об идущей следом Катерине. - Несколько тысяч лет назад здесь жил великий народ кочевников. Ты знаешь их как скифов. Это была развитая древняя цивилизация, которую сейчас почему-то считают убогой и примитивной. Их наследие было практически утеряно за десятки столетий. Эти люди знали о грядущем зле, они готовились к его приходу. В этих курганах мы найдем мощный артефакт. Он поможет сдержать полчища нечисти по ту сторону. Катерина, замерев, слушала этот экскурс в далекое прошлое ее мира. Она боялась даже дышать. Очарованная Никлаусом девушка, кажется, впервые осознала всю серьезность положения. В ясные распахнутые глаза вновь закрался страх. Клаус хмуро глянул на низкое синее небо, где на западе солнце стремительно падало к горизонту. Он что-то невнятно зашипел сквозь стиснутые зубы и углубился в развалины. - Почему ты так спешишь? – Прокричала Катерина в удаляющуюся напряженную спину. - Нельзя оставаться среди курганов с приходом ночи. Если дорога жизнь, не стоит тревожить мертвых и призраков, которые есть даже в твоем мире. И уже тем более нельзя пытаться что-то отнять у них… - промолвил парень через плечо. Он опустился на колени возле одного из каменных возвышений почти в центре «города» и, достав из кармана найденный ключ, склонился к кургану. Разваливающиеся «строения» и дальнее расстояние мешали двойнику разглядеть происходящее. - Но если ты не успеешь? – Прошептала Катерина себе под нос, но Клаус услышал. - Мы просто останемся здесь навсегда. Поверь, вряд ли мы будем наслаждаться прелестью здешних видов, - едко проговорил он, пока его руки «колдовали» над древними руинами. Девушка подошла ближе и увидела, что Ник тщательно ощупывает все неровности захоронения. Вдруг он остановился, присмотрелся, и начал бережно протирать один из камней. Поднял ключ и попытался вставить в показавшееся отверстие. Серебро легко проникло в узкую изогнутую щель, что-то отчетливо щелкнуло, и Ник с усилием стал поворачивать ключ в импровизированном замке. Изнутри глухо заскрипело, словно мужчина пытался отомкнуть иссохшиеся, запечатанные уже тысячи лет ворота замка древних царей… Почти что так оно и было. Раздался чудовищный грохот, и с насыпи посыпались камни, попадая Клаусу по плечам, животу, сбивая ноги. Один полетел прямо в его красивое измученное лицо и отскочил, оставив на щеке рваную кривую рану, которая почти сразу затянулась без следа. Ник уцепился за какие-то выступы и потянул на себя из последних сил. Катерине почудилось, что она слышит треск его рвущихся сухожилий. Мышцы на руках напряглись до предела. Он резко рванул вверх и вперед, и некое подобие замаскированной двери громко отлетело в сторону. Мужчина и ошарашенная девушка рядом с ним молча уставились в черный проем, откуда отчетливо тянуло сыростью. А еще из подземелья почему-то пахло корицей, мятой и… шалфеем. Блондинка с опаской заглянула внутрь, но тут же отшатнулась, сжавшись от безотчетного ужаса за спиной невозмутимого спутника. Он осторожно вгляделся в пещеру, уходящую куда-то глубоко в промерзлую землю. Перевел глаза на темнеющее небо. Дрогнувшей рукой провел по спутанным взмокшим волосам. Сильнейшее на планете существо колебалось… Он не боялся, нет… Неизвестность томила мужчину. Черный кривой провал зиял перед ним как раззявленная пасть храпящего великана. То здесь, то там по краям как сгнившие зубы виднелись обломки скал и камней. Внутри смутно зашумело, усиливая сходство со спящим чудовищем. Ник едва успел отшатнуться, как из пещеры выплеснулось огромное черное облако мелких противно пищащих летучих зверьков. Не заметив людей, они, часто махая крыльями, умчались на восток. Клаус выдохнул и быстрым движением взлохматил свои и без того спутанные волосы. Резко опустил руку, словно бросая что-то на землю, … и через секунду пропал в темноте. Катерина перевела взгляд на небо, где гасли последние лучи солнца, и в ужасе открыла рот. - Никлаус, Ник! – Пронзительно закричала девушка и рванула под землю следом за ним. На пороге она замерла, не смея пошевелиться. Клаус медленно пятился, обеими руками сжимая странный меч, на котором желто-зелеными огнями пылали незнакомые символы. Оружие не только светилось, но и вибрировало, отчего казалось, будто руки мужчины дрожат. - Милая, выбирайся из лабиринта, - напряженно процедил он, не оборачиваясь. Катерина не двигалась с места, вглядываясь во мрак, чуть рассеивающийся благодаря свечению клинка. Смутные тощие полутени медленно надвигались на вампира из тьмы подземелья. Невообразимым ужасом веяло от этих потусторонних видений. Девушка все еще не могла двинуться, скованная страхом. - Беги, я сказал! – заорал Никлаус, бешено вращая глазами. Зеленоватый свет от меча упал на перекошенное гневом лицо. «- Лицо утопленника», - пронеслась в голове двойника дикая мысль. Она встрепенулась и, как испуганная лань, понеслась между камней к выходу из страшного лабиринта. Последний луч солнца поглотила плотная чернильная тьма. И сразу из-под земли раздался тяжкий стон тысячелетних мумий. Город мертвых просыпался… покойники, потревоженные живыми, вставали из могил, чтоб утолить жажду мести… Они уже предвкушали роскошный пир… Ник продолжал медленно пятиться к выходу. Он чувствовал, если побежит, вся нечисть разом навалиться на него, и разорвет на куски. Никакое бессмертие не спасет тогда первородного… Спиной гибрид чувствовал прохладу ночного воздуха. «- Солнце село. День ушел. Паршиво…», - подумал мужчина. Ладони, вцепившиеся в рукоятку клинка, моментально взмокли. Превратиться… не выход... В этом мире я могу обращаться лишь в полнолуние… Черт… Тени мертвых с леденящими душу стонами надвигаются с разных сторон. Клинок жизни, который Клаус успел выхватить из гробницы, каким-то неоновым блеском освещает застывшие лица-маски с пустыми глазницами. Из округлых провалов, некогда бывших чьими-то ртами, доносится тихое шипение. Одна мумия почти прыгает к нему, из пасти чудовища выползает маленькая черная гадюка, она тянется к Нику, раскачиваясь в воздухе. Крупные капли яда капают на истлевшую, будто пергаментную кожу безмолвного стража, прожигая ее. Мертвое войско нависает над древним вампиром, он чувствует вонь их разлагающихся тел с тухлым сладковатым привкусом. Мужчина шаг за шагом продвигается к выходу. «Только бы Катерина успела выбраться. Без нее вся затея со спасением мира рухнет как карточный домик», - стучит в голове. На самом выходе из гробницы Клаус спотыкается о камень и чуть не падает. Он ловко отпрыгивает в сторону… и замирает на месте, в ужасе озираясь. Древние курганы канувших в лету скифов излучают неземное голубоватое свечение. Спавшие тысячи лет воины выбираются на поверхность, чтоб уничтожить неверного, посмевшего потревожить их небытие. Стоны, шипение наполняют Древний город. «- Где Катерина?», - успел подумать Ник, замахиваясь мечом. Ближайший страж распадается надвое, останки падают на землю и загораются. Сотни скрипящих теней плотной стеной надвигаются на первородного. - Эй, еще одну бойню я на сегодня не планировал, - весело кричит мужчина в темноту. Оттолкнувшись ногами от сваленных в кучу камней, он прыгает высоко вверх и вперед. Мумии мгновенно останавливаются, словно гончие, потерявшие след. Добыча ускользнула. Клаус приземляется в сотне метров от скифских захоронений. Падая на твердую как гранит землю, Ник сбивает ладони и колени, но даже не замечает таких пустяков. Прислушивается. Где-то рядом тихо всхлипывает двойник, и древний как ищейка идет на звук. - Катерина, - позвал он едва слышно, - Катерина, ты здесь? Не бойся. Мертвые не выйдут за границы своих земель. Не этой ночью. Светловолосая девушка, сжавшаяся на земле в маленький комочек, взвизгивает и ласковым котенком бросается к гибриду. Она и не помнит, как жесток он был с ней совсем недавно. - Ник, слава богам, я боялась, что ты не выйдешь оттуда, - всхлипывает блондинка, повиснув у него на шее. Клаус морщится и вздыхает, снимая с себя ее цепкие руки. - Я достал артефакт, - произносит мужчина, поднимая все еще пылающий меч, - давай уберемся отсюда. Кто знает, какие еще ужасы таят в себе эти места… Катерина согласно кивает и тут же хватает Никлауса за руку. - Так странно, Ник, - шепчет она, - что же ждет нас дальше? - Жертва… - тихо отвечает гибрид, печально всматриваясь в любимые черты. «- Это не Кэролайн, не Кэр», - твердит он про себя как молитву. И не ясно, рад он этому или безмерно опечален… Парень и девушка все дальше уходят от потревоженных курганов. Протяжный вой повис над городом смерти. Вскоре все стихло. Захоронения перестали светиться, словно где-то внутри разом перегорели все лампочки. Долина царей снова окунулась во мрак.