Нэра Шино. Ошибка в вечности.

Тишину комнаты разорвал пронзительный звонок. Кто-то настойчиво пытался дозвониться, только все его стремления не приносили результата. Хозяин квартиры в ответ на раздражительную трель телефона лишь глубже зарывался в подушку, досматривая сны. Когда телефон зазвонил в пятый раз, из-под одеяла высунулась рука и схватила трубку. – Учиха, ты чего молчишь? Ты где вообще? Ублюдок, где ты должен быть? Ты что, спал? – Не ори. – Голос со сна был хриплым. – Скотина ты, Учиха. Я для того выбивал тебе место в школе, чтоб ты не заявлялся, когда тебя вызывают? – С каждым словом голос говорившего становился все громче и раздраженнее. – Если бы мне сообщили, я бы пришел. И ты не выбивал мне место. – После криков, доносившихся из динамика сладкая дрема начала исчезать, оставляя после себя лишь «разбитость» не выспавшегося человека. – Как – не сообщили? Вчера обзванивали всех и сообщали о срочном собрании преподавателей. – Вчера меня не было в городе. Я приехал глубокой ночью и спал всего пару часов. Так что сва… Договорить ему не дали, Суйгетсу, его студенческий друг, а ныне секретарь в одной из престижнейших школ города, прервал его речь жесткими указаниями: – Ты сейчас встанешь, оденешься и заявишься на собрание. И мне пофиг, сколько ты спал и какое у тебя настроение. Если тебя не будет в учительской через час – считай, что этой работы у тебя больше нет. И, не дожидаясь каких-либо возражений, бросил трубку. Учиха Саске, тот самый «ублюдок и скотина», хотел было послать все к чертовой матери, но передумал, вспомнив, с каким трудом ему удалось пробиться в эту школу. Как пришлось, переступив через собственную гордость, спрашивать, имеется ли вакансия на должность преподавателя биологии. И он, ненавидя себя за зависимость от обстоятельств, начал поспешно собираться, чтобы ровно через час войти в учительскую, где уже собрался весь педагогический состав. Увидев перекошенное лицо Суйгетсу, он испытал мстительную радость, которая немного сгладила отвратительное пробуждение. – Учиха, ты не мог раньше прийти?! – Суйгетсу был явно на взводе и, как только Саске расположился в кресле, начал злобно шипеть тому в ухо. – Не мог. Летать не умею. – Ты хоть знаешь, по какому поводу мы собрались? – Скажешь – узнаю. Пока Суйгетсу внутренне кипел от злобы, к ним подошла девушка – еще один секретарь. – Здравствуй, Саске. Получив в качестве ответа хмурый взгляд и еле заметный кивок, девушка уселась рядом. После той ночи она все еще питала надежды на то, что Саске согласится быть с ней, не оставляя попыток к сближению, тем самым, только отталкивая от себя объект своих желаний. – Саске, ты слишком бледен. Может, принести тебе кофе? – Да. И захвати чашку чая для Суйгетсу. В ответ на такую просьбу девушка раздраженно поправила съехавшие очки, поджала губы и, яростно встряхнув волосами, удалилась. – Спасибо, Учиха. – Суйгетсу немного смягчился. «В конце концов, Учиха есть Учиха. И эта чашка чая – максимум, что можно от него получить в качестве извинений». – Хм. – У нас будет новый директор, поэтому и внеочередное педагогическое собрание. Мы должны познакомиться, может, он захочет что-то подкорректировать. Говорят, с ним прибудут новый преподаватель и школьник – вроде его родственник. Но ничего пока не ясно, это только слухи. Саске на полученную информацию никак не отреагировал – впрочем, от него и не ждали. Учиха продолжал сидеть, задумчиво глядя в окно. Кивком головы, поблагодарив Карин за кофе, он продолжил размышления, отгородившись от всех чашкой, и на попытки девушки завести беседу, никак не реагировал. После нескольких неудачных попыток, Карин стала изводить придирками сидящего рядом Суйгетсу. «Цвет у неба необычный. Как у глаз из моего сна. И оттенок тот же, – мысли Саске текли лениво, под стать сонному состоянию их хозяина. – Сколько себя помню, меня преследует сон, который забывается сразу после пробуждения. Только я уверен, что сон каждый раз другой, но всегда об одном и том же человеке. А в последнее время я запоминаю глаза цвета неба, и они всегда улыбаются. Мне улыбаются. Может, если бы не Суйгетсу, я бы запомнил не только их, но и весь сон. Хотя бы один». Размышления Саске были прерваны огромным седовласым мужчиной, слишком шумно устраивающимся на месте директора. Следом за ним вошла привлекательная женщина и расположилась неподалеку от мужчины. – Доброе утро, дорогие коллеги. Позвольте представиться – Джирайя Сенджу, с сегодняшнего дня ваш новый директор. Все присутствующие, за исключением Саске и пары преподавателей, проявили беспокойство, порываясь поприветствовать, но были остановлены взмахом руки. – Прошу не пугаться, особых изменений вводить не собираюсь, так как полностью доверяю вашему бывшему начальнику – и моему личному учителю – Сарутоби. Пожалуй, главное нововведение: новый учитель биологии – Цунадэ, и, по совместительству, моя жена. Если весь прошлый монолог нового директора не вызвал у Саске никакой заинтересованности, то сейчас его внимательный взгляд изучал женщину, пришедшую вместе с Джирайей. Цунадэ, заметив заинтересованный взгляд молодого человека, никак не отреагировала, продолжив изучение лиц своих будущих коллег. – Также в старших классах появится новый ученик – Узумаки Наруто, мой приемный внук. На данный момент никаких новшеств больше вводиться не будет. А теперь я бы хотел со всеми вами познакомиться. И нам бы кофе, мы только с дороги – кто нам в этом поможет? Карин, видимо, почувствовав в себе призвание к профессии официантки, поспешила выполнить просьбу нового директора. – Спасибо… – Карин. – Спасибо, Карин. Итак, кто первый? – Учиха Саске, преподаватель биологии. И мне интересно мое нынешнее положение, в связи с появлением еще одного биолога. – Здравствуйте, Учиха-сан. Не стоит волноваться. Ваше положение останется неизменным. Цунадэ просто возьмет один класс, и все. – Хм. – Я ответил на ваши вопросы? – Да, спасибо. Познакомившись с основным составом педагогов, Джирайя всех отпустил, сказав, что все важные уточнения, если они будут, им сообщат до первого апреля. *** Когда все вышли, в кабинете остались только Джирайя, Цунадэ, а также Ирука и Какаши – оказалось, они давние знакомые, и Джирайя является их бывшим наставником. – Рады вас видеть, Какаши, Ирука. – Взаимно. И с новым назначением вас, Джирайя-сан, – пока Какаши лениво перелистывал страницы книжечки, Ирука проявлял навыки вежливости. – Спасибо. И кто же вы теперь? – Я – учитель литературы, Какаши преподаёт боевые искусства… – Надо предложить Наруто, может, его заинтересует, – Цунадэ выглядела воодушевленной. – Как он? После того, что случилось… это было так неожиданно. – Всегда неожиданно, когда гибнут родители. Ему плохо, он сам на себя не похож. Поэтому, как только появилась возможность, мы переехали сюда. Надеемся, ему полегчает, – вся злость, проявившаяся в голосе Цунадэ в начале фразы, к концу полностью исчезла, оставив только нотки слепой надежды. – Мы будем надеяться и сделаем все, от нас зависящее, – Какаши решительно захлопнул перелистываемую книжку. – Кстати, где он? – Скорее всего, бродит по школе. Мы настояли на том, чтобы он поехал. – Да. Это действительно на него не похоже. Надо бы с ним поздороваться, – Ирука выглядел взволнованным. Он помнил маленького солнечного паренька с несокрушимой силой воли, заставить которого что-либо сделать против его желания, было попросту невозможно. Их беседа была прервана золотистой головой, просунувшейся в приоткрытую дверь. – Баа-чан, Джирайя, вы закончили? Странного вида темноволосый хрыч на вопрос, где тут учительская, направил меня сюда. – Проходи, Наруто. Мы уже закончили. Поздоровайся кое с кем. Мальчишка, открыв дверь нараспашку, ввалился в комнату. И, узнав знакомые лица, радостно воскликнул: – Ирука-сенсей, Какаши-сенсей, вы здесь! – Привет, Наруто. Давненько не виделись.