Конфеты

Эл поглощал их тоннами — эти дешевые засахаренные конфетки — а потом запивал массу порцией приторного горячего шоколада. Лайт не понимал, как можно было совать в себя такую дрянь и умудряться при этом настолько здраво мыслить. Возможно, строгий режим приюта настолько сказался на вкусах Рюзаки, а может, дело было в стимулирующем эффекте глюкозы… — Тебе нравится? — не выдержал Лайт, разглядывая, как очередной склизкий комок апельсинового желе исчезает во рту Эл. — О чем ты? — рассеянно переспросил детектив. Он, кажется, пребывал далеко отсюда, где-то между послевкусием на языке и предвкушением еще одного лакомства. — Травить свой желудок. Ягами не понимал, зачем вообще затеял этот разговор. Как-будто ему было дело до того, что и когда употребляет его враг-друг, которого он так хотел убить. Эл медленно поднял на него глаза, и Ягами вздрогнул: в комнате вдруг стало жарко. — Простой вопрос, Лайт. И ты прекрасно знаешь ответ. — Не знаю, — покачал головой Ягами и сглотнул, когда тонкие пальцы детектива обхватили зеленый кокосовый шарик. — Да? Он следил за этими пальцами: как те приближались ко рту, касались губ, пачкая их сахаром, а язык нарочито медленно облизывал подушечки. — Не знаю, — повторил Лайт. — Глюкоза. — Что? — Мозг. Мне нужен продуктивно работающий мозг. — А. Ягами нахмурился, пытаясь собраться с мыслями. Он отказывался понимать, зачем Рюзаки — такой невозмутимый и отрешенный Эл — настолько демонстративно ест конфеты, сидя перед своим врагом. И не было в этом ничего такого, только чертов язык, губы, сахар, пальцы… — Прекрати. Рюзаки застыл, не донеся сладость до рта: — Я не… Лайт резко выдохнул, дергая вниз воротничок рубашки. Стрелка его сумасшествия быстро ползла вверх. — Хватит есть эту дрянь. Эл удивленно посмотрел на него и рука с зажатой в ней сладостью дрогнула. Ягами пристально следил за ней, мир, казалось, сузился до узкой ладони, полукруглых ногтей, бледной кожи, захотелось слизать сахарную пудру с местечка над указательным пальцем. — Я… — пробормотал Лайт и резко встал из-за стола. — Я просто немного перезанимался. В висках бешено стучала кровь. — Увидимся. Он быстро пошел прочь, не видя, с каким наслаждением Эл ест очередную сладость.