Chosen One's Story

      Октябрьская ночь была довольно тихой и ясной. В домах по обеим сторонам улицы горел свет, а на заборе обязательно была тыква. В конце улицы внезапно возник странно одетый человек. На нем была длинная черная мантия с развевающимися рукавами. Черные волосы были подстрижены под каре, а крючковатый нос создавал впечатление угрюмого и замкнутого человека. Звали его Северус Снейп. Мужчина тряхнул головой и спустя мгновение заметил полуразрушенный дом, которого он по определению не должен был видеть. Его сердце кольнуло от плохого предчувствия. Как раз сегодня Темный Лорд планировал убить младших Поттеров, детей пророчества. Он зашел на территорию разрушенного здания. Вокруг была мертвая тишина, в воздухе витали боль и горечь. Здесь словно все вымерло. Мужчина надеялся, что его господин выполнил свое обещание и не убил Лили, но грудь сдавливали страх и предчувствие неминуемого. Настоящий и живой страх потерять самого близкого человека, пусть она и считала иначе. Северус подошел к открытой двери. На полу виднелся силуэт взрослого человека. Мертвого. Карие глаза с навечно застывшим в них испугом были направлены в небо, но зельевар знал, что они уже ничего не видели и больше не увидят. Снейпу даже стало немного жаль его. Хоть они и враждовали в школьные времена, он никогда не желал ему именно такой смерти. Вслед за накатывающим ужасом в душу пробралась горькая грусть. Миновав старшего Поттера, он поднялся по полуразрушенной лестнице на второй этаж. С каждым шагом грудь все сильнее сдавливал липкий страх, почти лишая возможности нормально дышать. Было жутко от того, что ждет его там, наверху.       Лили. Дорогая Лили. Моя милая подруга детства. Что с ней? — лишь эти мысли крутились в голове, заставляя его замедлять шаг и отталкивать от себя неизбежное.       Из детской донесся громкий крик ребенка, словно бы осознавшего смерть родителей. Северус ускорился и через минуту вломился в пыльную комнату, находящуюся под открытым небом. Мужчине показалось, будто мир перестал существовать, когда его взгляд нашел неподвижно лежащую молодую девушку с ярко-рыжими волосами. Крик застрял в горле, а колени предательски подкосились. Лили, его солнечный лучик, лежала посреди комнаты с пустым взглядом потускневших зеленых глаз. В его глазах защипало, по впалым щекам покатилась соленая влага. Мужчина бросился к девушке и дрожащими руками переложил ее голову к себе на колени. Сердце Лили Поттер не билось. Снейпа захлестнули отчаяние и ненависть, ненависть ко всему живому, что осталось после ее смерти.       Это он во всем виноват! Какой черт дернул его подслушать это проклятое пророчество, а затем передать его Волан-де-Морту? Он как никогда ненавидел себя за это. Хотелось кричать, выть, как смертельно раненый оборотень, рвать волосы, да делать что угодно, лишь бы заглушить режущую боль где-то в сердце. Снейпу было все равно на детский плач, было плевать на то, что его могли заметить. За спиной мужчины прошелестели тихие шаги. Новоприбывший остановился позади него и грустно выдохнул. — Я так и знал, что ты здесь, Северус, — произнес пожилой человек, положив морщинистую руку на его плечо, несильно сжимая. — А где мне еще быть? — глухо ответил мужчина, не обращая на Альбуса Дамблдора никакого внимания. Рука сжала его плечо еще сильней. — Тебе лучше уйти. Скоро здесь будет отряд авроров и чиновники из Министерства, — очки-половинки печально блеснули в свете ночника, чудом не сломавшегося. — Мне больше некуда идти, — Снейп провел рукой по мокрому лицу и, наконец, повернулся лицом к спокойному директору. — Аппарируй в Хогвартс, я ненадолго сниму антиаппарационный купол с моего кабинета. Встретимся через два часа, — директор выпрямился и направился к кровати двойняшек.       Снейп собрал в себе остатки пошатнувшегося рассудка и аппарировал прочь из Годриковой Впадины. Как можно дальше от бездыханного тела Лили.

***

      Все отведенные два часа, что зельевар провел в кабинете у директора Хогвартса, он посвятил чтению книги о редких травах, которую заметил на столе у Дамблдора. Он смотрел в книгу, но не понимал слов. В голове, как и в душе, была пустота. Он мог бы поспать, но не в кабинете директора. Он подозревал причину, по которой директор отправил его сюда, но не знал, что ему делать: плакать или смеяться?       В комнате раздался громкий хлопок, и Северус дернулся от неожиданности. Альбус Дамблдор молча сел на свой золотой трон и внимательно посмотрел на мужчину. Снейп не выдержал первым: — О чем вы хотели со мной поговорить? — голос непроизвольно дрогнул на последнем слове, и Снейп мысленно чертыхнулся, проклиная так не вовремя проснувшиеся чувства. — О будущем, — глаза за очками задумчиво блеснули, спокойный старческий голос выводил Северуса из себя. — Детям нужна защита. — Защита? — мужчина все-таки сорвался. — И это вы мне говорите? Темный Лорд исчез, им больше не нужна ваша защита, — он выплюнул последнее слово.       Дамблдор посмотрел на него с немым укором и тяжело вздохнул. — Темный Лорд вернется.       Снейп презрительно фыркнул: — И что вы предлагаете? Куда вы их отправите? — О Гарри позаботится Петуния, мальчик должен вырасти вдали от нашего мира. — А с девочкой как поступить? — поинтересовался Снейп, выгибая бровь. — А вот с Софией мы поступим наоборот. Девочка должна быть как можно ближе к миру магии и понимать, что ждет их в будущем, — голос старого человека был удивительно спокойным, как будто он рассказывал сказку, а не решал судьбы двух маленьких детей.       Северус Снейп упал в кресло и устало потер виски. — И кому Вы ее отдадите? — он даже не догадывался, насколько его обескуражит ответ. — Тебе, — директор оперся на локти.       Как ни странно, но на мужчину эта информация не произвела должного впечатления. Возможно, сказался сильный стресс после смерти самого близкого ему человека. — Мне? Ну уж нет! — отказался Снейп. — Северус, пожалуйста, если ты и правда ее любил… — Никто не должен знать, Альбус, — прорычал брюнет, с яростью глядя на директора. — У них ее глаза, — просто ответил чародей, снимая очки. — Я совершенно не умею обращаться с детьми. Тем более, меня, возможно, запрячут в Азкабан, что будет тогда? — ядовитый скептицизм так и лился из его уст. — Насчет Азкабана не волнуйся, я обо всем позабочусь, а с воспитанием тебе может помочь Нарцисса Малфой. Насколько я помню, они воспитывают сына, — привел еще один довод директор. — Нарцисса? — Снейп хмыкнул, — Малфоев тоже могут упрятать в Азкабан, Альбус. Люциус из ближнего круга… — Малфои откупятся, я уверен в этом. — И что теперь? Когда мне отдадут девочку? — с опаской поинтересовался зельевар. — Через неделю мы оформим все необходимые бумаги и все будут считать ее Софией Лили Снейп. В Хогвартс она поступит тоже под твоей фамилией. Мы также изменим цвет глаз, отчего она будет больше походить на тебя. — И где она будет всю неделю? — Минерва за ней присмотрит, — впервые за весь день Альбус Дамблдор улыбнулся. — Тогда до свидания, Альбус. — До встречи, Северус, — в голубых глазах мелькнул странный огонек.       Когда Зельевар почти вышел из комнаты, старик готов был поклясться, что услышал тихое: «За что мне это?» — Как думаешь, он справится? — задумчиво произнес чародей, кидая в рот очередную лимонную дольку.       Феникс, сидящий на жердочке в своей золотой клетке, мелодично курлыкнул.       В это самое время по всей стране люди поднимали бокалы и шептали: — За Поттеров!