Глава 18
15 октября 2018 г., 18:33
Никаких аплодисментов, лишь оглушающая тишина. Резко встав из-за стола, она ровной походкой прошла к комнате, куда заходили все участники.
— Ты лживая дрянь, Снейп! — крикнул какой-то ученик, явно бросавший своё имя в кубок.
— Захлопни пасть, — не оборачиваясь, сказала она, проходя мимо учителей, боковым зрением замечая гневный взгляд отца.
На лице — спокойствие, безразличие и явное презрение ко всему происходящему. В душе — ураган эмоций, страх и желание заплакать.
Дверь легко отпирается, а там четверо участников, таких же недоуменных, как и она сама.
— Нужно вернуться в зал? — спросил Кассиус, смотря на четверокурсницу.
— Нет, — выжимает из себя она, гордо подходя к камину. — Как дела, Поттер?
Четверокурсники надерут зад семнадцатилетним волшебникам? Это риторический вопрос, Поттер, — говорит она, когда замечает, как тот хочет что-то ответить. — Мы здесь всем зад надерем. — Ухмыляется и смотрит на дверь. За дверью слышатся шаги, куча голосов и французский говор мадам Максим.
— Дамы и господа, прошу минутку внимания! — голос Бэгмена с привычного веселого и безмятежного сменился на чрезмерно серьёзный и угрюмый. — Какое бы сейчас удивление вы ни испытывали, спешу представить четвёртого и пятого участников турнира. — На этом моменте у Софии сердце в пятки упало, в глазах читался страх и неуверенность. Она встретилась глазами с отцом, тот выглядел чрезмерно зло, обеспокоенно и обескураженно.
— Это ошибка. Мы не можем участвовать. Нам ещё нет семнадцати, сэр. — Лёгкая улыбка касается её губ, и она оглядывает каждого в комнате.
— Об этом надо было думать, когда бросала имя в кубок, глупая девчонка! — к ней подлетает Каркаров, злобно пыхтя и краснея.
— Но я не бросала туда своё имя, сэр. — Она фыркает, и Каркаров отходит.
— Четверокурсники не в силах преодолеть заклятие конфундус, наложенное на кубок. Кто-то сделал это вместо них, профессор. — В спор вмешался Грюм, стоявший в отдалении ото всех. — Ты, Снейп, с самого начала показалась мне девчоночкой необычной, чрезмерно безрассудной для Слизерина.
— Гарри, Сóфи, вы бросали своё имя в кубок? — Дамблдор спросил это с напором, без прежнего огонька в глазах.
— Нет, сэр, — одновременно сказали они, смотря на директора испуганными глазами.
— Может, вы попросили кого-то из старших бросить свое имя в кубок?
— Нет, сэр, — вновь в унисон сказали они.
— Они говорят неправду! — воскликнула мадам Максим.
— Мистер Крауч, мистер Бэгмен.— В голосе у Каркарова появились льстивые нотки. — Вы — наши беспристрастные судьи. И вы, конечно, согласны, что происшедшее противоречит правилам Турнира?
Бэгмен вытер носовым платком круглое мальчишеское лицо и глянул на Крауча. Тот стоял в тени, в нескольких шагах от камина. Полумрак старил его, делал похожим на призрака. Но заговорил Крауч обычным брюзгливым тоном.
— Мы должны строго следовать правилам. А в них написано черным по белому: тот, чье имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в турнире.
— Ну конечно! Барти знает правила, как свои пять пальцев! — просиял Бэгмен и взглянул на протестующих гостей, как бы говоря: спор завершен.
— Я настаиваю на том, чтобы увеличили число моих подопечных, получивших доступ к Кубку огня. — Каркаров отбросил подобострастный тон, улыбка сползла, лицо злобно исказилось. — Зажгите его еще раз. Все школы должны иметь равное число чемпионов. Это, Дамблдор, будет честно!
— Поймите, Каркаров, это невозможно, — возразил Бэгмен. — Кубок огня погас, и его разожгут не раньше следующего Турнира.
Спор продолжался ещё долгое время, пока, наконец, Каркаров и Максим не угомонились. София понимала, что они не успокоились, это было лишь прикрытие.
Когда она собиралась выйти из комнаты и отправиться в спальню вместе с Кассиусом, который оглядывал её мрачным и сочувствующим взглядом, отец схватил её за руку и потянул к себе в кабинет.
— Кого ты попросила бросить свое имя в кубок?! — он злобно прокричал, откидывая назад свои чёрные волосы, а болезненно-бледная кожа засветилась ало-красным.
— Папа, честно, никого, — она держалась спокойно, горделиво и непринуждённо, будто ничего не произошло сегодня в Большом зале.
— Скажи мне, София. Просто скажи, какого дьявола твоё имя оказалось в кубке?!
— Я… я не знаю, правда. Я даже не думала кидать его туда.
— Тогда как?
— Может быть, кто-то решил подшутить?.. — неуверенно произнесла она, замечая, как отец изменился в лице.
— Неделя отработок, София. А теперь иди спать. Завтра тебя ждёт сложный день. Интервью, фотосессия, — издевается.
В гостиной её встретила гробовая тишина. Там никого не было, хотя по идее они должны были устроить вечеринку в честь двух чемпионов с факультета.
— Как твоё имя попало в кубок? А, Снейпи? — холодный голос Малфоя раздавался эхом по пустой гостиной. Он стоял в лестничном проеме ведущего в спальню девочек. — Какого черта, Снейпи? Как ты это провернула? — он не злился. Он был в недоумении, смятении и явном страхе.
— Я без понятия, Драко! — она поджимает губы и вытирает покатившиеся слезы рукавом толстовки. — Ты ведь знаешь, у меня и в мыслях такого не было! — подбежав к нему, она обняла его, не замечая, как из спальни вышел Блейз.
— Миленько. Нарушитель правил министра магии София Снейп и драгоценный наследник рода Малфоев Драко Малфой влюблены друг в друга, на первую полосу пойдёт.
— Боже, Забини, — закатив глаза, она вошла в комнату, где её встретила тишина. Девочки спали, либо притворялись, что спят. — Панси, ты ведь на моей стороне? — она смотрела на спину подруги впритык.
— Безусловно, — тихо, по-детски невинно произнесла она и, встав с кровати, подошла к подруге, и, обняв, легла к ней на кровать. — Посплю с тобой, рыжик.
Проснувшись утром, она не сразу поняла, что произошло вчера вечером.
В гостиной её встретил шквал аплодисментов, а у каждого на груди висел какой-то значок.
Подойдя к Драко, она взяла один такой значок и прочла:
— «Уорингтона и Снейп поддержим, они настоящие чемпионы». — Легкая улыбка коснулась её губ, а затем она продолжила. — «Гарри Поттер, ты смердяк, Задавала и дурак». — Очень забавно, сам делал? — закинув обратно в коробку, она уселась на диван рядом с ним. — Я не надену.
— Почему? Это ведь в поддержку чемпионов Хогвартса! — самодовольно улыбнувшись, он протянул ей значок.
— Драко, ты не понимаешь! Я участвую, мне нужно быть в нормальных отношениях с Гарри Поттером! Я не хочу умереть на первом же задании! — устало закрыв глаза, она все же взяла значок и нацепила на рубашку, и сразу же закрыла его кофтой. — Я сделала это, но только чтобы тебя не обидеть.
На уроке зелий, когда готовка противоядия была в самом разгаре, слизеринцы весело перешёптывались о случае с зубами Грейнджер, произошедшем прямо перед уроком, от этого всего их оторвал стук в дверь.
В класс шмыгнул Колин Криви и, одарив Поттера и Софию сияющей улыбкой, подошел к Снейпу.
— В чем дело? — сухо спросил декан Слизерина.
— Простите, сэр, но Гарри Поттера и Софию Снейп вызывают наверх. — София отложила нож и прислушалась, что там говорит младшекурсник.
Снейп, нагнувшись, приблизил к Криви крючковатый нос, и улыбка сползла с восторженного лица малютки.
— Поттеру и Снейп предстоит еще час работы с зельями. Наверх они поднимутся после урока.
Колин покраснел.
— Сэр, сэр, их ждет мистер Бэгмен, — испуганно проговорил он. — Все чемпионы должны идти. Их, по-моему, будут фотографировать.
— Хорошо, хорошо, — прошипел Снейп. — Оставь, Поттер, здесь сумку. Ты мне еще будешь нужен. А ты, София, придёшь после всех уроков. — Она лишь молча кивнула и, собрав все вещи, подошла к двери.
— Пожалуйста, сэр, Гарри надо взять сумку с собой. Все чемпионы там…
— Очень хорошо! — рявкнул Снейп. — Бери свою сумку и вон с моих глаз!
Поттер быстро сложил свитки в сумку и направился в сторону двери.
Следуя за Криви в нужную комнату, она не перестаёт закатывать глаза от раздражения, поскольку этот Криви только и говорит, что о Поттере.
— Желаю удачи, — попрощался он у двери, а Поттер открыл дверь, пропуская Софию вперед.
Это была небольшая комнатка, вероятней всего, бывший класс искусства, которое на данный момент в школе не преподаётся.
Кассиус ходит и что-то рассматривает, Флёр Делакур ведёт с ним беседу, медленно и размеренно шагая за ним. Вид у неё довольный, не то, что в день приезда. Она то и дело улыбается, откидывает назад свои белокурые волосы и весело смеётся. Виктор Крам задумчиво сидит на стуле, погруженный в свои мысли, отвлеченный только кашлем зашедшей Софии.
— О! А вот и наши последние участники. — Восклицает Людо Бэгмен, как только замечает прибывших четверокурсников. — Не стоит сейчас волноваться, будет только проверка палочек. Ну, знаете, не поломаны ли они. После церемонии вас сфотографируют для «Пророка». Это Рита Скитер, журналистка. — Стоило лишь обернуться, как перед глазами предстала лживая Рита Скитер, в своё время считавшая своим долгом раскопать о семьях пожирателей смерти все и чуточку больше. По взгляду её было понятно, что сейчас она решила вернуть былые времена. Впиваясь с каждой секундой в лицо Софии все больше, она начала медленно подходить.
— Здравствуйте. Я хочу знать о наших чемпионах все — от пелёнок до турнира. — Кокетливо-брезгливо улыбается и хватает за плечи Софию и Поттера. — Хочу знать, что в головах у самых юных чемпионов. Не против, если я возьму интервью у знаменитого Гарри Поттера, пока нет Олливандера? — улыбка её становится шире, а зубы будто поблескивают на солнце. — Вот и славно! — не дождавшись ответа, она уводит его в подсобку для швабр.
Как только дверь за ними закрылась, к ней подлетела Флёр, дружелюбно улыбаясь.
— Згавствуй! Твои волоси столь чудесны!
— Спасибо, Флёр. Твои тоже ничего, знаешь? — она улыбается ей и отходит к Краму, по-прежнему сидевшему одному. Он даже не обращает на неё внимания, лишь слегка вздрагивает, когда она садится рядом с ним.
Спустя минут десять слишком напряженного молчания в комнату вошёл Дамблдор с мистером Олливандером, и, сразу же заметив недостающего чемпиона, он отворил каморку и простоял несколько секунд, просто смотря на нечто, что там было.
— Позвольте представить — мистер Олливандер! — начал Дамблдор, усаживаясь на место для судей. — Он проверит исправность ваших палочек для заданий.
— Мадмуазель Делакур, если вы не возражаете, мы начнём с вас, — он улыбнулся, а Флёр Делакур подошла к нему ровной походкой и отдала палочку. — Хм-м, — протянул Олливандер, повертел ее в длинных пальцах, как дирижерскую палочку. Из палочки посыпался сноп розовых и золотых искр. Мастер поднес ее к глазам и внимательно рассмотрел. — Ясно, — сказал он спокойно. — Двадцать сантиметров, не гнется, розовое дерево. Содержит…
— Волос с головы вейлы, моей гран-маман. — Поттер фыркнул себе под нос.
— Да… да, — сказал Олливандер. — Я никогда не использовал для палочек ее волос. Слишком уж они получаются темпераментные. Но каждому свое, и, если она вам подходит…
Мистер Олливандер пробежал пальцами по палочке, проверяя, нет ли царапин или каких неровностей.
— Орхидеус! — воскликнул он, из палочки выскочил букет орхидей, и он протянул их Флер. — Мистер Уорингтон, ваша очередь. — Флер полетела на свое место, по пути одарив Кассиуса улыбкой.
— О да, узнаю своё творение. Акация, десять дюймов. Удивительная палочка, не каждый с ней совладает, мистер Уорингтон. В сочетании с сердечной жилой дракона, этот состав, безусловно, лучший. Ваша палочка идеальна, мистер. — Он взмахнул ей, и оттуда вырвался сноп зелёных искр, сложившихся в эмблему Слизерина. — Мистер Крам, прошу Вас, мистер Крам.
Виктор Крам встал, повел плечами, ссутулился и вразвалку подошел к мастеру. Протянул палочку и, сунув руки в карманы, нахмурился.
— Хм-м. Ежели не ошибаюсь, творение Грегоровича? Прекрасный мастер, хотя стиль не совсем тот, какой… Ну, это ладно…
Он поднес палочку к глазам и тщательно рассматривал ее, вертя так и эдак.
— Да… саксаул и сухожилие дракона? — метнул он взгляд на Крама. Крам кивнул.
— Толстовата, довольно жесткая, двадцать семь сантиметров… Авис! — Палочка из саксаула выстрелила, как ружье, из дула выпорхнула стайка щебечущих птичек и вылетела в окно навстречу солнцу.
— Все в порядке, садитесь. Что ж, кто там остался? А! Мисс Снейп! Хотел бы я взглянуть на неё. Удивительно, что вы очутились на Слизерине, ведь чаще всего владельцы похожих палочек на Когтевране. О! Она прекрасна! — он умиленно улыбнулся, подставляя палочку на солнце. — По моему скромному мнению, палочки из красного дуба очень красивы. — он взмахнул ею, оттуда вырвался букет осенних листьев цвета её волос. — Все просто чудесно, мисс Снейп. Теперь Вы, мистер Поттер.
— Не хотела отвлекать, но можно я заберу на интервью Снейп? Буквально десять минут. Как самая младшая, она должна пройти его одной из первых. — Встряла в разговор Скитер.
— Конечно, мисс Скитер, — Дамблдор поджал губы и поправил свои очки-половинки.
Её запихнули в каморку для швабр, а первый вопрос, заданный Скитер, прозвучал сразу же.
— Как твоё имя попало в кубок?
— Я попросила кинуть его туда старшекурсника. Не буду называть имён, но да, его бросил туда старшекурсник. — Она откинулась на спинку стула, не самого надежного, но все-таки выдерживавшего её. Скитер смотрела на неё с легким недоумением и восторгом по поводу того, какой же будет статья.
Взгляд Софии упал на прытко пишущее перо, которое записывало что-то про призраков в глазах и душевных страданиях, которые вскоре станут болезнью.
— Думаю, ваше перо ответило на все за меня. Пожалуй, я пойду. — Схватив сумку и открыв дверь, она направилась прямиком к выходу из кабинета.
