Как-нибудь

Выпал первый снег, который принёс с собой только грусть и неприятное понимание, что время идёт. Прохожие, абсолютно не готовые к такому резкому началу зимы быстро бежали по тротуарам, трасса была забита. Снежинки ещё с ночи кружились в воздухе, а сейчас на улице была практически метель. Дороги завалило, деревья до сих пор стояли в пожухших листьях. Павлова стояла у окна, облокотившись на подоконник. Ветер задувал в холодные комнаты квартиры. Зима принесла слишком много воспоминаний из прошлой жизни и слёзы невольно наворачивались на глаза. Даже кот, который обычно с самого утра просил поесть приуныл. Женщина не заметила, что уже несколько минут позади неё стоит Кривицкий, который с самого начала был в хорошем настроение, но слёзы Павловой он просто не мог видеть. — Ир, ну ты чего! — Мужчина аккуратно провёл рукой по плечу заведующий, а затем обхватив её за талию уткнулся головой в светлый пряди волос. — Мы же уже говорили об этом! — Уже зима! — Натянуто улыбнулась женщина. — Я не знаю, что на меня нашло. Просто, как-то страшно, не по себе! — Пожалуйста, не плачь! — Проронил мужчина. — Чего же ты всё время хоронишь меня заживо! Я с тобой, всё должно обойтись, я уверен! — Гена, я даже представить себе не могу, что будет, если ты оставишь меня! — Никогда, слышишь! — Он отстранился от Павловой и повернул к себе лицом. — Моё «люблю» значит очень многое, я никогда не разбрасывался словами! Мне тоже страшно, но не потому что я могу умереть в любой момент, а потому что я могу оставить тебя и ты полюбишь кого-то ещё! Мне страшно подумать, что я когда-то посмел бросить тебя! Это самая страшная ошибка, которую я когда-либо совершил в своей жизни! Я благодарен тебе, за то, что ты всё это время была рядом! Ты не выгнала меня, ты простила! Я не понимаю, что я сделал такого, что бы такая восхитительная девушка стала моей, но видимо человек я неплохой! Мужчина посмотрел в глаза Павловой. Она буквально сияла от счастья. — Спасибо тебе, моя родная! — Выдавил Кривицкий, сдерживая слёзы и крепко уткнулся в плечо женщины. — И тебе спасибо, Гена! — Расплылась в улыбке заведующая. — Нам вообще-то на работу пора! — Ну и чего мы стоим? — Мужчина тут же отскочил в сторону. — Ты кота накормила? — Нет, я… — Начала Павлова. — Вот так вот с вами, сначала забыли покормить, а потом и из квартиры выгонят! — Усмехнулся Кривицкий и удалился на кухню. Добравшись до больницы, Павлова быстро удалилась в свой кабинет, а Кривицкий встретил в коридоре Хромова, который попросил его ассистировать на операции. Заведующая выбралась из своего убежища и пройдя в приёмную тут же поинтересовалась: — Нина, что у нас сегодня? — Да всё более-менее спокойно, Ирина Алексеевна! Кривицкий с Хромовом оперируют, там всё приемлемо, а вот у Куликова… — Да? — Занервничала Павлова. — Привезли парня, авария. Там тяжёлый случай, ЧМТ и кровоизлияние в мозг, да плюс ко всему у парня четвёртая группа крови! Последние слова Нины оглушили Павлову. У них появился шанс! Заведующая, узнав в какой палате находиться парень тут же забежала туда. — Здравствуйте, Ирина Алексеевна! — Грустно сказал Куликов. — Реаниматолог у Вас уже был? — Нервничала женщина. — Был, да толку то! Можно регистрировать смерть, парень в термальном состояние! Единственное, что теперь можно сделать, так это использовать его органы для донорства! — Я этим займусь! — Выронила Павлова. — Где вещи пациента? — Но я уже им занялся… — Начал хирург, но понимая, что спорить бесполезно договорил. — У Фаины, она этим занимается! — Ответил Куликов. — Сейчас инкубируем и делайте всё, что считаете нужным! Павлова тут же вылетела в коридор и налетев на старшую медсестру забрала у неё вещи. Попросив передать родственникам о донорстве и смерти пациента, она скрылась у себя в кабинете. Достав паспорт парня, она увидела самый нежеланный документ, от которого нужно было избавиться. «Отказ от изъятия органов… Господи, прости меня, но это последний шанс!» Заведующая схватила бумагу и разорвав её на несколько кусков, метнула в урну. Сразу после звонка на счёт изъятия и трансплантации, в помещение ворвалась родня. Убитые горем и узнав о донорстве, родители подняли в кабинете настоящую бурю. Сколько бы Павлова не пыталась объяснить, что по презумпции без наличия отказа, пациент становиться донором, но мать никак не хотела понимать этого. — А если мы против? Мы его родители, что же это такое? Мы имеем хоть какое-то право! — Надрывалась женщина. — Я уже ничего не могу сделать, простите! — Проронила заведующая. — Пойдёмте! — Кинула Фаина, уводя за собой родню. — Вы не человек, Ирина Алексеевна! Мы пойдём к главному, Вы точно не отвертитесь! «Всё равно, эти органы уже ничем не помогут этому парню!» — Отгоняла она страшные мысли. Она понимала, что проблем теперь будет немерено, но выбора не было. Выйдя в приёмное отделение и убедившись, что Кривицкий ещё не закончил, она направилась к приехавшим медикам. Через несколько часов, Павлова уже сидела у себя в кабинете. Она понимала, что идёт на безумный риск, но больше ничего ей в голову не пришло. — Можно? — Улыбнулся Гена и зашёл в помещение. — Конечно, проходи! — Заведующая сорвалась с места и подлетев к Кривицкому уткнулась ему в грудь. Наконец-то рядом оказался человек, перед которым можно было не пытаться скрыть всю боль и отчаянье. Она не понимала, что делать теперь, но выбор уже был сделан. — Да чего с тобой сегодня, Ира! Пожалуйста, успокойся! — Кривицкий отстранился от женщины и аккуратно поднял её лицо на себя. — Ген, донор нашёлся! —  Еле как проговорила Павлова. — Ты серьёзно, Егорова? — Мужчина крепко взял заведующую за плечи, глаза наполнились слезами. — Чего ж ты тогда ревёшь? Всё же хорошо, Егорова! У нас всё будет хорошо! В кои-то веки, он мог сказать это абсолютно искренне. «Только сейчас ему нельзя ничего говорить о скандале с родителями!» — Подумала женщина. — На знаю… — Тихо ответила она. — Я счастлива, Гена! — Спасибо тебе, Егорова! Не помру, женюсь на тебе сразу же! — Улыбался Кривицкий. «Ох, если бы ты знал, что будет потом! А впрочем, это уже не важно!» — Пронеслось в мыслях. — Посмотрим! — Наконец улыбнулась заведующая. Мужчина аккуратно провёл рукой по лицу Павловой, вытирая слёзы. — Так, Ирина Алексеевна, отставить! Вы руководитель, какой-никакой! — Есть! — Отсекла женщина и прижалась к Кривицкому. — Не уходи никуда, пожалуйста! Домой пойдём вместе, у меня смена скоро кончится! — Да я как-бы и не собирался один уходить! — Я не об этом, Гена! Не уходи от меня вообще никогда! — Она заглянула в глаза хирурга, в которых читалась безумная благодарность. — Честное слово, обещаю! — Выпалил мужчина. С момента операции прошло совсем немного времени, Павлова всё это время находилась в кардиоцентре. — Как ты? — Спросила женщина у пришедшего в сознание Кривицкого. Врачи до сих пор давали не самые благоприятные прогнозы, но никто не хотел говорить об этом. — Хреново, честно говоря! — Улыбнулся Кривицкий. — Ну и сколько часов ты мучилась здесь? — Да немного! — Соврала женщина. — Послушай, тебя скоро выпишут, я возьму отпуск! И только попробуй мне что-нибудь вытворить! — Мне вот интересно, ты хочешь скрыть наши более чем дружеские отношение, но при этом я живу у тебя в квартире и ты уходишь с работы в отпуск, берёшь отгулы именно тогда, когда это делаю я! Как по мне, вообще не вызывающе! — Да ну тебя, Кривицкий! — Павлова нагнулась над мужчиной и аккуратно провела рукой по его волосам. — Я вот только не понимаю, как тебя вообще сюда пустили, вроде же это реанимация! — Улыбнулся мужчина. — Хотя, чему я удивляюсь, такой женщине невозможно отказать! — Вот тут ты прав, кто же мне откажет! — Я даже не пытаюсь спросить у тебя, что там в больнице из-за этих разбушевавшихся родственников, всё равно не скажешь! Надеюсь, что тебя не снимут с должности, а то я буду чувствовать себя последней сволочью! — Кто ж там меня снимет! — Спокойно ответила Павлова. — Ладно, я пойду, а то меня и так уже принимают за ненормальную родственницу! Выздоравливай, пожалуйста! — Хорошо! Что-нибудь придумаем! «Если бы ты знал, что снятие с должности это самое простое, чем я смогу отделаться!» — Сердце разрывало от невыносимой боли, но сейчас лучше было не выдавать своих эмоций. Павлова вышла на работу через несколько дней, чтобы не вызывать подозрений у коллег. После одной из операций, она как обычно направлялась в свой кабинет. Добравшись до места назначения, Павлова присела на диван и полностью провалилась в своих мыслях. Раздумье женщины прервал телефонный звонок. Было ясно, что это что-то срочное, ибо время было уже не детское. — Да, Ирина Алексеевна! — Раздался знакомый голос кардиолога. — Я на счёт Кривицкого! Наступила тишина, заведующая собралась с силой, готовясь к худшему. — Да, я слушаю! — Дрожащим голосом выдавила она.