Body Snatcher

      POV Ари.       Уже несколько часов я не могу сомкнуть глаз. Циферблат на часах показывает 1:39. Мои мысли только о Гарри. Черт. Завтра последняя тренировка перед началом финального боя. Я боюсь, что она станет последней его тренировкой в этом городе, в этом месте.       Пару дней назад Гарри рассказал мне многое. Я не думала, что он сможет раскрыться мне, поделиться со мной чем-то важным для него. С каждым его словом я видела, как становится ему легче. Он будто бы освобождает себя от всех этих тайн. Гарри столкнулся со многими трудностями на своем пути, но сейчас он многого достиг, и я просто этим восхищена! Не многие могли бы так прожить.       Когда он рассказывал про ту девушку, я почувствовала мимолетный укол ревности. Он до сих пор ее помнит. А если она все еще ему нравится?       Я переворачиваюсь на другой бок и тяжело вздыхаю. Завтра предстоит тяжелый день. Хотя, мне уже надо привыкнуть, что с Гарри легко не бывает.

***

      POV Автор.       Один и тот же клуб. Один и тот же ринг. Те же запачканные стены и синяя подсветка, вперемешку с тускло желтым светом. И тот же прежний Гарри. С того момента, как Америка и Ари пришли на тренировку парней, Гарри не проронил ни слова, даже не смотрел в ее сторону, хотя, раз все же взглянул. Он чувствовал, как Ари все время смотрела на него, но пытался это игнорировать. Гарри сосредоточился только на тренировке.       Завтра решающий день. Гарри и Лиам разминались и повторяли несколько важных комбинаций. Сегодня самое главное не перенапрягаться, чтобы завтра не расклееться.       Когда Лиам уходил пообжиматься с Америкой, Гарри все сильнее колотил грушу. Он считал, что Лиам должен полностью сосредоточиться на тренировке и завтрашнем бою, а не на какой-то девке.       Ари заметила его нервное настроение, но решила так и остаться сидеть в сторонке. Лучше сейчас не провоцировать Гарри. И да, она была права.       Вдруг со стороны послышался хлопок закрывающейся двери, от чего вся четверка развернулась лицом к источнику звука. Из тени начали рассматриваться силуэты, после чего они увидели, как медленно, вальяжной походкой, продвигается Тарантул. Позади него идут два преспешника.       — Неплохо, неплохо, — оценивающе, произносит Тарантул. Его взгляд останавливается на обжимающихся Америке и Лиаме, и он корчится. По виду можно сказать, что он... огорчился? Ари встряхивает головой, прогоняя безумные мысли. Она посмеивается сама над собой, из-за такой глупости.       — Что ты здесь делаешь? — послышался грубый голос Стайлса, который тут же, спрыгнув с ринга, направился прямиком к незванным гостям.       — Хей, полегче, — усмехнулся Тарантул и выставил вперед руки, делая шаг назад. — Я с миром, — слащаво улыбнулся он. — Хотел просто пожелать удачи, перед финалом, — проговорил он, приподняв брови вверх.       — Убирайся от сюда, — прошипел Гарри и начал подходить к нему, но Лиам успел преградить ему путь.       — Гарри, не горячись, — сказал Лиам.       — Да, Гарри, не горячись, — Тарантул спарадировал голос Пейна и его компания засмеялась. Ари стало не по себе, потому что видит, что Гарри на грани. Тем не менее она не знает, стоит ли ей вмешиваться или нет. Но на свой страх и риск Ари встает и все взгляды устремляются на нее. Ей становится неловко, но она не отступает.       — Что тебе надо? — спрашивает она и удивляется, от жесткости своего тона. Краем глаза замечает, что Гарри уже это не нравится.       — Хм, дорогуша, разве тебя никто не учил манерам? — наигранно произносит Тарантул. Девушка тут же вспомнила, когда на "свидании" с Гарри она сделала реверанс, потому что он сказал ей быть вежливой. Ари сдерживает улыбку, чтобы не казаться глупой.       — Не лезь в это, — фыркает Стайлс. Он очень злится на Ари. Либо на то, что он рассказал ей все вчера, под ее давлением, либо из-за того, что она и в правду сует свой нос туда, куда не надо.       — О, какая драма, — усмехается Дилан и хлопает в ладоши.       — Заткнись, — шипит Америка. Тарантул вопросительно на нее смотрит, но на удивление замолкает.       Ари немного расстроена, что Гарри такой с ней, сейчас. Ведь она знает его лучшую сторону, которую он прячет. Кажется, ей никогда не понять его: жестокий, высокомерный, опасный, но в то же время гуманный и "открытый".       — Проваливай, Дилан, — шипит Лиам.       — Завтра я размажу тебя по стенке, — спокойно говорит он и смотрит на Гарри. Тот тут же напрягается, и Лиам крепче держит его. Тарантул разворачивается и медленно уходит.       Ребята молчат, и эта тишина их раздражает. Ари пытается избежать грозного взгляда Гарри, потому что знает, что он зол на нее. Поэтому она разворачивается и идет в комнату. Никто не произносит ни слова.       Она проходит в комнату и тут же томно выдыхает. Не успевает девушки ничего сообразить, как ее тут же впечатывают в стену. Ари расстеряно смотрит вперед. Она, можно сказать, шокирована таким поворотом событий. Перед ней стоит Гарри. Его руки давят на ее плечи, тем самым прижимая вплотную к стенке.       — Что ты делаешь? — тихо спрашивает она, смотря прямо ему в глаза. Она не понимает, правда. Когда мы вернулись на круги своя? Гарри резко впивается в губы Ари. Такого она точно не ожидала. Сквозь поцелуй она слегка стонет, то ли от внезапноси, то ли от грубости Гарри, а может и из-за наслаждения. Она пытается его оттолкнуть, но ничего не получается, он лишь только делает шаг ближе к ней.       Гарри сам не понимает, что творит, но именно сейчас ему это нужно. Он хочет ее. Тем не менее он не собирается ради нее становится нежным и все такое. Он делает это, как всегда. Грубо, неопрятно... Но он замечает, что Ари это даже нравится. С каких пор она стала мазохистской?       Девушка очухалась только тогда, когда Гарри начал стягивать с нее кофту. Она отпрянула от него и, тяжело дыша, прошептала:       — Не надо.       Но эти слова на Гарри не подействовали.       Все снова повторяется. Эта же проклятая комната. Этот же грубый Гарри. Сегодня прям день разочарований для девушки.       Ари не хочет, чтобы это происходило так, как в первый раз, но каждое его прикосновение заставляет ее желать его больше.       Есть люди, которые внезапно появляются в нашей жизни. Они становятся наркотиками, некой зависимостью, уже просто не представляешь жизни без них.       Хорошо ли это: зависеть от него; изнурять себя тоской и скучаниями; волноваться за него каждый раз, когда он на ринге?       Но уже поздно что-то решать.       Он стал частью ее жизни.       Он стал ее наркотиком.

***

      Девушка собирает свои вещи с пола, попутно натягивая их на себя. Гарри лежит довольный, сцепив руки за затылком в замок. Ари до сих пор не понимала, почему Америка и Лиам все еще их не не застукали.       — Где ребята? — спросила она, даже не повернувшись к нему лицом.       — Я им сказал ехать домой, что я тебя подвезу, — ухмыльнулся парень. Ари тут же развернулась и вскинула брови вверх.       — Но ты этого не собираешься делать, — подметила она. Гарри кивнул и расплылся в самодовольной улыбке. Ари это взбесило, но она промолчала. Ее взгляд прошелся по оголенному торсу парня, спускаясь все ниже, и застыл на резинке от спартивных штанов, которые были немного спущены. Девушку залило краской, когда Гарри поймал ее на подглядывании. Она отвернулась и продолжила одеваться. Должна признаться, что этот раз был лучше первого, но хуже последнего. Гарри был груб, но не заходил слишком далеко. Тем не менее ей понравилось, что без внимания Стайлса не осталось, конечно.       — Да что с тобой? — вдруг выпалила Ари и развернулась к нему лицом. Никто этого не ожидал, ни парень, ни девушка. Она прекратила застегивать пуговицы на кофте и взмахнула раздраженно руками. Парень вскинул брови вверх, ожида продолжения. — Что на тебя сегодня нашло? Нет, не сегодня, вообще? Я думала, что все хорошо. Вчера ты рассказал мне то, через что прошел и...       — Не смей, — крикнул Гарри, вскакивая с дивана. — Даже не заикайся об этом. Не надо теперь меня жалеть! Я уже пожалел о том, что рассказал тебе. Так что будь добра, держи свой язычок за зубами, — прошипел Гарри. Да, он думал о том, что рассказал ей все. Он пожалел сто раз об этом, но с другой стороны было какое-то облегчение, что он высказался. — И что за дура могла бы полезть в разборки с Тарантулом?! — воскликнул Стайлс.       — Я не дура!       — Я тебе даже не говорю, а приказываю. Не лезь в это.       — Ты знаешь, что я все равно буду делать все по своему, — буркнула девушка.       — Завтра, надеюсь, последний день и я тебя больше никогда не увижу, — фыркнул Гарри на заявление Ари. Его раздражала эта ее напористась и настырность.       Как лезвием по сердцу. Ари чуть не задохнулась от резкой нехватки воздуха. Неужели она ничего не значит для него? В уголках глаз стали скапливаться слезы, но она сжала зубы и кулаки, чтобы не рассплакаться. Не хочут выглядеть действительно жалкой перед ним. Она обула свои балетки и направилась прямиком к двери, чуть ли не бежа. Напоследок она фыркнула:       — Удачного одиночества.