Rakkaus

      Астрид Оксеншерна смотрела в окно, думая о насущных делах. Одни сутки в пути, и она на месте, это совсем немного. Разумеется, она вполне могла полететь на самолете или поплыть на пароме, что было бы намного быстрее и экономнее, но ей отчего-то нравились именно поезда, нравилось смотреть в окно на сменяющиеся пейзажи и думать о жизни. В самом деле, как можно отказаться от возможности проехаться по половине Швеции, а после и едва ли не всей Финляндии. В этом была непонятная прелесть, которая безумно радовала. Астрид в принципе была человеком не сильно эмоциональным, ей слишком сложно давалось элементарное самовыражение, и именно в поезде она забывала о скованности и жизненных передрягах.       Так просто быть не собой в присутствии людей, которые на несколько часов стали твои соседями по купе. В этом тоже была своя прелесть. Дверца купе открылась, так что Оксеншерна вынуждена была оторваться от окна. Это была значительная стоянка в пригороде Упсалы, из Стокгольма Астрид благополучно доехала в гордом одиночестве. Но вряд ли можно было рассчитывать на то, что она будет одна в купе все время пути. Ее взгляду предстали двое молодых людей с дорожными сумками, одетые слишком легко для прохладного осеннего дня.       — Кажется, это здесь, — сказал один из них. Сверившись с билетами, он довольно закивал: —Да, точно здесь.       Астрид напрягла слух. Она не владела финским языком, но всегда его узнавала, где бы он не прозвучал. Воображение тут же додумало за нее: это явно финские туристы, одни из тех, что передвигаются по стране налегке, не имея строгого маршрута. Оксеншерна слышала о таких любителях, но до сих пор не представляла, как вообще можно путешествовать таким образом.       — Отойди с дороги.       Второй парень был явно не в духе. Закрыв за собой дверь, он тут же разместил сумки на багажную полку, а тот, что довольно улыбался, присел перед Астрид.       — Здравствуйте, — сказал он по-английски. — Похоже, мы с вами попутчики.       Он так и сиял дружелюбием, вызвав к себе мгновенную симпатию. Оксеншерна кивнула ему.       — Здравствуйте.       Она снова осмотрела обоих парней. Те были похожи столь сильно, что Астрид отметила про себя сразу — близнецы. При том были в них и существенные различия. Например, волосы. Если у первого они были золотистыми, то у второго черными, со светлыми корнями. А еще тот из братьев, что был крашенным, был в кожанке, с пирсингом и татуировкой на шее в виде какой-то черной вязи.       — Я Тино, — представился блондин, все так же сияя дружелюбием. — А это мой брат Вилле.       Оксеншерна кивнула.       — Астрид.       Ее часто до ужаса смущали люди, которые проявляли к ней хоть какой-то интерес, вот и сейчас вышло так. Обычно все принимали ее смущение за нежелание разговаривать или даже угрозу, но Тино лишь шире улыбнулся.       — Вы ведь местная, да? — спросил он. — В смысле из Швеции?       Беседа продолжалась, что было в целом довольно удивительным. Девушка кивнула, обратив внимание на то, что Вилле, уже разобравшийся с сумками, снял с себя куртку и присел рядом с братом.       — Да, я из Стокгольма.       — Круто. А едете куда?       Астрид невольно прикусила губу — совсем нехарактерный для нее жест.       — В Хельсинки.       Всего два месяца, как она рассталась с человеком, которого, казалось, любила на самом деле. Любила ровно до того момента, пока не застала его в постели со своей лучшей подругой. Сейчас эта ситуация казалась до ужаса глупой и несуразной, но именно тогда ей было невероятно больно. Так хотелось сбежать от всего. Теперь уже бывший парень в своей же измене обвинил ее. Она слишком холодная и помешанная на работе, она не умеет веселиться и радоваться жизни. Она слишком скучная. Что ж, Астрид понимала, что так и есть по сути. Да, она такая, и измениться она не может.       Наверное, это и стало причиной того, что она схватилась за предложение о работе в Хельсинки словно за спасательный круг. Преподавать шведский язык — что может быть лучше? Ей обещали неплохое жилье недалеко от рабочего места и хорошую зарплату, а большего и не надо. Астрид окунется в новый миг в новом для себя городе, в другой стране, такой неизведанной и пока мало понятной, и тогда не будет времени, чтобы думать о жизненных неурядицах. Все останется в прошлом, а впереди новая жизнь. Тем более что ей всегда было интересно побывать в Финляндии.       — Тогда нам по пути, — улыбнулся Тино. — Мы как раз там живем. А вы по работе или на отдых?       Этот парень задавал много вопросов. Оксеншерна удивилась, поняв, что она вызывает интерес у кого-то. К слову, братья явно были чуть старше, чем она сама, но при этом ниже ростом. Астрид всегда была очень высокой для девушки.       — Скорее по работе, — отозвалась она. — Планирую переехать туда на постоянное место жительства.       — Ого…       — Что, в Стокгольме не сидится?       Вилле вступил в диалог весьма неожиданно. Астрид напряглась, видя откровенное недружелюбие, но Тино засмеялся.       — Да перестань ты! Нет ничего плохого в том, что такая красотка переедет жить в Хельсинки. Это же круто. Мы любим красивых девушек.       Брошенная вскользь фраза заставила Астрид невольно покраснеть под тяжелым взглядом Вилле. До чего же они непохожие, если подумать.       — Угу…       Вилле тут же уткнулся в свой телефон, а Тино вновь привлек к себе внимание девушки.       — Не обращайте на него внимания, Астрид, он только старается быть грубым, на самом деле он милый.       — Да пошел ты, мудила.       Астрид кивнула, понимая, что реплика Вилле была на финском. Ей всегда нравился этот язык, хотя реагировала она на него как-то очень необычно. Звуки этого языка, слишком непривычные и немного резкие, всегда ей нравились. Нравились больше английского языка и порой даже больше шведского. Вот еще один плюс переезда в Хельсинки — она сможет уже освоить финский язык.       — Все нормально.       — А почему вы решили ехать на поезде, а не на пароме?       Оксеншерна отвела взгляд.       — Сложно объяснить… Хотелось немного посмотреть страну.       Вилле хмыкнул, а Тино лишь кивнул:       — Я вас так понимаю. Уверен, вам понравится Финляндия, — он положил ладони на столик, что отделял от него Астрид. — Ну что, выпьем за знакомство?       Оксеншерна встрепенулась. Ей уже говорили о том, что финны — большие любители выпивать, и при том знатоки этого дела, потому как умеют подолгу не пьянеть вообще. Сама Астрид если и пила, то только по каким-то праздникам, в большой компании и всегда в меру, чтобы не терять самообладания.       — Не думаю, что это хорошая идея.       Однако Тино уже вскочил на ноги и, стянув с багажной полки самую маленькую сумку, открыл ее.       — Да бросьте, Астрид. Нам долго ехать, вполне можно немного расслабиться. Или шведы не умеют пить?       Это не было вызовом, парень явно просто шутил, но Оксеншерна настороженно замерла, вспомнив о том, что говорил ей бывший. Да-да, что она не умеет веселиться и расслабляться, что она всех раздражает своей серьезностью. Эти слова так и засели в разуме, причиняя искреннюю обиду, ведь Астрид всегда старалась соответствовать чужим ожиданиям — быть хорошей дочерью для родителей, примерной ученицей и студенткой, хорошим работником. И в итоге все вылилось в это. А что же будет в Хельсинки? Если она покажется им такой же скучной, то Астрид, очевидно, так и останется изгоем, а этого совсем не хотелось.       — Ладно, — решительно кивнула она. — Давайте выпьем.       Тино довольно кивнул, а вот Вилле перевел любопытствующий взгляд с Астрид на брата, а после спросил на финском:       — Она тебе нравится?       Тот хмыкнул:       — Ты же знаешь, как я отношусь к шведским девушкам.       Вилле усмехнулся.       — Да, точно. Шведские женщины созданы для того, чтобы их трахали финские мужчины. Я это помню.       Оксеншерна лишь опустила взгляд. Она не понимала, о чем говорят братья, но тактичность не позволяла ей спросить о чем-либо. Тем временем Тино накрывал на стол, а ехать было и правда долго. Зато Астрид полюбуется пейзажами, и в компании, какой-никакой.

***

      За окном уже стемнело. Астрид понимала, что выпила лишнего, но ее совершенно не волновало. Они разговаривали ни о чем, пили и закусывали. Оказалось, что у Тино и Вилле с собой очень много водки. Оксеншерна хоть и пила меньше всех, опьянела раньше. Тино без умолку о чем-то рассказывал, но Астрид давно потеряла суть повествования.       Она то и дело ловила на себе взгляды. Каждый из братьев смотрел по-разному, но суть явно была в одном и том же. Тино как и прежде сиял, но теперь Астрид ловила себя на мысли, что за этой улыбкой слишком многое скрывается. Вилле практически не закусывал и все реже отводил взгляд. Будь Оксеншерна трезвее, она бы точно сбежала, слишком сильно смущенная, но от трезвости не осталось и следа, а потому девушка вела себя не так, как обычно. Ей льстило пристальное внимание к ней. Когда она сняла с себя пиджак и осталась в одной белоснежной блузке, немного просвечивающей в области груди, братья синхронно замерли.       Астрид редко бывала в центре внимания. Она всегда и всем казалась странной, действительно слишком уж серьезной. Ее чаще избегали, так что Оксеншерна смирилась с тем, что мало кто ищет общения с ней. Оказалось, что чужое внимание весьма приятно, особенно если ты не в силах рассуждать здраво. Быть может финны просто слишком просты по своей натуре, а потому так открыто показывают симпатию? Или братьям обоим на самом деле интересная Астрид, которую все знакомые в Стокгольме, в том числе и ее бывший парень и бывшая лучшая подруга, считали очень скучной и странной.       — А знаете, Астрид, — сказал Тино, пересев к ней. — Ведь это получается, что вы жить будете недалеко от нас. Объективно мы сможем ходить друг к другу в гости. А если решите точно остаться, то я могу поискать вам квартиру подешевле и поближе к нам, тогда мы точно будем соседями.       Вилле прыснул и залпом осушил стакан. Астрид уставилась на его ладонь, на серебряные кольца на пальцах и небольшую татуировку на запястье, и как-то упустила момент, когда Тино оказался слишком уж близко. Он взял ее за руку, и она обернулась к нему, явно не понимая, что да как.       — Эм-м… Соседями?       Парень кивнул.       — Ну да. Вы же не против продолжить наше знакомство, Астрид?       Оксеншерна уже не могла ни о чем думать. Тино был слишком близко. Его фиалкового цвета глаза смотрели на нее с откровенным вожделением, которое никак не сочеталось с милой улыбочкой. Девушка сглотнула и попыталась отстраниться, но Тино оказался проворнее. Он схватил Астрид за плечо, а потом уверенно сократил расстояние между ними.       Она просто замерла, не понимая до конца, что ее целуют. Тело было слишком расслабленно, на душе было спокойно, так что Астрид прикрыла глаза и приоткрыла рот, позволяя Тино скользнуть языком по ряду белоснежных зубов. Он оказался неожиданно настойчивым. Оксеншерна с придыханием скользнула по его свитеру пальцами, думая о том, что ей нравится его напор. Кажется, ей говорили, что финны часто бывают весьма горячими и страстными. Но в какой-то момент к ней вернулся здравый смысл. Что она вообще творит? Целоваться с едва знакомым парнем в купе, да еще и в присутствии его брата.       Астрид не без труда отстранилась от Тино и попыталась подняться на ноги. Очки в тонкой оправе съехали с лица. Кажется, Тино их поймал и усмехнулся, а Оксеншерна между тем ударилась ногой о столик, но все же смогла вырваться из его хватки и отойти немного.       — Что вы… делаете…       Ноги держали плохо, в голове был туман, а близорукое зрение никак не могло разглядеть очертания лица перед ней. Тем временем Тино тоже поднялся на ноги.       — Ты ведь не против, красотка. Я вижу это.       То, как изменился его голос и как он резко перешел на «ты», заставило Астрид замереть на месте. Едва она хотела воззвать к его здравому смыслу и донести до Тино, что это все неправильно, как ее схватили со спины.       — Заткнись и иди сюда, сучка.       Оксеншерна невольно вскрикнула, потеряв равновесие. Несколькими секундами позже она поняла, что оказалась на коленях Вилле. Ей в копчик ощутимо уперлось нечто, и девушка вспыхнула до кончиков волос, осознав, что именно.       — Нет, стойте…       — Не дергайся, а то выебу жестко и грубо.       И снова эта финская речь. Астрид упорно не понимала, что сказал Вилле, но все ее тело охватил невероятный трепет. Вилле, должно быть, заметил это. Тем временем Тино снова оказался рядом.       — Тебе нравится, да?       Руки Вилле грубо обхватили ее за грудь, а Тино держал на подбородок, не позволяя отвернуться. Астрид беспомощно выдохнула, признавая, что больше не может бороться с этим невероятным наваждением.       — Никогда такого не видел. Ее прет от нашего языка.       Вилле сжал крепче ее грудь, а сразу после скользнул ниже, чтобы обхватить за талию и буквально потереться своим пахом о ее зад. Оксеншерна выдохнула, уже не стесняясь того, что происходит, и сама развела ноги в стороны. Ее короткая юбка задралась еще сильнее, но Астрид вовсе об этом не могла думать.       — Значит, говорим на финском, — сказал Тино, довольно ухмыляясь. — Мне нравится эта горячая штучка. Она, наверное, уже потекла.       — А ты проверь.       Как только Тино отпустил ее подбородок, Вилле запустил ладонь в длинные светлые волосы девушки, грубо заставляя обернуться. От него пахло сигаретами и водкой, и эта смесь отчего-то заводила еще сильнее. Оксеншерна и не думала сопротивляться, когда Вилле буквально впился в ее губы поцелуем. Он был еще более настойчивым, чем Тино, и губы у него были шершавыми, немного потрескавшимися. Астрид выдохнула, почувствовав металл на чужом языке и не сразу поняв, что это пирсинг.       Тем временем Тино уверенно раздвинул ее ноги и скользнул руками по бедрам. Астрид то и дело норовила соскользнуть с места, но Вилле держал ее крепко. Оксеншерна едва не вскрикнула, когда Тино уверенным движением разорвал ее капроновые колготки как раз у самой промежности, а после уверенно провел рукой по поверхности трусиков.       Астрид и сама не осознавала, что возбуждена настолько сильно. Тино довольно хмыкнул и присел на колени. В тот же миг Вилле потянулся к пуговицам блузки Оксеншерны. Он расправился с ними быстро, благо их было не так много, а после нетерпеливо задрал кверху лифчик, дабы не напрягаться еще и с ним. Как только его руки скользнули по обнаженной чувствительной коже, Тино уверено сдвинул в сторону трусики. Астрид вовсе перестала понимать, что с ней вообще происходит. Она смогла разорвать поцелуй, а после посмотреть вниз, на Тино. Тот лукаво улыбнулся, прекрасно понимая, что она видит его несколько размыто без очков, а после склонился к ней и провел пальцем меж половых губок. Оксеншерна не смогла сдержать в себе громкий стон. Она невольно выгнулась, так что Вилле сжал ее грудь, а после коснулся кончиками указательных пальцев затвердевших сосков. Тино же раздвинул половые губки и коснулся клитора кончиком языка. Это все было слишком сильно и слишком невероятно для Астрид, которую никогда прежде и никто не ласкал подобным образом. Она и вообразить не могла, что может быть так — остро, чувственно и одновременно безумно стыдно.       Тино заскользил языком активнее, а Вилле припал к шее поцелуем, который сменился на укус. Астрид простонала и инстинктивно попыталась свести ноги, но Тино ей этого не позволил. С каждой секундой его ласки становились активнее и требовательнее, бесстыднее. Он буквально всосал в рот клитор, мягко обхватив руками, а Вилле не переставал теребить ее соски. Астрид просто пропала в этих ощущениях.       — Знаешь, мне тоже нравится эта горячая штучка, – заметил Вилле, говоря прямо на ухо Астрид. — Ширинка сейчас лопнет к черту.       Тино засмеялся.       — Сейчас я посажу ее туда, где ей самое место.       Он оторвался от влажной промежности девушки и поднялся на ноги. Оксеншерна не понимала, что он собирается делать, да и не была она в состоянии об этом думать. Тино обхватил ее за талию, прижимая к себе, а Вилле ловко расстегнул свои брюки. Астрид сглотнула, не увидев, но почувствовав его горячий член своей кожей. Тогда-то ей и стало понятно, что должно произойти дальше.       Девушка вцепилась в плечи Тино, ощущая его тепло и просто сходя с ума от совершенно неуместного ощущения надежности. Поразительно: эти двое творили с ней подобное, а она думала о том, что ей нравится, когда Тино ее вот так обнимает.       — Давай, детка, раздвинь ножки.       И снова финская речь, которая просто добила девушку. Она постаралась расслабиться. Вилле задрал ее юбку повыше, а после направил свой член к влагалищу. Астрид выдохнула. Она сама села на его ствол, все так же держась за Тино. Было немного больно, но вполне терпимо, тем более что ей самой хотелось, чтобы соитие произошло как можно быстрее.       Вилле как-то резко приподнялся, введя член до упора, а потом чуть вытащив. Оксеншерна простонала, когда он стал буквально вколачиваться в нее, не позволяя по сути привыкнуть к своим размерам. Тино тут же примкнул к ее губам поцелуем, склонившись и все так же придерживая девушку. Стараясь найти опору, Астрид не без труда попыталась поставить колени на лежак. Поняв, что к чему, Вилле остановился.       — Сучке нравится мой член.       Тино тем временем помог Астрид забраться на лежак. Теперь она оседлала Вилле, так что Тино мог не придерживать ее, а Вилле мог спокойно трахать.       — Сейчас она попробует еще один член.       Вилле потянул Астрид за волосы, заставляя задрать голову, а сразу после начал активно двигаться. Девушка окончательно перестала соображать, что да как. Она смутно понимала, что Тино расстегивает свои брюки, осознала, что ее лица коснулся еще один член, уже мокрый от естественной смазки, а потому сама провела по стволу губами, прекрасно понимая, чего именно хочет парень. Понимая, что она сама совершенно не против.       Едва она открыла рот, как Тино буквально вставил в нее свой член, заставляя сперва давиться.       — Вот так, хорошая девочка… Соси активнее, детка.       Переход с одного языка на другой давался ему очень просто. Астрид сглотнула, а сразу после обхватила губами ствол и принялась сосать. Опыта в минете у нее было очень даже мало, но вот желания сделать приятно просто с лихвой. Астрид просто пропала в ощущениях. Вилле трахал ее резко и грубо, и это безумно ей нравилось, а Тино не менее резво имел ее в рот, и это тоже сводило с ума.       В какой-то момент Астрид отстранилась от паха Тино и сжала мышцами член внутри себя. Все тело просто сковало от невероятного всплеска удовольствия. Она вскрикнула, совершенно не контролируя себя, испытав самый невероятный оргазм в своей жизни. Вилле вновь вцепился в ее грудь и прикусил местечко на лопатке, кончая внутрь. Оксеншерна не успела это осознать. В ушах шумело, перед глазами было марево из тумана. Тино буквально уселся перед ней, прямиком на колени своего брата, а Вилле, словно поняв, что да как, вытащил из девушки свой член.       Астрид снова обняла Тино, и тот вошел в нее, действуя едва ли не точь-в-точь так же, как его брат. Девушка повалилась на грудь Вилле, а Тино стал трахать ее, снова и снова приговаривая что-то на финском. В тот миг, когда он сжал ее талию, кончая, Астрид обхватила длинными ногами его талию.       — Наша сладкая шлюшка…       Тино вновь поцеловал ее, а едва он оторвался, Астрид сама повернула голову к Вилле, позволяя ему сделать то же самое. Будь она хоть немного трезвее, ей было бы стыдно, но в таком состоянии разум не был стеснен рамками приличия, а потому Астрид с восторгом наслаждалась тем, что ее возжелали сразу два горячих и страстных финна.

***

      На следующий день они доехали до Хельсинки. Братья, недолго думая, забрали багаж Астрид с собой, давая ей понять, что она едет с ними. Предложенная работодателем квартирка так и не пригодилась, потому что девушке нашлось место в доме Тино и Вилле. Не только место в доме, но еще и место в их жизни заодно. Так она и начала новую жизнь в новой стране и с новыми людьми. И, несмотря на то, что она решила больше не напиваться, в компании своих финнов Астрид научилась расслабляться и развлекаться. Это была любовь, пусть и такая странная и разделенная на троих, и однажды Астрид это осознает.