Devil may cry

Когда всё, что у тебя есть, — лишь разбитые мечты, Тебе нужен второй шанс. И тогда всё, что ты хочешь, Упадёт тебе в руки.       Чонгук ничего не понимал в тот момент, когда его начали готовить к операции. Кто её оплатил? Почему? Эти вопросы вертелись в голове омеги всё время до тех пор, пока не началась операция, а вернее даже операции. Повреждённые органы заменили. Мало того, Тэхён распорядился и о том, чтобы Чонгуку удалили все шрамы с тела. Поэтому Чонгук, когда смог наконец окончательно отойти от многочисленного наркоза и уже готовился к выписке, удивился. После операций остаются шрамы, у него нет ни одного… Странно.       Когда Джин (тот самый друг Тэхёна, которого он навещал в больнице) узнал о Тэхёновском акте благотворительности, он перекрестился левой пяткой и хотел уже вызывать экзорцистов, ибо Тэхён далеко не мать Тереза. Он никогда и ни к кому жалости не проявлял, а тут вдруг жест широкой души? Нет уж, увольте.       Но Тэхён на все его расспросы и волнения просто отмахивался, мол Джина это никаким образом не касается. Только вот Джин видел, что блондин меняется, причём для его рода деятельности не в лучшую сторону.       Тэхён и часто не мог понять причину своих поступков. Например, когда ногой мог проломить череп какому-нибудь очередному противнику, что почти бездыханно лежал на земле или свои безумные стратегии. Ну или то, что сейчас он купил плюшевого медведя и дорогие шоколадные конфеты по пути в больницу. Альфа знал, что Чонгука выписывают сегодня, поэтому хотел порадовать милого парнишку. Неизвестно, что им руководило, но блондин хотел окружить этого ребёнка теплом и заботой. Такого он не испытывал никогда прежде, но… Это так приятно.       Тэ ждал, когда омега выйдет из палаты, встав так, чтобы омега не заметил его. И вот, когда Чонгук выходил с сумкой, на него выскочил Тэхён, хотя сначала выскочил огромный медведь, и только потом уже из-за него выглянула довольная мордашка блондина. Чонгук ничего не понял, но не смог сдержать восхищённого вздоха при виде нежно-розового плюшевого зверя.  — Ну что, принимай мои поздравления, паппи*.  — П-паппи? — Чонгук ещё сильнее распахнул глаза в удивлении.  — Ага, просто ты мне напоминаешь милого брошенного щеночка~ — Тэ всё-таки вручил парнишке медведя, а щёки того налились трогательным румянцем.  — С-спасибо вам. А как вы знали, что меня выписывают сегодня? Да и вообще странно всё это… Это ведь… Вы оплатили мои операции? — Чонгук взволнованно посмотрел на альфу, а тот просто не смог врать, глядя в эти глаза.  — Да, это был я. Но разве это важно? Гораздо важнее то, что ты сейчас можешь спокойно радоваться жизни. Второй шанс, так сказать.  — Чем я могу вас отблагодарить? — Хотя омега понимал, что суммы были внесена баснословные.  — Успокойся, паппи. Мне ничего не… А хотя есть одно.  — Что же?  — Дай мне свой номер.  — Зачем?  — Тебе жалко что ли? — Тэхён состроил жалостливую моську, а Чонгук смутился и достал свой смартфон.  — Х-хорошо. — Тэхён получил что хотел, а затем сопроводил омегу до своей машины. Он не знал, что работники больницы от шока отойти не могли ещё долго, увидев его таким улыбчивым и дурашливым.  — Садись в машину.  — Я к незнакомцам не…  — А кто тебя заберёт? Извини, но я сомневаюсь что твоим родителям есть до этого дело.  — Хм… И правда. — Чонгук всё-таки сел и продиктовал свой адрес.       По дороге они мило болтали. Чонгуку было невероятно легко с альфой, будто не было никакой разницы в возрасте. Но всё хорошее когда-нибудь кончается. И вот они уже у нужного места. Тэхён помог омеге с вещами, а затем отправился к себе.       Дома Чонгука ждали полные непонимания приёмные родители, которые желали узнать, кто же так расщедрился. Но Чонгук молчал как партизан, отвечая лишь «не знаю». Всю ночь Чонгук думал только о Тэхёне. Тот весёлый и улыбчивый, но Чонгук знал, что Тэхён вовсе не тот, кем кажется ему. А в его глазах столько печали, что ни за какой улыбкой не скроешь. Шатен хотел, чтобы альфа открылся ему, чтобы рассказал о себе. Радовало одно: Тэхён явно не против общения, ибо взял его номер. Чонгук решил, что соберётся с силами и обязательно попросит Тэхёна о встрече. Альфа казался Чону произведением искусства, греческим богом, сошедшим с картины. Дорогая одежда как нельзя лучше подчёркивала достоинства альфы. И есть у Чонгука один грешок… Смачная задница альфы нарушила его покой, а руки аж чешутся. Но об этом никому знать вовсе не обязательно.       Тэхён был до неприличия счастлив. От любой мысли о милом омеге губы сами растягивались в улыбке. Тэхён так сильно не хотел появляться в жизни Чона, но он просто не смог. К нему тянет слишком сильно. Его хрупкое тело хочется сжать в объятьях, утыкаясь носом в каштановую макушку, узнать насколько мягкие у него волосы… В его большие глаза хочется смотреть вечность, а к алым губам прижаться своими. Тэхён так замечтался, что у него назрела «проблемка», которую пришлось улаживать в ванной. «Встал на подростка, ну заебись!» — именно это вертелось в голове у блондина во время рукоблудства. Но кто же знал, что их встреча произойдёт даже быстрее, чем они ожидали?