Колэзра: Sleeping Beauty AU, Darkside AU, Christmas AU
4 февраля 2018 г., 17:43
— Ты понимаешь, все говорили, что тут будет принцесса, — сказал Колин. — Спит, говорили, но от поцелуя проснётся.
Он вздохнул, поглубже укутался в горностаевую мантию. Эхо вздоха отразилось от сырых стен пещеры, капнуло в гулкое подземное озерцо. Тяжёлая золотая корона на голове Колина тускло блестела в пляшущем свете факела.
— Надо было мне догадаться, что здесь что-то не так. Этот шиповник повсюду… Каменные статуи в странных позах.
В пещере было холодно. Вода озера маслянисто блестела, факел, укреплённый на стене, трещал и ронял капли смолы.
— Я бы хотел тебе помочь, — с сожалением сказал Колин. — Но ведьма не даст. Она правит твоим королевством, пока ты спишь.
В хрустальном гробу, подвешенном к потолку на цепях, лежал юноша лет шестнадцати, одетый, как принц. Перехватывая надо лбом густые тёмные волосы, на голове у него сидел тонкий золотой обруч.
— У меня была идея — найти какую-нибудь девушку, чтобы она влюбилась в тебя и разбудила своим поцелуем, — сказал Колин. — Но сюда едут только принцы и рыцари. А королева-ведьма обращает их в камень, в зверей, делает своими слугами или просто убивает, если у неё плохое настроение.
Юноша в хрустальном гробу молчал и не двигался. Его глаза были плотно закрыты, руки — сложены на груди.
— Не знаю, почему она меня пока не убила, — сказал Колин. — Но однажды наверняка убьёт. Слухи ведь ходят, что тут мёртвым сном спит принцесса, и кто её разбудит — получит всё королевство. Только всех окрестных принцев и рыцарей она уже извела, вот и едет сюда всякая голытьба… вроде меня.
Колин подошёл к хрустальному гробу вплотную, упёрся ладонями в крышку и с трудом сдвинул её. Достал из кармана еловую веточку, перевязанную золотой лентой, вложил в руки принца.
— С Рождеством, Эзра, — тихо сказал он, наклонился и поцеловал его в белый мраморный лоб. — Никто не должен быть один в такой вечер. Я посижу тут с тобой. Немного.
Колин взялся за цепи, подтянулся на руках, сел на край гроба и пристроил локоть на крышку. Его горностаевая мантия свесилась до самой земли. Гроб беззвучно покачивался на цепях, как огромные хрустальные качели.
