Отпускаю или...? Теряю.

После выступления Ваня подарил Маргарите огромный букет из разноцветных роз. — Русалочка моя, ты была великолепна! — Булатов поцеловал любимую. Он не переставал восхищаться своей Багирой. — Спасибо, Ванечка! Затем Кошкина направилась к своим коллегам, чтобы попрощаться. Им жалко было вновь отпускать дорогую коллегу, но пришлось. Ведь они видели, что Рита наконец-то обрела своё счастье. Ещё 5 дней счастливая пара провела в Адлере, любуясь восходами и закатами на берегу моря, прогуливаясь по набережной, наслаждаясь обществом друг друга. Впереди их ждала напряжённая работа с редкими выходными днями, но они старались не думать об этом, наслаждаясь моментами счастья. Алевтине и Степану тяжело было расставаться с дочерью, потому как они редко виделись из-за её работы. Но будущий зять обещал, что они будут приезжать при первой же возможности. А в ближайшее время Кошкиным предстояло прибыть на свадьбу любимой доченьки. Родители были очень рады тому, что их дочь наконец-то обрела своё счастье и они видели сами, что отдают дочь в очень надёжные руки, по-настоящему любящему мужчине. Самолёт с офицерами уже поднялся в небо, они уютно устроились в креслах, обнимая друг друга. А в это время Степан Николаевич позвонил в Питер Соловьёву. — Степан, здравствуй! Рад тебя слышать! Как там у вас дела? — Здравствуй, Виктор! Да вот звоню тебя поблагодарить за помощь и сообщить, что молодые летят в Питер. — доложил Степан. — Это хорошо! Будем встречать значит. На свадьбу прилетите? — поинтересовался Соловьёв. — А как же! Любимую единственную дочку всё-таки замуж выдавать будем! — ответил отец Риты. — Ну значит скоро увидимся. А то сто лет уже не виделись. До встречи! — сказал адмирал. — До встречи! — попрощался Кошкин. Соловьёв положил трубку, затем вновь взял телефон и позвонил Пригову, приказал встречать счастливую пару и сам направился в КТЦ. В кабинете Пригова. — Так, Бизон, дуй в аэропорт. Встретишь там Батю, он вам пополнение в группу везёт. — как-то странно улыбаясь сказал генерал-майор, но Бизон не придал этому значения и как обычно возмутился: — Опять? Ну сколько можно-то? Ощущение, что у нас тут детский сад, а я нянька. — Не волнуйся, она очень опытный боец. Отличный снайпер и переговорщик. — посмеиваясь рассказывал Владимир. — Она? Опять ба… женщина? За что мне такое наказание? И вообще лучше Багиры всё равно никого быть не может, а она к сожалению служит у Шального и он её обратно не отпустит. — возмущению Бориса не было предела. — Я тебя уверяю, ты будешь рад, когда познакомишься с новым бойцом. И вообще, отставить разговоры. Бегом марш в аэропорт. — скомандовал Пригов. — Есть. — ответил Тарасов и вышел из кабинета. В аэропорту. Бизон ждал, когда объявят посадку нужного рейса и мысленно рассуждал по поводу пополнения: — Сколько можно уже баб набирать в отряд? Работать невозможно. Нянчить их постоянно. А Булатов как всегда в своём репертуаре. Бабник. И Ритку мы из-за этого потеряли, надоело ей смотреть, как он по бабам бегает. А ведь она его любит, я же вижу. А он, дурак, не видит. Ну ничего, сейчас прилетит, поговорю с ним серьёзно по этому поводу. Жалко мне Русалку, сколько она из-за него настрадалась. В своих мыслях Тарасов прослушал объявление о посадке самолёта и когда повернулся в сторону выхода, то очень удивился: — Русалка? Не понял. А чего это она с Булатовым идёт? А где же обещанное пополнение? Бизон выпрыгнул из машины и направился к своим друзьям. Булатов хотел было вызвать такси, как вдруг заметил знакомую машину и выпрыгнувшего из неё друга. — Здарово, Бизон! Какими судьбами здесь? — мужчина протянул руку коллеге. — Здарово, командир! — Тарасов пожал руку Бате, потом обнял и поцеловал в щечку Риту, — Привет, Русалка! Да вот меня Пригов послал тебя, Бать, встретить. Сказал ты нового бойца в группу везешь, только я что-то не пойму, где эта новенькая снайперша? И откуда ты, Ритка, тут появилась, ты ж вроде у Шального служишь? — Значит старая снайперша тебя не устраивает? Тебе молоденькую подавай? — Рита изобразила обиду и толкнула Бориса в плечо, в этот момент он заметил на пальце коллеги обручальное кольцо. — Не понял. — ответил Бизон. — Бать, скажи Бизону, что я на него обиделась и не разговариваю с ним. — Багира наигранно надула губы и отвернулась от друга. Иван лишь широко улыбался. — Подожди, так ты к нам что ли? — К нам, к нам. Насовсем. — Насовсем? Сомневаюсь. Я смотрю Шальной шустрый какой, предложение тебе сделал! И как же он тебя после этого отпустил к нам? Рита молчала, тихо посмеиваясь и глядя на командира. А Булатов решил перевести тему разговора: — Если тебя за нами прислали, то, я так понимаю, нас ждут в КТЦ. Так что поехали. Контр-адмирал открыл заднюю дверь и помог сесть Рите в машину. Сам же сел на место рядом с водителем. Рита села поудобней подальше от зеркала заднего вида, чтоб Бизон не видел её счастливую улыбку. И чтоб наверняка не выдать себя, отвернулась к окну. Всю дорогу до КТЦ друзья ехали молча. На парковке КТЦ великолепную троицу встречали: Соловьёв, Пригов и удивлённый Смерч в полном составе. Группа была в недоумении, что ж за пополнение такое к ним едет, что лично Соловьёв прибыл встречать. — А вот и наши молодые! — засмеялся адмирал и направился к выходящим из машины. А Смерчевцы удивились ещё больше. — Здравия желаем! — хором сказали Рита и Иван и рассмеялись. — Ну здравствуй, Рита! С возвращением тебя! Сбежала значит молчком, не попрощалась даже. — адмирал обнял Кошкину. Рита покрылась румянцем, опустила глаза и спросила: — Обратно возьмете? — А сама-то хочешь? — подтрунивал Виктор Фёдорович. — Очень! — улыбаясь ответила Багира. — Ну тогда берём, но с одним условием… — адмирал сделал паузу, все заметно напряглись, — сейчас же направляетесь в ЗАГС подавать заявление. Бизон, едешь с ними, проследишь, чтоб мимо не проехали. Пара стояла со счастливой улыбкой на лицах. Под шумок Иван притянул за талию Риту к себе. Кто-то из Смерчей прошептал: — Нифига себе условие… А до Бизона наконец-то дошло, он резко повернулся к друзьям: — Так это тебя Батя окольцевал? А я то уж напугался. Нет, ну вы и партизаны, мне могли бы сказать. Иван крепче обнял любимую и поцеловал на глазах у всех. Затем все бросились обнимать и поздравлять счастливых коллег. В день свадьбы. — Как же я, Рит, за тебя рада! Наконец-то ты обрела своё счастье! — Леся делала прическу невесте и рассуждала, — Надеюсь я когда-нибудь тоже встречу свою настоящую любовь. — Девочка моя, не переживай! Обязательно будет и в твоей жизни красивая история любви! Кстати, давно хотела спросить, тебе же Борька нравится, я права? — Маргарита прищурилась и посмотрела на Уманову, а та смущенно опустила глаза и пыталась оправдаться. — Ну он намного старше. Нафиг я ему нужна. Нет, у нас ничего не может быть. — Значит нравится! — констатировала женщина, — И ты ему нравишься. Поговорите уже, а не бегайте от своих чувств, как мы с Ванькой. Леся быстро закончила с прической и макияжем невесты и Маргарита любовалась в зеркало, когда в дверь позвонили. Девушка пошла открывать жениху и друзьям. Иван прошёл в комнату любимой и замер. Такой он не видел свою Русалочку никогда: белое платье с крупными ярко-синими цветами, завитые локоны украшала заколка с синими цветами. Колье, серьги и кольцо с синими камнями всё это так гармонично смотрелось на Маргарите, что Булатов долго не мог оторвать взгляд. Невеста немного покружилась перед ним. — Какая же ты у меня красавица! — наконец-то Иван оторвался от созерцания образа своей любимой, подошёл ближе, подарил букет и затянул в долгий поцелуй. Свадьба прошла весело и на удивление спокойно, в том плане, что их не вызвали на работу. Словно вся Вселенная радовалась за них и прижала хотябы на сегодня всё зло страны, чтоб Рита и Ваня смогли сполна насладиться счастливым днём в своей жизни. Спустя 2 месяца после свадьбы. Маргарита и Иван прогуливались по набережной после очередного рабочего дня. Женщина уже больше не рвалась в поля, покорно руководила группой из КТЦ и мужа тоже не выпускала. А по вечерам они часто гуляли по набережной или в парке, если позволяла погода. Сегодня с погодой им очень даже повезло, поэтому они медленно шли и любовались природой. Рита остановилась, любуясь гладью воды в которой переливами отражалось уходящее ко сну солнце. Иван подошёл и обнял жену со спины, зарываясь носом в её пшеничные волосы. — Вань, а ты в чудеса веришь? — вдруг спросила она у мужа. — Конечно верю, ведь ты моё главное чудо. — ответил Булатов и поцеловал любимую в макушку. На что Булатова взяла руку мужа, положила на свой ещё незаметный животик: — Вот здесь живет наше главное чудо.