Новая жизнь,новые мы и только прошлое позади.

Pov Автор Мальчики отвезли девушек домой и уложили спать. Каждый думал о том что их ждет когда они проснуться и что сказать чтобы помириться или хотя бы вернуть дружбу. До вечера в доме было тихо и никто не думал шуметь. Парни сидели в кабинете, разговаривая о работе и учебе, девушки же по одной начали вставать. Pov Алена Я проснулась и первым делом посмотрела на телефон, время было только пять вечера и нам уезжать только послезавтра. Я перевернулась на другой бок и поняла что Ника нету рядом, я вспоминала что вчера было и мне стало стыдно, надо попросить прощения и помириться если он на меня зол. Встав в кровати я ее поправила и тихо пошла в душ, когда я была похожа на нормальную девушку, я стала одеваться. Я одела домашние шорты и футболку Никиты, пошла на кухню чтобы приготовить ужин. В холодильнике я нашла мясо и фарш и еще рыбу, решив приготовить рыбный суп и пюре с мясом. Я принялась за готовку и услышала что с комнаты Олега вышла Виола и тихо начала спускаться вниз. Pov Виолетта Я выспалась и голова у меня даже не болела, встав с кровати, я ее обратно застелила и сходила в душ, переодевшись в лосины и длинную футболку Олега, я решила посмотреть кто там на кухне, тихо спускаясь с лестницы я услышала шорох в стороне кухне. Я присела на колени пытаясь хоть что-то разглядеть, тут сзади мне на плече кто-то положил свою руку и я чуть не закричала, но мне закрыли рот. Pov Нина Я встала, прибралась, сходила в душ и оделась, решила спуститься вниз. Когда я шла к лестницы то заметила там сидящую Виолетту и решила положить ей руку на плечо, но она испугалась. Я моментально закрыла ей рот рукой. — Не ори только, — сказала я и отпустила свою руку. — Не пугай меня так, — сказала она. — Кто там на кухне? , — спросила я. — Не знаю может парни, но я не особо хочу смотреть на них, — ответила мне Виола и с кухни вышла Алена. — Идите сюда, — сказала она тихо и мы выдохнули, спустились вниз, закрыв дверь на кухню мы без лишних слов начали ей помогать и когда ужин был готов мы решали кто пойдет звать парней. Но тут произошло то что мы не ожидали, кто-то начал открывать дверь и мы моментально оказались под столом. Pov Сережа Мы сидели и обсуждали план работы в кафе котором мы работаем, ведь там скоро будет отмечаться юбилей жены хозяина и нам сказали составить меню и прочее. Но я знал что головы каждого из нас были совсем заняты другим. — Так все хватит, так не пойдет, — крикнул я. — Что такое бро? , — спросил меня Олег. — Я понял, что такое мы не сможем работать пока не поговорим с девочками, — сказал Никита и как только Олег что-то хотел сказать мы услышали как на лестнице скрипнула ступенька и мы поняли что одна их них проснулась, потом еще несколько раз. — Ладно давайте дадим им время проснуться, а потом поговорим, — предложил Олег и мы согласились, но на удивление мы с кухни не услышали не разу не одного слова. Мы закончили работу и поняли что у нас все прекрасно и боссу должно понравиться. — Ну что пойдемте, посмотрим что там твориться? , — предложил Никита. — Чет мне страшно, — сказал Олег. — Да все там нормально, раз мы не разу ничего не услышали, — сказал я и вышел из комнаты, пошел в сторону кухни, дверь туда оказалась закрыта, но не заперта. Когда я ее открыл то оттуда услышали запах еды и наши желудки потребовали ее. Зайдя на кухню мы никого не обнаружили, только ужин стоящий на столе. — Ну и где они? , — спросил Никита, смотря на Олега. — А я откуда знаю, я с вами был, — сказал Олег. — Может они в гостиной? , — спросил я и Ник пошел туда посмотреть. — А я схожу обратно в комнаты, — сказал Олег и ушел, но когда парни вернулись то они сказали что их нету и тут под столом кто-то чихнул и мы услышали смех девушек и их головы которые вылазили из-под стола. Когда они появились все, то Виола опять начала чихать. — Ей хватит, — сказала Нина и протянула ей салфетку. — У нее же аллергия, на пыль, — сказала Аля и полезла в шкаф, доставая оттуда ампулу. — Нет я не хочу уколов, — крикнула Виола и начала бежать и прятаться за нас. — Но тогда мы поедем в больницу, ведь ты сама знаешь что чих это только первые симптомы, — сказала Нина. — Но я боюсь уколов, как Аля черепах, — сказала та и опять чихнула. — Если ты не сдашься сама, то я возьму тебя силой, — сказала Нина и Аля уже набрала в шприц лекарство. — Нет, — крикнула Виола и схватилась за руку Олега, тот схватил ее на руки и отнес в гостиную крича. — Нина я ее держу, — кричал Олег. — Предатели, предатели, — кричала Виола, но не пыталась убегать ведь знала что ей это не поможет. Когда ей сделали уколы она сидела и дулась. — Так все идемте ужинать, а потом о всем разбираться и это касается всех, — сказала Нина и посмотрела на Виолу, которая уже не чихала, но все еще обижалась. Pov Алена Виола как всегда повела себя маленькой, что помогло хоть как-то разрядить обстановку. Ели мы в тишине и она немного напрягала, когда ужин закончился, парни ушли кто куда и мы быстро прибравшись со стола решили с ними поговорить. Договорившись что встретимся тут когда закончим дела, мы разошлись. Я пошла в нашу комнату и застала Никиту который искал что-то в своем шкафу. — Что-то потерял? , — спросила я. — Да футболку с 10 сзади, — ответил он, даже не посмотрев на меня. — Вот эту, — сказала я и сняла ее, он повернулся и застыл на месте. — Ты же знаешь что это не решает все, — сказал тот. — Ну ты будешь брать футболку? , — спрашивала я, игноря то что он говорил. — Да зачем мне та футболка, когда есть ты, — сказал он и притянул меня к себе. Мы очень долго мирились, да и правду говорят что секс после сори лучше. — Нам надо почаще ругаться, — сказал Никита обнимая меня. — Ага, что бы мы точно кровать сломали? , — спросила я смеясь. — А что я не против, — ответил он. — Ты больше не обижаешься? , — спросила я, приподнимаясь и смотря в его карамельные глаза. — Нет родная, я не обижаюсь ты вполне искупила свою вину, — сказал он и поцеловал меня. Мы просто лежали в обнимку и не разговаривая не о чем. Pov Виолетта Я пошла в комнату и увидела что Олег стоит на балконе, без футболки и курит. Я подошла и достала со шкафа плед, сняв с себя лосины я осталась в одной его футболке. Я вышла на балкон и забрала у него сигарету сделала тягу, он на меня посмотрел взглядом мол готов прям сейчас убить. — Что неприятно когда близкий человек, тебе курит? , — спросила я, его. Он без слов забрал сигарету из моих рук и выкинул ее. — А ты оказываешься можешь быть плохой девочкой? , — спросил он меня. — Нет я никогда такая не являюсь, просто иногда проявляю свой характер и все, — отвечала я. — Да, а я бы не сказал, нам рассказали как ты кричала на бедную Веронику, — сказал он. — Она бедная? , она бедная серьезно, может ты хотел ее? , а не мог ведь она девушка твоего друга или она уже давала тебе? , ну что ты молчишь, — кричала я, но тут он заткнул меня поцелуем. И мы неотрывно целовались минут 5,пока у нас не стало нехватка воздуха. — Ты же говорил что не хочешь спешить? , — спросила я, уже спокойным голосом. — А я и не спешу, — ответил он. — Ну, ну, а что это было? , — спросила я. — Ты о чем говоришь? , — удивленно спросил он меня. — Об этом, — сказала я и поцеловала его. — Ну это не я спешу, а ты, — сказал он мне. — Вот сволочь ты, — отвечала я и хотела уйти, но он схватил меня и прижал к поручню. — Согрей меня, — сказал он. — А если я откажусь? , — спросила я. — Я тебе сброшу, — ответил он и я его обняла, укутывая в плед. — Может пойдем спать? , — спросила я, все еще прижимаясь к его телу. — Постоим еще немного и пойдем, — сказал он и взял меня за руку, поцеловал в лоб. Я не знаю сколько мы там стояли, но с ним мне было уютно. Я забывала о Саше, но он все еще не мог покинуть мое сердце. Pov Нина Я настроилась поговорить серьезно с Сережей и решить что между нами. Я зашла в комнату и увидела что он стоит возле окна. Я подошла и села в кресло напротив. — Ну? , — спросила я. — Что ну? , ты хочешь мне что-то сказать? , — спросил он. — Да я хочу услышать что ты думаешь, — ответила я, он повернулся и посмотрел мне в глаза. — А что мне говорить, то что ты чуть не оставила калекой мою бывшую не поговорив со мной, что ты чуть не сбросилась с моста, опять же не поговорив со мной и да ты же сказала что не хочешь меня видеть, — говорил он, — Тогда зачем сейчас весь этот цирк, я и так многое пережил что бы что-то выяснять, — крикнул он и отвернулся обратно. Меня взбесило то что он говорит, что многое пережил. — Да ты что серьезно, ты страдал в детстве, какое горе, — начала кривить его я, — Да ты не знаешь что мне пришлось пережить, что моя мать издевалась на до мной и винила в том что отец нас бросил, она меня была и почти каждый день бухала, она когда родила второй раз чуть не убила мою сестру, тебе повезло что твоя рядом и не бросит, а я свою не выдела уже как 7 лет, мне больно что я не могу ее обнять и поцеловать как ты свою и ты еще что-то говоришь про трудную жизнь, — кричала я, сидя все так же в кресле, — Ты нечего не знаешь о трудной жизни и не когда не узнаешь ведь тебе все достается легким путем, а нам с девченками пришлось проделать трудный путь что бы хоть как-то выжить в своем городе, — я встала и подошла ко второму окну, положила свою руку на подоконник. — Я тебе сожалею, — начал говорить он. — Нет стой не надо, я не люблю когда меня жалеют, мне нравиться моя жизнь и я жалею о том что произошло, так что убери свои сожаления куда подальше, — сказала я. — Нин, прости что говорю такое, — сказал он. — Нет, ты не виноват, это я подумала что между нами что-то есть и что это может перерасти во что-то больше, но когда ты меня предал, обманул я вспомнила своего бывшего Сережу и мне стало больно, что за такое короткое время, меня предали два человека, — сказала я и повернулась к нему. — Прости, за это, — сказал он и поцеловал меня. Я без сомнений ответила ему на поцелуй, мне захотелось это сделать при первой нашей встрече, я влюбилась в его глаза. Наш путь к кровати обозначила хаотично разбросанная по полу верхняя одежда — без нее сразу стало значительно легче дышать. Pov Сережа Нина окончательно превратилась в нечто буйное и неконтролируемое, и я вдруг почувствовал, что за этим неожиданным превращением кроется что-то иное. Я сел на постели и остановил ее в шаге от себя, не позволив упасть на меня. Ее глаза широко распахнулись от удивления, а руки тотчас покрылись гусиной кожей. Я улыбнулся со всей нежностью, на которую был способен. — Неужели ты меня боишься меня? Она отрицательно помотала головой — по-моему, слишком активно. — Я страшный? — Издевательски медленно я начал подымать верх ее футболку. Нина стала переминаться с ноги на ногу, не решаясь посмотреть на меня. — Нет… ты красивый… даже слишком… — сказала она, все так же не смотря мне в глаза. Я все так же продолжал подымать ее футболку и вот, она уже стоит без нее, в одних шортах, я понял что она была без лифчика. — Господи, как же ты прекрасна… — я коснулся ее груди и она вздрогнула, встретив мою руку нежным прикосновением к локтю. — Всего лишь хочу, чтобы ты почувствовала меня. Пожалуйста, почувствуй меня… Свет полного серебряного месяца, льющийся из окна, создавал вокруг Нины иллюзию сияния. Я коснулся кончиками пальцев ее раскаленной от острого желания коже, описав вокруг груди знак бесконечности, и провел линию вниз, по маленькому упругому животику. Нина закрыла глаза и прерывисто вздохнула, когда мои руки скользнули по ее пояснице и настойчиво потянули вперед. Я повторил тот же путь губами, позволив ей обнять меня как раньше — несмело, но крепко, я снял с нее шорты и теперь она открылась мне вся. Я целовал ее там, где она даже не ожидала, и с Нины постепенно спадала напряженность и оцепенение. Я знал, что после этой ночи она обязательно изменится, как меняется после завершающего шлифования прекрасная скульптура — вместе с последним нежным прикосновением художник будто вдыхает в нее жизнь.Я гладил внутреннюю поверхность ее бедер и впитывал безумно пьянящий аромат, теряя разум от желания. — Нины… моя Нина… Она тихо вздохнула, оплетая руками мою шею, и я заметил в ее глазах легкую дымку грусти: — Твоя… только твоя… И я осторожно забрал ее под себя. В голове стучало сердце, я не видел больше ничего, кроме огромных зелено-голубых глаз — широко раскрытые, влажные, они смотрели глубоко внутрь меня. Я дико боялся напугать ее, поэтому приблизился к уху и прошептал: — Тебе может быть немного больно… Не бойся, это пройдет. Она поцеловала мою щеку. Ее голос слышался будто издали: — Больно будет, если ты когда-нибудь еще раз меня предашь. В этот момент я резким движением прижал ее к кровати. Нина застонала и судорожно вцепилась в меня. Ладони Нины порхали по моему телу, словно горячие мотыльки, и мы сливались в нечто, гораздо более прочное, чем единое целое, потому что скоро я уже не понимал, куда исчезли пространство и преграды между нами. Я начинался там, где заканчивалась она, мы смешивались, словно два невесомые эфирные существа. Я будто смотрел на нее изнутри, и ясно видел, как в глубинах ее души тает что-то тяжелое, что-то напряженное и злое, что иногда, когда она стеснялась или боялась, проявлялось в ее голосе железом. Это было то, что не позволяло Нине быть собой — красавицей, достойной поклонения и восхищения, — и набрасывало на ее лицо и тело зловещую тень, неподвижную маску, в которой она растворялась и за которой скрывалась от всего мира. Живот ее напрягся, натиск мгновенно усилился стократ, и я обезумел от удовольствия, двигаясь все быстрее и мощнее.Я не знаю, сколько минуло времени — может быть, целая вечность. В какой-то момент ее дыхание прервалось, по телу пролетела судорога, и она выгнула спину, из последних сил цепляясь за меня. Вокруг вдруг потемнело, я почувствовал, как в ушах свистит ветер — мы падали в бездну, и падение наше становилось все медленнее, тише и мягче. Постепенно комната, время и пространство возвращались к нам, а мы — в себя. Она снова стала просто Ниной, я — собой, и мы лежали теперь, обнявшись, без малейшей возможности пошевелиться. Я потянул одеяло, вдруг почувствовав приступ озноба. Нина положила голову мне на плечо и затихла, лишь изредка прерывисто втягивая воздух. Прошло несколько минут. Я посмотрел на нее, но она этого не заметила.  — Я люблю тебя, — сказал я ей. Она даже не шелохнулась.  — Давно? , -спросила она.  — Как только увидел, — ответил я и снова припал к ее губам.