восемнадцать

      все кончилось также внезапно, как и началось. как пшик из пульверизатора или взрыв хлопушки. они ехали, свободные и молодые, по пустой дороге. слушали музыку, радовались, хотя позади было немало говна. они пили пиво с её отцом и хотели прокатиться на катере, чтобы ветер в лицо хлесткими порывами, и волосы за спиной. а теперь он, её Джеймс, бежит по ебучему пляжу, надеясь, наверное, что его не заденут пули полицейского отряда. а Алиссе остаётся только рыдать, вопить в истерике, резать горло его именем и смотреть, не чувствуя гребаных соленых слез на собственном грязном лице. что будет с ним, этим ебучим психопатом, который убил насильника, защищая её? сможет ли он убежать, затаиться до поры до времени, чтобы никто не нашёл, не посадил в тюрьму. у Джеймса сегодня день рождения. и, может быть, лучшим подарком будет его спасенная жизнь. Алисса бы хотела приготовить ему подарок, чтобы ему понравился, и он улыбнулся. той самой редкой улыбкой. но по воле жестокой судьбы он бежит по песку в неизвестном направлении, слыша свист пуль и отчаянный вопль своей то ли девушки, то ли подруги, не совсем понятно. Джеймс точно знает, что не хочет, чтобы все заканчивалось так. он не хочет оставлять её тут, с этими детективами, не хочет убегать от кого-то. но он точно знает, что хочет, чтобы Алисса осталась невредима и, что на самом то деле важно, жива. пусть все вокруг думают, что он ебаный псих, который заставил её уехать вместе с ним. пусть она останется невиновной и непричастной к этому всему. потому что если с ней что-то случится, то это конец.       конец ебаного мира.