6.00 p.m.

Руки тянутся к ней за помощью, рот распахнут в последнем крике. «Помоги». Красное на белом, белое на красном, пустые серые глаза. «Сделай что-нибудь». Она крутится на месте – вокруг лица, люди, дома. Никто ничего не сможет. Никто даже не пытается, а у нее не получилось. Не успела. «Пожалуйста». Воздух вокруг густой и в нем чужая боль висит плотным маревом, оседая в легких тяжестью, скручивая вены и кости. Всего этого было так много, так сильно, Мерлин. Сколько еще это будет продолжаться? «Я умираю». Его ноги вывернуты под неестественным углом - кровь растекается по асфальту, переливаясь бликами на солнце. Такая яркая, ужасающая. В нем, наоборот, уже совсем не осталось света. Она смотрит на него, вылавливая глазами последний вдох. «Ты могла все это предотвратить». Она просыпается. 1.12 p.m. Гермиона выпила третью кружку кофе и потерла покрасневшие глаза. Она опять не выспалась, и сердце сегодня отстукивало неровный ритм волнения и страха. Чертов кошмар преследовал ее всю неделю и ничего не спасало, даже магловское снотворное, которое купила пару дней назад. Этот сон все равно ее преследовал. «Ты могла все это предотвратить». Она дернулась и нервно огладила дрожащими пальцами горячий ободок кружки. Казалось, что его хриплый голос проник в голову, разъедая остатки спокойствия. Что бы это могло значить? Почему ей так страшно? Почему ей снится умирающий Малфой? Они видятся почти каждый день и уже давно оставили детскую ненависть в стенах мрачного Хогвартса. Просто работали рядом, иногда здоровались и вежливо прощались. Пару раз даже переговорились об отчетах и новой документации в отделе. Ничего, что могло бы наталкивать на подобные сны. Гермиона не желала ему смерти. Она относилась к нему довольно хорошо, если честно. Настолько, насколько это было возможно, после стольких лет вражды и кучи совместно пережитых чудовищных вещей. Но Малфой почему-то снился ей, каждую ночь на протяжении недели. Сон всегда был одинаковым, в нем ничего не менялось. Малфоя сбивала машина, на каком-то перекрестке, и она почему-то просто смотрела и ничего не делала. Смотрела и ждала, пока он умрет, не в силах сдвинуться с места от страха. Машина, которая его сбивала во сне, была черной, без номеров и хоть каких-то опознавательных знаков. Вокруг всегда было много людей: прямо рядом с Малфоем по переходу шла женщина в бежевом пальто, за ней двое мужчин в практически одинаковых куртках, впереди дорогу переходила бабушка с внуком и девушка с огромной белой собакой. Гермиона запомнила этот сон в деталях. Честно говоря, это было пугающе. И максимально сбивало с толку. Она избегала Малфоя все эти дни. Не могла даже смотреть на него, потому что перед мысленным взором сразу вставала ужасающая картинка. «Красное на белом, белое на красном, пустые серые глаза. Страх». Гермиона была не готова ко всему этому. Она стала нервной и раздражительной, сосредоточиться хоть на чем-то вокруг не получалось. Работать не выходило тоже - она ошибалась в простейших вещах и не понимала, что делать дальше. Смерть Малфоя стала ее навязчивой идеей и на это даже не было никаких причин. Это был просто сон. Просто сон, который так сильно пугал своей реалистичностью. Ничего более. Она отпила еще глоток кофе и посмотрела на отчет перед собой. Нужно заполнить еще несколько сегодня до пяти часов и сдать их начальству. Вот только это уже было обречено на провал, потому что Гермиона не могла собраться с мыслями уже двадцать минут и тупо пялилась на текст, не осознавая ни одного слова. И все же стоило попытаться - она не хотела потом краснеть. Это было бы ужасно. Так что Гермиона сидела и смотрела на листик перед собой. Ее руки дрожали. Она отложила кружку в сторону, потому что на секунду испугалась, что все выльется на отчет. Мерлин, почему же ей так страшно? 2.43 p.m. Гермиона заснула на рабочем месте. Она кричала. Во сне Гермиона бродила в каком-то темном здании, отчаянно пытаясь отыскать выход. Вокруг сгущалась тьма, расползалась по стенам, касаясь ядом ее саму. Что-то скрывалось в пустых комнатах рядом, шептало ей о смерти, предупреждало о чем-то. Ничего нельзя было услышать - мешал собственный крик. Ее ладони были в крови. Гермиона проснулась рывком, резко выдохнув от сильной боли в спине, которая была вызвана неудобной позой. Она сразу же посмотрела на свои руки. Они были чистыми. Гермиона встала из-за стола и вышла в коридор. Ей срочно нужно было увидеть Малфоя - странное, непреодолимое желание, наполняющее ее до краев. Внутри пульсировал ужас, нервы казались натянутыми до предела. Она шла так торопливо, что другие сотрудники испуганно вжимались в стену, не понимая, что такого могло произойти со всегда спокойной Грейнджер. В любое другое время, она бы это заметила, но сейчас? Мысли казались спутанными и чужими, странная паника переполняла все тело, мешая остановиться, толкая к действиям. Она застыла напротив двери в его кабинет. Драко с кем-то говорил и его насмешливый голос странным образом успокоил. Он жив. Гермиона прислонилась к двери ухом и вслушалась в его неторопливую речь. «Помоги мне». Вместо его голоса она слышала беспомощный крик в своей голове. От ужаса она дернулась, отшатнулась от двери, сжимая ледяными ладонями ткань штанов. Внутри все нарастал ужас, ширился, выплескиваясь дрожью по телу. Гермиона оглянулась. Все смотрели на нее. Она убежала в свой кабинет. 3.50 p.m. Ей было так страшно, что органы скручивались узлом. Она ничего не могла сделать. Ее тошнило и странное скребущее чувство в желудке не проходило. Дышать было до ужаса сложно - казалось, что воздуха не хватает, что он не доходит по легких, застревая где-то в носоглотке бесполезным пузырем. Все это не отпускало, мешало сосредоточиться на работе и сделать хоть что-то полезное. Что происходит? О ее странном поведении уже говорит весь отдел. До Малфоя это, скорее всего, уже дошло. Вероятно, он скоро зайдет в ее кабинет с вопросами, и она ничего не сможет ему на них ответить. Ничего. У нее просто паника. Она не написала ни строчки в отчете. Гермиона царапала свои запястья, ощущая леденящий душу ужас в каждой молекуле своего тела. Ей казалось, что она безумна. Будто бы ее мозг перестает работать так, как нужно. С ней что-то не так. Почему именно Малфой? Она думает, что ей нужно что-то сделать. Она могла бы следить за ним. Его присутствие успокаивает, верно? Может, ей просто нужно что-то придумать, чтобы застрять у него в кабинете до конца рабочего дня. Вдох-выдох. Он жив. Вдох-выдох. Она ни в чем не виновата. Вдох-выдох. Все хорошо. Все просто прекрасно. Гермиона не могла больше просто сидеть. Она вскочила со стула и торопливо оделась. Так она просто поедет крышей, если задержится здесь еще хоть на секунду. Стоило что-то предпринять, выпить успокоительное в конце концов. Сердце, казалось, собиралось остановиться от стресса, да и в целом, стоило сделать хоть что-то а не поддаваться бессмысленной панике. Было так страшно. Мерлин, спаси ее. Она выскакивает из кабинета и спешит к выходу. До конца рабочего дня еще час. 5.45 p.m. Она сидит в кафе за пару кварталов от своего дома, бездумно смотрит в окно и мысли удивительно пусты. Легче не стало - просто казалось, что все уже решено. Странное, чудовищное чувство окончательности поселилось в груди, расползаясь оковами по телу. Гермиона подумала, что ей нужно выйти на улицу прямо сейчас. Мысль казалась странной, непонятной, но почему-то - правильной. Словно что-то приказывало ей, диктовало все действия, мешая распоряжаться самой собой. Это место казалось знакомым, но она ведь ни разу тут не была. Почему вообще пришла именно сюда? Что-то гнало ее в спину, толкало прочь из кабинета. И вот она здесь. Что дальше? Гермиона заставляет себя сидеть на месте из чистого упрямства. Она кусала ногти и смотрела прямо перед собой. Сегодня пятое мая. Мысли вдруг стали невероятно четкими. Она посмотрела в окно и увидела красный свет светофора. Она смотрит на толпу людей. Белые волосы. «Помоги мне». Гермиона резко сорвалась с места и побежала к выходу. Она смотрела на дорогу, и ей казалось, что мир вокруг в замедленной съемке. «Ты могла это предотвратить». Гермиона закричала, когда увидела черную машину. Водитель что-то орал, словно бы ей в ответ и летел вперед. Драко смотрел широко раскрытыми глазами, совершенно точно не ожидая увидеть ее здесь. Всего одна секунда его взгляда, прежде чем... Гермиона не успела. Она видела этот перекресток во сне. 1.12 p.m. Она дергается и шипит – горячий кофе попал на ладонь. Она рассматривает коричневое пятно на белой бумаге. Гермоина не помнит, как оказалась здесь. Она помнит аварию. Это не мог быть сон. Это точно уже не был сон, верно? Все было совсем не так. Гермиона уставилась пустым взглядом на дверь, почти ожидая, что сейчас она откроется и кто-нибудь сообщит ей о новом эксперименте, поставленном на сотрудниках отдела. Что угодно. Все это было так странно. Вот она смотрела на смерть Малфоя. Вот она оказалась здесь. Она выкинула испорченный листок в мусорку и встала из-за стола. Почему-то ужасно болела голова и ноги дрожали. Все вокруг казалось таким нереальным, неправильным. Словно мир исказился, испортился, разрушился у нее на глазах, а Гермиона все это упустила. Когда она стала такой невнимательной? Так ощущается сумасшествие? Гермиона вышла из кабинета и пошла прямо по коридору. Она распахнула дверь в кабинет Малфоя и посмотрела на него внимательным взглядом, старательно выискивая хоть что-то, что покажет реальность происходящего. Ничего не было - на нем была черная рубашка, волосы лежали в полном беспорядке и с запястья сверкали дорогие часы. Нигде нет ни капли крови. - Где ты живешь? Голос у Гермионы почему-то звучало до ужаса хрипло и сорвано, словно она много часов кричала. Когда это было? Было ли? Малфой выгнул одну бровь и вопросительно оглядел ее с головы до ног: - Зачем тебе это? Гермиона пожала плечами: - В твоем доме есть кафе с тупым названием? - она не помнит, где была вчера. Или сегодня. Или что это вообще было? Драко осторожно кивнул глядя на нее, как на безумную. - Хорошо. Вернись сегодня с работы на час раньше. Она вышла из его кабинета, хлопнув дверью. 5.30 p.m. Драко выходит из своего кабинета ровно в пол шестого. Гермиона смотрит на календарь. Пятое мая. Она кусает губу до крови. В шесть она кричит. 2.43 p.m. Она сидит в кабинете Малфоя уже час. Сегодня снова пятое мая. Гермиона разговаривала с ним о работе, о домашних животных, несет чушь про заклинания и зелья. Драко удивлен, но не возражает. Терпит, изредка вопросительно разглядывая ее, словно надеясь найти разгадку на коже. Гермиона улыбалась, а голос в голове настойчиво кричал. Он вышел из кабинета в пять часов. В шесть часов Гермиона увидела кровь на своих руках. 1.12 p.m. На четвертый раз она не видела его целый день и усиленно работала. В пять часов она заперла его кабинет тремя заклинаниями. Он вышел в семь сорок. Через тридцать минут Гермиона истерически хохочет за своим столом. На пятый раз она призналась ему в любви и попросила пойти к ней домой сегодня после работы. Малфой согласился, но смотрел на нее при этом недоверчиво. Плевать. Гермиона уже не пыталась быть хоть немного нормальной. Они поднимались по лестнице к ней в квартиру. Он упал и сломал себе шею на третьем этаже. В тринадцатый раз Гермиона кричала так, что чувствовала как рвутся связки в горле. В пятьдесят третий она рассказала ему все. Драко ей не поверил и умер в пять часов вечера на том же перекрестке. Он поверил ей в шестьдесят третий раз и умер в своем кабинете, подавившись чаем, который она сама принесла ему в шесть часов. Гермиона слушала его хрипы и плакала. На сто пятый раз они занимались сексом, и Гермиона прокусила свое запястье до крови, когда он вновь умер. Гермиона вышла из окна своего кабинета на сто тринадцатый раз. Это не помогает и на сто четырнадцатый она не выходит вообще. Она поняла, что нужно сделать на сто двадцать второй раз. В сто двадцать третий Гермиона проводит с ним целый день, и Драко пригласил ее на свидание в то самое кафе. Она, конечно же, соглашается, и они выходят из его кабинета ровно в полшестого. Гермиона держала его за руку - вокруг было до ужаса спокойно, внутри тоже. Казалось, что сейчас все в порядке, что теперь все становится на свои места. Она так устала. Сейчас все закончиться. Вот здесь. Когда они переходят дорогу, она сжала его пальцы чуть сильнее, чем надо. Почему-то хотелось сказать так много, хотелось продлить все еще на пару секунд, но. Но в этом уже нет никакого смысла. Гермиона толкнула его вперед, стоило заметить черную машину боковым зрением. Это было так легко, так просто - почему она не сделала этого раньше? Драко закричал. Жаль, что он все это видел. Потом стало темно.

***

Драко пьет весь следующий день. Перед его глазами кровь и черная машина. Сегодня шестое мая. Гермиона рядом с ним смеется и гладит его по голове. «спасла». Драко ее не видит.