Тьма в потерянной душе

POV Эвери              Снова этот сон… Он одновременно заставляет чувствовать тоску и радость. В нашем маленьком доме, в котором я жила на протяжении пятнадцати лет, была маленькая столовая — совсем крошечная, но мы всей семьей туда помещались. Я сидела рядом с отцом. Он, как всегда, смеялся над моими кудряшками, я хмуро смотрела на него.       — Пап, ну прекрати… Сейчас такая мода.       — Ой, мода… Да ты на овечку похожа.       Я насупилась и покосилась на брата, который сидел напротив меня и ел мясо. Кейдн заметил мой взгляд и улыбнулся. «Не обижайся», — говорила его улыбка, и я улыбнулась в ответ. Мама принесла свою фирменную шарлотку и села рядом с братом.       — Приятного аппетита, Димьян. Не заставляй дочь хмуриться — она такая молоденькая, не хватало, чтобы у нее морщинки появились.       — Хорошо, Роза, я не буду больше смеяться над нашей маленькой овечкой.       — Ну пап!       В дверь дома постучали и за окном залаяла собака. Кейдн нахмурился и вопросительно посмотрел на мать; она тоже переменилась в лице. Я не смогла не заметить резкую перемену настроения.       — Что такое? Пап?       — Эвери, иди к себе в комнату и не выходи. Кейдн, проводи сестру.       Брат молча встал и подошёл ко мне.       — Идём, потом доедим…       Мне пришлось послушаться родителей — не хотелось усложнять им сейчас жизнь. Я встала и пошла к себе, рассеянно поглядев на брата.

***

      В который раз я просыпаюсь от этого сна. После этого я не могу уснуть и иду на пробежку вокруг академии. Но сегодня я проснулась поздно, с головной болью. Что вчера было? Я приоткрыла глаза и застонала от яркого света.       — Что вчера было? — хриплым от сна голосом спросила я у соседки, которая, судя по звукам, проснулась и уже была в душе.       — Бал. Ты что, ничего не помнишь? — Софи села на свою кровать и с улыбкой посмотрела на меня. Я медленно села и хмуро посмотрела на соседку. Именно сейчас ее улыбка и счастливое лицо раздражали.       — Мне пора на завтрак. — Я встала, сходила в душ, собралась и ушла, чтобы Софи ничего у меня не спрашивала.       Зайдя в столовую, я села на свое место и выдохнула. Как так можно? Помню лишь, что я была на балу вместе с парнем, который мне совершенно не нравился, и всё… Как я вернулась? Что было в актовом зале? Я не помню... Надо было меньше пить… Взяв тосты с джемом, аккуратно откусила кусочек поджаристого хлеба. Голова всё еще болела, но это должно пройти. Почувствовав на себе взгляд, я подняла голову и увидела Гастина Трента, преподавателя по истории магии и по защитным заклинаниям.       Сердце пропустило удар, а потом снова пошло, но уже в удвоенном ритме, меня бросило в жар. Резко опустив голову, я положила тост на тарелку и выдохнула. Сразу вспомнила, как мы познакомились.

***

      Начало учебного года. Я наконец-то нашла себе работу, и теперь не буду сильно переживать, что мне не хватает денег. Было поздно, и давно пора быть в общежитии — если тебя заметят, то непременно отправят к ректору, а она выгонит отсюда, и всё… Меня точно отправит: не знаю чем, но я ей не угодила. Миссис Эйбрамсон разрешила мне учиться с одним условием — будет какая-то жалоба или нарушение правил, и всё, можно идти собирать вещи.       Услышав шаги, я прижалась к стене и закрыла рот рукой, чтобы не было слышно тяжёлого дыхания. Постояв немного в нише, где я спряталась, я выскочила из укрытия и, не заметив преподавателя, врезалась в него. Мужчина не был старым, как многие преподаватели в нашей академии: молод, красив, лет тридцати на вид. Волосы были темными, немного вились, от него пахло ароматом прибоя и свежестью водопада. Я вздохнула запах и прикрыла глаза от наслаждения; сразу забылись все проблемы, хотелось стоять так вечность… Но передо мной был преподаватель и надо было взять себя в руки…       — Ой... Я такая неуклюжая... Простите. Мужчина подхватил меня и помог мне устоять.       — Да ничего. Не поздно ли для прогулок? Вы, конечно, не учитесь в моей группе, но это серьёзное нарушение, которое я не советую вам допускать впредь. Как вас зовут?       Тут я испугалась: сейчас точно пойдет к ректору и всё, меня отчислят.       — Э-э-э... Люси. Люси Певенс. Я просто задержалась в библиотеке, поэтому так поздно... Я, наверное, пойду в свою комнату, — отстранившись, я стала искать глазами выход, чтобы просто сбежать.       — Очень приятно. Мистер Трент. Было бы неплохо. А ещё лучше, если бы вы не попались на глаза ректору.       Преподаватель попрощался и пошёл к себе. Именно тогда начались мои проблемы с этим мужчиной.

***

      Снова поморщившись от головной боли, я прокляла алкоголь. Ещё раз так напьюсь и мало того, что всё на свете забуду, так еще и мучиться буду. Мимо меня прошёл Гастин Трент и оставил на моем столе стакан сока и таблетку, а потом скрылся за дверью. Я удивлённо посмотрела на него, но таблетку выпила. В столовую зашла Софи, улыбнувшись мне, села рядом и достала себе хлопья.       — А что вчера было? Я совершенно ничего не помню, — вздохнула я.       — Не знаю. Я пришла, тебя Гас притащил. Потом ушёл.       Гастин Трент на самом деле дядя моей соседки и подруги, но об этом я узнала только в этом году. С того дня, как я врезалась в него, прошёл год. Виделись мы с ним лишь пару раз — я старалась не попадаться на глаза, чтобы не возникло проблем. Но в этом году всё пошло не так… Брат, от которого я сбежала и спряталась здесь, поступил в эту академию, преподаватель, который мог пойти к ректору и сделать так, чтобы меня выгнали, теперь вёл у нас лекции вместе с группой Софи. И он до сих пор думает, что меня зовут Люси… Или нет…       — Какой ужас, надо будет извиниться перед ним…       — Да ладно. За что? — Софи удивлённо посмотрела на меня.       — Не помню. Но поблагодарю точно.       — Как знаешь. А он ушёл уже?       — Да, минут пять назад…

***

      Уже смеркалось. Солнце склонялось за горизонт и тоже постепенно уходило. Краски тускнели, тени обступали со всех сторон. Воздух стал гораздо чище (или это только мне казалось). Еще не кромешная тьма, но нет солнца и еще нет луны.       В темноте контуры домов и людей расплываются в густой бархатной синеве. Лица еле различимы, даже в двух метрах от себя человека уже плохо видно . Но в сумерках люди становятся ближе. Я медленно шла к академии, наслаждаясь тишиной и сумерками. В такое время мне становилось спокойнее, ты не заметен, на тебя не обращают внимание, можно заниматься всем, чем захочешь. Задумавшись, я не заметила, как врезалась в кого-то. Этим человеком оказался дядя Софи, Гастин Трент.       — Вечер добрый, — вздохнул Гастин, поймав меня. — Не считаете, что очень поздно для прогулок?       — Я с работы. Кстати, хотела вас поблагодарить за то, что меня довели до комнаты, и за таблетку. — Я опустила голову вниз и слабо улыбнулась.       — Да ладно, не за что. Всякое бывает. Но больше так поступать не стоит. Хотя кто меня послушает? Я посмотрела на него и нахмурилась.       — О чём вы? Я просто ничего не помню, мне Софи сказала, что вы меня в комнату отвели.       — Вы приставали ко мне и предлагали себя. Я уложил вас в кровать и ушёл… Из легких вышибло воздух, а перед глазами пронеслись воспоминания.       Вот я танцую со своим кавалером, меня раздражают его шутки… Потом я у столика, где стоят напитки: из-за нервов я выпиваю больше, чем надо… Уже через несколько часов я сбегаю с бала и плетусь по коридору академии. Снова шаги — прячуь и долго не могу выровнять дыхание.       — Выходите уже, — устало произнес мистер Трент. — Мисс Певенс, снова вы? Если вы считаете, что блондинку не видно в темноте, то вы сильно ошибаетесь...       — Ой... а давайте вы сделаете вид, что не видели меня? — я выглянула из угла, покачиваясь.       — Ой, а давайте я вас сначала сопровожу в комнату? А потом будем разбираться, — мужчина потер переносицу и строго смотрел на ученицу, то есть на меня. Мне стало не по себе.       — Вы хотите посмотреть мою комнату?       — Я хочу, чтобы вы добрались до комнаты и легли спать.       — Да, я хочу спать... доведите меня, пожалуйста, до постели.       — Пойдёмте уже. — Мужчина подхватил меня под руку и повёл в корпус. Снова рядом с ним я ощутила парфюм, который вскружил пьяную голову. Не понимая, что я делаю, положила голову ему на плечо.       — Какой вы сильный... и ловкий...       — Замечательно. Шагай давай.       — А еще грубый. Вот что я вам не так сделала? — спросила, надувшись.       — Вы мне ничего не сделали. Вы делаете хуже только себе.       — И чем же?       — И всем же. Быстрее. Пришлось идти быстрее в свою комнату. Кое как открыв ключом дверь, мы вошли в комнату. Гастин Трент, придерживая меня, уложил на кровать и стал снимать туфли. Я не смогла удержаться и, быстро обняв его за шею, поцеловала. Мягко, непривычно, приятно. От неожиданности он ответил на поцелуй, но быстро отстранился.       — Вы в своём уме?       — А можно ещё? Об этом никто не узнает. Вы же не мой профессор, — моей наглости не было предела.       — И тем не менее я преподаватель. Соблюдайте субординацию.       — А давайте мы не будем её соблюдать? Ведь вам понравилось. — Убрав волосы с лица, я улыбнулась.       — С какой это стати мы не будем её соблюдать?       — Я вам понравилась. Почему бы не провести время вместе?       — Потому что вы пьяны, а я преподаватель.       — А что бы было, если бы я была не пьяна, а вы не были преподавателем?       — Не знаю. Спите, — мистер Трент отстранился.       — А вы узнайте, я вот завтра работаю, зайдете за мной... — я зевнула и прикрыла глаза.       — Посмотрим. Спокойной ночи. Сильно покраснев, я перевела взгляд на свои туфли: лучше под землю провалиться, чем стоять сейчас перед ним.       — Простите, пожалуйста... Я не хотела... то есть не собиралась... какой ужас...       — Да ладно. Ты была пьяна. Я все понимаю.       — Точно? Я извиняюсь.       — Да, но хватит уже нарушать правила.       — Я вас поняла... — попрощавшись, я быстро пошла к запасному входу в академию.

***

      Уже поздно вечером, размышляя над этой ситуацией, я поняла одно — этот человек выводит меня на эмоции также сильно, как и мой брат. Значит, не стоит встречаться с ним без крайней необходимости. Софи вышла из душа и улыбнулась мне.       — Вечер добрый, что так поздно?       — Работала долго.       — Это ты зря. Кстати, что за деньги у тебя в тумбочке? Не боишься там хранить? Я брала крем и увидела… Я села и открыла тумбочку. Внутри был конверт, и по его объёму можно было предположить, что денег там немало.       — Не знаю... Это не мои. Неужели он решил купить моё молчание?