Bastard humans

Люди… их много… очень много… они веселятся и радуются жизни. Кричат… громко кричат… смеются… это ненадолго. Мозг давит на черепную коробку, голова начинает немыслимо болеть от одной мысли, что жертва до сих пор не принесена и что нужно поспешить. Там, откуда я выбрался первый и последний раз, дико находиться. Одному. В одиночной камере, мимо которой шныряют такие же, как и я. Мои копии. Хотя… я уже не знаю, кто я. Может я тоже копия? Или копия копии? В прочем не важно, я не горю желанием возвращаться обратно. Ласково беру пулемёт и иду по городу. Ни души. Мне разрешили всё кроме одного — калечить детей и святых особ. Ну что же, я не против поквитаться хотя бы со старшим населением этого поганого города. Вдалеке грохочет взрыв. Полыхающая машина делает несколько кувырков и падает на крышу офисного здания. Может там есть люди? Ноги сами несут меня туда. Дверь распахивается. Трупы. Кто-то был расчленён, кто-то заживо зажарен. И тут в ушах раздаётся писк, от которого мне приходится закрыть уши и упасть на колени. Это моих рук дело. Люди кричали от страха, охранники отстреливались по мне из-за укрытий, но их это не спасло. Пулемёт проехался очередью по колоннам, пара охранников упали на бетонный пол и корчились в предсмертных муках. Лицо женщины, лежащей возле своего рабочего места, я испортил, когда, схватив за волосы, бил об тот же пол. Звук ломающегося носа отложился в подсознании… и я прихожу в сознание. Поднимаюсь с колен и, снова оглядев помещение, покидаю офис. Улица встретила меня бурным дождём, бьющим по лицу. Очки летят куда-то в придорожные кусты, открывая всему миру моё уставшее лицо. Глаза смотрят вокруг. По прежнему ни одного человека. Как же я устал… Путь до дома стал длиннее, чем в прошлый раз. Горящие авто и горы трупов. Снова я. Везде я. И возле того здания, бывшего магазином, тоже я! Только меня ещё трое. Я подошёл к ним и осмотрел каждого: испачканные в крови руки и лица, очки так же сняты. Их полудикие глаза пялились на мой Ак, сжимаемый в одной руке. Я, проследив путь одного от него до автомата, пристально посмотрел в глаза последнего и кивнул. Коллективный разум, вроде это так называется. Он тоже кивнул. Другой, пялясь на свои пушки, прошелся языком по дулу одной из них и сказал, что его место в эпицентре бойни. Первый согласился. Третий, ничего не ответив, побежал за угол отлить, а когда вернулся, предложил идти с фланга. Я же, ничего не ответив, вытащил из рюкзака обрез, зарядил его одной рукой и пошёл вперёд. Остальные пошли за мной. Шли недолго. Путь через рельсовые пути и старую бензоколонку занял примерно полчаса. Могли бы быстрее, если бы третий не бегал каждые пять минут по маленькому, а первый не хотел бы обшарить карманы трупов. Я со вторым курили и ждали этих оболдуев. Ну… а что ещё делать? Не посылать же самого себя нахуй? И, кое-как дойдя до моего дома, мы снова закурили, только уже вчетвером. Полицейские лежали в лужах своей же крови и фикалий. Вспомнив, что это обычное явление для трупов, меня осенила отличная идея: подорвать свой дом, чтобы меня считали умершим. Слежка ни к чему, хоть я и могу расправиться с теми, кто меня ненавидит. Сил остаётся мало, и поэтому нужно спешить. И бежать из города. После того, как я озвучил своё мнение, копии с некой злобой уставились на меня. Их тела излучали странную дымку, от чего казалось, что они сейчас начнут гореть. Копии окружили меня. Первый, достав нож, швырнул его в мою сторону, но, из-за того, что я увернулся, попал в другого. Тот упал навзничь, смотря вдаль пустыми ярко-зелёными. Остальные отошли от меня и пустили по пуле себе в черепушку. Я вздохнул. Подойдя к каждому, закрыл их веки и подошёл к дому. Посмотрел в окно. Увидел сына. Он смотрел в телевизор на мои бесчинства. Не уверен, что он напуган, но он плачет. Его мать я убил за то, что она путалась с нашим соседом… шалава ебучая… Канистра отправилась обратно в сумку. Забрав сына, я сел в машину и поехал по кучам мёртвых людей, наказав ему не смотреть в окно. А потом он спросил: -Пап, а тогда, семь лет назад, это ты убил всех людей? И потом пустота. Мой сын, моя гордость пустил мне в лоб пулю из моего же пистолета.