Связаны кровью

Телефон зазвонил, и Клаус, откинув кисть, открыл сообщение. На сегодняшнюю ночь Винсент указал им три места, в которые нужно было заглянуть, но у него свои планы, от которых начинала кровь бурлить. Быстро перекинув это сообщение, а также напечатав несколько поручений своим полукровкам, он решительным шагом направился в покои Кэролайн. Клаус во второй раз после своего приезда в замок посещал её комнаты. Обычно он сообщал ей о чём-то нужном через Аврору. Он открыл двери и задержался в дверях. У неё было совсем тихо: в приёмной и гостиной никого, в кабинете тоже было тихо. Вампирским слухом он услышал шуршание из спальни. Наверное, нужно было позвать или постучать, но он не мог с собой ничего поделать и, не удержавшись, приоткрыл одну из двустворчатых дверей. И лучше бы он вообще не приходил к ней! Его словно под дых ударили. Остолбенев, в шоковом состоянии Клаус наблюдал довольно интимную картину. Кэролайн лежала на своей огромной кровати полностью нагая, широко раскинув ноги для Паркера. Его голова была между ними, и не трудно было догадаться, каким образом Кай ублажает её, причём он очень усердно старался. Клаус словил себя на мысли, что безумно сейчас хотел бы выкинуть через окно ведьмака и занять его место, но вовремя сдержался, услышав его недовольный шёпот: — В последнее время тебя не так просто заставить кончить, детка, вернее никак. Что происходит? — Кай хотел было приподнять голову, но она схватила его за волосы, удержав. — Продолжай, — шикнула она и повернула голову в сторону двери, — я уже близка… Она посмотрела на Клауса затуманенным взглядом и томно улыбнулась, нисколько не стесняясь его присутствия. Наверняка она знала о его приходе, как только он вошёл в её покои. Так, значит? Похоже, Паркер уже довольно долгое время трудился над ней, усмехнулся про себя Клаус; и что бы означали его слова? Ревность вмиг испарилась, и Клаус прислонился к дверному косяку плечом, послав ей чувственную улыбку. Её глаза расширились от удивления, а затем она тихо простонала от нахлынувшего возбуждения. — Вот так, любовь моя, — прошептал Клаус так тихо, чтоб только она его слышала. Он медленно провёл кончиком языка по верхней губе, и она выгнулась всем телом, смотря страстным взглядом в его глаза, что горели ответным жгучим желанием. С трудом подавив собственное возбуждение, Клаус ласкал страстным взглядом её груди и живот, когда тем временем Паркер, почувствовав в ней перемены, продолжал уже усерднее лизать её клитор и дырочку. Она закусила губу и начала извиваться так, что ведьмаку пришлось придержать её бёдра руками.  — Я хочу тебя, — продолжал шептать одними губами Клаус на русском. Она еле заметно кивнула и, закинув голову, выгнулась сильнее. Её тело тут же начала сотрясать дрожь удовольствия, заставляя биться в конвульсиях оргазма. Затем он наблюдал, как она, прикрыв глаза, лежала с блаженной улыбкой, всё ещё смакуя утихающий и такой восхитительный оргазм. Клаус подождал, когда она немного успокоится и, не желая продолжения, которое бывает после таких ласк, резко произнёс: — Если ты закончила, то нас ждут дела. — Кэролайн ещё шире улыбнулась, продолжая лежать, а Паркер подскочил с кровати, словно ошпаренный, и, застегнув ширинку брюк, с возмущением посмотрел на Клауса. — Да вы издеваетесь! — закричал ведьмак, переводя бешеный взгляд то на него, то опять на довольно лежащую Кэролайн, видимо, поняв, каким образом его использовали. — Извращенцы, мать вашу! — Осторожней со словами, Паркер, если жизнь ещё дорога, хотя… не могу не согласиться, в них есть доля правды, — усмехнулся Клаус, — а теперь собери остатки гордости и вали готовить всё к перемещению в Лондон. — Кай, надевая на ходу рубашку, подошёл к нему почти вплотную, посмотрев на Клауса ненавидящим взглядом, всё же решил уйти без комментариев. Кэролайн тем временем села, более не обращая на него внимания, и потянулась, словно довольная кошка после миски сливок. У Клауса перехватило дыхание, и он опять заставил себя побороть желание. Ещё рано. Сегодня он возьмёт должок во что бы то ни стало. Ради этого можно было потерпеть, ведь ожидание только усиливает эффект от удовольствия. — Жду тебя на террасе, и надень на себя что-нибудь поприличней, не в своём обычном стиле «готова ко всему и убить всех на свете». — Вот как? Что-то новенькое, Клаус. — Кэролайн встала с кровати и накинула на себя прозрачный пеньюар, что не скрывал, а только подчёркивал её соблазнительные формы. Под его восхищённым взглядом она прошла соблазнительной походкой к бару. Кэролайн налила себе текилу в рюмку и, выпив залпом терпкую жидкость, обернулась. — Уже предвижу, что ты задумал, дорогой. Для этого нам необязательно покидать стены замка. — Я настаиваю, Кэролайн, — подмигнул ей Клаус, — это важно. — Ну, раз ты настаиваешь и это важнее, чем защита клана, то я буду готова через полчаса. — Клаус, улыбнувшись, подошёл к ней и, взяв бутылку бурбона с бара, направился к балкону. — Обычно на сборы тебе необходимы минуты, — бросил он ей через плечо, — но ради такого случая я подожду тебя.