Поворот не туда

Годом ранее Энакину было скучно: вот уже три месяца они с учителем безвылазно сидели в Храме. То ли не находилось подходящей миссии, то ли Совету и в самом деле нравилось его мучить, но временное безделье давалось Скайуокеру тяжело. Нелегко было и Кеноби, которому приходилось постоянно краснеть за проделки своего ученика перед Советом. Семнадцать лет — сложный возраст, энергия била в Энакине ключом, и он попросту не мог усидеть в душных стенах Храма. Любимыми местами Скайуокера были самые злачные районы столицы, которые джедаи старались обходить стороной. Сколько раз Кеноби до хрипоты пытался убедить своего ученика в том, что гулять там небезопасно, да и вообще вредно для имиджа джедая, но все бесполезно. Энакин все равно периодически убегал и возвращался в лучшем случае под утро — помятый, грязный, порой с ссадинами и синяками, но всегда довольный. Большую часть таких отлучек Оби-Вану удавалось скрывать, но и той части, о которой становилось известно Совету, хватало для того, чтобы усложнить Энакину с Оби-Ваном жизнь. И если бы дело было только в этом! Нижние уровни — место крайне неподходящее для джедая, и что там делает его ученик, оставалось долгое время загадкой даже для Оби-Вана. Совет неоднократно осторожно высказывал нехорошие предположения на сей счет. Энакина подозревали как в распитии алкоголя, так и в участии в нелегальных боях, гонках и карточных играх. Пьяным Скайуокера никто никогда не видел, а вот насчет всего остального Оби-Ван поручиться не мог. Много раз он пробовал проследить за ним, раз уж предотвратить побеги не удавалось, но и тут его ожидала целая череда неудач. Когда же ему наконец это удалось, Оби-Ван был просто поражен. Энакин действительно участвовал в нелегальных гонках, боях и играл в азартные игры, но практически все свои выигрыши он жертвовал в детские дома нижних уровней, которые находились в крайне плачевном состоянии и были перенаселенными. В сущности, для корусантских бедняков он делал даже больше, чем весь Орден Джедаев. Его ученику нужно было куда-то выплескивать свою бешеную энергию, и он делал это не в тренажерных залах, как другие джедаи, а здесь, с куда большей пользой для общества. После этого открытия отношение Кеноби к таким побегам изменилось: теперь он отчитывал ученика лишь тогда, когда он являлся позже обычного или был сильно избит. В результате они все же договорились, что Энакин больше не будет участвовать в боях, это было слишком заметно для остальных джедаев. Оби-Ван не стал делиться своими наблюдениями с ними. Совет все равно не понял бы: благие цели Энакина не оправдали бы в их глазах намеренного нарушения Кодекса. Неудивительно, что когда им наконец дали миссию, то оба, — и учитель, и ученик, — сильно обрадовались. Правда, радость Кеноби немного поутихла, когда он узнал детали предстоящей операции. Дипломатические миссии Оби-Ван не слишком любил: очень уж часто подобные задания при их с Энакином участии превращались в агрессивные переговоры. Делались ли подобные назначения Советом специально (ведь по части ведения «таких» переговоров они были довольно эффективны) или же нет, он не знал. Но знал точно, что в этот раз они действительно сильно намозолили всем глаза, если уж им поручили это. Агрессивные переговоры на планете Ройс имели шансы закончится весьма печально. Ройс не входила в состав Республики, но таила в своих недрах огромные залежи одного ценного минерала, широко используемого в тяжелой промышленности Республики. Вхождение этого мира в состав государства значительно уменьшило бы торговую пошлину на него, но король Мёрф упорно отказывался заключать такой договор. Недавно Мёрф умер, не оставив прямого наследника, завещание короля также никто не обнаружил. Было оно на самом деле или же нет — одной Силе известно. В любом случае, теперь на Ройсе с его абсолютной монархией велась активная борьба двух ветвей династии — Уолтов и Моранов. Обе стороны ради поддержки Республики были готовы не только подписать договор вхождения, но и сделать большие уступки по ценам. Но Орден поставил задачу начать переговоры именно с Моранами, так как те имели чуть больше прав на престол, чем Уолты. Однако, пусть Мораны и были богатейшим родом на планете, зато Уолты пользовались большим уважением. В их роду хватало прославленных военачальников, одним из которых и был претендовавший на титул короля Лойс Уолт. Тогда как его соперник - Нев Моран долгое время был казначеем, которого народ не особо жаловал за увеличение налогов и податей. Неудивительно, что Скайуокера подобное решение совета возмутило. — Но ведь, учитель, кредитами на счетах Мораны от Уолтов не отобьются, если те к ним с оружием придут! — Энакин, мы не обсуждаем решения Совета, — без особой надежды произнес Оби-Ван. До выхода из гиперпространства оставалась ещё пара часов. Едва посвятив ученика в детали миссии, Оби-Ван понял, что они будут непростыми. — Даже если они неверные? — не унимался падаван. — Энакин… — Что? Если мы заключим договор с Моранами, а победят все равно Уолты, то они не захотят иметь никаких дел с Республикой! — Они не победят, если мы окажем Моранам помощь. — Велика помощь! — усмехнулся Скайуокер. — Да и конфликт развивается быстро, мы можем просто не успеть… Куда лучше в тайне начать вести переговоры с обеими сторонами, потянуть время и, когда станет более или менее ясно, кто победит, заключить договор. — Энакин, мы не будем так делать! — как можно строже сказал Оби-Ван. — Более того, с чего ты взял, что Уолты могут победить? У Моранов также есть сторонники среди военных, более того, они могут нанять наемников… — Наемники ненадежны, — тихо пробурчал Скайуокер, понимая, что спорить бесполезно. Вот только он все равно остался при своем мнении, и это впоследствии вышло им боком.

***

Чуть позже — Энакин, как ты мог? — задыхаясь от долгого бега, вопросил Оби-Ван. Его ученик превзошёл сам себя, проявив чудеса самонадеянности. Это ж надо было! Связаться с Уолтами и начать в одиночку вести переговоры за спиной у самого Оби-Вана и Моранов, которые восприняли это как предательство. — Простите, учитель… — виновато опустил голову Энакин. — Простите, что попался… — То есть во всем остальном ты был прав? — задохнулся от возмущения Оби-Ван и уже было хотел высказать все, что думает о его поведении, как резко замер, почувствовав неясное движение в Силе. Мораны, оскорбленные самовольством его падавана, сразу же открыли по ним огонь на поражение. Сейчас они вроде как оторвались, покинув пределы города и скрывшись в горах. Местность здесь была достаточно пресеченная, скалистая, однако из-за добывающей деятельности местных был риск наткнуться на один из действующих или заброшенных рудников. Тем не менее, шансы добраться до корабля были хорошие. Только бы местные его не нашли… Однако плохое предчувствие только усиливалось. Когда Оби-Ван понял в чем дело, было уже поздно. Единственное, что он успел сделать перед тем, как его поглотил взрыв, так это отбросить в сторону по-детски растерянного Энакина.

***

Всё произошло так быстро, что Энакин даже не успел ничего понять. Вот они бодренько убегают от Моранов, отрываются и вроде бы все хорошо — остается только добраться до корабля. Впереди, конечно, ждет неминуемая выволочка от Совета, обещавшая стать посерьезней прочих... И тут всё идет к ситху под хвост. Он недооценил противника. Дважды. В первый раз, когда попался, и второй — когда пропустил такой удар с воздуха. В отличие от Оби-Вана, который почувствовал опасность за мгновение «до» — в результате Скайуокер был отправлен в недолгий полет до небольшой пещеры поблизости. Её толстые своды защитили его от сотрясшего землю страшного взрыва, но не от камней, заваливших вход и, слегка, — самого Энакина. Перед тем, как отключиться, он почувствовал мощнейшее возмущение в Силе. Энакину не хотелось и думать о том, что послужило причиной. Очнувшись через какое-то время, Энакин сквозь нарастающий неприятный гул в ушах и боль услышал чьи-то голоса. С огромным трудом он разобрал следующие слова: «Джедаи… предатели… оба мертвы… Прав был старик Мёрф… Республике только и надо, что обобрать нас до нитки… без них справимся…» — Гляди, там световые мечи! — уже отчетливо услышал Энакин, потому что разговор переместился практически к самому завалу. — Рабочие? — холодно осведомился второй голос. — Да нет, куда там! — отмахнулся первый. — Но все равно, мощность взрыва-то была какая. От джедаев вообще ничего не осталось… Интересно, из чего же они их делают? — Явно не из того же материала, что и самих джедаев, — ответил второй, и оба рассмеялись. Их смех вызвал в Энакине лютую ярость, он наконец осознал, где он, и что произошло. Если бы его не приложило камнями, эти морановские выродки обязательно бы поплатились… Их разговор не нравился ему. Но самое главное, он понял — «джедаи мертвы и тел нет», а это значит, что… Энакин с надеждой потянулся к учителю и с ужасом отпрянул, обнаружив пустоту. Не веря, он потянулся ещё раз и, получив тот же результат, беззвучно заплакал. Нельзя было, чтобы его обнаружили. Учитель спас его, хотя мог бы спастись сам. Он просто не имел права обесценить его жертву. Все же Энакину повезло — его почти не задело. Да, потом ещё недельку-другую будут болеть две шишки на голове и ушибы по всему телу, но он был жив. И даже мог разобрать с помощью Силы завал и попытаться отомстить — чего учитель бы, конечно, не одобрил, — вот только их было больше, да и сам он без меча много не навоюет. Единственное, что ему оставалось, так это смирно лежать, мелко сотрясаясь от едва сдерживаемых рыданий и злости на себя и весь мир. Тело успело затечь и начать ныть, но эта боль практически не чувствовалась на фоне той, что бушевала у него в душе. Пока морановцы трепались между собой, Энакин успел сотни раз проклясть себя за глупость и самонадеянность, невольно вспоминая всё, что по его вине пришлось пережить учителю. Одни только постоянные выволочки на Совете, где их обоих с завидной постоянностью чихвостили так, что мама не горюй… Кеноби, между прочим, неплохо выгораживал его. Жаль, что Энакин тогда не особо ценил это, воспринимая как должное. Помнится, ещё года два назад учитель говорил, что именно он станет причиной его смерти. Сила, как же он был прав… Что же Энакин тогда ему ответил? Кажется, всерьез оскорбился и заявил, что Оби-Ван ему как отец, немного покривив душой. Оби-Ван на отца не тянул, все же разница в возрасте у них была небольшая. Скорее уж учитель походил на старшего брата, порой слишком занудного в своей заботе и стремлении защитить. Он и защищал, и учил, как мог. Не его вина, что Энакин оказался столь плохим учеником. Наконец военные ушли. Энакин, выждав некоторое время, разобрал с помощью Силы завал и вылез наружу. Пейзаж изменился до неузнаваемости — почерневшие скалы вокруг, кучи отбитых осколков горных пород и приличных размеров воронка в нескольких метрах от его укрытия. Чуть в отдалении угадывались разрозненные обломки мечей. Видимо, Энакин выронил свой, когда Оби-Ван откинул его… Учитель говорил, что световой меч — душа джедая… Что ж, джедай Энакин Скайуокер, действительно умер сегодня. Он не собирался возвращаться в Храм.

***

Корабль оказался на месте. План Энакина был прост: прилететь на Татуин, забрать мать и улететь подальше от Центральных миров. И без того не слишком удачный план провалился. Матери у Уотто не оказалось. Выяснилось, что её купил какой-то фермер, освободил и женился на ней. Прямо-таки татуинская сказка, в которую Энакин не особо поверил. Получив адрес, он отправился туда, чтобы увидеть всё собственными глазами. К счастью, ему хватило ума посмотреть сперва издали. То, что он увидел, поразило его. Ферма оказалась по татуинским меркам зажиточной и опрятной, а сам Ларс —широкоплечим сильным мужчиной с добродушным лицом. Энакин застал фермера и его сына, своего ровесника, чинящими увлажнители. Через пару минут из дома показалась его мать и, улыбаясь, позвала их ужинать. Энакин редко видел её такой счастливой, не замученной тяжелым трудом. Проводив её жадным взглядом до дома, он отвернулся. Глаза щипало, и дело было вовсе не в попавшем в них песке. Не было нужды забирать её. Он даже не мог поговорить с ней, потому что не имел никакого права нарушать эту идиллию. Простой фермер Ларс дал ей счастье и покой — то, чего не мог дать Энакин, неудавшийся джедай. С тяжелым сердцем Энакин покидал Татуин. Он знал, что делать дальше, потому возвращался на Корусант. Там были те, кому нужна его помощь. Не как джедай, но Энакин им поможет. Возможно, так он когда-нибудь выплатит долг перед учителем.