Все тени Тьмы, все краски Света

Безопасность учеников - первостепенная забота директора любой школы, оособенно нашарской. Мирдал просто не мог начать открытый набор в Ликдул, не удостоверившись полностью, что вся окрестная территория безопасна. И если леса можно прочесать довольно быстро, что делать с водоёмами, глубокими озёрами и реками с коварными течениями? Их требовалось осмотреть лично, не перекладывая ответственность ни на кого иного. Больше не желая потонуть, Мирдал воспользовался всеми необходимыми приспособлениями, оставшимися ещё от Агнара. На спине дракон-артефакт закрепил баллон с кислородом, ладони задних обул в зелёные ласты, а на морду нацепил маску с очками, прояснявшими обычно расплывавшееся под водой зрение, и трубкой, подающий живительный газ в ноздри и рот. Удостоверившись, что оборудование работает без нареканий, он зашёл в воду, двигаясь сначала на всех четырёх, но затем встав на задние. Второе по счёту озеро, в которое он намеревался опускаться сегодня, было глубоким лишь в самой середине, и пока что лапы дракона утопали в прибрежных водорослях, мягкими подушечками обхватывающими их. Прикосновенря к пяткам, лодыжкам и голеням приятно расслабляли и немного будоражили. Но не щекотали, благо уязвимое место скрывали искуственные плавники. Мирдал усмехнулся, кусая раструб трубки - ну на этот раз он должен поплавать спокойно! Всего лишь простая, расслабляющая проверка дна... Но тело всё равно слегка-слегка подрагивало. С чего-бы... Как бы потом на учеников не набросилось то, что вызывает эти волны. Сосредоточившись, Мирдал совершил первые ритмичные гребки, наконец-то почувствовав достаточную глубину. Ещё немного - и поверхность воды, под которую нырнул золотой, стала отдаляться а, в то же время его взору открывалось густо поросшее растительностью дно озера. Было немного непривычно плавать под водой, не держа дыхание, получать воздух, вдыхая через рот, и выдыхать через уголки пасти целые ворохи пузырьков, без страха опустошая лёгкие. Может быть, из-за этого подводный пейзаж, водоросли и пресноводные губки, растущие на иле, камнях и руинах, воспринимались нереальными, а иногда проплывавшие мимо рыбки - сказочными созданиями. Дыша под водой, Мирдал почти стал равен им в грации и жизнерадостности. Правда, от медленной смерти и мучительных страданий, на которые обречён в этой стихии жмтель поверхности, его отделяла лишь одна гибкая трубочка - прочная на разрыв, но уязвимая на порез - да запас сжатого газа, остававшийся в баллоне. Не станет хоть чего-нибудь, и придётся переживать очередные неприятные моменты. Навы потому и любили атаковать драконов в воде, утаскивая их на дно, где от боли, страха, недостатка воздуха или просто из растерянности они ничем не могли им противостоять. Но то, что ждало Мирдала, навом не являлось. Оно вообще не было одушевлённым предметом - дракон мирно продолжал плыть вперёд, как вдруг ощутил, что что-то резануло его тело, больно натягиваясь к хвосту. Возмущённо булькнув, Мирдал замахал лапами - сеть! Старая, но прочная рыболовная сеть, растянутая для ловли рыбёшек или дураков! Рыбка в Нашаре водится не менее зубастая, чем драконы, и плетение таких сетей - не простая верёвка, что можно порвать когтями или перегрызть. Мелкая рыбка, которой не наешься, ещё могла проскользнуть в ячейки... Но вот крупная, вроде дракона... - Брррлфбл! - Мирдал выругался, пользуясь тем, что его позора никто не видит. Он теперь был прямо как в паутине подземных! Уж не они ли приложили лапу? Нет, скорее, кто-то просто забыл свою сеть, не подумав о детёнышах, что могут нырять здесь. Стараясь не паниковать, Мирдал осмотрел, насколько сильно вляп. Может, если снять ласты, получится вырваться? Кажется, нет... Только тут до дракона дошло, что он забыл в снаряжении. Нож... Конечно же, тем, кто не носит карманы, и в голову не придёт, что нужно что-то брать с собой для того, чтобы выпутаться из подводных ловушек. Оружие в Нашаре редко когда бывает простой железкой, да и прану через клинок легко пропустить и выпутаться, но теперь дракон замотался так, что не мог даже материализовать энергетическое лезвие, или же сети обладали таким эффектом, что блокировали его воздействие на них. - Мф! Брыывлб! - зов на помощь, конечно, не призвал никого, не достиг даже поверхности, в отличии от пузырей. Старая сеть, переплетённая с водорослями, тёрлась о золотую шкуру, в непокорной гриве в метаниях дракоши застряли пара веточек. Мирдал крепко запутался, и хотя ещё мог шевелить лапками, крылья отяжелели от оплёвшего их донного мусора. Дрожащей лапой Мирдал поднёс к очкам индикатор давления... Это движение привело к неожиданному результату - златошёрстый вдруг ощутил, что низ его живота что-то мягко и в то же время крепко стянуло - зря он потянул эту проклятую сеть! Скосив глаза, дракон уставился на датчик, но снова не смог заметить показания, потому что сеть чуть-чуть расслабилась и потёрла заветное местечко. А вот зудящая сладость никуда не пропала. Недокормленный своей женой самец реагировал на прикосновения инстинктивно. Водоросли и путы не просто обхватывали и держали, а гладили, ласкали и лелеяли вместе с водой. Глупый дракончик совсем запутался! Стоило представить себя со стороны, как глаза закатывались. - Урррфбббл... - пузырики покинули оскаленную пасть, и Мирдал вспомнил о самом главном. Новая попытка вытащить лапу привела к тому, что он булькнул ещё громче: сеть оплетала его тело, словно живое существо, потирая во многих чувстительных местах, вынуждая опуститься на илистое дно и не двигаться. Пытка... Неизвестностью, недоведением... Мирдалу было разрешено только спокойно лежать и не дёргаться. Хотя он держал в лапе индикатор, он не знал, сколько ему оставалось до смерти. Водорослинки, дразня, слегка погладивали твёрдый и отзывчивый кончик. Приятно-гладкая от въевшегося ила сеть обнимала бока и животик, потирая длинную шерсть на лобке. Любопытные рыбки собирались вокруг, будто вороны, интересуясь, когда наконец можно будет отведать сожжённого на медленном огне удулья дракона. Он старался дышать как можно размеренней, но внутренние часы продолжали тикать, пытаясь сами дать ему подсказку, сколько ещё оставалось у него времени. Приятная стянутость начинала уже мешать стержню, вынудив дракона слегка подвигать лапами, отчего сеть плавно скользнула по стержню, но продолжала цепко держать его. - Лрарфбл! - это даже не удовлетворяло! Не давало кончить! Издевательство над бедным телом... Худым вопреки ненужной заботе жены, но недостаточно, чтобы протиснуться между верёвок. Сдав челюсти почти до пережимания трубки, Мирдал косил глаза то к весёлым бликам на поверхности, то к лапке с с циферблатом, то просто закрывал глаза, крутясь в объятиях своей смерти... Очень скорой смерти - следующий вдох стал пуст. Мирдал дёрнулся, пытаясь по-глупому вобрать уже несуществующего воздуха, растрачивая силы. От резкого движения сеть затянулась сильнее, прижимая лапки дракона, стягивая крылья и, самое ужасное, ноющий стержень, вынуждая дракона в озлоблении, страхе и недоведении кусать трубку. Маска не давала бедняге вдохнуть носом воду. Если сжимать губы до последнего, то... Не знаю, назвать ли это счастьем... Просто мирно задохнуться, не наглотавшись воды, без боли. Первые звоночки удушения уже прокатывались по телу - лапки дёргались, пальчики метались, а голова тряслась, разметав над собой гриву и бороду. Дёрганье связанными лапами не приносили никаких успехов, всё сводилось к тому, что ловушка всё так же крепко держала золотую рыбёшку, не позволяя ей выбраться или передохнуть от кусающих поглаживаний. Измотанное, обмотанное тело хорошо ощущалось, каждый его изгиб, и петля на стержне натирала всё сильнее, пока дракон стонал и метался, маска перед испуганными глазами запотевала, а вверх шли пузырьки - реже, чем раньше, но куда жарче. Тычась в маску, дракон жмурился, взбивая лапами ил, крутясь в нём и поднимая затмевающую обзор муть. Хотя какая разница, глаза сами не хотели смотреть на этот мир, жмурясь, словно бы то могло удержать остатки воздуха, крохотные запасы, всё ещё не израсходованные бешено забившимся сердцем. Вжимая животик и выпячивая грудку, дракон бился на дне, словно рыба на берегу, тоже вырванный из своей стихии. Только не молчал, а страдальчески рявкал, или сопел, втягивая бездушную резину. Или выбулькивал вновь густыми, но быстро пресекавшимися залпами пузырьков. Утопленник бился всё резче, ласты щлёпали о подводную траву, хвост крутился и извивался, став почти одним целым с сетью и водорослями. Скоро и весь дракон восстоединится с илом. Но сначала - с водой, ласкавшей шёрстку на шее и между лапок. Взведённый удушьем пенис сам по себе начал пульсировать, готовясь к извержению - последнему подарку для кивавшего в блаженном мучении без воздуха дракоши. Но в то время, как внутри всё сжимало, тело словно зажило своей жизнью. Новые попытки забиться, вырваться из этой сети привели к тому, что широко раскрыл глаза и уставился на поверхность, едва не взмыв от перетянутого стерженька, внутри которого всё уже стремилось вырваться наружу, но теперь не могло. Перед этой невозможностью даже отступило удушье, прочищая разум и затмевая его вновь. Из-за стянутости наружу полилось медленно и под большим давлением, Мирдал вытянулся и размяк в особенно долгом оргазме. Его душу словно вытягивало через противно-приятный зажим. Успокаиваясь и через удовольствие переборов спазмы в груди, Мирдал прибёгк к последнему шансу спастись, шансом, которым он не хотел пользоваться, но... Что же, сегодня пришлось. Ещё не успев умереть, Мирдал всё же потерял сознание и возможность мыслить, превращаясь в большой сияющий шар, обтянутый сетью, как перепонкой.