Каменное сердце

       Алек ничего не понимал, только мог предположить, что в этот раз маг вместо оплаты попросил одного нефелима. Это совершенно не укладывалось в голове — дикое желание, и мать не могла на это согласиться, гордость бы не позволила так низко пасть перед нежитью, хоть и ситуация была критическая.        Почему Бейн остановился около него, этот скользящий взгляд, охотнику казалось, что он до сих пор чувствует его на себе. Алек услышал, как открывается дверь, но не стал оборачиваться, продолжив смотреть в окно. — Алек, — голос матери звучал разочарованно, отчего юношу передернуло, — нам нужно поговорить. — Объясни, что это было, — Алек, собравшись с мыслями, повернулся к той.        Мариза на секунду утратила каменность лица, а в её глазах проблескнула растерянность и вина. — Бейн попросил очень необычную оплату, — начала мать, голос её дрогнул, и на некоторое время повисло молчание. — Он хочет одного из нас, — наконец продолжила, с трудом подбирая слова, Алек же вопросительного поднял бровь, — нефелима. В своё услужение. — Услужение? — повторно вопросил охотник, он уже начал понимать, и всё почти сложилось, но все ещё неясным оставалось то, как мать могла отдать его, как животное, этакую собачку. — Тот, кто должен будет… Ты должен будешь исполнять любую его прихоть. — Дама виновато опустила голову. — Зачем ему нефелим? — спросил Алек, пытаясь не принимать во внимание возможное становление мальчиком на побегушках. — Нежить держится от нас подальше, у нас негласный договор. — Это обязательное условие, иначе он отказывается работать, — мать всё ещё изучала пол, ей было слишком стыдно перед сыном.        Повисло молчание, мужчина медленно обдумывал информацию. — Не нам выбирать, Алек, — Мариза взглянула на сына с мольбой. — Как долго? — спросил Алек. «Как долго мне быть карманный игрушкой, мама?!» — мысленно съязвил парень, но остался таким же невозмутимо-спокойным. Просто не в его стиле закатывать истерики. — Мы не обговаривали границы, — ответила Парижа, она чувствовала себя провинившимся ребёнком. «Другими словами, меня выкинут, как только наиграются», — решил Алек, и данное было похоже на правду, он знал что и Мариза так думает, просто не решается озвучить. — Алек. — Можешь выйти, — оборвал её Алек, грубо, как непозволительно сыну. Он впервые поступил подобным образом с матерью, странно, что его даже не грызла совесть. — Я хочу побыть один. — Конечно.        Алек снова повернулся к окну, изучая пейзаж, он чего-то ждал, не зная, чего именно, но ждал, модель, быть может, спасения… Хоть чего-нибудь. — Большой брат, — голос Иззис принёс непонятное облегчение. Не говоря ни слова больше, Иззобель крепко обняла брата за плечи, мысленно говоря: «Я понимаю». — Меня продали, как игрушку, — сказал Алек, обняв сестру одной рукой. — Всё было понятно сразу, я чувствовала себя товаром, — сказала Из, утягивая брата к дивану. — Радует, что это ненадолго, Бейн известен ветреностью, он бабник, коллекционер. — Думаешь, мне должно стать от этого легче? — с сарказмом спросил Алек. — Чувствую себя шлю… — Не успел договорить, поскольку его перебили: — Алек, бери выше, элитным экскортом, — отшутилась женщина, потрепав братца за волосы. Изабель понимала, что разницы особой нет. — Прорвемся, браток. — подбодрила Изи. — А что нам остаётся? — Даже боюсь представить, в каком Джейс будет бешенстве…        И тут Алек осознал всю трагичность положения, со страхом посмотрев в глаза пришедшей, которая, задумчиво закусив губу, поинтересовалась: — И что делать будем? — в её голосе заметно поубавилось оптимизма, всё тело напряглось, спина рефлекторно выпрямилась. — Будем надеялся, что я ему наскучу очень быстро, и он вернёт испорченный товар, — спокойно высказал парень. — Алек, мы рискуем. — Как и всегда, сестрёнка, — хмыкнул тот в ответ, после поднялся с дивана и, не медля больше, покинул кабинет, направившись в общий зал, где его уже должны были ожидать.        Магнус провёл ритуал в зале церемоний, и, кажется, всё прошло успешно. Атаки прекратились, рычаги на карте города потухли, демонов словно взрывной волной выбросило из Нью-Йорка, и город вздохнул спокойно. — А вот и мой подарок, — услышал Алек, не доходя до общего зала, в коридоре. Голос мага был тихим, надломаным, хриплым, походы больше на шипение. Алек развернулся, вместо ухоженого мага в фиолетовой рубашке с закатаными рукавами, чёрными пуговеца, многочислеными кольцами, чёрном жакете без рукавов. «Слишком детально рассматриваю», — отдёрнул себя охотник и, вернувшись в реальность, сосредоточил взгляд.        Рубашка мага была в мелких каплях крови, коя, к слову, была ото всюду. Запястья мага, уши, нос, губы, кровеные потёки под глазами, лицо в паутинки капеляров отдавало синевой. Картина ужасов не иначе. И несмотря на столь плачевный вид Магнус выглядел довольным, прижимая белоснежный плоток к носу. — Ух ты, — сказал маг, подходя ближе и вглядываясь в глаза охотника, — беспокоишься? Не стоит, пройдёт, а теперь нам пора, — Магнус взмахнул рукой в грациозным жесте, открывая портал. — Куда? — Алек решил сыграть в дурака, надеясь, что это поможет. Надежда ещё теплилась в его душе. — Перестань, тебе уже всё объяснили. Я не собираюсь оставлять свой подарок здесь. Прощаться ни с кем не стоит, уйдём тихо, по-английски, и вещи тебе ни к чему, знаю я вкус охотников.        Алек выключил разум, слишком много информации, слишком много слов, слишком странная ситуация… — Тебе идёт глупенький вид, — усмехнулся мужчина, подталкивая Алека к порталу, — совершенное дитя, где твои крылышки, дорогой? — спросил Магнус, его штормило, и когда ноги в очередной раз подвели, маг закинул руку на Алека, обхватывая шею и используя как опору. Охотник не возразил потому, что окаменел от постороннего прикосновения. «Просто шагнуть, и всё закончится», — говорил себе Алек, перед тем как пойти к порталу и раствориться в магическом сиянии.