Первый день дома

Несколько дней после родов жены пролетели для Брагина как одно мгновение. Волею судьбы лишившись возможности присутствовать при появлении на свет столь долгожданной малышки и желая хоть как-то наверстать упущенное, Олег все свободное время проводил в палате Марины. Впрочем, пресловутого свободного времени у него оставалось немного, ведь работу никто не отменял. В Склифе Брагина ждали с нетерпением, и стоило ему спуститься с трапа самолета на родную землю, Павлова засыпала звонками с единственным вопросом, переходящим в требование поскорее приступить к работе. А ему было не до этого! Наверное, впервые в жизни. Он постоянно вспоминал, как Нина сообщила о начале родов любимой жены, а они с Томой, как назло, вынуждены были сначала ждать, когда к самолету попадут трап, затем застряли в очереди на пограничный контроль, а потом никак не могли получить чемоданы. Схватили такси и тут же попали в огромную пробку, плавно перешедшую во вторую, третью, четвертую. Олег старался не поддаваться панике, ведь рядом ребенок, но не мог заставить себя не набирать каждые 15 минут номер Нины, чтобы услышать от находящегося на другом конце провода Неклюдова о том, что никакой информации из родзала нет, Марина и Нина еще там. Все это время он мучительно переживал по поводу того, как там все происходит, ругал себя за то, что не завершил дела в Америке хотя бы на полдня раньше, и теперь не успевает к ней, не может ободрить, подержать за руку, просто быть рядом в самый важный для них обоих момент. Такси пробиралось сквозь дебри пробок, когда раздался звонок. «Брагин, у нас дочь», — услышал он родной голос и издал победный клич, из-за которого водитель машины чуть не выронил из рук руль. Олегу хотелось выплеснуть эмоции, рассказать всему миру о только что свершившемся грандиозном для него событии. Пока они добрались до роддома, он успел позвонить Пастухову в Геленджик, а потом и Куликову, получить от друзей поздравления, а еще объяснить Тамаре, что у нее теперь есть сестренка. И вот, наконец, он у цели. Увидев жену, прижимавшую к себе их маленькое чудо, он почувствовал, как от нежности и любви защемило сердце. Поймал взгляд Марины, улыбнулся, присел на край кровати, обнял обеих, прошептал жене слова любви и благодарности за дочь. Почувствовал, что с другой стороны к нему доверчиво прижимается Тома, и понял, что этот момент — лучший в его жизни. Он никогда не останется один, теперь у него есть не только любимая и любящая красавица-жена, но и двое замечательных детей. Спустя время он заботливо уложил Марину отдохнуть, а сам отправился с Тамарой домой — устраивать ее на новом месте. Олег чувствовал, что Марина с Томой подружатся, и первые предпосылки к этому увидел во время знакомства в палате. Мужчина понимал, что Тамаре нужно время, чтобы освоиться, привыкнуть к тому, что вместо мамы и отчима рядом будут папа и Марина. Но Брагин был твердо уверен, что они вчетвером будут настоящей семьей. На следующий день он вышел на работу — Павлова настаивала, что отделение не может обойтись без него. Уже в Склифе он узнал, что Ирину Алексеевну сняли с должности, а он как заместитель назначен исполнять ее обязанности. Олег совсем не стремился быть начальником, но в этой ситуации не мог бросить давно ставшее родным отделение. Павловой разрешили остаться в Склифе рядовым хирургом, но она, похоже, не горевала от потери кресла, к которому некогда так стремилась. Брагину было не до того, чтобы выяснять причину такой перемены — его ждали пациенты, осмотры, операции. Пока он был на работе, за Томой присматривал прилетевший в Москву отец Эммы. А еще Олегу нужно было подготовить все для встречи своих девочек. Марина купила все необходимое на первое время, он собрал кроватку, проверил механизмы коляски, приготовил вещи малышке на выписку. А еще тщательно убрал в квартире и даже при помощи верной подруги Нины приготовил праздничный ужин. .