Сумерки

       Едва ли Каллены покинули столовую своей грациозной походкой, звонок на урок не заставил себя слишком долго ждать. Многие столики давно успели опустеть, ученики направлялись кто домой, а кто на занятия, во всяком случае — в коридоре было не протолкнуться. Следуя за Анжелой, у которой так же была биология, словно утенок за мамой-уткой, боясь потерять её из виду, Бенсон старалась выбросить из головы семейство Калленов, хотя это казалось невозможным. Тряхнув копной тёмных волос, пытаясь отогнать мысли, девушка оглянулась на едва не затерявшуюся в потоке учеников Беллу, ухватившую её за рукав рубашки. Свон виновато улыбнулась, краснея гуще — румянец ни на миг не сходил с лица с тех самых пор, как она увидела Эдварда, от чего Кэтрин с трудом удержалась, что бы не закатить глаза и не вздохнуть. Её догадки были весьма шаткими и без должных на то оснований, но что-то подсказывало ей — Белла уже одной ногой в сетях этой дурацкой «любви с первого взгляда». Едва ли девушки, в сопровождении молчаливой Анжелы, благодаря чему вызвала только большую симпатию со стороны Бенсон, добрались до двери класса биологии, как к ним, на всех парах и распихивая учеников, подскочил Ньютон. Парень заулыбался и, став трещать что-то без умолку о Тайлере, мести, извинениях и прочем — Кэт не особо слушала — придержал дверь, пропуская одноклассниц.        — Мистер Молина! — переступив порог, сказал Майк и, снова заулыбавшись, шепнул новеньким пожелания удачи, а после двинулся на своем место. Анжела последовала его примеру, тихо поздоровалась и устремилась к своей парте.        — Привет, Майк. — бросил мужчина среднего возраста с кучерявой темной копной волос, поправил очки, продолжая перебирать какие-то бумаги и шелестеть страницами учебника, однако он не сразу обратил внимание на застывших у дверей учениц.        — Прошу прощения. — порядком устав чувствовать неловкость и взгляды учеников, Кэтрин подошла к учительскому столу и протянула формуляр, привлекая внимание мистера Молины.        — А, да… мисс Бенсон, — протянул мужчина, вчитываясь в фамилию на листке, — и мисс Свон, — окинув Беллу коротким взглядом, добавил он. Забрав формуляры, мистер Молина раскрыл один из ящиков и, достав пару учебников, протянул их новеньким, — Свободных мест как раз всего два, мисс Свон, садитесь к мистеру Каллену. Что до вас, мисс Бенсон, идите за первую парту к мистеру Фергюссону. — взглянув на Кэт, учитель слегка надменно улыбнулся, по его глазам нетрудно было понять, что он оценивает её, изучает — явно интересовался успехами в биологии и смотрел документы из Джерси. По крайней мере, такое чувство и догадка сложились у Бенсон, раздраженно перебросившей волосы на одну сторону, отходя от вентилятора. Она прикусила язык, что бы не возмутиться вслух — на дворе март, в Форксе просто холодина, на кой же делать ещё хуже.        Отмахнувшись от мысли, что придётся сидеть перед Эдвардом, озлобленный взгляд чёрных глаз которого вызывал мурашки, Кэтрин кивнула на слова мистера Молины и направилась к своему месту, повторяя про себя, что следует не обращать никакого внимания на младшего Каллена. Однако, от неё не скрылось то, как он пристально пялился на них со Свон и, более того, нахмурился и заерзал на стуле, резко зажав нос и рот ладонью. Едва ли Кэт заняла своё место, шепотом поздоровавшись со своим соседом, Чипом, как представился парень, ощутила очередной прилив эмоционального истощения, застигший её уже несколько раз за день. Это ей совершенно не понравилось, ведь она рассчитывала (больше надеялась), что всё пройдёт гладко, учеба поможет отвлечься и не думать о своём. Вставший в горле ком пришлось судорожно сглотнуть, он словно пробудил новую долю ехидства внутреннего голоса, готового разнести Бенсон в пух и прах, утащив в прежнее состояние, накрывшее после аварии.        — Тебе плохо? — раздался еле слышный шепот чуть склонившегося к Кэт Чипа. Девушка отрицательно мотнула головой и, сцепив зубы, втянула воздух через нос, резко выдохнув. Руки пробрала легкая дрожь, стало холодно и неуютно, в груди вновь заскребли кошки; ко всему прочему, волосы на затылке словно встали дыбом, зашевелились, и виною тому был прожигающий взгляд, который Бенсон чувствовала каждой клеточкой своего тела. Проскочившая мысль сослаться на плохое самочувствие — а это явно можно видеть по побледневшему лицу — и уйти с урока соблазняла, однако Кэтрин не решилась на это, призывая чувство безразличия быть хоть чуточку полезным в нужный момент. Постаравшись сосредоточиться на занятии и забыть о существовании Каллена, терроризирующего своими чёрными глазами, жутким, пугающим видом и поведением и Свон, и Бенсон, девушка провела по волосам, став вертеть в руках карандаш.        — Итак, ребята, сегодня мы понаблюдаем за поведением плоских червей, — начал мистер Молина и губы Кэт невольно вздрогнули в легкой улыбке, которая, к сожалению, не осталась незамеченной, — Мисс Бенсон, я что-то не так сказал? — укоризненно, однако с явным любопытством, спросил он. Ощутив устремившиеся на себя взгляды, Бенсон отрицательно покачала головой и слегка хрипло, но с полным спокойствием, ответила:        — Вовсе нет, мистер Молина. Извините. Не так давно я уже проходила тему планарий и стало обидно, что не взяла свои конспекты. Придётся писать всё заново.        — Верно, плоские черви — это планарии, — одобрительно сказал он и улыбнулся, — Я видел ваши оценки, мисс Бенсон. Раз уж вы вели конспекты в старой школе, то, если потребуется, просто сделаете несколько пометок, освежите память, так сказать. — довольно добавил мистер Молина, чем только подтвердил догадку девушки.        Кажется, ему весьма льстило, что в классе есть тот, кто проявляет столь сильный интерес к предмету, однако это всё равно не убережет от провокационных вопросов, которые могут обрушиться на Кэтрин в любой момент, что бы проверить её знания. Учитель прошелся по классу с большой коробкой, и раздал каждому ученику по колбочке с образцом, во время этого занятия коротко рассказывая о цели лабораторной работы.       — Мы разрежем червей пополам и изучим процесс регенерации, — игнорируя то, как ученики, кто с интересом, кто с отвращением, разглядывали объект исследования, сказал мистер Молина, — вначале мы пройдёмся по теме, рассмотрим строение планарий. Откройте страницу двести девяносто пять и посмотрите схему…        Бенсон, несмотря на то, что старалась сосредоточиться на уроке, не смогла удержаться от того, что бы хоть раз не оглянуться на Каллена и Свон. Когда мистер Молина принялся рисовать схему строения червей на доске и объяснять, как именно следует их разрезать для лабораторной, девушка осторожно обернулась и чуть со страху не побелела: чёрные глаза мгновенно оторвались от Беллы и впились взглядом в Кэтрин. Каллен словно даже не дышал, всё его тело было напряжено, будто он готов в любой миг сорваться с места.        — Ребята, начнем нашу лабораторную! — раздался спасительный голос мистера Молины и Кэт быстро отвернулась, уставившись на листок и колбочку с червем.        Работу пришлось делать за двоих, Чип Фергюссон оказался абсолютно не силён в биологии, его познаний едва ли хватало на элементарные темы, однако это вовсе не расстроило девушку. Управившись со своей лабораторной довольно быстро, она заполнила листок, отвечая на вопросы, давая развернутые описания, и, отложив всё в сторону, шепнула однокласснику, нужна ли ему помощь. Парень мгновенно раскраснелся, но согласно закивал, был не против ультиматума Бенсон: она объясняет и даёт указания, помогает дать складные ответы, а он работает с образцом собственноручно. Ей бы не хотелось вновь заниматься червяком.        Когда Чипу удалось управиться и со своей лабораторкой, Кэтрин облегченно выдохнула, подбадривающе улыбнувшись, мол, ничего сложного и ужасного не было. Однако Фергюссон выглядел счастливым. Возможно причиной тому был скорый конец урока и он может сдать работу, получив весьма неплохую оценку. Пока мистер Молина, то и дело что бродил по классу, наблюдая за продвижением лабораторных других учеников, Бенсон скучала, поглядывая на стрелки часов. Голову вновь заполонили мысли о том, что когда-то и её отец обучался в этой школе, и увлекся биологией с медициной настолько, что решил стать хирургом, отодвинув свою любовь к литературе на второй план. Он рассказывал, что его мать немного огорчилась отказом учиться на факультете литературы (сама она была учительницей американской и английской литературы), а отец, напротив, поддержал сына в стремлении связать себя с медициной. И тогда Кэтрин вспомнила один из последних разговоров о колледже, состоявшийся за пару дней до аварии, когда они с отцом весьма откровенно обсуждали её будущее, увлечения и мысли по поводу выбора жизненного предназначения; ответ дочери не слишком пришелся Маку по душе, ведь она изъявила желание отказаться от творчества и книг в пользу медицины, к которой с детства питала интерес, частенько посещая отца на работе. И тогда раздался звонок, разрушивший воспоминание.

***

       Всю дорогу к корпусу администрации Кэтрин чувствовала себя неважно, словно над ней поизмывался самый настоящий дементор, однако Эдварда Каллена трудно было назвать подобным существом — он ведь даже ничего не сказал и не сделал, лишь глядел своим чёртовым пугающим и прожигающим взглядом, вынуждая чувствовать себя неловко, желая провалиться сквозь землю. В добавок ко всему, из-за неудачи удержать мысли подальше от кладезя воспоминаний, Бенсон ощущала себя паршиво, будто весь тот небольшой прогресс, к которому она пришла за последние дни, откатился к исходной точке. Перед глазами стояла сцена утреннего разговора с отцом и то, как Кэт нагрубила, устроив истерику на ровном месте, без причины, хотя Мак ведь хотел поговорить даже не о переезде — о чём именно, она уже никогда не узнает. Втянув в себя воздух с противным свистом, девушка резко выдохнула, изо всех сил кусая себя за нижнюю губу, однако Бенсон остановилась благодаря легкому прикосновению к плечу.       — Кэт, ты… как? — осторожно спросила Свон совсем тихим голосом. Белла и так показала себя довольно замкнутой личностью, не любящей лишнее внимание, но даже такая неуверенность была для неё слишком.        — Я в порядке. — механически ответила девушка, отмахиваясь от вопроса. Фраза «я в порядке», и её производные, стала самой частой, которую она только произносила за всю свою жизнь, но жаловаться на это Кэт была не намерена.        — Видела взгляд Каллена? — перешла к делу Белла, останавливаясь у дверей администрации, — Я всю биологию сидела, как на иголках. И чем я уже успела ему насолить, что он вёл себя так?        — Не только тебе достался этот жуткий взгляд, — подметила Бенсон и устало вздохнула, — но соглашусь, больше пялился он на тебя, словно… маньяк какой-то. У меня нет разумного объяснения. Может, он всегда такой — социофоб, особенно сильно не любящий новеньких учеников в коллективе, к которому успел немного привыкнуть, — пожав плечами, предположила она и нахмурилась, — Не знаю, как ты, но я буду придерживаться своей теории, что он просто странный, необщительный парень, который любит одиночество. На этом тему можем закрыть.        «Мне и без всяких Эдвардов с тараканами в голове проблем хватает». — раздраженно закончила свою мысль Кэтрин.        — Может, ему запах моего шампуня не понравился? — пробормотала нахмурившаяся Свон, — Ума не приложу, что же я… и ты, — поправила она себя, вновь задумавшись, — могли успеть сделать не так! — Кэт сцепила зубы в надежде, что её догадка будет ложной и Белла не станет... — Нужно это выяснить! Я поговорю с ним завтра. Подойду на перемене или перед уроком и спрошу, в чём дело. — гордо вздернув подбородок, сказала Свон и, достав свой заполненный учителями формуляр, вошла к секретарю в администрацию.        — Серьёзно? Ты, что издеваешься на до мной? Не надоело? — запрокинув голову к небу, прошипела Бенсон в пустоту Вселенной ощущая, как внутри вскипает лютая злость и горькое разочарование. Она-то надеялась, что Белла хоть немного изменилась и будет вести себя более разумно, чем в детстве. Однако её взбесило не только поведении дочери шерифа, но и сложившаяся весьма нелепая ситуация с Калленом. Сжав переносицу и вздохнув, успокаивая себя, хоть и чувствуя, как разум ликует более активным проявлениям эмоций, Кэт вновь чертыхнулась и похлопала по карманам в поисках своего формуляра. — Этого ещё не хватало… — хмурясь и цокнув языком, пробормотала девушка. Пришлось снимать с плеча рюкзак и искать листок по всему рюкзаку, а когда Кэтрин победно вытянула его и собралась было войти следом за Беллой, двери резко распахнулись и её едва ли не снесли с ног. Высокий парень с бледной, будто фарфоровой, кожей и тёмно-бронзовыми растрепанными кудрями впился в девушку взглядом своих чёрных глаз, резко отшатнувшись, избегая столкновения. Каллен поморщился и, сжав куртку в руках мертвой хваткой, устремился прочь, на что Кэт лишь вскинула брови от удивления и непонимания происходящего.        «Может это будет и к лучшему, если Белла с ним поговорит. Потому что я делать этого не намерена, увольте», — проворчала про себя она и, наконец-то войдя в небольшое помещение, увидела застывшую и побелевшую Беллу, сжимающую в руках формуляр. Кэтрин не понадобилось много времени, чтобы понять, что Свон напугал Эдвард, видимо снова испытав испепеляющим взглядом или даже что-то сказав.        — Белла, я возьму, хорошо? — обратилась к ней Кэт, забирая формуляр, — Иди подыши воздухом, на тебе лица нет.        — Да… — придя в себя, пробормотала Свон, — Я подожду тебя у машины. — добавила она и мигом бросилась в коридор, на что Кэтрин лишь успела кивнуть. Подойдя к столику миссис Коуп, девушка виновато протянула формуляр Беллы, а затем свой.        — Благодарю, — кивнула пухленькая женщина, улыбнувшись и поправив очки, — Как прошёл первый день? — поинтересовалась она, делая какие-то свои записи в журнале и бланках, лежащих до этого в папке. Кэт мысленно выдохнула от облегчения, когда миссис Коуп ничего не сказала развернувшейся сцене со ступором Свон.        — Неплохо, как для первого дня. Не чудесно, но весьма неплохо.        — Вот и отлично, — ответила миссис Коуп и вновь заулыбалась, отдав девушке два новых листка, содержащих перечень предметов на всю неделю для Свон и Бенсон, — Это повторный формуляр, но здесь все ваши расписания в более компактном виде. Подписи учителей не нужны, но будьте добры, появляйтесь на всех уроках.        — Передам Белле, спасибо, — кивнула Бенсон и, уже было собравшись уходить, остановилась перед дверью, вздохнув. Поколебавшись несколько секунд, она развернулась на пятках и сказала: — Миссис Коуп, Джон говорил, что можно продолжить посещение школьного психолога…        — Я скажу миссис Шелби, — секретарь подбадривающе и добродушно улыбнулась, — зайдёшь завтра утром, хорошо? Я дам тебе её расписание.        — Спасибо, хорошего дня, — ответила девушка и покинула администрацию, чувствуя некое облегчение.        «Давай, Кэтрин, тебе это действительно нужно… хоть пару раз сходишь, поговоришь или посидишь в тишине, хуже всё равно не будет. Так будет правильно», — сказала она сама себе, натягивая капюшон парки из-за накрапывающего дождя.

***

       — Кэт, прости, я совсем забыла, что мы с Чарли договорились пообедать в кафе, — виновато протараторила Свон, едва ли Бенсон подошла к выцветшему красному пикапу. Белла по-прежнему выглядела слишком бледной и встревоженной, её лицо и глаза источали недоумение, всё ещё связанное с Эдвардом; впрочем, Кэтрин не слишком заботило, что один из одноклассников оказался столь сложной натурой; она не горела желанием разбираться в этом, поддавшись на слова внутреннего голоса, что стоит сосредоточиться на учебе, закончить школу и двигаться дальше, выбрав колледж, а Каллен и его семья всего лишь промежуточный этап, они же не будут преследовать её вечно. Однако, Кэт немного задело столь спонтанное поведение Свон. Она не любила хаос в планах — чего не скажешь о комнате и вещах, впрочем, это ведь творческий беспорядок — так как привыкла всё планировать или хотя бы частично знать, что и как может произойти. Поэтому подобная новость от Беллы вынудила её повести себя вежливо.        — Всё хорошо, мы же даже не договаривались об обратной дороге, — усмехнувшись и очень надеясь, что это выглядело правдоподобно, ответила Бенсон, — Я пройдусь пешком — город небольшой, не думаю, что будет сложно.        — Давай я тебя хоть до центрального перекрестка подброшу, там минут пятнадцать ходьбы до нашей ули…        — Всё равно выйдет лишний круг, а бензин не дешевый. Езжай, я доберусь.        — Но погода…        — Дождь уже перестал, — сказала Кэтрин, снимая капюшон — действительно, от дождя уже не осталось и следа.        — Кэт… — вздохнула Белла и покачала головой, — Ладно. Спасибо!        — Передавай Чарли от меня привет, — усмехнулась Бенсон, отступив от дверцы пикапа, позволяя Свон залезть в машину.        — А ты Джону. — сказала Белла и улыбнулась. Двигатель взревел, и, помахав Кэтрин рукой, Свон покинула школьную парковку.        Оставшись совершенно одна, девушка издала долгий выдох, повлёкший за собой полупрозрачную дымку пара и заставивший застегнуть парку, стараясь согреться. Подняв глаза к серому небу, Кэт поджала губы понимая, что вот-вот дождь может пойти снова и не исключено, что он будет более сильный. Ученики, выходящие из школы, то и дело что болтали и смеялись, направляясь кто к своим машинам, кто шёл на своих двоих, однако всем им пасмурный и холодный городок был ни по чём. Это был первый раз, когда Бенсон затосковала по солнцу и жарким денькам Джерси, что шло наперерез её любви к туманам и дождю, словно в Лондоне. Всего хорошего понемножку — вот истина. Жалея, что соврать Белле было настолько легко, Кэтрин старалась вспомнить дорогу к жилью Джона, уже мысленно хныкая от ходьбы в пару миль под серыми тучами и вспоминая о зонтике, который следовало прихватить утром. Звонить дяде она, конечно же, не собиралась, хотя это и было бы наилучшим, а главное, логичным действием.        Тогда-то Бенсон и ощутила на себе пристальный взгляд прожигающий спину, словно вот-вот проделает самую настоящую дыру. Чувствуя, как накапливается раздражение от вынужденного чувства неловкости, в которое её то и дело сегодня погружают, Кэтрин насупила брови и резко развернулась на пятках, однако тут же впала в ступор. Рядом с серебристым «Вольво» стояло всё семейство Калленов, явно о чём-то оживленно болтая: во всяком случае, словестную перепалку вели громила Эмметт и мрачный Эдвард; Розали, как только Бенсон обернулась, скрылась в красном кабриолете стоящем по соседству с «Вольво», лишь её светлые локоны мелькнули, развеваясь на легком ветру, когда она нажала кнопку, чтобы появилась крыша. В отличии от братьев, Джаспер не участвовал в разговоре и, кажется, думал о чём-то своём, не обращая на окружающих никакого внимания. Рядом с ним стояла миниатюрная девушка, «эльфийка» Элис — как про себя называла её Кэтрин — и именно она глядела на девушку не отрываясь. Когда их взгляды встретились, Каллен широко заулыбалась и помахала рукой, что послужило прекращением диалога Эмметта и Эдварда, а так же вынудило Джаспера скорчить недоумевающую гримасу. «Эльфийка» что-то сказала приемным братьям, однако получив ответы — явно не столь дружелюбные и вовсе не те, на которые она рассчитывала, нахмурилась и гордо вздёрнула подбородок. Взглянув на Джаспера, она что-то вновь сказала и достала из своей громадной сумки зонт, а после обернулась к Эдварду, требовательно протянув руку в ожидании. Парень огрызнулся и отрицательно покачал головой, на что Элис закатила глаза и поставила руки на пояс, так и выказывая всё недовольство. Эдвард раздраженно провёл рукой по своим растрепанным волосам, окинул взглядом Эмметта и Джаспера, лишь пожавшего плечами, и бросил миниатюрной девушке что-то блестящее. С неимоверной грацией, прекрасней любой балерины, и точностью, «эльфийка» словила предмет и едва ли не подпрыгнула от счастья. Взглянув на небо, она усмехнулась и, раскрыв большой чёрный зонт, направилась в сторону Кэтрин. Как только Бенсон поняла, что Каллен действительно идёт к ней, её глаза расширились, а по спине пробежали мурашки. Чувство неловкости вновь постучалось в невидимую дверь и, хихикая, обхватило всё тело, вынудив вздрогнуть — спустя несколько секунд девушка поняла, что холод возник из-за накрапывающего дождя.        — Ещё раз привет, Кэт! На этот раз я тебя не испугала? — мелодичный голосок, словно перезвон колокольчиков, прекрасно сочетался с очаровательной улыбкой. Каллен подошла чуть ближе, позволяя Бенсон скрыться от тяжелый капель, усиливающихся с каждой минутой.        — Привет, Элис, — ответила Кэтрин, подняв глаза к возникшему тёмному куполу, — На этот раз всё нормально. Я ведь тебя видела, вернее... что ты идёшь сюда.        — Перейду сразу к делу, а то становится прохладнее и вот-вот грянет ливень, — всё с такой же сияющей улыбкой проговорила она, — Ты и так уже дрожишь. Божечки, да ты совсем не приспособлена к климату Форкса! — почему-то с её уст это вовсе не звучало обидно или как упрёк, — Так резко переезжать же нельзя, нужно хотя бы недельку обжиться, чутка привыкнуть, перебираться ближе и ближе, а только потом… — вздохнув, добавила Каллен и неодобрительно покачала головой, — Если ты не против, то я могу подвезти тебя домой.        — П-подвезти домой? — запнулась Кэт, мысленно выругавшись на себя за это, — Нет-нет, Элис, не нужно. Спасибо, я сама доберусь.        — Я слишком странная, да? — обиженно надув губки, пробормотала Элис и Бенсон, вздохнув, не смогла долго препираться — «эльфийка» не хотела ничего плохого и просто предложила свою помощь, причём весьма кстати. В её взгляде не читалось никакой зависти, звериного любопытства, как у Джессики, Майка и Ньютона, к примеру; да и в целом, вызывала она лишь положительные эмоции, если не считать некой эксцентричности и необычных глаз, а так же привычки глазеть на кого-то — впрочем, этим страдают все Каллены.        — Странности — это наши особенности. — пожав плечами, ответила Кэт и слегка усмехнулась, — Тебя это точно не затруднит и… твоя семья не будет против? Эдварду, кажется, я совсем не нравлюсь. — украдкой взглянув на младшего Каллена, уставившегося чёрными глазами, добавила она.        — Нисколечки! — подняв руку с зажатой блестящей вещицей, которую бросил ей брат, сказала Элис, — Ключи от «Вольво» я у него выклянчила, так что вперёд.        Взяв Бенсон под руку, Каллен повела её к машине, не обращая никакого внимания на укоризненно уставившихся членов семьи. В этот миг Кэтрин хотела провалиться сквозь землю от неловкости и жути, которую нагонял взгляд чёрных глаз Эдварда. Переезд, смена климата, ученики, которые так и лезут с расспросами и соболезнованиями, пугающие одноклассники... В тот миг Кэт на долю секунды пожалела, что в машине отца была не она.

***

       Всю дорогу они ехали молча, Элис и словом не обмолвилась, лишь уточнив, не будет ли Кэт против музыки. «Вольво» оказалась просто невероятной машиной, ни в какое сравнение не идущей со стареньким пикапом Свон, однако Бенсон так и подмывало упрекнуть семью Калленов, хотя бы мысленно, что они так хвастают своим имуществом перед другими учениками. Форкс — небольшой городишко, не каждый имеет возможность выбраться отсюда и теперь девушка отыскала ещё один пунктик, почему семью Каллен немного недолюбливают. Это простая зависть. Зависть красоте и возможностям.        Элис ехала не слишком быстро, хотя из машины можно было выжать все сто шестьдесят километров в час, и то Кэтрин не была уверена, что это может быть пределом. Миниатюрная девушка качала головой в такт одной из песен, хорошо знакомых Бенсон, и постукивала изящными пальцами по рулю.        — Ваш дом же недалеко от дома шерифа Свона, верно? — сделав музыку чуть тише, спросила Каллен, следя за дорогой, — Здесь все знают, где живет шериф. — поспешила добавить она.        — Да, правильно. Здесь налево, потом прямо и, вроде бы, свернуть направо… ну, думаю ты сама знаешь. Дом Джона с тёмно-синей крышей, — сумбурно объяснила Кэт, подмечая, что всё ещё очень плохо ориентируется в городе. Элис одарила её улыбкой и кивнула, поворачивая налево.        Остановившись у двухэтажного коттеджа, Бенсон, всё это время прижимающая к груди рюкзак, стараясь ничего не трогать в машине, что бы ненароком не испортить, вздохнула, глядя в окно. Ливень, преследующий их от самой школы, снова превратился в мелкий дождь. Патрульная машина Джона стояла у дома, а значит разговора о первом дне в новой школе не избежать.        — Спасибо, что выручила. — сказала она, на что губы Каллен вновь растянулись в очаровательной улыбке, а золотистые глаза заискрились.        — Рада была помочь! Ах, да, прости за Эдварда… с ним порою сложно. Думаю, перед Беллой ему тоже стоит извиниться. Я с ним поговорю. Ладно, Кэт, до встречи в школе! — помахав рукой на прощание, ответила Элис и, когда Бенсон, так и не найдя, что сказать, захлопнула дверь «Вольво», выжала газ и серебристый автомобиль рванул прочь. Проведя рукой по волосам, переваривая ситуацию, девушка почесала затылок и направилась в дом.        — Кэт! — радостно воскликнул мужчина, услышав звук закрывшейся входной двери. Выключив телевизор, кажется шли новости, коп поднялся с дивана в гостиной и направился навстречу племяннице, неловко улыбнувшись — да, кому-кому, а Джону было так же неудобно, как и самой девушке, ведь до случившегося общались они совсем нечасто.        — Привет, — снимая парку и вешая её на крючок, пробормотала она. — Я думала, ты ещё в участке.        — Как оказалось, у меня оставался ещё денёк отпуска. Пойдёшь к себе или можно поинтересоваться, как прошёл первый день?        — Ты не на работе, следователя на допросе включать не нужно, — вздохнув, сказала Бенсон, однако тут же одёрнула себя и постаралась смягчиться, — Всё не так плохо. С Беллой у нас сегодня совпали пара уроков, а на физкультуре она спасла меня от волейбольного мяча.        — Волейбол? Ты же его терпеть не можешь…        — Именно поэтому я и ходила в бассейн, — парировала она, — Собственно, всё обошлось. Я и не играла толком, отошла на трибуны, а тут летит мяч. Не важно, — отмахнувшись от рассказала о физкультуре, Кэтрин продолжила, — Раздражало лишь то, что на нас пялились и обсуждали. Как я и думала, все школы всюду одинаковы, хоть на северный полюс езжай учиться.        — Да… твоя правда, — согласился Джон, — Не бери в голову, ты же сама знаешь, что это быстро проходит. Ребятам просто нужно что-то обсудить, им интересно и они хотят узнать вас лучше.        — Или навязаться в друзья, учитывая нашу приближенность к органам власти города, — иронично подметила Кэт, и вновь мысленно одёрнула себя, — С Беллой иногда возникают недопонимания, но думаю, мы нашли общий язык. И, возможно, это же касается Джесс, Анжелы и Майка… ещё Эрика, если правильно помню.        — Джесс… Джессика Стэнли? О, она хорошая девочка! Я неплохо знаю её родителей, — ответил дядя, явно удовлетворенный новыми знакомыми, — Майк Ньютон тоже славный, хоть и немного взбалмошный. У его родителей есть свой магазин со спортинвентарем и всякими туристическими примочками. Остальные ребята тоже хорошие. Думаю, вы правда поладите.        — Да, наверное, — пожав плечами, безразлично сказала Кэт и, направляясь к лестнице, остановилась, обернувшись, — Ты же не против, что я пойду к себе?        — Совсем нет, — отозвался коп, — только если скажешь, что всё действительно в порядке.        — Я спросила насчёт школьного психолога. Завтра возьму расписание, — пробормотала она, однако мужчина одёрнул её:        — Если не хочешь, можешь не идти к доктору Шелби. Принуждать тебя не буду, просто я беспокоюсь о твоём состоянии и решил последовать совету доктора… миссис Честейн. Вы же сошлись на «миссис», да? — задумчиво протянул Джон, неуверенный в своих словах.        — Посмотрю расписание и подумаю, — успокаивающе сказала Кэтрин и, чуть поразмыслив, продолжила, — Со мной всё в порядке, насколько это возможно. Просто день был сложным, ещё и эти Каллены…        — Каллены?        — Ну, да… Каллены. Ты ведь их знаешь?        — Естественно. Доктор Каллен — замечательный человек. Знаешь, он… — Джон на миг осёкся, всматриваясь в лицо племянницы, словно пытаясь удостовериться, готова ли она, — великолепный хирург, мог бы работать в любой клинике мира, зарабатывая в сотни раз больше, чем здесь, в Форксе. Нам очень повезло, что такой специалист осел в нашей глуши, обычно все только уезжают.        «Да, как папа. Он не видел смысла оставаться здесь, а когда родилась я, отказался возвращаться к родителям, хотя они и могли помочь со мной», — чувствуя, как глаза понемногу начинают наполняться слезами, сказала она сама себе.        — Представить не можешь, как все благодарны его супруге — ей очень понравилась природа и уединенность.        — Понимаю, — слабо усмехнувшись, ответила девушка, — Форкс сам сплошная природа и уединённость.        — Собственно, он здесь лучший и самый компетентный врач. Не хочу ругать его коллег, но это чистая правда, — вздохнув, мужчина почесал затылок, — Хотя жизнь у него выдалась трудная, пришлось взять на воспитание Розали и Джаспера — ребята дальние родственники его жены, хотя Каллены уже растили других приемных детей. Я не люблю сплетни и всю эту болтовню, хотя ты сама понимаешь, у нас в городке быстро всё расползается. Хочешь или нет, а услышишь что-то краем уха, когда будут обсуждать. В общем, Эсми Каллен бесплодна, но очень любит детей и её муж был не против взять приемных. Когда они переехали, мы с Чарли переживали, что у них будут проблемы — столько подростков… Однако Каллены оказались куда более порядочными, чем многие молодые люди, чьи семьи живут в Форксе из поколения в поколение. С ними не возникает никаких проблем. И всё же, хорошо, что доктор женат! Медсестрички локти кусают и до ужаса завидуют.        — Я вижу, что они тебе нравятся, — вынудив себя вновь улыбнуться, сказала Кэтрин, — Рада, что у них всё так хорошо сложилось.        — А что случилось между тобой и Калленами? — вопросительно изогнув бровь, поинтересовался мужчина.        — Да так, ничего. Просто небольшое недопонимание, — махнув рукой, стараясь поскорее закончить разговор, ответила она, — Не важно, не бери в голову.        — Но тебя что-то беспокоит?        — Всё в порядке.        — Я, может, плохой собеседник и не имею родительского опыта, но неплохой коп и толика психолога во мне присутствует, — снова начал он, — Если тебе нужна какая-то помощь или ты захочешь поговорить…        — Ты не будешь против, если я включу в комнате музыку? — довольно резко и, возможно, излишне грубо, оборвала его Кэт, впившись ногтями в перила чувствуя, как начинают подкашиваться ноги, — Просто мне нужно немного отдохнуть и ещё сделать домашнее задание.        — Да, конечно… хорошо. — ответил коп прежде, чем девушка поднялась по лестнице и хлопнула дверью спальни, включая плеер.

***

       Включив музыку, достаточно громкую, полную ударных и бас-гитар, Кэтрин обессилено рухнула на кровать, зарывшись лицом в подушку. Плечи содрогались в рыданиях, постельное пропиталось слезами и стало влажным, однако успокоиться она не могла. Это был тихий и опустошенный плач, без излишнего драматизма. Ей просто нужно было выплеснуть накопившееся и, как только она чуть расслаблялась и думала, что со слезами покончено, как мысли и воспоминания делали очередной удар под дых. Благо, музыка была достаточно громкой, хотя Джон и так мог сложить всё воедино, и понять истинную причину столь поспешного запирания в комнате и грохота из плеера, но он ничего не сделал, давая племяннице время, чтобы успокоиться.        Приподнявшись с кровати, девушка уставилась заплаканными глазами на мольберт и стоящий в углу, за несколькими картинами, чистый и большого холст, который она привезла из Джерси-Сити. Чуть ли не сорвав с себя рубашку, с трудом расстегнув пуговицы дрожащими руками, Кэтрин бросила её на кровать и натянула широкую домашнюю футболку и спортивные штаны, поставила на мольберт холст и, схватив кисть, обвязала вокруг неё волосы, сделав пучок. Она открыла краски, даже не обратив внимания на их цвет, схватила баночки с кистями и вывернула их на пол. Взяв самую широкую из них и набрав чёрную краску, вытерла щёки от слёз и с яростью махнула кистью. Снова макнула в краску и, едва ли не закричав, повторила взмах. Краска плюхнулась на холст хаотичными кляксами, постепенно поглощающими белоснежное полотно. Кисть опустилась в красную краску, яростный взмах, инструмент едва не вылетел из рук, новые пятна. Краска. Взмах. Холст покрывается цветом. Взяв кисть в зубы, Кэт коснулась полотна пальцами, размазывая краску по ткани, зачерпнула новую порцию черного, ещё больше измазав руки, и провела линию. Принявшись продолжать работу кистью, стараясь выплеснуть эмоции через яростные и хаотичные взмахи, толком не задумываясь о том, какой получается картина, девушка впилась в нижнюю губу в попытке не дать хлынуть новым слезам. Отбросив художественные материалы, тыльной и чистой стороной ладони она убрала с глаз вылезшие из пучка пряди волос, вытерла щеки и снова принялась за рисование одними только пальцами.        Вскоре, ранее не сочетаемые мазки и кляксы стали всё больше приобретать цельную картинку, хотя по-прежнему оставались небрежными, исключительно подвластными эмоциональным порывам. На холсте более не было ни единого пустого места, всё закрывала краска. Едва ли держась на ватных ногах, Кэт измотанно села на кровать и вздохнула, опустив взгляд на свои испачканные дрожащие руки. Когда же она набралась смелости посмотреть, что сотворила, лицо её перекосилось от не слишком удачно сочетаемого месива, на удивление выглядевшего весьма гармонично: подобие гор и леса, небо перетекает в ночное, с неким северным сиянием — если разглядывать брызги и полосы разноцветных красок — неясные кляксы, завитки и мазки тянулись к черноте и, кажется, главной фигуре полотна — обхватившей колени и сжавшейся в углу девушке. Фигура состояла исключительно из небрежных мазков пальцами, и выглядела угловато, но четче, чем все остальные части композиции. В окружающей её черноте — комнате, как могло показаться — виднелись глаза с золотистой радужкой, устремившие свой взор на фигурку. Однако всю картину заполняли полосы от стекших капель — с самой верхушки холста тянулась красная, словно кровь, краска. Вскоре от грохота музыки, начала побаливать голова и, больше не удостоив вычурную картину взглядом, выключив плеер, Бенсон направилась в ванную.

***

       Сосредоточиться на уроках оказалось сложнее, чем она рассчитывала, то и дело что хотелось бросить всё и просто лежать на кровати или сидеть на подоконнике, смотря в окно — как раз зажгли фонари и улицы окончательно опустели. Прибрав беспорядок, устроенный порывом излить эмоции на холст, Кэтрин снова принялась за домашнее задание, включив в наушниках спокойную инструментальную музыку, весьма сильно контрастирующую с тем, что она недавно слушала. Джон заглянул в комнату лишь один раз, принеся горячий сэндвич, которому, на своё удивление, Бенсон даже была рада.        Когда на телефоне прозвучало уведомление о входящем сообщении, она удивленно изогнула бровь, раскрывая мобильник. Кэтрин даже забыла, как обменялась номерами с Беллой и несколькими новыми одноклассниками, обедающими с ней в столовой.       

«Ещё не спишь? Хотела извиниться, что не смогла подвезти тебя домой. Надеюсь, ты добралась благополучно. Жду завтра утром.        Белла».

       Кэт слегка улыбнулась и принялась писать ответ:       

«Всё О’кей. Меня подвезла Элис. Продолжу не соглашаться с Джесс, эта девушка довольно милая».

       Едва ли она отложила телефон, как тут же вновь прилетело СМС от Свон:       

«Элис Каллен? Не знаю, Кэт… Поговорим завтра. Всё ещё настроена устроить взбучку этому Эдварду, так что не сдерживай меня, если что. Спокойной ночи».

       Написав короткий ответ, Бенсон вздохнула и откинулась на спинку стула, прикрывая глаза. Отложив телефон, она провела рукой с, всё ещё остатками с трудом отмывшейся краски, пальцами, вынула наушники и сидела в тишине, увязнув в своих мыслях. Когда же она раскрыла глаза и взглянула на стол, к ней снизошло озарение. Большую часть времени Кэтрин корпела вовсе не над домашним заданием, а над своим блокнотом. Медленно, словно он представляет опасность и может укусить или взорваться в любую секунду, Кэт взглянула на появившиеся портреты и зарисовки, в попытках отыскать правильные и максимально схожие черты.        Память на лица всегда была её коньком, однако увидев семью Каллен, Бенсон поразилась самой себе. Наибольший акцент был сделан на глазах, для них она даже взяла цветные карандаши, от чего те выделялись из общей массы штрихов и линий. На одной странице на неё смотрели улыбающиеся, однако весьма пристально глядящие, как в столовой и на парковке, портреты Элис. Соседний лист принадлежал Джасперу, а новый разворот был отдан исключительно их парочке: они стояли рядом, обнимались и улыбались друг другу. Портретам Розали пришлось выделить разворот — Кэтрин вырисовывала каждую особенность блондинки старательно, словно что бы не ударить лицом в грязь и не обречь себя на яростное недовольство прекрасной девушки, если она ненароком увидит эти рисунки. Эмметт вызвал некие трудности — Бенсон не сразу удалось передать его мощь и грозность, но и его получилось запечатлеть в блокноте. Перелистнув страничку, проверяя, куда ещё утекло время, Кэт вздрогнула — на неё уставились злобные черные глаза Эдварда.        Не успев и подумать о том, как же выглядят приемные родители этих прекрасных подростков, девушка перевернула лист и обнаружила несколько попыток угадать внешность мистера и миссис Каллен, однако увидев их, Бенсон поморщилась и захлопнула блокнот — эти эксперименты придется продолжить, ни один из вариантов её совершенно не устраивал.        — Кэт? — Раздался голос дяди, упершегося плечом о дверной косяк и осторожно постучавшего по двери.        — Да?        — Извини, что мало уделяю тебе времени. Я… не знаю, каково это — быть отцом. Мак справлялся с этой должностью куда лучше меня. — Смущенно и виновато начал Джон.        — Я же говорила, что всё нормально. Не волнуйся. — Бросила она, однако тут же уловила взгляд дяди, устремленный на странную картину на мольберте.        — Нет, Кэт. — Возразил мужчина, переведя взгляд на племянницу, — Я же знаю, что это не так. И я обещаю, что постараюсь сделать всё, что в моих силах, и буду делать то, что требуется. По мере моих возможностей.        — Ты ни в чем не виноват, Джон. Я очень благодарна тебе за всё, что ты делаешь для меня, правда. Просто... пойми, всё это сложно, даже немного страшно. Мне нужно время, хотя, ты прекрасно знаешь, что его никогда не будет достаточно.        Дядя нахмурился и опустил голову, видимо, ругая себя за то, что мало интересовался племянницей и теперь это является причиной, преградой, почему ему очень сложно наладить с ней отношения и хотя бы немного заменить погибшего отца. Джону и самому было тяжело без младшего брата, хотя он и старался не показывать это столь открыто, не нагнетая и не давя на Кэтрин ещё больше.        — Хотел предупредить, что я завтра задержусь на работе. Если нужно, я могу подвезти тебя утром, а что бы забрать… — он запнулся и чуть нахмурился, задумавшись, — Могу попросить Стива, он завтра патрулирует недалеко от школы.        — Спасибо, но я уже договорилась с Беллой.        — Хорошо… тогда ладно, — протянул мужчина, почесав затылок от нарастающего чувства неловкости и напряжения, с каждой секундой всё больше и больше обволакивающего воздух, — Не сиди слишком долго, уже поздно. Спокойно ночи, Кэтти.        — Спокойной ночи, Джон. — ответила она. Когда дверь закрылась, Кэтрин отбросила блокнот в сторону и улеглась на стол, пряча лицо. У неё ни на что не было сил. Каждый день она прилагала зверских усилий, чтобы даже подняться с постели, чего уж тут говорить о любом разговоре или даже улыбке. И любое напоминание об отце, о прежней, нормальной жизни, до всех этих вынужденных перемен приносило ей адскую боль. Она не хотела полноценно осознавать, что лишилась и второго родителя, и отныне у неё не осталось никого, кроме неё самой. Упаковки антидепрессантов всё больше и больше выводили Кэт из себя и она не желала признавать, что они помогают не так, как она могла на то рассчитывать. Из-за них приходилось бороться со скачками в пустоту, где не было ни эмоций, ни чувств, ничего. Совсем ничего. Вытерев мокрые от слёз глаза, девушка тихо шмыгнула носом, и надрывисто вздохнула. В очередной раз Кэтрин молила, чтобы произошедшее оказалось дурным сном и она, наконец-то, проснулась.