Глава 3. Падшие... и Демоны. Часть 1 из ???(3-4)(черновик)
16 сентября 2018 г., 01:11
Город Куо. Заброшенная церковь. 6.00 AM
Невидимая обычными людьми чернокрылая фигурка приземлилась у старой, заброшенной, христианской церкви. Временного дома в городе Куо, под крышей которого сейчас обитала её группа. Рейналь не хотела начинать долгие объяснения полуголой и грязной, поэтому проникла внутрь через окно своей комнаты, расположенной в одном из пристроенных к церкви домов. В этих комнатах когда-то жил священник, и несколько служителей, чьей обязанностью было присматривать за церковью. Сбросив грязную одежду на стул, девушка воспользовалась единственной роскошью этой обшарпанной комнаты — отдельной ванной. Как и всё остальное, она несла на себе следы времени и запустения, но учитывая, что вторая, и последняя, ванна была в худшем состоянии, неудивительно, что Рейналь приходилось иногда делиться роскошью с Миттельт и Калаварнер. Хотя девушка не была особенно против. Приводя себя в порядок, Падшая раздумывала, что и как рассказать о произошедшем. Девушке очень хотелось изобразить всё в лучшем для себя свете, но и сильно искажать ситуацию было нельзя... «Хорошо, что мне удалось проскользнуть незамеченной, — подумала девушка нежась под струями душа, — это упрощает объяснение.» В действительности её полёт не остался незамеченным.***
Несколько минут до этого. Внутри церкви.
Синеволосая женщина, сидевшая за столом с закрытыми глазами и крайне сосредоточенным выражением на лице, наконец расслабилась и произнесла: — Наша пропажа возвращается. — Хорошо. Я же говорил, не стоит так за неё беспокоиться. Она уже самостоятельная девушка. И сильная. Бой с кем-то, способным ей угрожать, ты бы обязательно почувствовала, Клара. — Произнес мужчина сидящий рядом с чашкой кофе, и с усмешкой добавил. — Сейчас узнаем, почему наш «лидер» вернулся со своего «свидания» только на следующее утро. — Доня! Ты слишком спокоен! Не люблю неожиданностей. Они часто заканчиваются смертями. Но сегодня, кажется, действительно всё обошлось. Эта пара «Доня» и «Клара» или, как их знает большинство, Падшие Ангелы Донашик и Калаварнер, были старшей парой из квартета Падших засевших в этой церкви. А ещё они были родственниками младших. Донашик дед Рейналь и Миттельт, а Калаварнер тётушка первой и, соответственно, кузина второй. При этом младшие также приходятся друг другу кузинами. Семейное древо большинства мифологических существ может быть весьма занимательным, и в этом смысле это был довольно банальный случай, но именно это обстоятельство объясняло состав группы. Падшие Ангелы едва ли являются образцом семейных отношений. Однако! Когда, несколько десятилетий назад, родители Рейналь погибли, Калаварнер решила позаботиться о дочке сестры. К её сожалению, молодая Падшая к тому времени уже вошла в подростково-мятежную фазу. Это были долгие, нервные годы... Чтобы не страдать в одиночку Калаварнер втянула единственного доступного, и не являющегося помешанным идиотом, родственника, деда Рейналь по отцовской линии, Донашика. С его появлением управляться со вздорной девчонкой стало гораздо легче, хотя простой эта задача так и не стала. Калаварнер даже гордилась результатом воспитательного процесса. Амбициозная стерва, вот как оценивала тётушка свою племянницу. И, по сравнению с тем, что находится в головах большинства Падших, Рейналь просто Ангел! Почти в прямом смысле. Ещё чуть-чуть и перья белеть начнут! Конечно, есть Миттельт, вообще не проявившая никаких черт разделяющих Падших и Ангелов, но, учитывая, что её отец, дядя Калаварнер, и его жена отлично вписываются в образ рассеянных, безумных учёных, говорить о чем-либо ещё слишком рано. Клара испытывала лёгкие сомнения, поняла ли вообще эта парочка, что Донашик прихватил с собой свою внучку, когда в последний раз навещал дочь. Должны были понять, всё-таки Миттельт как-то дожила до семилетнего возраста. Младенцам, даже Падших, нужна забота. С другой стороны, раз за десяток лет они не нашли дочку, значит их всё устраивает... Видимо, не могут отвлечься от изобретения очередной «кофемолки судного дня»... Поэтому всегда существует возможность, что малышка Миттельт начнет, злобно хихикая, превращать бытовую технику в порождения безумного гения — абсурдные, бессмысленные и опасные. Вернёмся к Рейналь. Выйдя, к радости Клары и Дони, из состояния подросткового бунтарства, молодая Падшая стала гораздо более разумной и самостоятельной. И... Не перестала беспокоить своих старших родственников, ведь одной из основных черт её характера была амбициозность. Рейналь нестерпимо хотелось признания. И признания не родичей или сверстников. Признание тех Падших, которыми она восхищалась. Лидеров, вёдших Григори через Войну Трех Фракции. К сожалению, сама природа как будто была против честолюбивых планов девушки, ведь, если использовать терминологию демонов, она обладала потенциалом среднего класса, и по направлению способностей была саппортом/магом. С акцентом на поиск и скрытность. Совершенно не то, что приносит неувядающую, вековую славу. Наблюдая всё более рискованные и отчаянные попытки племянницы, Калаварнер отчётливо осознала, что они неизбежно приведут к плачевному итогу. Разделил это мнение и Донашик. Молодая девчонка подкинула старшей паре Падших новую задачу. Им было необходимо найти ей занятие, которое одновременно будет посильным, и даст возможность проявить себя, хотя бы теоретически. Именно решая эту задачу старшие обратились к своим непутёвым родственникам. Родителям Миттельт. Семейная парочка безумных учёных давно уже тратила свои таланты в Институте. Том самом, что активно изучает священные механизмы. Институте, в котором заинтересованы лидеры и сам Азазель. Институте которому необходимы ангелы способные находить носителей, и распознавать тип, священных механизмов. Как раз то, что идеально подходит под способности Рейналь. Она может вплотную подобраться, оценить, и затереть следы, при необходимости буквально изменив жертве воспоминания. Во всём этом девушка крайне талантлива. Фактически, в этом её значительно превосходят только сильнейшие представители Григори. Элита! Которая, естественно, не будет заниматься подобной рутиной. Для Рейналь же, это была работа под, косвенным, руководством самого Азазеля, к которому, по мнению Калаварнер, та проявляла просто абсурдный уровень идеализации. Работа, которая, потенциально, может принести ей его уважение, внимание и реальную славу. Девушка, весьма разумная и рациональная по меркам своего вида, ухватилась за возможность. Для Клары и Дони, это была работа на которой их воспитанница займётся чем-то безопасным, хотя и нудным, а не будет планировать убийство одного из четырёх Владык Демонов. Ведь именно к подобному итогу вели самостоятельные попытки Рейналь. По сравнению с этим работа с носителями священных механизмов, большинство которых не активны, а львиная доля оставшихся слабы, предел безопасности. И всегда существует возможность действительно ценной находки. Поэтому передав бразды «лидерства» одному заинтересованному, амбициозному девчоночьему личику, и заставив этим её выполнять всю скучную бумажную волокиту, квартет Падших отправился в кругосветное путешествие, проверяя слухи и зацепки щедро присылаемые Институтом, взаимодействуя с обширной сетью человеческих агентов и, иногда, получая неплохие результаты. Например, недавно им удалось перехватить изгнанную монашку обладающую «Сумеречным Исцелением». И, конечно, старшая пара с удовольствием наблюдала за муками «лидерства» Рейналь, не упуская возможности подтрунивать и откровенно стебаться. За годы подобной рутины они сполна отомстили за все те нервы, что им выжгла девчонка в свой подростковый период. Поэтому, Калаварнер испытала беспокойство, когда простейшее дело пошло не по плану. Ей приходилось прилагать титанические усилия, чтобы удержать себя в руках, и, метнувшись, не вытрясти из своей племянницы все подробности.***
Донашик, положив локти на стол, и сцепив ладони перед лицом, скрыв подобным образом грустную улыбку, наблюдал за Калаварнер. Синеволосая, сама не замечая этого, нервно отстукивала дробь ногтями по обшарпанной поверхности стола. Подобное беспокойство тётушки о племяннице, истинная редкость, ему казалось весьма очаровательным. Очаровательности добавляло то, что столь заботливая женщина считает себя суровой и чёрствой. «Мне повезло. Найти среди чернокрылой стаи кого-то столь заботливого. Калаварнер, ты прекрасная материнская фигура для этих девчонок. Если вспомнить, какими выросли мои детишки... Не будем о грустном...— Не меняя позы размышлял Падший. — Хм. Уже МНЕ становится стыдно, что моя внучка приносит тебе такое беспокойство. Будем надеяться, что у неё есть хорошее объяснение...»***
