Красный Император Гарема

Окончание главы 6.

***

      Древняя пословица, «ни один план сражения не выдерживает столкновения с противником», широко известна и правдива. Но Бертольд Диттмар всегда считал, что существует определённый минимальный предел сложности, ниже которого план становится настолько простым, что его невозможно провалить индивидууму без явных медицинских отклонений.       Фрид Селлзен, например, это мнение только подтверждал, ведь являлся агрессивным идиотом, в голове которого отсутствовали очень важные, для признания его полноценным разумным существом, детали, и из-за этого был способен провалить любое задание. Даже вкручивание лампочки.       Асия Ардженто же, по информации, которой обладала группа экзорциста на текущую миссию, была умной девушкой с хорошей памятью. Характеристика не предвещающая особых проблем. И уж точно не включавшая в себя терминальный случай «топографического кретинизма». Настолько тяжелый, что экзорцист-отступник подсознательно удивлялся, как девчушка не умерла от голода, не сумев найти холодильник в маленькой квартирке, куда её поселили после отлучения от церкви.       У Ардженто была карта и детальное описание нескольких способов добраться от международного аэропорта Нарита до временной резиденции группы Падших, с которой работал Бертольд в Куо... Девушка всё равно тыкалась вокруг подобно слепому щенку.       Когда Асия добралась на автобусе до узлового вокзала, откуда уходил прямой поезд в Куо, начисто проигнорировав возможность воспользоваться услугами, пусть и очень дорогими, но внесёнными в первоначальный план, таксиста, терзающее его чувство раздражения немного отступило и он уже начал верить, что в относительно небольшом Куо всё пойдёт проще, но «географический кретинизм» нанёс ответный удар.       Для немца, почти карикатурно соответствующему стериотипу о его нации как педантах, тем более прошедшего в церкви тренировки экзорцистов, в некоторых аспектах не сильно отличающиеся от тренировок отрядов специального назначения, было особенно мучительно видеть как Ардженто в очередной раз долго сверяет выданную ей карту городка с указателем, надпись на котором продублирована на английском, и, в очередной же раз, сворачивает в произвольное, непредсказуемое, направление, совершенно не то, которое вело бы к намеченной цели.       А затем Ардженто столкнулась с каким-то парнем прямо посреди улицы...

***

      «Пролететь треть мира, чтобы отправиться в фаст фуд с первым встречным...» — экзорцист, занявший столик так, чтобы не находясь в поле прямой видимости парочки контролировать их перемещения, сделал вид, что пьет заказанный кофе. Понаблюдав как девчушка прогуливается по городу со совершенно незнакомым парнем, по пути беззаботно исцелив царапины подвернувшегося ребёнка, Диттмар ощутил, что его раздражение переросло в горячее желание вернутся в Италию и достойно отблагодарить ответственного за воспитание Асии человека. Например, прострелить этому индивиду оба колена, символически вернув вред нанесенный девчушке и его, Бертольда Диттмара, головную боль.       «Парень подозрительный. Пора переходить к запасному варианту», — приняв решение экзорцист достал простой сотовый телефон, набирая довольно обыденно выглядящее кодовое сообщение...

Глава 7.

***

      Иссей с умилением смотрел как тонкие пальчики его новой знакомой аккуратно разворачивают бургер, который девушка рассматривала с неподдельным, «детским», интересом.       Асия Ардженто — монашка, которую Иссей случайно сбил с ног, а сейчас угощал фастфудом, по очень странному стечению обстоятельств искала именно ту церковь где Хёдо проводил большую часть своего времени.       А ещё, эта монашка обладала чудесной способностью исцелять раны, которой без сомнения воспользовалась вылечив поранившегося незнакомого мальчишку на улице.       Всё это вместе было очень подозрительно. Даже тайна неожиданного понимания итальянского и возможность говорить так, чтобы девушка понимала его ответы, терялась на фоне.       «С пониманием языков никакой тайны нет, партнёр. Многие сверхъестественные существа могут общаться без языкового барьера. Демоны, Ангелы... Драконы. Секюритеи обычно этой способностью не обладают, но были и исключения, — лениво отозвался голос Ддрайга на мысли Иссея. — Я понимаю, почему ты не хочешь вести эту монашку к Падшим. Все равно, что отвести овечку к стае волков. Удивительно проницательно, партнёр».       Иссей слегка кивнул в ответ чужим словам прозвучавшим в его голове, Ддрайг хорошо описал вставшую перед ним дилемму. Асия... Если изображавшая «Амано Юму» Рейналь старалась создать образ элегантной, женственной и добродетельной девушки, настоящей «Ямато Надешико», то Асия излучала детскую невинность и любопытство в какой-то кристально чистой, незамутненной форме.       «У Рейналь такой чистый образ не получался, а ведь она «элегантностью» и «женственностью» обладает в достатке. Правда её «добродетель» несколько спорна... Ну, не мне её упрекать, тем более я от этого только выиграл, — Иссей пытался сдержать дурацкую улыбку от умилительного зрелища перед ним. Монашка аккуратно откусывающая кусочки от гамбургера, с её чуть пухлыми щёчками и круглыми ушками, напоминала маленького, очаровательного хомячка. — Эх, что-то я сомневаюсь. Не могу сказать про Падших что-то действительно плохое, но меня преследуют сомнения».       Иссей не мог относится к молодой девушке иначе, чем как к ребенку нуждающемуся в опеке, и идея отвести монашку к её естественным врагам, Падшим Ангелам, пусть у него самого с ними и были хорошие отношения, выглядела крайне спорной. Фраза Ддрайга про овечку и волков прекрасно описывала ситуацию.       А ещё Хёдо беспокоило одно подозрение, основанное на прозрении, после некоторых недавних событий, насчёт реальной логики работы окружающего мира.       «Хентай. Скажи, ведь, как мы недавно выяснили, реальность работает по твоим законам? Хотя бы частично? — Иссей поставил локти на стол перед собой, сложив руки в замок перед лицом, частично закрыв этим жестом пробежавшее по его лицу параноидально-подозрительное выражение. — Передо мной добродетельная, альтруистичная, красивая монашка? Это, конечно, не «причёска смерти», но с добродетельными, альтруистичными, красивыми монашками в хентае ничего хорошего не происходит! Мне начинает казаться, что поблизости есть какой-то хмырь, имеющий злобно-извращенные планы на Асию! Спрятавшись в ближайших кустах, за столбом, или вовсе под столом или каким-нибудь камнем, гнусно ухмыляясь потирает руки, ожидая пока в них попадёт невинная дева! Сволочь!»       «И самое плохое, что я не могу понять кто этот «Хмырь», кто эта сволочь! Клишированно это должен быть какой-то «безликий» тип, пресыщенный жизнью мажор, или... — задумавшись он мысленно перебирал всех кого знал, пытаясь подставить их в возможный шаблон. — Нет, настолько чистого клише не видно. Может ли это быть кто-то из Павших? Рейналь?»

***

      Рейналь, в безукоризненно белой блузке и черной юбке элегантно закинув ногу на ногу сидела на вычурном, резном стуле, рядом с небольшим, высоким столиком из того же вычурного гарнитура, сильно выделяющимся из общего полуразрушенного антуража подвала церкви своей идеально полированной поверхностью, на которой стояли несколько электронных секундомеров и чайный сервиз.       В отличие от девушки, частично почерневший и покрывшийся красной чешуёй Иссей, одетый в футболку и штаны от спортивного костюма, активно двигался потея от нагрузки совершая очередное приседание с дополнительным грузом. Полутораметровым куском двутавровой балки весом под двести пятьдесят килограмм, с вырезанными световым копьём отверстиями под хватку его ладоней, сейчас, покрытых чешуёй.       — Время. Двадцать секунд, Иссей, — произнеся эти слова и дождавшись в ответ зелёной вспышки усиления, Падшая привычно перезапустила один из секундомеров отсчитывающих установленный практикой интервал за который истощался эффект одного применения священного механизма.— Ещё заход, затем отдых.       Изматывающее перетаскивание тяжестей кроме очевидной физической тренировки тела за гранью возможностей человека и магической выносливости постоянным использованием для этого священного механизма, должно было позволить неопытному Секирютею точнее ощутить собственную силу, свои возможности, на практике осознать как они меняются, возрастают при усилении и уменьшаются в тот момент когда это усиление исчезает.       Рейналь немного беспокоила безопасность таких тренировок, но всё было измерено и рассчитано с запасом, как по времени, так и по весу. Да и сама Падшая, пусть и сидяшая в нескольких метрах и не обладающая выдающимися талантами в области грубой силы, представляла собой неплохую страховку, ведь вполне могла этот вес при необходимости поднять, хоть и считала подобное совершенно неэлегантным.       «Хм, как там вчера Донашик сказал наблюдая за Фридом? «Можно бесконечно смотреть как горит огонь, течёт вода, и другие люди работают». Кажется, так?» — наблюдая, отсчитывая повторения в уме, как усердно тренируется её билет к будущему величию девушка не могла не согласиться с этой поговоркой.       — Всё. Перерыв, Иссей, — произнеся это она остановила секундомеры и встала, шагнув к замершему парню.       Иссей устало приподнял лежащий на плечах литой кусок металла и, покачнувшись из-за изменения центра тяжести, опустил балку торцом на пол, упирев в ближайшую колонну. И только затем расслабленно вздохнул, вытирая футболкой пот с лица.       «Совершенно. Никаких. Манер. — с долей юмора оценив действия парня, с которого постепенно исчезали аномальные признаки использования священного механизма, Падшая подошла вплотную, не осознанно положив ладонь на показавшийся из под задранной футболки напряженный пресс и проведя пальцами вверх по рельефу под влажной кожей.       Девушка ощутила как приятное тепло как будто просачивается через её руку, а в чуть горьковатом запахе пота Иссея чувствуется что-то будоражащиее, что-то принадлежащее большому, опасному хищнику...       — Ю... Эм, Рейналь? Что-то не так? — обеспокоенно спросил Иссей девушку, застывшую с рукой просунутой под его футболку.       — Н-нет, просто задумалась, — с проступившим румянцем смущения от потери контроля над собой Падшая отшагнула назад. — Просто...       «Собственно, почему бы и нет?» — злясь на себя за потерю самоконтроля, Рейналь схватила Иссея за футболку и оборачиваясь потянула его за собой. — Лучший отдых — смена деятельности. Пожалуй, я знаю, чем мы можем заняться. Раздевайся!       — Что? — усталый Иссей, толчком отправленный на стул, явно мыслью не успевал за противоречивыми порывами девушки.       — Я решила, что твое упорство и трудолюбие нужно поощрить, — как бы демонстрируя каким образом собирается «поощрять» девушка пальцами проведя по своему бедру подняла вверх юбку и зацепив чёрное кружево, несколькими плавными движениями избавилась от нижней части своего нижнего белья, скользнувшего вниз по гладким стройным ногам. Изящно переступив на месте, Рейналь освободила одну стройную щиколотку, и балансируя на одной ноге изогнулась, поджимая вторую, чтобы снять с неё мягкую ткань.       — А?... О! — до парня дошёл смысл происходящего и он резкими судорожными движениями начал сдирать с себя влажную футболку.       Падшая сделала пару шагов к Иссею, сев на колени, «оседлав» и прижавшись к нему, произнесла: — Ты не с того начал, Исэ. Когда ты устаешь, то становишься совсем деревянным.       Парень наконец избавившийся от футболки, явно не обратив должного внимания на слова девушки, с довольным выражением на лице обхватил ладонями её тонкую талию.       — Это значит, что мне стоит просто взять всё в свои руки. — рука Падшей скользнула по торсу парня вниз. — Буквально.

***

      «Нет, Рейналь по темпераменту не подходит на роль злодейки в подобном хентае, — сдерживая улыбку от приятных воспоминаний сделал вывод Хёдо. — У неё, конечно, есть недостатки. Привычка раздеваться в неправильном порядке, например... В плохом настроении, или после психологической раскачки, она, я думаю, способна на насилие. Но расчётливое, спланированное, жестокое издевательство? Нет, это на неё не похоже».       «Если бы с неё писали персонаж манги, то, скорее всего, упростили бы характер до цундере, — Иссей продолжил рассуждать. — А хентай с участием её и Асии был бы «ванильный» юри с доминированием властной и опытной «семпай» над робкой и невинной «кохай».       В воображении Иссея образ черноволосой девушки чувственно прижал к стене образ монашки, нежно взяв ту за подбородок и приближаясь с явным намерением...       Чудовищным напряжением силы воли Хёдо сохранил неподвижность и нейтральное выражение лица, подавив желание радостно визжать подпрыгивая на месте, как тринадцатилетняя фанатка на концерте обожаемого бойз бэнда.       «Кхэм. Ну, это точно не тянет на хентайные сюжеты с монашками. И слава всему святому, что есть! — радуясь тому, что безупречной логикой исключил свою девушку из перечня кандидатов на роль хентайного злодея заключил Иссей. — Рейналь — исключаем… Донашик?»

***

      — Пойдём, Иссей. Я сказал Рейналь, что сегодня помогу с твоими тренировками, — Падший махнул рукой в сторону беседки. — Но она всё равно возьмётся за тебя через пару часов как только закончит с неотложной работой.       «Парень действительно плохо выглядит. Дополнительная нагрузка грозит стать той соломинкой, что ломает хребет верблюда. Думаю Рейналь не хочет, чтобы её знали как Падшую, что прикончила Секирютея тренировками. Тем более, как Падшую буквально затрахавшую его до смерти, — обдумывая ситуацию, в которую всё же решил вмешаться, Донашик неспешно последовал за Иссеем — Это проблема, внучка его дополнительно нагружает, а парень не способен ей отказать. Это сочетание может породить лучшую шутку на следующие несколько тысячелетий. Даже знаменитому клинку Ази придётся потесниться! Детишки...»       — Перетаскивание тяжестей и тренировку с «Усиливающим механизмом» оставим Рейналь. Что-то ей в этом деле нравится, — в голосе Падшего отчетливо слышалась ирония. — Я, пожалуй, просто поделюсь с тобой, Иссей, мудростью веков. Или что там должно появляться у тех, кто прожил дольше подавляющей массы. Это займет какое-то время, присаживайся, пользуйся моментом, чтобы немного отдохнуть.       Пока Хёдо занимал место за столом, Падший достал сигарету и закурил, отойдя к арке входа, чтобы выпускаемый им дым не задерживался под деревянной крышей, тонкой струйкой поднимаясь в небо.       — Иссей, ты ведь знаком с идеей семи смертных грехов? Из библии? — спросил Донашик полуобернувшись, чтобы видеть своего собеседника.       — Гордыня, лень, похоть? Эти, Донашик-сан? — парень явно не был заинтересован началом беседы с довольно отвлечённых понятий. Хотя, возможно это была просто усталость.       — Да, они. Гордыня, скупость, зависть, гнев, похоть, обжорство, лень или их синонимы, если привести весь список, — подтвердил Падший. — Ты наверное думаешь к чему всё это? Мифологии тяготеют к символизму, и эти семь слов отделяют Падших Ангелов от Ангелов, которыми большинство из нас когда-то были. Из-за каждого из них чьи-то крылья почернели...       Падший затянулся и выдохнул колечко дыма, задумчиво проводил его взглядом и, стряхнув пепел в пепельницу стоящую на перилах беседки, полностью обернулся к своему собеседнику.       — Да, вижу ты не понимаешь, к чему всё это. Никогда не думал, что мне когда-нибудь придётся играть роль брачного консультанта. — старый Падший замолчал, что-то обдумывая. — Ладно, попробуем подойти с немного другой стороны.       — Женщины существа плохо предсказуемые, но за тысячелетия жизни начинаешь видеть некоторые закономерности. — Донашик неопределённо махнул рукой и с явно чувствовавшимся юмором добавил. — Например, что иногда без женщин лучше. Даже таких красивых, умных и логичных как Калаварнер. Иногда особенно без таких женщин как Калаварнер.       Иссей уже было собрался что-то сказать, но был прерван Падшим продолжившим говорить: — Да, я понимаю, что для тебя «без женщин» не вариант...       — Нет, я хотел спросить про «тысячелетия». Это в буквальном смысле? Эм, мне очень любопытно, сколько же лет этим очаровательным и прекрасным дамам. — Хёдо сделал жест рукой в сторону церкви, где должно было сейчас находится женское трио Падших Ангелов.       Донашик медленным движением погасил окурок сигареты и, задумчиво помолчав минуту, ответил: — А ты экстремал, Иссей. Любишь адреналин? «Дергать тигра за усы»? «Запах напалма утром»? Женщины не любят намеков на свой возраст, а некоторые просто ради смеха могут воспользоваться современными культурными причудами, прожарив тебя до хрустящей корочки. Мне казалось, что ты это должен понимать, Иссей.       Старый Падший достал новую сигарету и задумчиво покатал её между пальцами, перед тем как продолжить: — Ладно, отвечу. Без деталей. Скажем, я был на Ближнем Востоке во времена крестовых походов. Я единственный, среди Падших Ангелов которых ты встречал, что именно пал, а не был рожден уже после всего того бардака. Клара лично видела Великую французскую революцию. Миттельт самая молодая, моложе тебя, Иссей, по человеческим меркам она выглядит на свой возраст. Рейналь, я думаю ты хотел узнать именно о ней, чуть старше тебя, фигурально выражаясь, слишком стара, чтобы быть твоей старшей сестрой, но слишком молода, чтобы быть твоей матерью.       — Значит, Рейналь около тридцати? — напрягая свои математические способности Иссей прикинул возраст своей девушки. А вот даты Великой французской революции и крестовых походов ему явно нужно было уточнить.       — Хочешь точные цифры, спрашивай у них сам. А я посмотрю на результат. С твоей абсурдной удачей из этого может и что-то неожиданно забавное получиться, — щелкнув зажигалкой Падший поджёг новую сигарету и, вдохнув-выдохнув дым, продолжил. — К тому же, для тебя их возраст значения не имеет. В ближайшие пару тысяч лет та же Рейналь физически не изменится и будет всё такой же. Это люди превращаются в горстку праха стоит только отвернуться.       «Что-то меня на философию и пространные рассуждения потянуло, — посмотрев на голубое небо, раздраженно подумал старый Падший. — Нужно уже сказать то, что собирался и больше к этому не возвращаться».       — Вернёмся к теме. На чём, я остановился?... Ах, да. Закономерности... Иссей, для понимания других существ очень важно понимать, что ими движет, их желания, их мотивацию. Это относится ко всему живому, не только к женщинам, но для тебя... — Донашик не моргая посмотрел прямо в глаза Хёдо. — Как ты думаешь, если предположить, что каждый из Падших Ангелов движим одним из семи грехов, или их сочетанием, тогда, что из них присуще Рейналь? Чего она хочет?       Иссей как-будто осенённый идеей поднял палец к потолку и уже открыл рот, чтобы высказать свою догадку, но неожиданно застыл не произнеся и звука.       — Нет, это не похоть. Это гордыня. Хотя в её случае скорее гордость и желание признания. Не самый впечатляющий образчик того, что называют «смертным грехом», но это к лучшему, — опроверг Донашик, предположив какую именно догадку не хочет произносить Хёдо. — Кхэм, мотивация Рейналь точно не похоть, ты понимаешь намёк Иссей? Теперь задай себе вопрос: «Что же она от меня ожидает?»       Иссей закрыв рот опустил руку, явно задумавшись над словами Падшего.       — Понимание чего от тебя хочет твоя женщина, первый шаг на пути к тому, чтобы не оказаться в конечном итоге голым посреди пустыни Сахара с целиком засунутым в задницу ананасом. Образно выражаясь, — Донашик, раздражённый неприятным для него разговором, не смог сдержать своё уникальное чувство юмора. — Вообще-то, понимание мотивации окружающих очень полезно. Помогает избежать близкого знакомства с пустынями и сохраняет позитивное отношение к фруктам. Ещё этому способствует устойчивость к алкоголю, но это немного другая тема.       Видя как парень слегка побледнел, Донашик решил немного сгладить картину неизбежного приближения ананаса.       — Тут есть и положительная для тебя, Иссей, сторона. Моя внучка никогда бы не стала углублять отношения с кем-то, только чтобы получить рычаг для влияния. Этот шаг слишком сильно ранил бы её гордость. Похоже ты ей чем-то действительно нравишься, — в этот момент Падший снова сменил тон на предельно серьёзный. — Поэтому, я тут и изображаю семейного консультанта, чтобы вы избежали появления ананаса в ваших отношениях. Поверь, семейные консультации совершенно не то, на что я хочу тратить своё время.       Донашик снова отвернулся к арке беседки, чтобы докурить вторую сигарету, и дать Хёдо время обдумать сказанное.       — Иссей? — в голове Падшего проскочила неожиданная абсурдная мысль, на общем фоне почему-то выглядящая очень реалистично.       — Да, Донашик-сан?       — Я подумал... С тобой же обсуждали «птичек и пчёлок»? Или как там ещё... «пестики и тычинки»? — голос старого Падшего впервые за разговор звучал неуверенно.       — Конечно! Я знаю! Не надо!...       — Успокойся. На подобный разговор у меня бы терпения не хватило. Клара... Не важно, — Донашик затушил сигарету в пепельнице, решив закончить этот неудобный разговор. — Последний совет. Не обязательно давать девушке всё, что она требует. Даже не обязательно давать часть из этого, нужно лишь чтобы она была довольна тем, что получила.       И продолжил вернувшись к своему ироничному тону: — Пойдём, посмотрим смогу ли я довести Фрида до инсульта, заставляя его штукатурить стены. Заодно научу тебя навыку, которым должен обладать любой настоящий мужик! Умению сворачивать треуголку из старой газеты...

***

      «Хм, нет. Я не думаю, что Донашик захочет тратить время и силы на что-то подобное. Он скорее будет саркастически язвить, лениво дымя как паровоз, — решил Иссей вспоминая своё общение со старым Падшим. — Эм, «Мадам Босс»? Калаварнер?»

***

      Калаварнер сложила руки под грудью, стоически рассматривая сидящего перед ней молодого Хёдо, на котором явно было видно признаки истощения о которых ей говорил Донашик, и ради которых она временно оставила бесконечно растущую гору отчетов, донесений и прочего бумажного мусора, разбор которой легкомысленно забросила её племянница.       «Кажется у меня действительно прибавилось работы, — с раздражением Падшая признала необходимость вмешательства. — Донашик как всегда умудрился увернуться от обязанностей. Рано радуется, я ещё найду ему какую-нибудь неприятную задачу».       — Иссей, Донашик говорил, что у тебя появились вопросы про «Мифологии»? О более фундаментальных знаниях, чем можно получить из распространенных мифов или общедоступной оккультной литературы. — Калаварнер дипломатично решила зайти из далека.       — Да? У меня появились? — парень явно не совсем понимал о чём ему говорят.       — Он говорил, что ты интересовался какими-то аспектами биологии Падших... Честно говоря, было довольно трудно понять чем конкретно, — Падшая вспомнила этот довольно странный разговор. — У Донашика опять было обострение чувства юмора.       — А? О! Об этом! Ну, да. Мне было любопытно... Но это не особенно важно! Наверняка есть что-то гораздо более важное чем моё пустое любопытство, — нервничающий парень явно пытался уклониться.       «Судя по реакции варианты темы вашего разговора стремительно сужаются, — Калаварнер сама не заметила как её лицо на миг приняло суровое выражение. — Впрочем, это было изначально очевидно и совершенно ничего не меняет».       — Он говорил не только о проявленном тобой любопытстве, Иссей, — Калаварнер попыталась высказать свою мысль как можно мягче. — Знаешь ли Рейналь видимо очень нравится помогать тебе осваивать Усиливающий Механизм. И похоже, что эти эмоции помешали ей понять, что нагрузка для тебя немного великовата. Ты выглядишь выжатым досуха, Иссей.       Хёдо как-то смущённо улыбнулся в ответ на её слова.       — Лучший отдых — смена деятельности, — услышавший старую поговорку Хёдо стал краснеть — Поэтому Рейналь частично вернётся к обязанностям лидера, которые полностью скинула на меня в последние дни, а мы с тобой воспользуемся высвободившимся временем, чтобы «сменить деятельность».       Парень достиг глубины оттенка спелого помидора.       — Не волнуйся, твой прогресс в освоении Усиливающего Механизма впечатляет. Кажется у тебя к этому талант. К тому же, вы с Рейналь будете регулярно возращаться к своим занятиям, просто реже. — не совсем понимая, почему Иссей так бурно реагирует, Падшая попыталась убедить его в том, что в его способностях никто не сомневается.       — А в остальное время я возьму всё в свои руки... — Хёдо издал какой-то странный хрип и Калаварнер оборвала свою фразу и, по выработанной многолетним общением с идиотами, детьми и Донашиком, который одним своим существованием создавал, по мнению Падшей, новую подкатегорию, привычке «пригвоздила» тяжёлым взглядом глупо себя ведущего подопечного...

***

      «Подсознание, почему ты подсунуло мне именно эту сцену? Да, они с Рейналь используют одинаковые фразы и даже интонации одинаковые, но ведь конкретно тогда все двусмысленности были случайны! — немного подумав он сам для себя уточнил. — Вспоминая остальных Падших, нужно уточнить, что это всё же моё предположение, но она слишком серьёзна, чтобы так пошло подтрунивать...»       «Хм, Рейналь действительно многое переняла от своей тётушки. Даже жанр, — подталкиваемое Хентаем Подсознание выдавало картинку за картинкой с образами Калаварнер в виде сурового профессора или бизнес-леди «наказывающей» одну неуклюжую блондинку. — Вот только, Калаварнер в подобном совершенно не заинтересована. Даже немного обидно».       Отвернувшись, чтобы скрыть от девушки сидящей напротив смущение, вызванное её образом, переодетым в женский офисный костюм и находящимся в ситуации, в которой точно не должна находится такая милая, невинная монашка, парень очень сосредоточено стал рассматривать зал.       «Кхэм. Да, я отчётливо представляю суровый взгляд которым Калаварнер меня размажет тонким слоем по земле за одни такие мысли, но почему-то от этого становится только лучше, — по позвоночнику Иссея пробежала волна приятной дрожи. — Мне даже немного жаль, что всё это всего лишь мои фантазии. Эх... Миттельт?»

***

      Молоденькая светловолосая Падшая спускалась к своей цели в старый подвал церкви, заложив руки за спину.       Частично покрытый чешуёй от воздействия Усиливающего Механизма Хёдо бегал кругами со здоровенным куском металла на плечах провожаемый каким-то мечтательным взглядом Рейналь сидевшей за круглым чайным столиком.       — Ух! — остановившись и скинув балку на пол поприветствовал парень вошедшую. — Фух. Привет, малышка Миттельт.       — Что-то нужно Донашику или Калаварнер? — немного недовольно произнесла Рейналь, привычно-выверенным движением сбрасывая секундомеры.       — Нет, им ничего не нужно, — ответила на вопрос Миттельт и, изобразив самое невинное выражение лица на которое была способна, добавила. — А вот я хочу кое о чём попросить. Иссей, ты же окажешь мне одну услугу? Тебе почти ничего не нужно будет делать.       — Если я смогу, то конечно помогу такой очаровательной девушке, — гордо расправив плечи Секюритей ухнул в беззатейливо поставленную ловушку.       — Тогда, постой спокойно, пока я возьму несколько образцов, — с ангельской улыбкой произнесла Миттельт, доставая спрятанные до этого за спину огромные клещи. — Я быстро.       Пару раз клацнув инструментом длинной в половину своего роста маленькая блондинка двинулась на Иссея с радостной улыбкой.       — Ч-что? — Хёдо явно не ожидавший такого от миленькой, хоть и плоскогрудой, девчушки зрительно «сдулся» и напуганно пятился, неосознанно пытаясь прикрыться от неожиданной угрозы столом и сидящей за ним Рейналь.       — Постой спокойно пока я отдираю пару чешуек, говорю, — выпустив свои темные крылья маленькая Падшая, почти ими не шевеля, поднялась в воздух и ангелом смерти полетела за парнем. Очень медленным ангелом смерти. — И кристалл. Ещё вроде у тебя в этой странной форме появляются рога... Пожалуй, для них мне понадобится медицинская пила.       — Нет! Я не согласен! — Хёдо ускорился огибая стол, чтобы оказаться точно на противоположной стороне этой ненадёжной преграды от надвигающейся угрозы.       — Иссей! Ты — пообещал! — измерив взглядом расстояние между столешницей и потолком, и решив, что риск столкнуться с хихикающей кузиной, мебелью или потолком во время воздушного маневра слишком велик, медленно полетела вокруг. И на это решение точно никак не влияла очаровательно-смешная реакция Иссея. — Давай, мы не забудем твою жертву ради науки!       — Я никому не обещал позволить оторвать от себя куски!       — Не будь ребёнком, прояви мужество, Хёдо! Мы просто обязаны понять, почему священный механизм в тебе так необычно проявляется! — Миттельт неотвратимо, но очень медленно, преследовала Иссея, периодически щёлкая клещами. — Всё заживёт! К тому же, Рейналь наверняка нравятся брутальные мужчины покрытые шрамами!       — Хи-хи-хи! — продолжала тихо смеяться прикрыв рот ладонью сидящая за столом Падшая, наблюдая за выглядящей почти комедийной погоней происходящей, буквально, вокруг неё.       — Рейналь! Хватит смеяться! Сделай что-нибудь! — завершив очередной круг и вновь оказавшись за спиной своей девушки Исеей опустил свои всё ещё чешуйчатые руки на её подрагивающие от смеха плечи.       — Хи-хи!... Ох, хорошо. Прекрати, Миттельт, — произнесла Рейналь сделав пару глубоких вздохов, чтобы успокоиться. — Хорошо, что вы нашли общий язык, но, я думаю, Иссей неплохо выглядит и так.       — Но наука! — Миттельт остановилась, паря на одном месте.       — Тут всё равно нет подходящего оборудования, — обратилась к здравому смыслу кузины Рейналь. — К тому же, сейчас неподходящие обстоятельства, чтобы проверять регенерирует ли механизм Иссея.       — Ла~адно... — недовольно надув щеки маленькая Падшая убрала крылья и окончательно опустилась на пол.       — Не переживай так, если уж Иссей пообещал помочь тебе в развитии науки, то мы непременно найдём такую возможность!       — Эй!       — Хи-хи! Это тебе урок не обещать что-то не разобравшись, Иссей...

***

      «Чувство юмора Миттельт характерно специфичное, — подсознание парня выдало жутковатый образ головы Асии, торчащей из металлического короба с мигающими лампочками и конечностями из гофрированной резины, как несколько десятилетий назад представляли роботов.       «... Нет! Это относится к жанру ужасов! А реальность подчиняется именно законам хентая. Мне нужен злодей из него, а не «безумный ученый», — парень попытался изгнать образ из головы. — Миттельт тоже не подходит, хоть я и слегка обеспокоен...»       Продолжая размышлять парень смотрел, как Асия доела свой бургер и взяла своими тонкими пальчиками большой стакан колы с соломинкой.       «Странно. Никто не подходит... Неужели я ошибаюсь? Кто вообще ещё есть? Фрид?»

***

      ...

***

      «Не~е! Для этого нужны хоть какие-то способности к планированию, а Фрид — идиот», — сделав очевидный вывод, Иссей начал по второму кругу примерять на роль злодея всех кого знал. Пока больше всех подходила Айка Кирью, у неё было достаточно мозгов для планирования и некоторый интерес к вопросу, но детали не сходились, у неё не должно было быть возможностей для реализации таких планов и не было причин отправлять свою жертву в руки Падших.       «Н... Не может быть! — глаза парня шокировано округлились от пришедшей ему в голову мысли. — Невероятно, но так логично!»       В воображении Иссея сама собой нарисовалась картина злодейской пещеры освещаемой потоками лавы, превращенной в подобие тронного зала, на железном троне которого сидел «Хмырь». Голову «Хмыря» украшало что-то вроде резного венца, а скрытые тенью от чёлки глаза заметно янтарно светились. Правая когтистая и чушуйчатая рука властно лежала на нежной светлой коже изгиба бедра сидящей у него на колене красивой чернокрылой брюнетки, одетой в белое фэнтезийное платье на половину состоящее из разрезов, а в левой была зажата золотая цепь ведущая к ошейнику роскошной рыжей девушки, одетой в черную версию платья первой, сидящей у подножия трона и прижимающейся к ноге «Хмыря». В нескольких метрах перед небольшим возвышением на котором стоял трон, в эротично разорванной рясе, полулежала молоденькая блондинка почти буквально излучая ауру беззащитности.       «Подсознание! Хентай! Почему я оказался самым подходящим кандидатом на роль хентайного злодея?!» — в воображении Иссея светящийся пруд лавы отодвинулся в сторону, чтобы не накалять металл трона на котором стали вырисовываться знакомые парню пошлые картинки, слегка портящие фэнтезийный антураж.       «Это вы мне пытаетесь намекнуть, что от происходящего у меня появилось раздвоение личности и моя «злобная» половина воплощает хитроумные планы по созданию гарема активно выискивая кандидаток по всему миру?! — иронично продолжил размышлять Хёдо над подкинутым Подсознанием образом. — И если посмотреть со стороны, то я действительно первый кандидат... Но я же этого не делал, ведь так?!»       «Гха-ха! Нет, партнёр, я с тобой постоянно, ты этого не делал. Да у тебя и времени не было», — в голове Иссея прозвучал голос Ддрайга.       «Это успокаивает...»       «Да, Иссей! Верь голосу в голове! Слушай голос в голове! Голос в голове говорит правду! — со знакомыми ироничными интонациями добавил голос в голове Хёдо.       «Ддрайг?»       «Да, партнёр?»       «Мы слишком много времени проводим рядом с Донашиком. Он на тебя плохо влияет».       «Хо-хо! — огромный дракон добродушно-рычаще засмеялся. — Мне давненько не удавалось повеселиться. Если без шуток, то во сне ты действительно не ходишь».       Вздохнув Исеей повернулся к окну, пытаясь всё-таки понять, что ему делать.       — Асия Ардженто? И ты, Иссей, с ней? — неожиданно раздался знакомый голос.       «Кажется время отпущенное мне для принятия решения вышло».