Подожди, я сама

      Это был теплый и солнечный весенний день. Лучи солнца причудливо переливались в водах небольшой речушки, по меркам коротышек являвшейся широкой, глубокой и полноводной рекой. На одном из участков своего течения, речка раздваивалась на два рукава, образуя небольшой протяженный островок, покрытый зарослями кустов. Ничего примечательного. Обычный островок. Правда в зарослях кустов виднелась небольшая хижина, построенная из веток и бересты. Окошко и дверь, от порога которой к песчаной отмели вела тропинка.       Дверь крошечного домика открылась, и изнутри вышел рослый малыш с густыми длинными взъерошенными золотистыми волосами, из-за чего коротышка напоминал льва. Одет островитянин был весьма просто: старые, поношенные и выцветшие брюки и закрытая рубашка, поверх которой была надета безрукавка со множеством карманов. Ноги были босы. На берегу реки стоял котел висящий над открытым очагом, выстроенный из кольца камушков, скрепленных глиной. Рядом лежали дрова. Островитянин неспешно развел огонь, и, зачерпнув воды в котел, повесил его над огнем. Далее малыш разделся до гола и с разбегу бросился в поток реки, скрывшись в ее глубинах с головой. Пару минут пловца не было видно, пока наконец он не вынырнул, отряхивая голову, сделав глубокий вздох, наслаждаясь живительным кислородом. Намокшие густые волосы так и норовили лезть в глаза, мешая тем самым. Коротышка поплыл брасом к берегу, орудуя крепкими мускулистыми руками, и вновь оказался на острове, побежав греться к огню. Островитянин принялся готовить пищу, а так же решил посвятить время одному щепетильному занятию. В отличие от большинства малышей, на лице этого коротышки росли жесткие волосы. Чтобы они не мешали, раз в две недели малыш срезал их острым лезвием. Малыш намазал щеки и подбородок специально приготовленной мазью и принялся ловко срезать щетину заранее нагретым лезвием.       В это время выше по течению из-за поворота реки показались две одноместных лодочки, в каждом из которых сидело по одному гребцу. Один гребец был обычным гребцом, синхронно гребя двумя веслами в противоположную от хода лодки сторону. Второй был байдарочником, ловко орудуя двойным веслом, загребая то справа, то слева.       - О, нет! – потянул коротышка, узнав в лодочниках двух малышек из Речного города. – Снова они!       Речной город был выше по течению и в часе ходьбы по суше. Небольшой город, а вернее два городка, раскинувшихся на противоположных берегах. Правый и левый города были построены разными группами коротышек. В скором времени между городами через реку был перекинут подъемный бревенчатый мост. Две башни с фонарями на вершинах и с навесами стояли друг напротив друга. Утром оба настила, на цепях опускались вниз синхронно друг другу, соединялись и создавали мост. Ровно в шесть утра мост опускался и ровно в полночь поднимался, а огни служили ориентирами для запоздалых путников. В этих двух противоположных городах и жили две малышки. Огонек и Снежинка, направлявшиеся к этому острову. Еще приближаясь, они принялись ругаться и толкать друг друга веслами. Худо-бедно, но малышки добрались до острова, не искупавшись в воде. Обе были одеты в короткие брюки до половины икр, рубашки и безрукавки и обе были босые. Так чаще всего и одевались здешние малышки, предпочитая практичность в моде.       - Снова вы! – потянул Вихрь, закатив глаза. – Нет! Пожалуйста, нет!       В отличие от других городов, в этом краю малыши и малышки сожительствовали друг с другом. Раз в год, в день летнего солнцестояния, проводился праздник, во время которого малышка и малыш имели право себя объявить парой перед лицом собравшихся товарищей. Коротышки вечером разводили костры и при свете их, малышка подходила к тому или иному малышу, и, взяв его за руку, выводила на всеобщее обозрение. Она поднимала ему руку и громко объявляла, что отныне и до следующего дня летнего солнцестояния, этот малыш всецело принадлежит ей. Как правило, договор о временном союзе между малышом и малышкой заключался заранее. Малыш и малышка плели из веревочек или проволоки браслеты и надевали друг другу на запястья, тем самым обозначая союз и обменивались поцелуем. Союзы были абсолютно свободными. По доброй воле заключали союз, и по общему согласию со временем могли расстаться. Расставание не считалось чем-то плохим, если малышу и малышке уже не желали жить в паре. В этом случае малыш и малышка расставались, даря на прощание друг другу подарок. Коротышки, чьи пути разошлись, тем не менее, оставались хорошими приятелями, а порой со временем возобновляли союз. Малыши и малышки Речного города жили небольшими группами, как и коротышки из других городов. Разница была в том, что в других городах жили группы малышей или малышек в домах, а здесь жили группы пар. Каждый дом в среднем предназначался на десять пар. Впрочем, иные малыши и малышки жили одни и не испытывали потребности в близости.       Сегодня был канун праздника. Вихрь намеренно заранее покинул город, уплыв вниз по течению на лодке, поселившись в своем скромном и уютном домике, где тихо и спокойно и мухи не кусают. Малыш прекрасно знал, что многие малышки имеют на него планы, но первые среди них Огонек и Снежинка. И если остальные малышки смирились с его бегством из города, эти две малышки не угомонились и отправились вслед за ним. Снежинка и Огонек были влюблены в него словно кошки. Вихрь не отвечал им симпатией или антипатией, а вот сами Снежинка и Огонек из-за него страшно враждовали, всячески вредя друг другу и называя себя всякими обидными словами. Вот и сейчас они принялись спорить друг с другом, доказывая друг другу, что Вихрь должен принадлежать именно ей.       - Отбой, малышки! – ответил Вихрь, прерывая спор малышек. – Хватит делить не принадлежащее вам! Я не твой, Огонек! И не твой Снежинка.       - Вихрь, неужели я тебе не нравлюсь? – спросила Снежинка, делая знаки внимания.       - Да как ты ему можешь нравиться? – с насмешкой спросила Огонек. – Ты только посмотри на себя! Бледная, как поганка…       - Это я поганка! – возмутилась Снежинка, краснея от гнева. – На себя посмотри, гнездо воронье!       - Быстро замолкли обе! Иначе выгоню вас с острова! – пригрозил незваным гостьям Вихрь. – С чего это я должен любить кого-то из вас, если вы обе не можете поладить между собой? Вы постоянно спорите, ссоритесь и деретесь!       Снежинка и Огонек принялись доказывать, что не ссориться невозможно, обвиняя друг друга в чем только можно. Малыш это слышал уже тысячу раз и более не желал слышать более.       - Вы обе хорошие малышки и глупо, что не желаете дружить друг с другом.       - Так как мы можем дружить, если мы разные? – спросила Огонек.       - Различия не помеха дружбе, поверьте! – ответил Вихрь, сидя напротив. – Какая разница, что вас разделяет, если куда больше того, что вас объединяет. Видите два берега этой реки? Они противоположны, однако, они образовывают русло, по которому и течет вода. Если отбросить все эти размышления в сторону, вы вполне можете попытаться подружиться друг с другом. Понимаю, нелегко, но попытка не пытка.       Вихрь поднялся на ноги, возвысившись над сидящими на мягкой траве малышками, внимательно его слушавшие       - Не желаете, заключить соглашение? Я бы сказал, пакт… да не важно, как это называется! – предложил Вихрь, жестикулируя руками перед собой. – Я попытаюсь помирить вас и сделать вас друзьями.       - Сделать нас друзьями? – потянули хором малышки, переглянувшись и поморщившись. – Но это же невозможно!       - Не говори "невозможно", пока не убедишься в обратном, – возразил Вихрь, и протянув руки, поднял малышек на ноги. – С этого дня и до начала следующего лета я буду рядом с вами. Трудится, и отдыхать мы будем вместе. Заодно вы будите пытаться ладить друг с другом. Под моим чутким контролем! Что скажите?       Малышки переглянулись. Предложение Вихря было каким-то причудливым и неожиданным. Быть может, Вихрь шутит или перегрелся на солнышке?       - Понимаю, вы воспринимаете мои слова как бред безумца, – вновь обратился малыш к малышкам. – В целом так оно и есть. Но не спешите отказываться. Если вы подружитесь, даю слово, что в следующее лето во время праздника я выберу к себе в пару одну из вас. Если вы сможете быть друг другу друзьями, тогда каждая из вас достойна, чтобы быть рядом со мной. Отказываетесь от предложения, тогда проваливайте с моего острова! Третьего варианта не дано.       Огонек и Снежинка были поставлены перед нелегким выбором. Дружить друг с другом не было желания, однако в противном случае Вихрь прогонит их прочь и тогда все их мечты рухнут в одночасье. Эх, что не сделаешь ради любви!       - Если вы согласны, – вновь обратился Вихрь. – Тогда скрепим соглашение поцелуем.       - О, да! – воскликнули малышки и потянулись к малышу, сделав губки бантиком. – Иди сюда!       - Куда это вы губы раскатали? – рассмеялся Вихрь. – Поцеловать вы должны не меня, а друг друга…       - ЧТО!? – хором воскликнули малышки, вытаращив глаза.             - Поцелуйтесь в знак дружбы! – велел Вихрь, едва сдерживая смех. – Я жду…       Снежинка и Огонек посмотрели друг на друга. Ужас! Но что не сделаешь ради любви! Обе малышки тяжело вздохнули, и, закрыв глаза, поцеловали друг друга дважды в щеки, после чего развернулись, долго морщась и кашляя.       - Не искренне, но принимается! – произнес Вихрь, со смехом наблюдая за потугами двух влюбленных. – Ладно, подруги, не будем терять время! Год это почти целая вечность, но вечность имеет свойство быстро заканчиваться. Начнем с того, что втроем мы построим лодку на три весла.       Малышки не понимали, зачем им еще одна лодка, однако приступили с малышом к работе, принявшись мастерить лодку. Вооружившись необходимыми инструментами, малыш и две малышки три дня и три ночи трудились не покладая рук над постройкой лодки с парусом и тремя рядами весел. Наконец лодка была готова, и состоялся торжественный спуск ее на воду, по старинному обычаю. Особо долго Вихрь трудился над носовой фигурой судна, орудуя стамесками. Наконец фигура была готова. Изваяние двух фигур малышек с длинными распущенными волосами.       - Огонек и Снежинка, красиво, не правда ли? – спросил малыш, продемонстрировав композицию из дерева, которую делал втайне от подруг.       - Да это же мы! – всплеснула руками Огонек, рассматривая выразительно вырезанные фигуры. – Слева я, а справа… Снежинка. Но что-то Снежинка получилась слишком красивой.       - Красивой я получилась, потому что я красивая! – заявила белокурая малышка. – Но что-то очень я уж грустная. Вон, какая ты довольная слева!       - Я придумал лодке название. Назовем нашу лодку "Дружба"! – предложил Вихрь, и малышки одобрили его решение.       С этой поры по водам реки стала плавать лодка с таким названием, во главе которой был Вихрь, а в подчинении у него два палубных: Огонек и Снежинка. Вихрь учил Снежинку и Огонек вдвоем грести на веслах во время плавания. Не так это было просто, как на первый взгляд. Сидя спиной друг к другу, обе малышки должны были синхронно управлять веслами. Поначалу гребли они, взмахивая в разнобой, но Вихрь был настойчив в наставлении.       - Раз, взяли! – хором напевали малышки, чтобы согласовывать движения. – Раз, взяли!       Вскоре малышки научились синхронности движения, и тогда Вихрь усложнил задачу: малышки должны были грести молча, на ментальном уровне понимая друг друга. Так и прошло незаметно лето, а затем последовала зима. Река покрылась льдом. Неразлучное трио стал развлекаться катанием по льду на коньках и ездой на катамаране под парусом. Река была протяженная, и было где развернуться. Управляя парусом, трио ехало вдоль заснеженных берегов реки, достигая устья, поросшего камышом. В устье реки был еще один, Камышовый город. Речка впадала в озеро, в центре которого был остров, а на этом острове стоял еще один город коротышек: Озерной. Еще был Песчаный, Горный, Дубравный… Дальше всех, в дне пути стоял Дальний город, где и заканчивалось расселение местных коротышек.       Двенадцать месяцев пролетели незаметно. За это время все трое сильно сдружилась, даже малышки. Былой вражды словно и не было… Обе малышки признались, что на самом деле всегда втайне завидовали друг другу. Вихрь по-доброму смеялся над этими причудами. Тем временем, весна подходила к концу. Вихрь с каждым днем становился все более и более хмурым, и малышки решили, что Вихрь болен.       - Да не болен я! Просто в растерянности. Я дал слово, что выберу одну из вас, если вы станете друзьями. Теперь вы две замечательных подруги и я рад за вас, но я не желаю выбирать между вами! Вы обе замечательных малышки и я люблю вас обоих в одинаковой мере и не желаю своим выбором обидеть кого-либо, но и отказывать от обоих плохо. Одним словом, я запутался!       Три дня и три ночи Снежинка и Огонек думали, как бы поступить. Каждая из них любила Вихря, но обделить подругу тоже никто не желал. Наконец они вновь собрались на том же самом острове, где и стали друзьями год назад.       - Вихрь, тебе теперь не стоит печалиться над тем, с кем из нас тебе быть! – обратились подруги к товарищу. – Ты можешь быть сразу с нами двоими. Мы теперь подруги и готовы дружески делиться тобой.       Вихрь упал на землю, потеряв дар речи. Что несут эти две безумных малышки! Снежинка и Огонек лишь рассмеялись, устроившись рядом справа, и слева. Этим вечером, во время праздника, Огонек и Снежинка вывели вперед Вихря и подняли ему руки вверх, демонстрируя, что отныне они первое в истории города трио. Малыши и малыши еще целый год обсуждали эту странную компанию.       - Да ладно вам смеяться! – отмахивались Снежинка и Огонек. – Наше трио кажется вам странным? Но в других городах странными считаются ваши дуэты. Все относительно. Впрочем, третью малышку мы и близко не подпустим к Вихрю! У Вихря две руки и обнять он может только двух малышек, а малышки уже есть и эти малышки мы!         … Вихрь невольно заерзал во сне, увидев в сновидениях тени прошлого. Тем временем, малыш почуял, что за окнами уже светло. Должно быть, уже утро. Коротышка с неохотой приоткрыл глаза, разгоняя сладкий сон.       Он лежал в мягкой и теплой постели в объятиях двух малышек. Снежинки и Огонька. Вихрь рассмеялся, любуясь мирно спящими малышками и предвидя, как в очередной раз они будут огорчены тем, что он вновь покинет их. Увы, но началом конца, был тот случай, когда он привел в их дом ее одну малышку, пожелав чтобы она стала их сестрой, но увы, Огонек и Снежинка категорически не приняли его новую избранницу, не желая делится им с нею и покинули его. Хотя, если учесть, что на их запястьях до сих пор красуются их сплетенные браслеты, номинально он и сейчас их супруг…