На два мира 3

Стив не понял, что случилось, но, кажется, он попал в аварию. Он точно помнил, что ехал к семье Барнс-Рамлоу, которая ждала их на двухлетие своих сыновей. Кажется, его занесло на скользкой дороге и, кажется, его выбросило с трассы, но машины нигде не было, а сам он стоял в заснеженном сосновом бору, на темном небе бисером лежали звезды, и выглядывал из-за облаков желтоватый бок полной луны. Только луна да хорошее зрение позволяли Стиву идти по глубокому снегу, в котором не было видно ни единой тропки, только птицы кричали на ветвях, да прыгали с ветки на ветку какие-то мелкие зверьки, похожие на белок. Они не боялись его, но и не подходили близко, сопровождая всю дорогу, пока он шел незнамо куда. Но вот вдали стали виднеться огни, Стив обрадовался, что вышел к чьему-то жилью. И пусть он испугает хозяев своим визитом, зато сможет немного погреться и узнать, где он, и одолжить телефон. Баки, наверное, волновался, ведь Стив обещал быть пораньше, раз у его детей такой праздник, как день рождения. Стив вышел к громадному особняку с большими окнами, большая часть из которых светилась, сзади, и пошел обходить, ища вход. Дверь нашлась сразу, но не успел он постучать, как она открылась, являя взору Стива огромного мужика, выше и шире него самого в плечах. Мужик был слегка хмур, имел недельную небритость и завязанные в неаккуратный хвост длинные волнистые волосы. На плече у этого гиганта сидел кот, породы которого Стив не знал. Кот был совершенно лыс, с огромными глазами, ушами и вытянутой мордой, и очень внимательно смотрел на Стива. Мужик смотрел на Стива так же внимательно, потом молча посторонился, и Стив вошел в дом. В доме было светло и тепло. Из, как Стив предположил, гостиной доносились звуки какого-то фильма и тихое перешептывание. Кот еще раз пристально посмотрел на Стива, а потом легко спрыгнул и ушел куда-то вглубь шикарного особняка. — Разувайся, — рыкнул мужчина, хотя рыкнул вполне дружелюбно. — Pal, kto, tam? — говоря по-русски, вышла из гостиной очень красивая девушка с длинными каштановыми волосами и замерла, увидев Стива Тот, кого назвали Палом вздохнул, погладив девушку по волосам, а потом чуть встряхнул. — Наташ, у нас гость, я разберусь. Смотрите кино, — он говорил уже по-английски. — Оставь тут куртку и пойдем со мной. Стив разулся, снял свою легкую куртку и пошел за мужчиной, размышляя о том, что в таком мощном теле было столько нежности. Они спустились в хорошо укрепленный подвал с тяжелой бронированной дверью, за которой оказался просторный кабинет, в котором, как ни странно, горел свет. В одной части стоял немаленький арсенал, чем-то напомнивший Стиву арсенал Брока и Баки, в другой части стояли пара кресел, диван и большой стол, на котором лежали какие-то бумаги, распечатки, даже карты и пара пистолетов. Заряженных. — Присаживайся, — предложил мужчина. — Русский знаешь? Стив понимал, что он где-то совсем не там, где ожидал оказаться, потому что точно знал, что в округе, в которой жили Баки с семьей не было русских и не было таких дорогих особняков. Вообще никаких особняков не было. А этот весь кричал о роскоши и достатке его обладателей. Стив мотнул головой, показывая, что русского он не знает. Мужчина снова вздохнул. — Меня зовут Паладин. Можно Пал или Палыч, как тебе больше нравится, — как-то устало представился он. Стив не мог понять, знают его здесь, или нет, потому что этот Палыч не выказывал никакого пиетета перед ним, но был вежлив. Стив начинал задумываться, а в Америке ли он вообще, раз тут предлагают говорить по-русски. — А ты явно не Крис Эванс. Имя Стиву ничего не говорила, и он решил представиться. — Стив Роджерс, — и протянул руку, которую пожали лапищей поболе чем у него, крепко, но Стив почувствовал, что могли бы еще крепче. Он знал, как это, контролировать свою силу, чтобы никому ничего не сломать. — Ну что же, — Палыч сел в кресло, так, чтобы удобно смотреть на Стива, — Здравствуй, Стив Роджерс. Спешу тебя огорчить, ты, мало того, что в России. Ты в другом мире. Стив бы не сказал, что это было для него шоком, особенно после знакомства с Ивом и Златой, но вот сам оказаться в другом мире он не ожидал. Да и не хотел никогда, надо сказать. Он помнил, что Злата говорила о перекосе энергий, и понимал, что домой возвращаться надо, и как можно скорее, потому что он был фигурой публичной, известной многим, поэтому перекос должен был быть серьезным. Интересно, знал ли об этом Палыч. И вообще, в какой именно мир он попал? Стоило это выяснить опытным путем. Стив подумал, что это странное имя, но, ему предложили одно из трех, и он решил выбрать самое длинное для начала. — Паладин, если я в другом мире, — начал Стив, — то как выяснить, в каком именно? — Хм, а ты мне нравишься, Капитан Америка, — улыбнулся ему Палыч, и лицо его, до этого хмурое озарилось странным светом, улыбка достигла серых глаз. — Понятия не имею, честно тебе скажу. Я вообще не по тонким материям. — А по каким ты материям? — решился спросить Стив. — Я больше воюю, да людей спасаю, — ответил ему Палыч. — Про тебя, вот, фильмы с детьми смотрю. — У вас про меня есть фильмы? — не сильно удивился Стив, потому что Баки ему рассказывал об этом, и Стив сейчас очень надеялся, что попал именно в тот мир, откуда когда-то пришли Ив со Златой. Тогда у него будет тут хоть один знакомый, который сможет ему помочь. Только вот как до него добраться, Стив не представлял. Да, с другой стороны, он еще и не был уверен, что попал в тот мир, из которого пришел Ив. — Есть. — улыбнулся Палыч. — Серия целая. У меня сейчас семья один смотрит, хочешь глянуть? Стив не хотел совершенно, ему дома хватало всяких роликов с его участием, поэтому он мотнул головой. — Нет, спасибо. — Я бы тоже не стал на себя смотреть в столь идиотском кино, — хмыкнул Палыч. — Голоден? Стив прислушался к себе, но не смог понять, голоден ли он, поэтому не смог определить, сколько прошло времени с того момента, как он попал в этот мир. — Не знаю, — честно сказал он. Палыч ему нравился: армейская выправка, лаконичность слов и движений, определенная забота, но не переходящая никаких границ. — Пойдем, поищем, чем горячим тебя накормить, — предложил Палыч, и они пошли на большую, хорошо освещенную кухню. Где тот залез в холодильник, что-то там выискивая, а потом достал небольшой противень с чем-то в фольге и запихнул его в духовку, ткнув пару клавиш. — Погоди минут пять, это печеная чья-то нога, я не знаю чья, но пахнет вкусно. Стиву показалось странным, что мужчина, да такой здоровый, не представляет, чья запеченная нога лежит у него в холодильнике, но он благоразумно оставил это мнение при себе. Палыч щелкнул чайником. — Чай будешь? Есть с бергамотом, — он доставал пачки и нюхал, — апельсином, мята и чабрец, с шалфеем. Кто пьет эту гадость? Стиву показалось, что Палыч сейчас чихнет, но тот только скривился и стал дальше перебирать коробочки и пакетики. — Так какой? — еще раз уточнил он. — С бергамотом, — остановил свой выбор Стив, потому что все чаи казались ему интересными. Палыч поставил перед ним большую кружку и закинул туда пару пакетиков с чаем, заливая их кипятком. В этот момент тренькнула духовка, и он достал мясо. Взяв большой нож он легко и умело нарезал несколько ломтей мяса, поставив тарелку перед Стивом и дал ему нож и вилку. — Ешь. Приятного аппетита, — а сам сел напротив него, наблюдая. — Ты не будешь? — все же спросил Стив, потому что ему было неудобно есть одному. — Неа, — усмехнулся Палыч. — Ешь, не стесняйся. Ты мой гость. Это было сказано очень веско, словно имело какой-то сакральный смысл для Палыча. На запах мяса пришли коты. Их было три, и все три были лысы, носаты и имели глаза как у инопланетян и уши-локаторы. Они походили вокруг, а потом споро забрались по домашней одежде Палыча ему на плечи и руки. Тот был совершенно не против такого подхода к делу, только гладил котов и умилялся, а те синхронно заурчали в унисон, поглядывая на Стива из полуприкрытых глаз. Стив ел, кажется, баранину, очень умело и вкусно приготовленную, и поглядывал на Палыча с котами. Ему было странно, что здоровый мужик держит при себе таких худющих тварей, больше похожих на жертв концлагерей, но у всех были свои вкусы. Палыч молчал, давая Стиву спокойно поесть, коты громко урчали, сидя на любимом хозяине, и все вообще имело вид пасторальной идиллии, если не считать, что Стив был в чужом для себя мире и совершенно не представлял, как вернуться домой. — Не уходи никуда, — попросил его Палыч и куда-то ушел, пересадив котов на стол. Те вскинулись, перестали тарахтеть и тремя парами глаз внимательно уставились на Стива, не пытаясь отобрать его еду. Стиву казалось, что они наблюдают за ним, готовые в любой момент кинуться на него. — Извини, они иногда пугают, — вернулся он, забирая и усаживая котов на себе: двоих на плечах и одного на руках. — Это Феликс, Крима — показало он на тех, что сидели на плечах. — И Третий, — приподнял он кота на руках. — А они меня не покусают? — почему-то спросил Стив, понимая, что домашние коты не могут причинить ему никакого вреда, но почему-то все равно опасаясь животных Палыча. — А это как себя вести будешь, — усмехнулся Палыч, снимая с себя котов. Те покружили вокруг него, но, не получив хозяйской ласки, разбрелись кто куда. — Завтра вечером поедем к Князю, поздороваться надо. А пока я покажу тебе комнату, утром придет мой заместитель, будут вопросы — обращайся к нему. Зовут Аркадий. — Ты мне что-нибудь объяснишь? — спросил Стив, потому что прекрасно понимал, что Палыч может ему объяснить многое, но почему-то не делает этого. — Завтра, Стив. Ты все узнаешь завтра. — Только и сказал Палыч, отводя его в большую спальню на первом этаже дома. — Отдыхай. Утром Маша тебя накормит, а Аркадий ответит на часть твоих вопросов. И оставил Стива одного. В комнате, явно гостевой, нашлась пижама, халат, банные принадлежности и собственно ванная комната. Стив ополоснулся, натянув на себя пижамные штаны, кофта была ему не в размер, и улегся, понимая, что проще дождаться завтра и получить хоть часть ответов, чем бегать и доставать хозяев сейчас. Раз Палыч сказал, что завтра они поедут общаться с каким-то Князем, имело смысл принять правила этого мира. Хотя бы на время. Потому что грести против течения иногда просто глупо, когда вниз по течению есть заводь. Стив надеялся, что он найдет такую заводь и разберется в том, что происходит. Он чувствовал, как усталость берет свое, но не стал ей сопротивляться, позволяя себе погрузиться в царство Морфея. Стив проснулся поздним утром, потому что за окном уже было светло. Он чувствовал себя странно отдохнувшим, словно провалялся в кровати часов двенадцать, но точно знал, что это не так. Его никто не будил, Стив был в этом уверен. Он поднялся, сделал простую зарядку и, надев свои джинсы и футболку, вышел в дом, который, казалось, тихо спал. Стив прошел на кухню, где на высоком табурете за барной стойкой сидел лысоватый мужчина лет шестидесяти. Он пил кофе и читал газету, но Стива услышал легко и обернулся. — Доброе утро, молодой человек, — поздоровался он. — Я — Аркадий. А вы — Стив? — Доброе, — поздоровался Стив, залезая на такой же табурет напротив. — Да, я — Стив. — У нас завтракают поздно, — Аркадий говорил с явным акцентом, но очень хорошо и правильно. — Поэтому могу тебе предложить только яичницу с куриной грудкой. Стив кивнул, соглашаясь. Выбирать не приходилось и, если за ним собирались поухаживать, а не оставить голодным, то не стоило выпендриваться, тем более что предложенный завтрак был более чем вкусным. Пока Аркадий готовил, он говорил. — Паладин назвал тебя своим гостем, поэтому, если у тебя есть враги и они знают, где ты, это и его враги тоже, — Аркадий ловко перевернул яичницу, а Стив подумал, что это очень странный обычай брать на себя всех врагов своих гостей, но он же не представлял, в какой мир он попал, может быть, тут было так принято. — Пал проснется после заката. До заката первый этаж в твоем распоряжении, — поставил перед ним тарелку с яичницей Аркадий. Стив взял в руки вилку и только потом сообразил: после заката. — Паладин — вампир? — спросил он Аркадия, который снова углубился в чтение газеты. — А он тебе не сказал? — удивился Аркадий и добавил по-русски, но Стив понял. — Вот долбоеб, — и продолжил по-английски, — Да, Паладин — вампир. Ты об этом откуда знаешь? — Я был знаком с вампиром по имени Ив, — с надеждой почти спросил Стив, ведь, вдруг в этом мире тоже есть известный Архиепископ Ив, старый вампир, который был нежен со Стивом. — С Ивом, — Аркадий задумался, но было видно, что он знает, о ком идет речь. — Да, Ив часто у нас бывает. Не у нас в доме, а у нас в городе. И сейчас он как раз гостит у нашего Лорда, — Аркадий задумался, а у Стива появилась надежда, что он не просто увидит Ива, но что тот поможет ему вернуться домой. Потому что в этом мире Стив оставаться категорически не хотел. — Скажи об этом Палу, когда проснется, а пока не ходи на второй этаж. И все, Аркадий полностью углубился в работу, получая какие-то распечатки, много говоря по телефону, но о чем, Стив не понимал. Он устроился в гостиной, где долго смотрел на портрет, очень красивый портрет, на котором был изображен тот самый Паладин и некто еще, довольно странного вида. Они оба стояли в белоснежной парадной форме, явно не современного образца, без наград и знаков различия, и, хотя оба мужчины на этом портрете не отличались какой-то выдающейся красотой, картина дышала жизнью, она была написана столь искусно, что изображенные на ней казались живыми, и только прикосновение к полотну говорило о том, что это всего лишь холст и масло. Ничего более. — Наташа рисовала — услышал он девичий голос и резко развернулся, глядя на подтянутую женщину в мягких штанах и топике. — Я Маша — Стив — представился он, отходя от картины, которая манила к себе. — Наташа — Тореадор. Вообще, она рисует мультики, но очень любит писать портреты своего мужа, — непонятно сказала Маша. — А Тореадор — это? — спросил Стив, не особо надеясь, что ему будут что-то пояснять, но помня, что Ив говорил ему, что это такой вампирский клан, которые почему-то залипают на красивое. — Тореадоры — вампиры ценители прекрасного, — ответила ему Маша. — Художники, поэты. Наташа — художник. Она пишет замечательные картины, показать? Глядя на картину над камином в Стиве проснулся художник. И он хотел посмотреть другие картины Наташи, теперь оно уверился, вампира. И это давало надежду, что он попал в тот мир, что именно есть именно его Ив, и он вспомнит Стива, пусть даже у него тут есть постоянный любовник и те, кого он любит. — Да, покажи, — попросил Стив, которому было интересно, что еще нарисовала эта Наташа, если портрет мужа у нее вышел столь живым. Маша повела его вверх по лестнице, которая вся была увешана картинами. И почти на всех был нарисован Палыч. Вот он стоял в средневековом доспехе, опираясь на меч; вот снова в форме без знаков различия, но один; вот с красным бантом на руке, домашний и податливый; а вот он висел на краю пропасти, протягивая кому-то руку, и улыбался. И Стива накрыло. Он вспомнил, как когда-то так же тянул руку к Баки, только не смог схватить, упустил, позволил упасть. И то, что сейчас Баки был вполне себе жив и счастлив, не отменяло горького чувства вины от того, что не смог, не удержал. Потащил туда, где без него вполне могли бы обойтись, а в итоге потерял. — Эй, — оторвала его от созерцания Маша. — А, прости. Можно мне чаю? — попросил Стив, не желаю признаваться, что последняя картина всколыхнула в нем давно забытое, так и невыгнанное из души. — Конечно. Ты какой хочешь? — Маша легко спустилась вниз, включая чайник. — Дети скоро придут из школы, засыплют тебя вопросами, у тебя есть, что им ответить? — Что, прости? — удивился Стив. — Ну дети Пала скоро придут из школы, — как дурачку медленно объясняла она. — Они захотят засыпать тебя вопросами. Им всего по шестнадцать, ты уж извини. — А, — только теперь понял Стив, что о от него хотели. Он часто общался с детьми, поэтому был уверен, что сможет и с детьми Палыча найти общий язык. — А Паладин, он кто? Ну, помимо того, что вампир. — Даже и не знаю, что тебе сказать, — Маша задумалась, и Стиву стало действительно интересно, кто же такой Палыч, что его нельзя было описать каким-то одним-двумя словами вот так запросто. — Пал — офицер спасательной службы и спецназа. Стив задумался, отпивая чай из большой красивой кружки. То, что Палыч военный, было понятно, как минимум, по обилию оружия в его подвальном кабинете, по выправке, даже по портрету, хотя форма была странной. Но, мало ли, какая форма принята у вампиров. Но вот спасатель? Не то, что бы это не укладывалось у Стива в голове, просто было странное сочетание профессий. С другой стороны, освобождение заложников можно назвать спасательной миссией, поэтому, почему бы Палычу не быть эдаким спецназовцем-спасателем. Но, наверное, стоило у него у самого спросить. Стив не представлял, чем себя занять до вечера в этом тихом доме, когда в его родном мире сейчас сходил с ума Баки, не зная, куда делся его друг, и все ли с ним хорошо. Стиву хотелось на стены лезть от беспомощности, от того, что он вообще ничего не контролировал, но он держал себя в руках и спокойно пил чай, понимая, что истерикой делу не поможешь. До заката было еще несколько часов, которые надо было чем-то занять, да хоть список вопросов составить, чтобы он хотел узнать у Палыча, но вопросов-то как раз и не было. Вернее был, но только один: как попасть домой как можно скорее? И Стив был уверен, что ответа на него у Паладина не было. Да и ни у кого в этом доме не было. — А кто такой Князь? — спросил Стив Машу, которая тоже сидела и пила с ним чай. — Князь — это вампирский правитель, — объяснила Маша. — Все вампиры, которые приезжают в город, должны прийти к нему поздороваться. А тебя Пал к Князю потащит, потому что ты из другого мира. Не бойся, у нас очень хороший Князь. Стив и не боялся особо, просто было непонятно, зачем вампирскому правителю тратить на него время, но, раз надо, то, собственно, почему нет. Он не был кем-то таким, к кому сами должны были ходить на поклон, поэтому не видел ничего страшного в том, чтобы появиться пред светлыми очами Князя. Пусть любуется, если ему так надо. — У нас есть библиотека, если хочешь почитать. Или можешь кино посмотреть, фильмотека у нас тоже большая, — предложила Маша. — До заката времени полно, а у меня дела есть. Стив понимал, что развлекать его целый день никто не будет, поэтому решил, что книги ему нравятся больше. Маша проводила его в большое помещение, в котором царил полумрак из-за того, что окна были зашторены, а в самом помещении стояло множество стеллажей с книгами. Сухо пахло бумагой и пылью. На небольшом пятачке перед полками стоял стол, канапе и пара кресел, у который стояли напольные торшеры. Обстановка была уютной и казалась даже несколько старомодной. Стив прошелся вдоль стеллажей, разглядывая книги. Сказки, исторические романы, классика, он смотрел на корешки, на которых кириллицей были написаны названия, и жалел, что не знает русского. А потом он наткнулся на подборку литературы на английском и долго изучал ее, остановив свой выбор на большой книге по истории искусств. Он взял ее, и уселся в кресло, которое даже не скрипнуло под его немаленьким весом, включил торшер и углубился в чтение о создании красок. До вечера было еще далеко.