Странные чары

Холод...парень, запутанный в плед лежит на полу. Пустота...и на сердце, и в голове. Неизбежность...прожить всю жизнь в одиночестве. Он просто падает в совокупляющуюся чёрную пропасть с полной пустотой и отсутствием чувств. Леденящая кровь жижа окутывает все тело Мина, заставляя утонуть в себе, обвиняя во всех грехах мира. Резкий треск в ушах, похож на одну из пыток преисподней, но он же является спасением из этой бездны страха. Металлический треск будильника неприятно режет уши, когда Юнги обнаруживает себя на полу, рядом с кроватью, завёрнутого в полосатый плед. Он встаёт и выключает "вопящий" аппарат. А дальше все как обычно: Чашка крепкого кофе, стакан с серебряным блеском с собой, тяжёлый рюкзак и пара учебников в нем. Привычное чёрное пальто, шляпа мафиози. Он выходит на улицу, ни о чем не думает. Его маршрут давно расписан, так что не стоит тратить энергию мозга на это. Морозный ветер сдувает шляпу, отмораживает щеки, заставляя на бровях образоваться тонкой корке льда. Мин не носит шарфы. В его жизни все настолько однообразно, что его организм даже никогда не сваливается с простудой или ангиной. Родной колледж - место, в котором Юнги мог засиживаться допоздна. Двери с хорошо смазанными петлями поглощают внутрь себя Юнги, и он быстро проходит во, все ещё пустой класс. За первой партой уже мирно посапывает Чимин, с довольный улыбкой вспоминая вчерашний вечер. Омега так сладко стонал, хотелось кончить лишь от одних стенаний громкого: "Чимин...". Омежка так извивался под альфой, скулил, как самая дорогая шлюха в мире. Но пахло от него через чур сладко, не было той освежающей нотки, которую так любил Чимин. И вот сейчас он наслаждается мирным сном и вожделением прошедшего секса, который приятным осадком остался на душе. Юнги проходит мимо спящего альфы и, пока они в классе одни, ему приходится без сокрытия зажать рукой нос. Обостренное чутье, как у омег при течках, а Юнги это пугает. В какой-то степени. Чимин же мирно спит, наслаждаясь отсутствием пошловатых омег, прилипающих банными листами. А Юнги усаживается на свою "галерку", закидывает ноги на парту. - Аааа..- громко зевает он, надеясь, что это заставит проснуться или хотя бы отвлечься от сладкого запаха лимона с сахаром. Но наполнение лёгких этим ароматом лишь больше заставляет забыться. Юнги сидит ещё с две минуты, обдумывает все "за" и "против", читает себе морали и поднимается, направляясь прямо к Чимину. - Эй, ты- не сильно пинает мятноволосый другого альфу по ноге, заставляя открыть глаза полумесяцы, сонно зевнуть и с недоумением посмотреть на Юнги- Ты, коро... Мин не договаривается, замечая алые засосы на шее собеседника. Малышка омега, теряя девственность, не удержался, а Чимин и не злился. Но дальше одной ночи у них не зашло, да и не зайдёт. Чимин принципиальный. А омега, теперь, одинокий. Однако это не помешало им остаться друзьями и, Чимин обещал брать его с собой на разные вечеринки, присматривать за этим взрослым парнем, но малышом внутри. Ведь Тэхен был слишком сильно озабочен поисками альфы. Своего альфы. Юнги передергивает, когда он видит засосы на шее Чимина. Он разворачивается к альфе спиной и, с тихим шипением: "шлюха", покидает класс, оставляя Чимина в полном недоумении. Чимин же ничего не понимает, мало того, что его разбудили, так ещё и обозвали, но как-то все равно. Юнги, явно, что странно, ревнует. И делает это конкретно. А у Чимина на лице улыбка во все тридцать два от счастья. Ему льстит, что какой-то альфа, который так вкусно пахнет, его ревнует. Он встаёт с места, решает, что нужно поговорить, обсудить с альфой все ихние проблемы и недопонимания. Он встаёт и подходит к дверям, но, внезапно, как на зло, в класс заваливаются сонные омеги, заприметив Чимина, просыпаются. Тихони, которых было всего пару штук, проходят на свои места и повторяют материал. Подстилки же, вешаются на Чимина со звонким писком, выгибаясь навстречу, прижимаясь всем телом. Чимин их обнимает за талии, чтобы не упали, а они накручивают пряди его рыжих волос на пальцы. - Ум..Чимин..как день вчерашний прошёл? У здешних омег, как во времена Титаника: все идут в колледжи и университеты, чтобы найти богатого "папика". Или просто альфу, который будет их содержать. Чимину такая мысль противна. Зачастую с такими вот омегами, поступают как с вещами. Их бьют, унижают. Иногда даже продают, как товар. Но Чим весь мир изменить не может. Да и Юнги, который сейчас идёт по коридору и пытается подавить в себе порыв ревности, сколько бы не пытался, не мог изменить отца, который точно так же воспользовался его папой, а потом выбросил как вещь. Итак, Мин шествует по пустому коридору, быстрой, пружинистой походкой, хмурясь и сжимая руки в кулаки. - Да что он себе в обще позволяет?! - вскрикивает альфа, когда заходит в туалет. Он ещё долго сидит на подоконнике, раздумывая о прекрасных метках. Запах не поменялся, значит тот омега не был истинным Чимина. Это облегчало, однако и все усложняло: "А чего бы я волнуюсь? Я не ревную. Он альфа, я тоже. Это не возможно". Юнги пытается сообразить, почему когда находится рядом с Чимином один, ему так хорошо, а когда вокруг него омеги, то хочется убить. Омег. Мысли беспокойного вьются в голове, снося крышу, а запах все ещё глубоко в лёгких, опьяняет и не даёт мыслить чистой головой. "Может и вчерашняя перепалка была из-за того, что я ревную? Ну так и есть - думал Юнги, прожигая взглядом холодную плитку туалета - Ну так и есть...только вот: омег к нему или его к омегам?" От раздумий отвлёк звонок, и Юнги пошёл в класс, понурив голову. Заметив слабый пол вокруг "лимонного" альфы, он рассвирепел, подошёл к Чимину и с оскалом спросил: - Вчерашний урок ничему не научил? Чим лишь усмехнулся: - А должен был? Юнги ничего не ответил, лишь, как хамелеон, изменил белый на ярко красный цвет. Щеки порозовели, а глаза прищурились. Он был похож на ревнующую омегу, что не могло не умилить Чимина. Во время урока Юнги пустил записку Джуну, сказав, что надо незаметно спереть футболку новенького альфы - опозорить его, ведь у них дальше была физ-ра. Так они и поступили. В раздевалке, они забрали у него белоснежную футболку, пока Чимин ещё не успел раздеться и выбежали с веселым ребяческим смехом. Никто бы не поверил, что так умеют смеяться взрослые альфы. Чимин лишь хмыкнул. Альфы стояли, хохоча, совсем не ожидая того, что будет дальше. Они, разумеется, не считая омег, которые уже все прощупали, были уверенны, что у Чимина пухленький животик. Но, когда этот образец идеала любого омеги, появился из-за ширмы, слабый пол простонал, синхронно утекая, а альфы покраснел и с завистью смотрели на Чимина, у которого тело было прекрасное. В спортивных шортах он спокойно прошёл мимо альф, подмигнул омегам, что хвостиком за ним побежали. На построении толстый учитель альфа дернулся от вида Пака Чимина, самолично пожал его руку. У омег потекла слюнка по подбородку, а альфы недовольно зарычал, ведь чтобы Югем-хен пожал руку своему ученику- восьмое чудо света. Чимин вернулся в ряды. Начались силовые нагрузки, в которых, кто бы спорил, Чимин был лучшим. Самый гибки и атлетичный. Накаченный и подтянутый. С каждой минутой альфы ненавидели его все больше, а омеги восхищались. Юнги зло шипел, прожигая взглядом Чимина. Он мечтал, чтобы этот альфа сейчас же оконфузился, но вместо этого, сам споткнулся и упал. Сильные руки подняли его с пола, ставя на ноги и проверяя ободранные, слишком худые для альфы, колени, пока в нос не ударил знакомый запах.. Чимин осматривал синяки и ссадины на корточках, а шокированный Юнги выпиливал светлый образа Чимина на стене чёрными глазами.. - Ты бы аккуратнее- похлопал по плечу Юнги Чимин, убегая по кругу вновь. Юнги встал как вкопанный, пытаясь понять, откуда столько заботы, и чем он заслужил такое внимание. Взгляд удивленный, он стоит и думает, сильно краснея, какая же он на самом деле сволочь. Чимин ведь ничего, особенно плохого не сделал, лишь позарился на его омег. Но в то время, как другие альфы лишь смеялись над упавшим Мином, он подошёл и протянул руку, хотя вчера Юнги самолично руководил его избиением. Да и с майкой неудобно получилось.. Альфы по не усмотрению, изваляли белоснежную футболку в мусорном ведре, собирались вернуть после урока.. Но Юнги стыдно. Наверное, впервые в жизни перед собой. От этих мыслей становилось тошно, а идея того, что Юнги становится похож на своего отца не выходила из головы. Слишком много рассуждений в одной головушке Юнги с тонкой черепной коробочкой, отчего он ежится и направляется к выходу. Он следует к двери, ведущей в коридор, ровно до тех пор, пока его не останавливает учитель. Выйти не разрешают, и Юнги садится на скамейку, отказываясь что-либо делать. Спустя ещё несколько минут, звенит спасительный звонок и все покидают класс. Чимин выходит последний, замечает задумавшегося Юнги, который даже звонка ен слышал, и подходит к нему. - У тебя все нормально?- интересуется Чим, обеспокоенно разглядывая Мина. Тот лишь краснеет и встаёт, направляясь прочь. Глаза бегают по залу, как у омеги во время течки на единое с альфой, а ноги подкашиваются: "Слишком сильный запах..." Разумеется, это не скрывается от глаз Чимина, он идёт рядом, готовый, если что, поддержать шатающегося альфу. Но, неожиданно, уже у раздевалок, откуда раздается галдеж, Юнги поворачивается и, как ребёнок, совсем неумело, ломано извиняется: - Прости за майку. Мы её испортили. Но я тебе новую принесу...честно. Юнги запинается и смотрит на все, кроме Чимина, боясь увидеть этого спокойного альфу в гневе, ведь, как известно: "в тихом омуте черти водятся". Чимин же расплывается в улыбке, проходит мимо Юнги, хлопает его по плечу: - Забей. А потом исчезает за ширмой. Никто не видел этих чертей в его глазах, когда Пак признавал свою победу, поднимался на пьедестал и вручал себе большой золотой кубок, с выгравированным: " Мин Юнги - альфа, который сдался быстрее омег". Но Чимин был не из тех, кто забрасывает приз на полку и лишь любуется. Он никогда не оскорблял чужих чувств. Если мог ответить- отвечал, а нет- помогал найти того, кто сможет. Словно Купидон, Чимин сначала разбивал сердца, тем самым узнавая человека, а потом, методом случая, находил ему пару. Верную и хорошую. С Юнги все было иначе. Ему не хотелось никого искать. Чимину хотелось самому стать этой парой для него. Альфы быстро переодеваются и спешат на следующий урок. Весь учебный процесс от звонка до другого, Чимин не сводит глаз с Юнги. Пусть новый альфа и сидит спиной к учителю, но ему не делают замечаний. Достаточно было показать педагогу-омеге неприличный жест, подмигнуть и высунуть язык за рамки разумного и рта, как учитель больше не делал замечаний. А Юнги на своей последней парте очень смущался из-за такого открытого наблюдения, прятался за учебниками, старался как-то отвлечься. Он чувствовал себя ланью на мушки у охотника. Но глаза были грустные, а Юнги был потерянный, и от Чимина этого было не спрятать. Прозвенел звонок, Юнги встал из-за парты, рванулся в туалет, не желая слышать насмешек от альф. Чимин же, пока омеги не опомнились, рванулся за Мином. Мятноволосый вошёл в туалет, сразу включил холодную воду и подставил голову под кран. Кажется судорогу головного мозга это немного уняло, а вот невозможно быстрый ритм сердцебиения не смогло. Особенно, когда в нос резиновой кувалдой ударил запах лимона с сахаром, а на глазах появился Чимин. - Привет, Юнги- очень мило улыбнулся он, отчего у Юнги из задницы чуть смазка не полилась. Белозубая улыбка слепила глаза, а на теле Мина вот вот выступят ожоги от чрезмерного сиятельства. Мин и сам не заметил, как возбудился, чувствуя запах другого альфы так близко. - У тебя все нормально?- Чим немного нахмурился, замечая растрепанный вид Мина. - Да, все нормально. Ночь была долгая и не задавшаяся. Как и день. - Ну Ладно- Чимин собирался уходить, как, неожиданно, стал приближаться к Юнги, хищно улыбаясь. Мин попятился назад, вздрогнул всем телом, когда лопатки обожгла холодная стена, а глаза в ужасе открылись. Чимин подошёл совсем близко, а заметив реакцию и в плотную, прижал Мина к стене, шепча в самое его ухо: - Ты ничего не чувствуешь?- у Мина все сжалось внутри, сердце отбивало тысячи ударов в секунду, а кислород в лёгких закончился, не давая дышать. Ноги подкашивались, Юнги ползет по стене, если бы не крепкие руки Чимина, приобнявших Мина за талию. Холодная стена за спиной и горячее тело Пака - контрастное сочетание, заставляющие трепетать. Пак улыбается, губами касаясь хрящика уха Юнги, спускаясь к мочке и принимая её в ротик, посасывая, играя с сережкой языком. А Мин не отталкивает..ему просто хорошо. Он блаженно закрывает глаза и наслаждается, открывая ротик, запрокидывая голову назад, тем самым подсознательно разрешая коснуться шеи, и упирается макушкой в стену. Он наслаждается ровно до тех пор, пока Чимин не...