Странные чары

В школу идти всегда волнительно. А идти в школу после того, как ты нашел любовь всей жизни, а потом у тебя ее попытались забрать, волнительнее во много раз. Но что поделать, когда ранним утром брутального и холодного на вид мина Юнги будят нежным и трепетным поцелуем, смакуя пухлые, смоченные слюной блестящие губы. Тут кто угодно растает. Как растаял и сам Юнги. В теплой постели, когда луч первого солнца только пробивался в обогретую большой любовью двух сердец комнату, Юнги поежился, обхватил руками чужую шею своего заспанного, но бодрого парня и завалил в кровать с тихим выдохом. Чимин же засмеялся, чувствуя, как перекатился через Юнги и упал спиной на кровать, пока та все еще поглощала в пучину сна старшего. - Юнги!- засмеялся Чимин и заерзал, комкая простыни, задрыгался- пора вставать! Как строптивый конь, Чимин запрыгал, затряс задницей и попытался выбраться из таких желанных, но ненужных сейчас объятий. - в школу пораааа- запищал Пак и все же выбрался, расцепив кольцо крепких рук. - иди в баню- хмыкнул Юнги, так и не открывая глаз. Но Чимин упертый баран, так что рванувшись, он оседлал чужие бедра и стал весело на Юнги прыгать - я тебе кофе заварил. Коронный - похоронный, а заявка на счет кофе сработала и Юнги, потянувшись и спихнув с себя Чимина, лениво поднялся и поплелся на кухню. От Юна сегодня слишком сильно пахло мятой и, теперь, лимоном с сахаром, так что никакого "личного" запаха у Юнги не было. как и у Чимина впрочем. - фак ю, Пак Чимин - с усмешкой, словно горделивый кот, фыркнул Юнги, пригубив, как он его называл "напиток богов". В голову ударило приятное тепло, а горло обожгло и Юнги, расплывшись в довольной лыбе с деснами, выставляя на показ свои маленькие зубки, притянул к себе на колени покрасневшую булочку Чиму и крепко обнял. - я люблю тебя - прошептал Юнги, нежно Чимина в шею целуя, чем вызвал у парня бурную реакцию: Чимин закинул голову на широкое плечо Юнги и так неприлично пухлые губы открыл. - а...ах.. Юнги... - простонал Чимин, стоило Мину прикусить чувствительную кожу- с...стой... Чимин, весь красный, рванулся от Юнги прочь. Он прижался спиной к стене и все еще тяжело дышал. Вздымающаяся грудь на фоне желтых обоев была освещена утренним солнышком, что позволяла увидеть глубокое дыхание Чимина и его разорванность. Лицо же было погружено в эротический мрак тени от шторы, пока глубокие глаза безудержно поблескивали, приманивая к себе. Юнги не стал медлить и с усмешкой поднялся, вставая прямо напротив Пака и зажимая его у стены. - Ну что? - довольный, словно лев поймавший жертву, хмыкнул он - Поменялись местами? Большая бледная ладонь с длинными худыми пальцами скользнула к стене на один уровень с головой Чимина. - кто теперь папочка? Юнги пошло облизнулся, в предвкушении доминантного поцелуя, но все его планы канули в бездну, когда Чимин сильно толкнул Юнги и придавил его собой к стене, теперь выставляя две руки рядом с его головой. - нечестно.. - натянув нервную улыбочку, буркнул Юнги, а потом надул и без того пухленькие щечки и отвернулся, выставляя вперед малиновые губки. Чимин лишь усмехнулся и недолго смотрел на мнущегося от смущения Юнги, пока не сорвал взгляд на эти пухлые и желанные губы.. Чимин от полного желания закусил губу и посмотрел в чужие глаза вновь. Но они все так же смотрели везде, кроме как на самого Пака. Чимин с трудом оторвал руку от стены. В теле появилась тяжесть, при виде такого Юнги, когда вся кровь из головы, перелила к члену. Он протянул смуглую руку и подтянул Юнги за подбородок, заставляя посмотреть. - малыш.. - прошептал он, натягивая лучезарную усмешку - не смущайся. Юнги смотрел на Чимина и кусал губу, пока тот не спеша склонился и коснулся желанного Мина, просто бесцеремонно впечатывая того в стену, заставляя прогнуться на себя, в чем и помог властной рукой, прижимая к своему торсу чужой, еще и потирая. - да, малыш... - прошептал парень, пока от одних губ до других тянулась тонкая паутинка слюны. Юнги сильно покраснел от такого, но лишь завел руку за спину Чимина и сжал его рыжие волосы, ластясь к нему и даже чуть простанывая в поцелуй от того удовольствия, что дарил младший. А у Юнги губы со вкусом кофе и мята еще где-то внутри, нотками на гамму выливается, когда Чимин голову от восторга теряет. Он проталкивает свой язык в чужой ротик и сталкивается с холодным и мягким, а еще очень маленьким и коротким Юнги. Теперь Чимин с гортанным рычанием вылизывает чужой рот и их отношения можно назвать "пошлыми", только из-за одного такого поцелуя. Чимин еще так никого не целовал, а Юнги, что больше любил кусать чужие губы, так и подавно. Рука Чимина, что уже минуту сжимала талию Юнги вместе с углублением поцелуя, сползла на ягодицы парня, сжимая. Юнги не сдержался и простонал от такого. Он уже не чувствовал собственных гениталий из-за очень сильной узости в боксерах. Такой, что было больно. И Юнги уже был готов кончить без рук и чего-либо, когда парней отвлекла трель будильника. - хах, живи - хмыкнул Чимин и отошел дожаривать яичницу, пока Юнги, зажимая пах ладонями и перетаптываясь с ноги на ногу, дрожащим и охриплым голосом прошептал: - я в душ. *** Кажется, что с теплом, что делилось между двумя альфами, прошли и осенние холода. Погода больше не была столь пасмурной. На небе не зияли тучи, а солнце распускало свой яркий желтый цвет, освещая облака, на которых зрели яйца единорожков. Пара альфа, под недовольный свист и взгляды целой толпы, сцепив пальцы в замок, неторопливо шла в свою академию. Они не говорили. Каждому было о чем подумать, но оба чувствовали присутствие другого и от этого становилось хорошо и спокойно. И думать друг о друге было легче. Чимин думал о том, через какие трудности они прошли и думал, что это все так не с проста. "Судьба, видимо, действительно думает, что мы с Юнги должны остаться парой на всю жизнь... и я с ней полностью согласен!" Чимин, что вздрогнул, поднял восхищенный взгляд к голубому холодному небу, выдохнул облачко пара и лучезарно улыбнулся, обнажая белоснежные клыки. Юнги же думал о том, какой он теперь счастливый. Он думал о том, что ему и триста омег не надо, лишь бы рядом его альфа был. И плевать, что он сам альфа. Ради Чимина он может стать кем угодно. И Юнги, на самом деле, совсем не понял, когда и где умудрился растерять самое дорогое - свою гордость. А может он ее и не потерял. Может быть просто убрал в дальний ящик? Или нет. Скорее он просто наградил гордостью их с Чимином отношения. "Пусть весь мир ругает- хмыкнул он про себя и оскалился - А мы будем гордится!" Юнги прошел еще несколько шагов и замер. Пусть солнце и грело приятно, но морозный воздух все равно чувствовался, когда покалывал румяные щеки обоих. " пусть завидуют.. - думал Юнги, вдруг нахмурившись - а почему завидуют?.." И вопрос казался полностью нерешаемым, пока Юнги стоял и разглядывал свои дорогие черные лаковые туфли и на лужу взгляд перемещал. Но Чимина такая резкая остановка не устроила и он, улыбающейся и счастливый, опять со своей неотразимой улыбкой до глаз щелок на Юнги посмотрел. - Ты чего, Юнги-я? - ласково прошептал он, будто боясь, что их услышат. И тут Юнги понял, почему... - Я люблю тебя, Чимин!- взвизгнул он и повис на чужой шее, горячо в ухо целуя - пусть все завидуют, потому что я люблю тебя! А Чимин даже вдохнуть не успел, когда на него Юнги навалился. Он лишь успел поднять старшего за талию и прижать к себе, тихо и очень довольно посмеиваясь. -ахаха, я тоже тебя люблю, Юнги-я! Ветер сегодня ворошил не только листья, но и нежную любовь двух совершенно разных, но созданных друг для друга альф. и да, люди будут осуждать, наверное, Юнминам еще не раз придется противостоять жестокой действительности. Но то, что они уяснили за последние две недели, это то, что они друг без друга не могут, а вместе против целого мира здюжат. За столь высокими темами о философской и биологическо-химической любви, парни не заметили, как дошли до школы. Теперь было совсем по-другому, не то, что в прошлый раз. Нет, альфы так же пялились и зло рычали, не желая терпеть педиков в своей аудитории, пока омеги вновь слюни платками стирали. Но от милой парочки альф, что более ни на кого внимания не обращала, исходила такая энергетика уверенности, что все боялись не то, чтобы посягнуть на их личное пространство - лишний раз посмотреть. А то и правильно, потому что Юнмины бы все равно не обернулись на завидующих губошлепов, что только и могут либо слухи распускать, либо пытаться в драку влезть. Парни переоделись и направились в класс. - Ну что, Юнги? - усмехнулся Чимин, только теперь оглядывая класс, но все так же держа за ручку любимого, пока другие до выпадающих глаза из орбит, таращились на них - Как ощущения? - Честно? - скривился Юнги и нос сожмурил, чем не мог не умилить самого Чимина, а ответом просто обрадовал еще больше - Рядом с тобой потрясающие. Прозвенел звонок и парням пришлось прекратить милые воркования. Учитель что-то рассказывал, а парни все тщательно записывали. Но просто не могли, чтобы во время передачи ластика, ручки или замазки, не коснуться невинно чужой руки пальцами. Когда Юнги передавал Чимину карандаш, младший не смотря обхватил пальцами чужие и невесомо провел по ним, как награду за покорение сердца, забирая карандаш. Чимин лишь усмехнулся, а Юнги растаял. Он полностью прочувствовал роль омеги на себе именно в тот момент, когда по спине пробежали мурашки, а губа сама собой закусилась и он громко выдохнул. В штанах вновь стало тесно, и Юнги уже не знал, что с этим делать, если его тело так на Чимина реагирует. - Чимин..я люблю тебя - прошептал Юнги обвивая руками шею пака, пока его снова прижимали к стене в том злополучном туалете. Губы Чимина без спроса скользнули на чужую шею, провели влажную дорожку до ушей и прикусили мочку, вбирая, посасывая и играя с сережкой языком. В туалете как всегда плохо пахло, но запах двух влюбленных перебил зловонию смерти, привлекая к себе внимание стервятников. Альфы, рыча, хлынули в маленькую комнатку, обитую голубой плиткой, заглушая своим ревом даже скрип двери, что пронзил все здание и заставил покачнуться. чимин неохотно от Юнги отлип и кажется слышалось, как между парнями жвачка рвется, слепившая их друг с другом. - педики!- зарычали альфы и, желая напугать, ударяли кулаками о стену. У Чимина после того побега за суицидником Юнги правая рука не очень хорошо функционировала, но то, что Юнмины не захотели драться, совсем не рука виновата. Просто теперь оба парня поняли, что по настоящему важно. Оба парня поняли, что любят друг друга, а остальное до лампочки. Их даже больше не бесили парни, что стояли и высказывали всю свою ненависть силой. Вернее вот вот начнут. Юнги, что смотрел на своих старых собратьев, повернулся к Чимину и хмыкнул в его губы, медленно притягивая к себе и нежно целуя. - я люблю тебя..- прошептал он, совершенно не напрягаясь и не стесняясь общества, заставляя и Чимина расслабиться. Юнги отстранился на чуть чуть, с усмешкой в чужие глаза посмотрел и заразил Чимина сияющей улыбкой. - мы не будем драться - парни, излучающие счастье и мир, с поблескивающими над головами нимбами, посмотрели на своих обидчиков. Чимин усмехнулся и последовал за Юнги. От парней настолько пахло живой уверенностью и гордостью, что нападавшие альфы в страхе отошли к стенкам, создавая живой коридор для голубков. Юнги имея две боевых руки на всякий пожарный, а еще огромное желание защитить свою половинку, шел впереди и тянул за руку теперь смущающегося Чимина. Стоило им оказаться в желтом свете коридора, залитым солнцем, пусть на удивление шел дождь и небо было пасмурным, подтянул к себе Юнги и нежно в губы поцеловал. - Знаешь, я очень рад, что мой истинный, именно ты. - Знаешь, я тоже очень рад, что твой истинный, это я. Парни громко засмеялись и направились в класс. После столь бурного события в туалете, когда озлобленные альфы чуть в ноги этим очеловеченным Эротам не попадали, Юнги и Чимин больше не могли сосредоточиться на уроках. кое-как отсидев следующий, через один, в самом разгаре разговоров о любви и тепле сердечном, они поднялись, взяли сумки и поспешили покинуть класс. Учитель омега, что робко загородил собой выход, парни осторожно подняли под локти и перенесли его в другой конец класса, еще и по попке каждый дал. Взявшись за руки, парни посмотрели вдруг друг на друга, улыбаясь до ушей. Потом посмотрели на класс и вновь глаза в глаза, пока улыбки лишь к верху ползли. Раздался громкий смех и словно он послужил выстрелом к старту, парни сорвались с места и побежали прочь. Они бежали по коридорам и разбрасывались старыми обидами, воспоминаниями, выходившими через смех. Бежали по улице и держались за руки, громко смеясь, оставляя за собой лишь след перемен. Они бежали, падали в листья и смеялись словно дети, с каждой минутой не старея, а лишь молодея, как и требовалось им. Они обежали все кварталы до дома, а у самой высоко этажной конструкции, не выдержали и свалились в кучу листьев, поднимая их, заставляя языкам ветра слизать и подхватить желтые, оранжевые и красные пятна. За деревьями, что сбрасывали свои шубные кроны, простиралось бесконечное небо, что растянулось от моря до моря лишь для двух сердец, слившихся воедино. - насколько красиво - пролепетал Юнги, а Чимин влюбленных глаз не сводил, сжимая чужую ладонь в своей. - Да... Чим вдруг подорвался и вжал Юнги в землю, трепетно и нежно целуя, пока тот лениво и, может показаться, неохотно отвечал.. - Юнги - Чимин отстранился и серьезно на Мина посмотрел - Я хочу тебя.. Юнги открыл изумленные черные глаза и с легким испугом посмотрел на любимого. Он обвил его талию тонкими длинными ногами в черной джинсе, выдохнул и вместе с этим выдохом из тела исчез весь страх. - тогда бери меня... - медленно, растягивая выдохнул Юнги, добавляя - мой альфа...