Стать сильной.

А у хорошего секса много составляющих, и техника — далеко не главная. Джонатан Троппер. Дальше живите сами.

Вторник. 10 ноября. Школьный двор. 10:40. Нура стояла и смотрела на меня своими сапфирами. В ее взгляде я без проблем могла уловить нотки тревоги. Непонятно правда, почему она переживала, ведь я уже сто раз за первый урок сказала ей, что в порядке. Возможно это было не слишком правдоподобно, но все же. Мы стояли на улице, погода была так себе — точнее вообще отвратная. Но нас меня это не волновало. Тут дышалось легче. Криса и Вильяма я еще не видела, а Сатре на мои вопросы о ее парне только пожимала плечами. Наше внимание привлекли две машины: черная — Вильяма, синяя — Криса. Припарковавшись, парни вышли из своих авто и направились в сторону школы. Шепот сразу заполонил двор и я сначала не понимала, что является причиной, пока не увидела его. Лицо Криса украшали синяк на скуле, подбитый глаз и рассечённая губа и бровь.

Просто. Сука. Великолепно.

Сердце в груди начало биться с неимоверной скоростью, а когда до меня дошло, что Пенетраторы двигаются в нашу сторону, оно вообще грозилось покинуть пределы грудной клетки. — Привет. — Голос Вильяма звучал как будто через толщу воды. Я видела, как парень ловко поцеловал Нуру в висок и притянул к себе. — Не замерзли? — Немного. — Сатре слегка улыбнулась, но бросила на меня и Криса обеспокоенный взгляд. Находясь в какой-то прострации, я все никак не могла вынырнуть в реальность. Я бегала глазами по всему чему можно, кроме него — Кристофера Шистада. Мне было страшно смотреть на него и не потому, что он был в синяках и ссадинах, а только лишь потому, что я боялась прикоснуться к его лицу и провести пальцами по всем этим синякам и ссадинам. В чувства меня вернул — удивительно даже — его голос: — Ева, мы можем поговорить? — Что? — Глаза в глаза. — Можем поговорить? — Мне показалось, что в его карих омутах промелькнула некая мольба. — О чем? — Боже, Мун, можешь просто согласиться? — Складка пролегла между бровей. Бесится. — Хорошо. — Я кинула быстрый взгляд на Нуру и Вильяма и получила утвердительный кивок от второго. Дом Криса. 11:25. Мы с Крисом ехали в направлении его дома. Сатре сказала, что отмажет меня от занятий, за что я была ей премного благодарна. Машина плавно притормозила у двухэтажного светлого дома и Шистад заглушил мотор. Кинув на меня беглый взгляд, парень покинул салон. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Повесив пальто и скинув свои кеды, я проследовала за Крисом на кухню. Парень уже стоял, прислонившись к столешнице, и явно о чем-то думал. — Так о чем ты хотел поговорить? — Вышло слишком тихо, поэтому сначала мне показалось, что шатен не услышал меня. Некоторое время спустя он все же ответил: — Обо всем Мун. — Крис сделал глубокий вздох и провел ладонями по своему лицу, запуская пальцы в волосы и ероша их. — Хм. — Только и выдавила я. Помявшись еще немного, Шистад наконец поднял свой взгляд и посмотрел на меня: — Послушай Ева, мне жаль, что я вел себя, как законченный мудак. Мне жаль, что вчера я тебя напугал — я правда, не хотел этого. Набрав в легкие воздуха, парень продолжил: — Ты сводишь меня с ума, Мун, понимаешь? Я не знаю как, но ты делаешь это. — Я открыла было рот, чтобы возразить, но он поднял руку: — Нет, не перебивай. Вчера, да и вообще всегда, когда ты говорила мне, что мы с тобой друг другу никто, у меня срывало крышу. Я понимаю, что ты права, но на меня это действует именно так. Сердце предательски кольнуло, когда он сказал, что я права, но виду подавать нельзя. Похоже, что сейчас происходит некая «Исповедь Кристофера Шистада» и я никоим образом не хотела ее прерывать. — Ты вся такая независимая и непокорная, но при всем этом такая нежная и милая, что я просто не могу сдерживать себя временами. Боже Мун, да ты засела у меня в голове, прямо там, в подкорке мозга. И я не могу ничего с этим сделать. Не получается, Ева, совсем. Я не могу перестать думать о тебе, перестать смотреть на тебя. Я не могу перестать волноваться за тебя. Черт! — Его ладони с силой врезались в столешницу. — Я не могу, понимаешь Ева? — Взгляд, такой нежный и обжигающий одновременно. — Когда ты влипаешь в какую-то херню, я готов сломя голову нестись и вытаскивать тебя, и мне не важно, что может случиться со мной, главное, чтобы ты была в порядке. — Он оттолкнулся и сделал шаг в мою сторону. — Когда ты встречалась с Джеем, меня разрывало изнутри от злобы и ревности, и я понял это только вчера вечером, представляешь? Только вчера на меня легло осознание того почему я так поступаю, когда дело касается тебя. Я не заметила, когда он так приблизился и в какой момент обхватил мое лицо ладонями, но он сделал это. — Как ты это делаешь, Ева? Как заставляешь меня быть таким? — Его лоб соприкоснулся с моим. Сердце. Оно снова бешено стучало в груди, делая кульбиты и стремясь вырваться наружу. Неужели все это не сон? Действительно ли это происходит в данный момент? — Я ничего не делаю Крис. — На выдохе. — Я знаю. — Его ладони опустились вниз. — Я знаю и от этого хочется выть. — И вот он снова в паре шагов от меня. — Но… Я не понимаю. — И так действительно и было — я не понимала. Абсолютно ничего. — Не прилагая никаких усилий, ты привязала меня к себе, Мун. Сама того не зная, ты сделала меня таким. — Я… я ведь и правда не… — Это меня и бесит больше всего, Мун! — Он закричал. Так неожиданно, что я дернулась. — Я знаю все это, Ева, и это разрывает меня. Потому что, блять, ни одна девушка не вызывала во мне таких чувств! Ни одна из них, вешаясь мне на шею, не удосуживалась моего внимания. Но ты — ты сделала это, не прилагая никаких гребанных усилий, Мун. — Его грудь часто вздымалась, а меня, как ведром холодной воды окатили. — И ты обвиняешь в этом меня, Шистад? В том, что с тобой творится какая-то херня? — Теперь уже кричала я. — Да тебя никто не просил, чтобы ты вытаскивал меня из всякой хуйни! Никто не просил, чтобы ты постоянно, как ты говоришь, думал обо мне! Боже, да у тебя столько телок, Крис. Все — все в миллионы раз лучше, чем я, Шистад и каждая, кто вешается на тебя побывала у тебя в кровати! Знаешь, почему так происходит? М? Хочешь я объясню тебе? — Попробуй. — Рычит. — Да просто я единственная, кто не лег под тебя Шистад! — Выплюнула ему в лицо. — Единственная, кто не проявляет к тебе интереса, какой ты привык получать! — Зато ты неплохо проявила интерес к этому ублюдку Джею! — Слова сочатся ядом. — Знаешь почему мое лицо сегодня выглядит именно таким образом, Мун? Знаешь почему все костяшки сбиты к хуям? Рассказать? — Расскажи! — Да потому, что после вчерашнего инцидента между нами я узнал, что ты съебалась со школы. Потому что ходил и бесился, что тому причиной я, хотя я не хотел, чтобы ты расстраивалась, — он снова начал приближаться, — поэтому сорвался и поехал куда глаза глядят проклиная себя на чем свет стоит. А потом понял, что мне нужно, Мун. И поехал на бои — уверен, ты слышала про них, там часто ошиваются парни со старших курсов. Так вот последним из моих соперников был ебаный Джей. — Какое мне дело до этого, Шистад? А? — Да я чуть ли не до смерти его забил, стоило ему только заикнуться о том, какая ты в постели, Мун! — Он все наступал на меня, пока окончательно не прижал к стене. — У меня планку сорвало, когда он сказал, что не прочь повторить с тобой эту ночь! — Так пускай бы повторил! Тебе-то какое дело до этого? — Блять, Ева! — Кулак врезался в стену, прямо как вчера в школе. — Как ты не понимаешь, твою мать, что я не допущу этого? Как? Ты, блять, моя! Моя, Мун! Поняла? Никто не смеет прикасаться к тебе, кроме меня! — Это с чего это вдруг? — И пусть тепло разлилось внутри меня от его слов, злость накатила сильнее. — Я никогда не была твоей, Шистад! Никогда! — Руки врезались в его плечи и оттолкнули от себя. — Тебе всегда было до пизды, так что сейчас поменялось? — Я! Я поменялся, Ева! — Он все также кричал и сжимал руки в кулаки. — Ты — моя. И точка! Поняла? И никто не притронется к тебе! Если надо будет, я буду ебашить всех, кто попробует это сделать! Поняла, Мун? — Поняла! Срываюсь с места и налетаю на него. Губы — такие мягкие и горячие. Мне кажется, что я тону. Его руки везде; лицо, шея, плечи. Я — его. Я поняла это. Сейчас, в эту секунду, когда он так жадно отвечает на мои поцелуи. Подхватив меня на руки, Крис выходит из кухни.

***

Лестница, стены, коридор. Я не знаю, как, но мы добрались до его спальни. Толкнув дверь, Шистад ставит меня на пол. Отрывается лишь на секунду, чтобы стянуть мой свитер, затем снова припадает к губам. Толкает меня на кровать и смотрит. Так жадно и нежно одновременно. Наваливается сверху. Его футболка. Мои джинсы. Его джинсы. Все летит в стену, с глухим звуком ударяясь следом об пол. Жарко. Невыносимо жарко. Его поцелуи обжигают. Кожа будто плавится под его руками губами. Я чувствую, как ладони проникают под мою спину. Слышу щелчок замочка и лифчик присоединяется к остальным вещам. Рефлекторно прикрываю руками грудь, но Крис перехватывает запястья, зажимая их над головой. Шея, ключицы, впадинка между грудей. Боже. Я разлетаюсь, стоит его языку прикоснуться к соску, обвести ореол и втянуть его в рот. Отпустив мои руки, Крис накрывает ладонью второе мое полушарие и зажимает сосок между пальцев. Живот скрутило в тугой, тянущий узел. Желание уже разгорелось во мне и между ног стало жарко. — О-ох Крис-с… — Тш-ш. — Парень отрывается от груди и вновь приникает к губам. Я чувствую его желание. Чувствую, как его сердце колотится. — Я хочу тебя, Шистад. — Шепчу. — Я знаю, малышка. Его губы опять прокладывают дорожку от губ до груди, но не останавливаются, а спускаются ниже по животу и замирают у кромки трусов. — Можно? — Голос хрипит от напряжения и желания. — Да-а… Чувствую, как шатен зубами избавляется от последней преграды и прокладывает дорожку поцелуев от лодыжки до внутренней стороны бедра. Дрожь прокатывается по телу, заставляя прогнуться в спине и сильнее раскрыться для него. — Ты прекрасна. Я чувствую его дыхание там и не могу поверить, что все это происходит с нами. От этой мысли смущение накрывает меня с головой и я пытаюсь соединить колени, но Крис не дает мне сделать этого, крепко вцепляясь пальцами в бедра и разводя их с сильнее. — Не бойся. Губы вновь приникают к внутренней стороне бедра и медленно спускаются ниже, в то самое место. Дыхание, такое горячее и обжигающее, вновь опаляет меня там и спустя секунду, Крис проводит своим языком по складочкам, задевая чувствительный клитор. Стон слетает с моих губ и я прогибаюсь в спине с новой силой. Парень не останавливается, продолжая ласкать меня языком, он вводит сначала один, а через некоторое время и второй палец в меня. Оргазм, от его фрикций языком и руками, накрыл меня почти сразу. Шистад оторвался от клитора и начал подниматься ко мне. Оказавшись лицом к лицу со мной, он приник к моим губам. Почувствовать собственный вкус было странно, но это возбудило. Я чувствовала, как его член упирался мне в живот. — Крис, пожалуйста. — Прошептала ему куда-то в скулу. — Ты уверена? — Да. Освободившись от белья, Пенетратор потянулся к тумбочке у изголовья кровати и открыл первый ящик. Шуршание донеслось до моих ушей и я захныкала: — Не хочу с презервативом, мне натирает. — Я боюсь не сдержаться, малышка, ты такая горячая там. — Он легонько коснулся моих губ. — Хорошо. Крис решил подразнить меня, водя своим органом по моим складкам, но больше раздразнил он только себя. 
Снова приникнув к моим губам, парень вошел на всю длину. — Черт. — Вырвалось у меня. — Мун. — Шипит сквозь зубы шатен. Дав мне привыкнуть к размеру (а с ним было все очень даже в порядке) Крис начал двигаться. Сначала медленно, но с каждым толчком увеличивая темп. Когда он оперся на руки, я приоткрыла глаза и увидела этот сжигающий взгляд. Шоколадные омуты поглощали меня полностью. Дыхание с каждым толчком все больше и больше сбивалось, чувства обострялись и я поняла, что близка к ошеломительному оргазму. Как, собственно, и Шистад. Парень вновь прижался ко мне и вдалбливал мое тело в кровать. — Моя. — Рыкнул он. Последний толчок был самый мощный и меня накрыло. Я разлетелась, а мир перед глазами рассыпался на миллионы кусочков. — Моя. — Повторил Крис, наваливаясь всем телом. — Только моя.