Освобождение Простоквашино

Тишина на следующем собрании «Черной сферы» прямо-таки давила. Многие поглядывали на место, где часто стоял Эндэо. «Если уж такого демона…» И даже слова Мудреца не рассеяли этого настроения. Не утратил энтузиазма только Чапурин. - Эндэо – сильный демон. Но он ведет… вёл себя так, словно бы мы уже достигли цели. А ведь мы еще в XXI веке. Я один смогу сделать то, чего нам еще не удалось. Ведь я не чужд лучшего способа выкачивания энергии и управления людишками – телевидения. Его действия приборы Ами засекли даже в спящем режиме. - Вот это сигнал! Место – ЛЭП, идущая вдоль шоссе. Когда сейлоры прибыли туда, их взглядам предстало грандиозное зрелище. Рядом с ЛЭП стояла, вращаясь туда-сюда исполинская телекамера. Шлейфы электрических разрядов тянулись к ней от проводов. Предметы, на которые она направлялась, начинали выглядеть в каком-то искаженном виде, а то и вовсе вверх ногами. А рядом стоял и хохотал раздувшийся в несколько раз Чапурин. - Явились? Духовный скреплер! В руках у него появилось нечто вроде огромного строительного степлера. Поток скобок с зазубренными остриями и фальшивой полуоблезшей позолотой полетел в сторону воительниц. - Берегись! – крикнула Сейлор Меркурий. – Духовные скрепы! Если вопьются кому-то в голову –вашему мозгу конец! Однако скорострельность этого скреплера была потрясающей. У сейлоров не было времени ни на что, кроме как уворачиваться от летящих на них скреп. Долго ли это могло продолжаться? И тут сверху раздался гневный голос: - Моя планета-хранитель Юпитер, обрушь на него грозу! Зависшая в прыжке над полем боя девушка в зеленом сейлоровском костюме голыми руками направила вниз ветвистую молнию. Чапурин сам создал свою погибель – поток металлических скрепок и их заостренные концы создали прекрасный канал для электрического разряда прямо к их источнику. Демон содрогнулся от удара. Поток энергии к телекамере оборвался, а сама она, прекратив вращаться, стала быстро ветшать – облупливалась и выгорала краска, тусклее светились индикаторы. Чапурин продолжал биться в конвульсиях, подозрительно напоминающих преданный тройной анафеме "танец пчелок тверкинг", становясь при этом все меньше. Сейлор Юпитер подошла к остальным. Меркурий, не отрываясь от своего миникомпьютера, поздоровалась с ней только кивком головы. Было видно, что они уже знакомы. - Я проанализировала только последние два случая. Они выкачали себе огромное количество энергии. Но зачем? - А помните, как Филонов говорил что-то насчёт "вот вернём наше время"? – вспомнил Федор-Ирида. - Вот как? – пальцы Сейлор Меркурий снова забегали по клавиатуре. - Если приложить эту энергию к переносу в прошлое нашей области, её можно отбросить назад не менее, чем лет на 90, а если отправить в прошлое только наш район -- то почти на тысячу. - Вот теперь планы врагов нам ясны, - подытожила Сейлор Мун. Уже подходя к деревне, они еще раз оглянулись на поле боя. Чапурин продолжал извиваться ужом и бормотать какие-то бессвязные слова прямо перед объективом. Когда на следующий день Рэй проходила мимо, на поле уже ничего не было. Да и о Чапурине никто больше не слышал. - Назревает что-то. – заметил Печкин, придя однажды к дяде Федору. – Вы не подумайте чего, я ведь когда-то в морской пехоте с самим товарищем Бахтеевым служил. Только вы врага, если что, как фокусник слона в шляпу засунете, а мне в таких делах без магии – что с противопехотной миной против самолета. Да еще Филонов опять пристает. - Вообще-то у людей, освобожденных от власти демонов, некоторый иммунитет образуется. – заметила гостившая у Федора Ами. – Да и Вы теперь настороже. Чего же ему от Вас опять нужно? - Не при девушках! – отрезал Печкин. - Защита, значит нужна? Но ее на себе не потаскаешь – вес непомерный. - Тогда давайте навесим ее на наш «Запорожец». Бензином Рэй как-нибудь снабдит. - Во-во, есть у меня идея. Мне бы только при любых условиях к Рэй подкатить. А что, от волшебства действительно можно заэкранироваться?! - Нет, сама магическая сущность проникает через такие преграды. Но для некоторых заклинаний нужна вполне материальная… э-э… ну, как бы поднесущая. Вот ее-то и возможно задержать. Вся компания с жаром принялась за новую затею. К счастью, успели вовремя, и опять же, к счастью, не слишком рано. Иначе бы поездки Печкина на работу изрядно подорвали бы финансы. Очередная сходка у Мудреца снова началась с минуты молчания. А затем слово взял Пурохамов. - Братья и сестры! Знаете ли вы Ричарда Докинза? Того самого, что за два дня до смерти крестился и за это время успел написать множество теологических трактатов, поставивших его в ряд лучших богословов. Так вот, он сказал… Однако в этот раз Мудрец был не расположен его слушать. - Сейчас не время. Готовьтесь к решающей битве. Начинаем операцию «Крестный ход». А сейчас потешим тело и душу, может в последний раз. Мудрец первым зашел в приготовленный для трапезы зал. Длинный стол был уже накрыт, горели свечи. На стене зала светился электрифицированный плакат со списком грехов, коих следовало избегать всякому добропорядочному христианину. Мудрец подошел к панели с тумблерами, металлические ручки которых были отполированы от частого употребления, опустил вниз два из них. Надписи о грехе чревоугодия и пьянства погасли. Потом посмотрел на входящих остальных черносферников и перещелкнул еще несколько. Последним в зал влетел сияющий Пурохамов. - Смотрите какую книгу мне сейчас преподнесли! Что то после этого запоют все эти безбожники и гейропейцы? Да они у нас в ногах должны валяться. Мудрец взял книгу, автором которой значился супер-академик исторических наук Брудняков, пролистал. - Так, "Родоначальники арийской расы...", "Выкопали Черное море...", "Древний подводный флот..." Заглянул на форзац, где виднелась эмблема издательства – три узких остроконечных конуса в ряд. - Ты выходные данные смотрел? - Э-э... не успел еще. - Это же издательство не черносферников, а черноконусников - наших прямых конкурентов. Тех, что оттяпали у нас село Галушкино. Хорошее между прочим, было место, прямо-таки заповедник: все жители с духовными скрепами чуть ли не с рождения. Смутившийся Пурохамоф покрылся красными пятнами. - Вообще-то позавидуешь. - продолжал Мудрец. - Там даже когда голову выбирают, то он кладет руку не на устав, а на Черную Книгу. А на устав кладет... , ну, впрочем, это-то и у нас так же. Смачно закусив, Мидзури жаловалась на распущенность нынешних девиц. - Взять хотя бы Простоквашино. Какая ни приедет - ну чисто блудница вавилонская. Встретила тут недавно одну. Нутром чую, что ведьма. МАКото зовут - не иначе наркоманка. Пошла за ней. А тут ей навстречу один из наших прихожан. Видно, что причастился маленько, так то ж во славу божию. Ну и попробовал он ее нагнуть... в поклоне перед господом нашим, как то покорной женщине прилично. Так эта мерзавка, своей сути не являя, без всякого колдовства его так отделала, что теперь "по образу и подобию божиему" про него уже и не скажешь. Я вот чего думаю. Когда на место прибудем, то тех яйцеголовых, что нам машину времени строят, сразу к ногтю. А сейчас-то чего их даром кормить. Пусть придумают, как измерять у девушек, сколько у них мускулов, да нет ли загара в неприличных местах. У кого непорядок, тех - в подвал на хлеб и воду. - Именно, что к ногтю! – живо поддержал ее Стервинг Германов. – Проживем и без иноземных хитростей. Всех колдунов-ученых казнить самыми мучительными видами смерти! Без порожденных сатаной тракторов обойдемся. Будем пахать, как наши предки, на лошадке. Города выселять принудительно, всех штыками гнать в деревню, сопротивляющихся - убивать вспарыванием живота, потому что один такой издыхающий, хрипящий и облепленный мухами, показательнее десяти заколотых тем же штыком!