Часть 10
9 февраля 2019 г., 16:30
Рано утром Гарнер услышала тихий стук в дверь, который мгновением позже прекратился. Она устало оторвала голову от подушки и прислушалась к шороху за дверью. Это наверняка была Кларк, желающая попасть в номер и упасть в общую кровать после бессонной ночи. И Лекса могла бы сделать вид, что не слышала, но внутренняя забота о блондинке буквально разрывала все внутри, поэтому ей пришлось подойти к двери и открыть, не заботясь о внешнем виде.
— Воу. Не ожидала, что ты откроешь, — тихо произнесла Гриффин, оглядывая шатенку с ног до головы. — Выглядишь паршиво, на самом деле.
— То же могу сказать и про тебя. Ночь без сна? — горестно улыбнулась Лекса, пропуская в номер соседку.
— Да, я пришла ближе к ночи, но у администратора больше нет ключей, а ты спала, как убитая, поэтому мне пришлось поспать в фойе, — грустно пожала плечами Кларк, оглядывая беспорядок, который оставила Лекса и Рикерт.
— Не заладилось с парнем? — шатенка подошла к кровати и просто рухнула на нее, мечтая провалиться в сон.
— Не заладилось. Смотрю, неплохо вы с Нойманом тут повеселились, — заметила Гриффин, взглядом окидывая бардак: недопитая бутылка вина стояла у зеркала, грязный бокал был один, но, может, Лекса была настолько отчаявшаяся, что пила прямо из горла?
— Никого не было. Я одна тут, — сонно пробубнила Гарнер, не боясь показаться жалкой. Она окинула взглядом бардак, который оставила после своей истерики.
— А что с твоими глазами? Они красные и опухшие. Могу принести тебе свежих огурцов, чтобы лицу полегчало, — сказала Кларк, оставаясь довольной тем, что застала шатенку не с парнем, а одну.
— Это все вино, — оправдывалась Лекса, но Гриффин предполагала, что девушка просто проплакала весь вечер в гордом одиночестве.
— У тебя все в порядке? — ласково спросила блондинка, усаживаясь рядом с Гарнер и поглаживая ее по плечу.
— Я не знаю. Теперь, наверное, все хорошо, — ответила шатенка, разглядывая Кларк. Блондинка нежно улыбалась и поглаживала соседку, желая, чтобы та уснула. Было в этом что-то странное, но Гриффин разберется с этим позже, когда Лекса уснет. — Ты останешься?
— У меня есть небольшое дело. С Инэс, — быстро добавила блондинка, замечая широко открытые глаза Лексы. — А теперь спи.
— Спасибо, — Гарнер блаженно улыбнулась, чувствуя спокойствие, в котором так нуждалась прошлой ночью.
— За что? — непонимающе спросила Кларк, чуть останавливая руку.
— За то, что заботишься обо мне, — Лекса закрыла глаза, и тело расслабилось. Теперь Гриффин хотела немедленно узнать, почему с ней происходили все эти странные вещи.
***
Блондинка тихо закрыла за собой дверь и ранним утром отправилась в гости к подруге. Инэс знала почти каждого значимого человека в Германии, поэтому сейчас ее помощь была нужна, как никогда раньше. Девушка надеялась застать брюнетку в хостеле, в котором та жила на время чемпионата. Гриффин пришлось проехать чуть ли не половину города, пробираясь сквозь узкие улочки и ловя косые взгляды людей, спешащих на работу. В автобусе было тихо и спокойно, что позволяло разобраться в мыслях. Сейчас у Кларк складывалось полное ощущение, что у нее ехала крыша, потому что половина мыслей были явно не ее. Правда продолжалось это не долго. Скоро должна была быть ее остановка, и, когда девушка снова вышла на улицу, она окунулась в шум улицы, на которой кипела жизнь. Все куда-то спешили, обгоняя других; киоски с кофе работали на износ, пытаясь обслужить всех клиентов; а машины, водители которых мечтали поскорее сорваться с места, стояли на светофоре или в бесконечных пробках. Было в этом что-то атмосферное, что напоминало Кларк Нью-Йорк, в котором она побывала не так давно. Жизнь там кипела постоянно, даже ночью. Вот только быть частью такой жизни она не хотела. Ей была привычна жизнь во Франции — медленный завтрак за газетой, сборы на учебу, и никакой толпы в транспорте. Гриффин любила тишину и спокойствие, потому что именно они рождали мысли в головах у людей. Вот и сейчас блондинка старалась отключиться от шума, чтобы сформулировать проблему и объяснить Монтеро то, что ей срочно понадобилось. Точнее, кто. И Кларк заметила, как хмуро выглядели немцы в своих серых костюмах. Даже солнца не было, хотя еще утром оно било ей в глаза, когда она лежала в кровати рядом с Гарнер какое-то время. Девушка подошла к хостелу, который оказался не настолько плохим, каким его представляла Кларк. Теперь не было нужды волноваться за подругу. Единственное, что могло ей навредить — шум машин с дороги. Блондинка вошла в помещение, где пахло свежими булочками и чаем с ягодами. За старой деревянной стойкой сидела пожилая женщина, внимательно читавшая газету. Гриффин узнала в ней себя — такая же не спешащая, рассудительная и временами приветливая к людям с утра. — Доброе утро, — мило улыбнувшись, произнесла Кларк, отрывая женщину от чтения. Женщина непонимающе посмотрела на девушку, и Гриффин поняла, что пропала. Администраторша не понимала французский, наверняка не знала и английский, ведь хостел находился в такой глуши, которую смог бы отыскать только немец. — Юнге Фрау Монтеро, — сделала попытку блондинка, и женщина улыбнулась. — Фрау Монтеро, — женщина взяла в руки газету и ручку, чтобы написать номер комнаты, в которой жила девушка. — Данке шон, — быстро ответила блондинка, направляясь в номер к подруге. Стоило быть аккуратной, ведь обычно в хостелах жили не по одному. Кларк тихо постучала в дверь. Создавалось ощущение дежавю, потому что она половину ночи простояла под дверью, тихо стучась. Однако Инэс не заставила ее долго ждать, открывая дверь и сонно потирая глаза. — Кларк? Ты чего так рано? — недовольно спросила девушка, возвращаясь в кровать. Гриффин вошла и огляделась. Мебель была старая и обшарпанная, но наверняка Монтеро сама не один раз убиралась здесь, потому что место выглядело вполне себе сносно. Кларк представляла, что подруга делит кровать ещё с несколькими людьми и тараканами, но все было не так. У девушки даже окна выходили не на дорогу, а в проулок. — Срочное дело. Вопрос жизни и смерти. Поможешь? — умоляюще попросила блондинка, вызывая тяжелый вздох подруги. — Мне дорого обходится дружить с тобой. Я всю неделю собиралась отсыпаться, а ты портишь мой отпуск! Выкладывай, что у тебя там, — Инэс села в кровати, поджимая ноги под себя. После долгого сна она и понять не могла, чего от нее хотела Гриффин. — Я в курсе, что ты знаешь всяких бабушек, дедушек, которые разбираются во всем мистическом, — медленно начала говорить Кларк, подбирая каждое слово. — Если ты хочешь навести порчу на меня или Лексу, я не позволю! — брюнетка мгновенно проснулась, собираясь выпроводить Кларк за дверь. — Тебя это вообще никак не касается. Лексу слегка затрагивает эта тема. Тут очень сложный вопрос. Ты меня не поймешь и еще за сумасшедшую примешь, — грустно вздохнула Гриффин, рассчитывая на помощь подруги без лишних вопросов. — Я тебя и так считаю ненормальной. Хорошо, я знаю одну бабку, которая разбирается во всех этих мистических штучках. Мне нужно собраться, — потягиваясь, ответила Монтеро, готовясь потратить целое утро на беготню с Кларк. — Вот спасибо тебе за помощь, — Гриффин встала с кровати, быстро подбегая к подруге и целуя ее в щеку. Это было в порядке вещей. Девушки отправились к той самой женщине, которая ведала всеми делами в мистическом мире. Инэс эта идея особо не нравилась, потому что неизвестно, что можно притащить из дома старой и больной на голову женщины. Кларк толком и не объяснила подруге, к чему такая спешка и в чем суть вопроса. Она знала, что Монтеро сразу же передумает и начнет отговаривать саму Кларк, но блондинка уже железобетонно все решила. Ей просто необходимо было встретиться с женщиной и узнать, не знала ли она причин столь странных закономерностей. — Кларк, я последний раз тебе помогаю, — закатывая глаза, сказала Инэс. Она говорила это постоянно, мечтая освободиться от такой необходимости, как помогать блондинке. — Конечно, — быстро ответила Гриффин. Даже она не верила, что подруга когда-нибудь оставит ее одну. Монтеро привела подругу к большому серому особняку на окраине Мюнхена. Дом был похож на резиденцию президента или короля, но в нем, как оказалось, жила женщина и духи ее умерших мужей. Так сказала сама брюнетка. Она бывала там пару раз, но жуткая атмосфера дома и частые несчастья после приема у женщины отбивали всякое желание появляться там снова. Гриффин медленно оглядывала очарование здания, постепенно приближаясь к входу. Желание узнавать про странную связь с Лексой пропало, на смену ему пришел страх. Внутри дома была гробовая тишина. Полы постоянно скрипели, нагнетая обстановку. Инэс пропустила блондинку вперед. Это же Кларк хотела встречи с женщиной. Гриффин замерла на месте, завидев надвигающуюся тень. Подруга врезалась в ее спину, отвлекаясь на мысли о тихом и уютном хостеле. Из темноты вышла согнувшаяся старушку с какой-то корягой вместо трости. Монтеро чисто инстинктивно сделала пару шагов назад, опуская взгляд в пол. Эта женщина была чем-то вроде божества для нее, и таким способом она выражала почтение. Голубоглазая же оглядывала внешний вид старухи: седые длинные волосы, которые держались на добром слове, огромная серая распашонка и темный шерстяной платок на поясе. Взгляд у женщины был недобрым, брови нахмуренными, а морщины ясно выступающими. — Чем обязана? — грозно произнесла она, демонстрируя полное отсутствие зубов. Кларк это нисколько не смутило. Ее интересовала не старушка, а ее способности. — Всемогущая, моей подруге хотелось бы кое-что узнать, — все еще глядя в пол и немного запинаясь, сказала Инэс. — Всемогущая? — переспросила Гриффин, оборачиваясь к подруге. — Не поворачиваться ко мне спиной! — громко сказала женщина, ударяя своей тростью по дряхлому полу. — Я прошу прощения, Всемогущая, — на манер подруги произнесла Кларк, склоняя голову. — Мне бы хотелось знать, что меня связывает с девушкой. Она мне будто нравится, а я не уверена в ее отношении ко мне. В общем, я ненавижу спать с кем-то, но вот с ней это вышло так легко. Я даже в собственной кровати дома так быстро не засыпаю, как от ее прикосновений. А еще я будто слышу ее мысли, потому что мои путаются с чужими, когда я ее касаюсь, — на одном дыхании выложила Гриффин. Брюнетка наблюдала, как полуприкрытые от старости глаза женщины постепенно расширялись, она даже приоткрыла рот. — Пройдемте! — оживленно сказала старушка, хватая Кларк за руку и, прихрамывая, повела ее в «кабинет». Помещение выглядело так же старо и отвратительно, как и весь дом. Женщина небрежно указала на кресло, пока сама радостно ковыляла к столу. Кларк села, не сводя взгляда с женщины, которая возилась в тумбочке. В комнате раздался настолько громкий хлопок, что Гриффин аж подпрыгнула. Она медленно обернулась — дверь была закрыта. Инэс не смогла бы ее спасти, если бы вдруг женщина начала ставить на ней опыты или вообще медленно убивать, как ведьму. Ведь именно такой себя и считала Кларк. Она сначала притягивала всех людей к себе, а затем беспощадно отталкивала их. Женщина подняла глаза на блондинку, оглядывая ту, насколько позволяло расстояние. Ей впервые попался подобный экземпляр — девушка с такими странными проблемами. Старушке было интересно разобраться в данной ситуации, расставляя все по своим полочкам. Она аккуратно дотронулась до щеки Гриффин, которая просто предпочитала отмалчиваться и шокировано смотреть на «бабусю». Женщина блаженно прикрыла глаза, дотрагиваясь до кожи юной девушки, пока та пребывала в полной прострации. На самом деле блондинка просто хотела встать и выбежать из этого дома, больше никогда в жизни не приближаясь к нему ближе, чем на два километра. — Так, значит, хочешь знать, что тебя связывает с девушкой? — старушка резко убрала руку от щеки девушки, усаживаясь в свое огромное кресло и убирая трость подальше. — Значит, слышишь ее мысли, успокаиваешься, когда она к тебе прикасается? — получив удовлетворительный кивок Кларк, которая, к слову, все еще была будто под гипнозом, старушка замолчала, размышляя над чем-то. — А еще Солнце. Не думаю, что это важно, но... — женщина резко вскочила и приложила палец к губам Гриффин, мешая ей договорить. — Все в этой жизни имеет значение. Даже тот паук, который ползет сейчас по твоему плечу, — блондинка аж взвизгнула, подпрыгивая в кресле. Она начала стряхивать невидимое насекомое, а бабуля заливаться смехом. — Я утрирую. Есть одно объяснение этому феномену. Вопрос в другом, готова ли ты услышать его толкование? — на полном серьезе спросила женщина, доставая из тумбочки какое-то зеркало. — Я готова! Хочу знать, что происходит. Это порча какая-то? — нервно заелозила в кресле голубоглазая, молясь, чтобы все обошлось. — Деточка, это не порча, — старушка протянула Кларк зеркало, взяла ее лицо в руки и попросила закрыть глаза. — Это дар! — воодушевленно протянула женщина, немного завидуя молодой девушке. Она начала что-то проговаривать, пока Кларк сидела и пыталась не уснуть. Это продолжалось очень долго — она ничего не чувствовала, а женщина все яростнее и напористее произносила какие-то странные слова. — Меня похоже не берут эти фокусы. Есть что посерьезнее? — устало протянула блондинка, мечтая поскорее уйти из пыльного помещения. — Все ясно! — воскликнула женщина. Гриффин приподняла брови, ожидая объяснения. — Все просто. Ты даже не поддаешься моему гипнозу! Я с его помощью твою подружку могу усыпить за четыре секунды. Ты особенная, Кларк! Ваша связь с той девушкой — не просто забавы ради. Вы — что-то похожее на родственные души. Ты влюблена в нее, а она еще не понимает, что влюблена в тебя. Вы те девушки, которые будут любить друг друга всю свою сознательную жизнь. Солнце! Разве ты не замечаешь? Сейчас на улице облачно, но будь ты рядом с той девушкой... Понимаешь, о чем я? — Кажется, да. Так и что мне делать? Сказать все ей? — Гриффин до сих пор не могла поверить, что из семи миллиардов людей на планете именно она влюбилась именно в Лексу и это должно было быть взаимно взаимно. — Ни в коем случае! Она должна принять свою любовь к тебе. Вот ты приняла, ты можешь знать. Не говори ничего и никому, пока не почувствуешь, что пора, — тихо бормотала женщина. — А как я пойму? — недоумевающе спросила блондинка, поднимаясь с кресла вслед за старухой. — Поймешь! Не знаю, когда. Ты почувствуешь, что пришло время. Но не ошибись, иначе потеряешь ее, — женщина с легкостью отворила огромную дверь, пропуская Гриффин вперед. На лавочке сидела Инэс, которая при виде женщин мгновенно оживилась. Она вмиг подскочила к ним, пытаясь хоть что-то разузнать. — Сколько мы вам должны? — нервно спросила Кларк, пребывая в неком шоке после такого количества информации. — Никакой оплаты! Для меня было честью встретиться с тобой! Пожелаю только одно: встретиться с вами двумя, когда все случится. Если я, конечно же, доживу до этого времени, — женщина выпроводила девушек из своего дома, закрывая еще одну огромную дверь за ними. — Ну и как все прошло? — не унималась Монтеро, всю дорогу донимая Гриффин этим дурацким вопросом. — Я же уже сказала, что не могу ответить тебе на него. Давай лучше поедим где-нибудь и разбежимся? Я ужасно вымотана и хочу спать, — решила блондинка, мечтая оказаться в объятьях любимой фигуристки. — Так и сказала бы, что просто хочешь насладиться своей шатеночкой, — вторя мыслям Кларк, произнесла брюнетка. Голубоглазая оскорбилась до глубины души. — Во-первых, она не моя, Инэс! Во-вторых, я ее терпеть не могу, и ты это прекрасно знаешь, — загибала пальцы Гриффин, пытаясь придумать третий пункт. — Да кого ты обманываешь? Человека, который видит твои слюни, когда Лекса проходит рядом? Или как блестят твои глаза при разговоре с ней? Я, конечно, испанской национальности, но это не значит, что я тупее некоторых. Я вижу, что ты бегаешь за ней, как щеночек за хозяйкой! — выпалила Монтеро все то, что старалась скрывать все эти дни. Она и сама не понимала, в какой момент начала замечать странное поведение подруги. — Я не бегаю за ней, как щенок! Это не твоего ума дело. Вот когда все разрешится, тогда и узнаешь правду, а пока давай сменим тему, иначе я припомню уже твои щенячьи глазки, когда ты смотришь на Гарнер, только на младшую. Скажешь, не было такого? — ухмыльнулась блондинка, выстраивая защиту перед собой. Она знала, как обороняться от назойливых вопросов подруги. — Не понимаю, о чем ты говоришь! — совершенно уверенно заявила Инэс, трусливо отводя взгляд в сторону. — Конечно, — подтвердила Гриффин, предпочитая на время замять тему с сестрами Гарнер. На деле Кларк прекрасно знала, что Монтеро была готова вгрызться в глотку любому, кто посмел бы обидеть Лиан, и этим голубоглазая хотела воспользоваться, играя на чувствах брюнетки. Вот только возможность потерять подругу и доверие со стороны младшей сестры Лексы ее не тешила, поэтому она сдерживала самые гнусные желания, оставляя этот разговор на потом. Девушки шли по узким улочкам Мюнхена, каждая погруженная в свои мысли. Кларк рассуждала, любит ли она Лексу или это все просто ее прихоть выдавать желаемое за действительное. Она так и не поняла слова той женщины, заявившей, что Гриффин сама почувствует, когда нужно рассказать обо всем Гарнер, которая даже не подозревала, что блондинка уже куда-то ходила и выясняла, какие отношения между ними. Гарнер медленно просыпалась, потягиваясь в пустой кровати и не сразу осознавая пустоту рядом. Она свободно положила руку сбоку, где обычно спала Гриффин и обнаружила пустое место. Сон сразу же прошел стороной, заставляя Лексу нервничать. Блондинка так и не вернулась после утренней встречи с подругой. Шатенка судорожно протирала глаза, сидя в кровати. Нужно было что-то делать, чтобы найти Гриффин. Только зеленоглазая не знала, хотела ли блондинка, чтобы ее нашли. Лекса медленно встала с кровати, взбодренная отсутствием «подружки», на ходу поправляя задравшуюся футболку и шорты. Уже в ванной она смотрела на свое отражение в зеркале и задумалась, каково это — быть Кларк. Нужно быть обаятельной, обходительной и вообще терпеть все выходки отца. Поежившись от подобных мыслей, Гарнер передернула плечами, отгоняя от себя мысли о пропавшей блондинке. Шатенка подозревала, где могла быть Гриффин: после встречи с Инэс она отправилась к очередному парню или и того хуже — девушке. В голову навязчиво лезла мысль о Кларк и какой-нибудь смазливой брюнетке, с которой девушка наверняка хорошо проводила время. Необоснованная ревность заставляла Лексу ругаться на себя каждый раз, когда она допускала мысль о том, что у Кларк кто-то есть. Конечно, Гриффин тоже человек, у нее тоже есть потребность в любви и ласке, которую, кстати, могла ей дать и Лекса. Зеленоглазая каждый раз акцентировала внимание на том, как бы она поступила в той или иной ситуации, находясь в непосредственной близости с девушкой. В какой-то момент Лекса даже начала репетировать диалог в ванной, который, по ее мнению, обязательно состоится после того, как Гриффин появится в номере. Если вообще появится. Идеи как-то преобразиться и сделать что-то приятное Кларк лезли со всех сторон. Даже взгляд, случайно обращенный на ванну, подкидывал мысль о том, как здорово было бы сделать свидание с лепестками роз и свечами в теплой ванне. Но все это могло случиться только в какой-нибудь параллельной Вселенной, где не было предрассудков и запретов. Принимать душ мешал образ блондинки. Да даже руки были будто не Лексы, а Кларк. Вот только каждый раз, открывая глаза, Гарнер чувствовала огорчение, что это всего лишь ее воображение. Девушке послышалось, как скрипнула входная дверь. Хотя могло и не послышаться, потому что Гриффин наверняка забрала ключ с собой, куда бы она не пошла. Тихий стук в дверь подтвердил домыслы шатенки, поэтому дальше водные процедуры проходили куда быстрее. Лекса радовалась, что Кларк ее хотя бы не бросила. Большего для счастья ей было и не нужно...***
Осознание, что это был последний совместный завтрак в гостинице, настигло Кларк, когда она мерно размешивала чай. Аппетита совершенно не было, да и Лекса какая-то отстраненная. Гарнер сидела, уткнувшись в свою тарелку. Утром она бросила блондинке холодное «доброе утро», обходя ее стороной, чтобы ненароком не коснуться. Гриффин, хоть и немного, задело подобное поведение, но на то явно были причины. Лекса никогда не позволила бы себе опрометчивых поступков, которые шли вразрез с логикой. Блондинка подняла уставший взгляд на сестру Лексы, которая сидела за соседним столом вместе с Наоми. Девушки о чем-то весело щебетали, то и дело невзначай дотрагиваясь друг до друга. И если фигуристкам казалось это неброским, то Гриффин буквально видела, как они ели друг друга глазами. Только от осмысления, сколько лет Лиан, Кларк бросило в жар. И она, как подобает мамочке, встала из-за стола, сопровождаемая недоумевающим взглядом шатенки, и направилась к Гарнер и Флэт. — Лиан, я не думаю, что твоей сестре понравится, чем вы тут промышляете... — начала издалека голубоглазая, присаживаясь рядом с девушками. — Мы просто подруги, — ответила шатенка, явно оскорбленная такими домыслами. — Я поверю тебе. Что касается тебя, — Кларк перевела взгляд на брюнетку. — Держись-ка ты подальше, иначе вон та суровая девушка надерет твой молодой зад! — Гриффин злобно посмотрела на Наоми, прожигая в ней дыру. Она просто хотела сбежать от внимания девушек. — Кстати, Кларк, — решила перевести тему Лиан, судорожно придумывая, чем отвлечь разбушевавшуюся душу блондинки. — Помнишь я говорила про терапию? — Помню, — неуверенно ответила Кларк, буквально на секунду возвращая взгляд на Лексу, которая очень внимательно следила за их разговором, наверняка пытаясь разобрать по губам, о чем они говорили. Гриффин улыбнулась ей, но затем быстро вернула взгляд на Лиан. — Эта терапия касается Лексы. В общем, мне кажется, она совсем не гетеро. Это я и хочу выяснить путем наглядного примера, — Гарнер рукой указала на блондинку, от чего та сразу же опешила. — А причем тут, собственно, я? — удивленно переспросила голубоглазая. — Я хочу увидеть реакцию Лексы на обнаженное женское тело... — выпалила Лиан, заставляя Кларк широко раскрыть глаза. — И ты предлагаешь заниматься этим мне? — с отвращением переспросила Гриффин, не понимая сути такой процедуры. — В общем, сегодня вечером у вас в номере. Я принесу выпить, чтобы тебе было повеселее. Надень что-нибудь роскошное и соблазнительное, — Лиан с Наоми встали и ушли, оставляя блондинку наедине с подобной идеей.***
Гриффин долго не могла понять, почему Лекса все знала, но не говорила о своеобразной терапии ей. Ведь Кларк попросту могла не согласиться на такое, прекращая споры об ориентации Гарнер-старшей. И все-таки странное желание побыстрее подвести шатенку к тому, что она и Кларк были влюблены друг в друга, завладевало блондинкой, мешая трезво думать о предстоящем вечере. Наверняка это была их последняя совместная ночь, которую Гриффин не хотела бы забыть. Зеленоглазая же весь день ходила по небольшому отелю хмурая, пытаясь понять, что такого говорила Лиан. Она видела, как глаза блондинки загорелись, глядя то на Лексу, то на Лиан. Конечно, шатенка могла предположить, что разговор шел о ней, так как больше совместных тем у младшей Гарнер и Кларк не было, и хотелось думать, что у сестры хватило мозгов не говорить Гриффин про «терапию». Однако, когда Лекса вошла в номер и увидела Кларк, она сразу же поняла, что сестра у нее все-таки глупая. — Что ты тут делаешь? — огорченно спросила Лекса, сама не понимая, что с ней творится. Хотелось просто обнять Кларк за плечи и долго плакать, пока щеки не начало бы жечь от соленых слез. — Живу. По мне не видно? — Гриффин повернулась лицом к шатенке, выражая все сочувствие, которое только могла. Странное напряжение было между ними: Гриффин хотела сказать девушке так много, но она старательно скрывала это все за искренними улыбочками или неловкими подмигиваниями. Голубоглазая хотела прямо сейчас подойти к соседке, взять за руку и поцеловать теплую ладонь. — Почему ты в таком виде? — удивленно спросила Гарнер, впервые за долгое время обращая внимание не на глаза или лицо Кларк, а на одежду. Точнее ее отсутствие. — Нравится? — переспросила Гриффин, крутясь перед зеркалом. Она специально достала свой самый обворожительный комплект нижнего белья. Как она считала: на всякий пожарный. И вот утром Лиан объявила о готовности к пожару. — Могло быть и лучше, — сквозь зубы процедила Лекса, моментально скрываясь за дверью ванной. Она не хотела думать, как Кларк выглядела в этом белье, она не хотела думать, по какой причине Гриффин вдруг так расщедрилась. Она не хотела думать о том взгляде Кларк. И уж тем более не хотела думать о реакции своего тела на это... — Слушай, Лекса. Ты собралась там до утра сидеть? Не бойся, я уже одета, ты можешь выйти. К тому же я настоятельно это рекомендую, потому что мне нужно в туалет. И сейчас придет твоя сестра! Разве ты не хочешь встретить ее в шикарном костюме? — У меня нет настроения, Кларк! — агрессивно ответила Гарнер, чувствуя, как небольшая улыбочка Кларк пропала. На душе стало невыносимо гадко, что из-за своих желаний она отталкивала такую девушку. Ведь, честно говоря, Гарнер уважала ее умение находить во всем позитив. — Хорошо. Просто я думала, что мы с тобой поладили и могли бы отметить наш последний совместный день. Лекса, ты же не знаешь, как все сложится на Чемпионате. Может, кто-то из нас двоих уедет сразу после короткой программы? — было похоже, что Гриффин успокаивала себя, мечтая поскорее увидеть шатенку, которая уже битый час сидела в холодной ванной. —Лекса, я хочу провести этот вечер с тобой! Я боюсь, что мы больше никогда в жизни не встретимся... Гарнер изо всех сил сжимала челюсть и глаза, чтобы ни одна слезинка не скатилась. Почему вдруг она стала такой сентиментальной, что ее растрогала речь какой-то девушки, с которой они постоянно ругались? — Ладно, я выйду. Мы отметим последний совместный день, но переходить границы не будем. Хорошо, Кларк? — Хорошо, Лекса...
