С днём рождения меня!

— Паршивец, — негодующе воскликнул мужчина с пепельными волосами, — и не сидится этому Мугиваре на месте. — Капитан, — Ташиги, которая пролистывала отчёты, в поисках того самого нужного и необходимого, подняла на начальника глаза, — что-то случилось? — Этот негодник вновь наделал шуму, — Смокер кинул газету девушке, — вновь наделал шуму и сбежал. Мечница улыбнулась, поднимая газету с пола, так как поймать её она не смогла. С одной стороны она радовалась тому, что её капитан проявляет такой большой интерес к Соломенной Шляпе, но с другой стороны... покинуть город, чтобы догнать пирата. Это так не походило на него. — Интересно, мы сможем когда-нибудь вновь встретить его? — спросила сама у себя брюнетка, даже не замечая, что произнесла это вслух. Хотя все её мысли явно были не о Ди Монки. — Ну как же, сейчас он ворвётся в каюту и крикнет «Привет», — усмехнулся дозорный, — нам вновь придётся менять курс, чтобы найти... Договорить ему не дала внезапно открывшаяся дверь, громко стукнувшаяся о стену. — Привет, — радостно воскликнул темноволосый парнишка, поднимая руку в знак приветствия. У Смокера изо рта выпали обе сигары. Не, ну как говорится «Помянешь чёрта...» — Мугивара, — воскликнула брюнетка, первой выходя из шока и потянувшись к мечам, которых не обнаружилось на нужном месте. Луффи кивнул и прошествовал к столу. Остановившись напротив мужчины так, чтобы их разделял кусок дерева, парень смотрел дозорному прямо в глаза. Повисла минута молчания. У пепельноволосого было много вопросов, у Ди Монки мало ответов, но оба заговорили одновременно: — Какого чёрта ты тут делаешь? — Ты мне сейчас нужен! Вновь повисла тишина. Наблюдавшая за всем этим девушка хотела рассмеяться, но она не могла выдавить из себя и элементарной улыбки. Мугивара залез на стол с ногами, скидывая со стола стопки бумаг и какие-то важные документы, но пирата это явно не волновало. Протянув руку, он запечатлел хороший и довольно таки болезненный щелбан у дозорного на лбу. — Догони меня, — весело воскликнул молодой капитан, соскакивая со стола и выбегая из каюты, служившей кабинетом. Смокер сидел молча, смотря перед собой и словно не дыша. Ташиги даже испугалась, не случилось ли чего с мужчиной. Но второй шок прошёл и, Смокер, взревев, отшвырнул стол в сторону и выбежал вслед за брюнетом. Нет, этому поганцу такая выходка явно не сойдёт с рук! На его корабле, как оказалось, все дозорные были вырублены. Вот и нашлось объяснение тому, почему никто не поднял шум, хотя большая часть из солдат была всё ещё в городе. Их отплытие должно было состояться через два часа. — А я тут, — услышал он знакомый голос. Повернувшись, он увидел за собой Мугивару, так хитро и весело улыбавшегося. Мужчина хотел схватить пирата, но тот, ловко отскочив, побежал от Смокера. Игра в догонялки длилась около десяти минут, пока оба не покинули корабль и не оказались в каком-то скрытом деревьями месте. Пепельноволосый не замечал эту поляну при осмотре города и прилегавшим к ним местам, да и никто из подчиненных не докладывал ни о чём подобном. Луффи стоял к нему спиной, медленным и словно неуверенным движением снимая с головы свою соломенную шляпу и вешая её на выступающий сук ближайшего дерева. — Мугивара, — на удивление спокойно произнёс дозорный, доставая одну, а затем вторую сигары, после чего отправляя обе в рот, закуривая, — теперь ты никуда не убежишь. — Да я и не собираюсь, — как всегда честно ответил Луффи. — И как это всё понимать? — мужчина не спешил подходить, рассматривая пирата со спины. — Просто, — Монки обернулся, в его глазах блестел какой-то непонятный огонёк счастья, да и словно во взгляде присутствовало что-то другое, несвойственное брюнету, — сегодня особенный день... — Особенный день? — переспросил пепельноволосый. — Мой день, — губы молодого капитана дрогнули в слабой улыбке, какой-то необычной, не из тех идиотских, что он вечно натягивает на своё лицо. И это... было каким-то другим... Чувство, которое сейчас переполняло дозорного. — Твой? — так и не смог ничего понять фруктовик. — Ага, — Монки вновь улыбнулся привычной улыбкой и устремился на пепельноволосого, валя того с ног и нависая сверху, он громко и радостно проорал. — С днём рождения меня! Дозорный даже не поморщился от боли, настолько его удивили слова Соломенной Шляпы. День рождения... Как-то неожиданно, по-детски да и глупо... — Ну, так вот, я узнал, что на острове, на котором мы остановились, есть дозорные, — начал говорить Луффи, поудобнее усевшись на Смокере и смотря куда-то в голубое небо, — вот мне и захотелось развлечься, но я даже не думал, что здесь... Мугивара замолчал, погружаясь в собственные мысли. Белый Охотник сам не заметил, что внимательно рассматривает лицо своего врага, пытаясь запомнить каждую черту. — А да, — словно опомнившись, брюнет посмотрел на пепельноволосого, — я хочу свой подарок! Требовательный голос Луффи выбил все разумные мысли из головы. Глупее казалось и не бывало – пират требует у дозорного подарок! — И я его получу! — воскликнул Монки, не давая дозорному и слова сказать. Резко наклонившись вниз, он быстро и мимолётно поцеловал мужчину в губы. Ну, тут уже Смокер не вытерпел. К нему вернулись ярость и раздражённость. Каков поганец! Резко перевернувшись, пепельноволосый оказался сверху, подминая под себя одного из самых разыскиваемых пиратов. — Какого чёрта? — зарычал он. — Ты совсем рехнулся, Мугивара? — Ну... — Луффи смущённо отвёл взгляд, что было ему несвойственно, — Эйс... Всегда дарит мне такой подарок, но я... Не умею как он. Дозорный оцепенел. Огненный кулак? Что же он ещё вытворял с Соломенной Шляпой? Почему-то внутри взбунтовались все чувства! Злость, гнев, негодование! Одна мысль о том, что этого паршивца кто-то целовал, а может дело зашло куда дальше, бросало его в дрожь. Смокер наклонился, целуя податливые губы пирата. Ди замер, Белый Охотник чувствовал, как напряглось тело пирата. Усмехнувшись сквозь поцелуй, дозорный приоткрыл рот Мугивары, проникая в его рот языком и начиная его исследовать. Соломенная Шляпа впился ногтями в мягкую землю, погружая свои пальцы в рыхлую почву. Пепельноволосый удивился тому, что брюнет не отвечает, что очень сильно взбесило его. Резко отстранившись, он посмотрел на пирата. Луффи тяжело дышал, зажмурившись. Пара нервных вдохов и он открывает глаза, с удивлением и непониманием смотря на мужчину. — Ещё... — тихий голос Монки заставил Смокера вздрогнуть всем телом, — хочу ещё... — Ты хоть целоваться умеешь? — спросил дозорный. — Конечно, — немного обиженно произнёс пират, но его голос до сих пор был тих, — только что я тебя целовал! Дозорный чуть не рассмеялся, но почему-то не хотелось ранить чувства неопытного парня. — Ну хорошо, — мужчина спорить не стал, — раз ты это умеешь, то я подарю тебе что-то другое. — Правда? — весело воскликнул Соломенная Шляпа. — Уже хочу-хочу-хочу! Смокер не ответил, лишь скользнул языком по тёплой и мягкой коже Луффи, заставляя того запрокинуть голову назад и тяжело задышать. Он приспустил шорты Мугивары, дотрагиваясь до вялого члена и с удовольствием услышал в ответ жалобный всхлип. Как многого ещё не успел познать Луффи? В его возрасте уже давно пора. Сжав в руках член Ди, дозорный ощущал, как тот начинает увеличиваться в его руках. Мугивара тихо простонал, выгибаясь сильнее и глубже погружая пальцы в землю. Сейчас его переполняли новые и неведомые ранее чувства. — Что это? — тихим, хриплым и нервным голосом спросил брюнет. — Наслаждайся, — усмехнулся Белый Охотник, спуская шорты пирата так, что его восставший пенис, наконец, мог встать во всю длину и его ничего не стесняло. Луффи полувскрикнул, когда Смокер сжав в руках член Соломенной шляпы, начал двигать рукой вверх-вниз. — Прекрати, — воскликнул Ди, впиваясь пальцами в плечи пепельноволосого, марая светлую ткань. — Тебе не нравится? — с удивлением спросил дозорный. — Не в этом дело, — Луффи отвёл взгляд, — всё это как-то странно... Мужчина хмыкнул. Его сейчас уже как-то не волновало – что правильно, а что нет... Расстегнув ширинку, он вытащил свой член. Не обязательно снимать брюки ради какого-то пирата. — Не надо, — Соломенная Шляпа не отрываясь, смотрел на восставший орган, — дальше будет больно, я знаю... Белый Охотник немного удивился. Значит, Мугивара не был так невинен, как казалось на первый взгляд... — Не волнуйся, — Смокер приподнял бёдра брюнета, — я не так сильно. Луффи лишь вскрикнул и выгнулся сильнее, насколько позволяло ему его неловкое положение. Смокер толкнул пальцы в рот Луффи, хоть немного смочив их в слюне, а затем вошёл в его маленькое тугое колечко, растягивая. Ди был резиновый, что облегчало процесс. На подготовку не ушло много времени и Смокер одним быстрым движением проник в тело пирата. Дозорный двигался быстро, стремительно, но как и говорил, не причинял особой боли, хотя хотелось сильнее вдалбливаться в Ди, чтобы слышать шипение и даже, возможно, проклятия. — Раз у тебя день рождения, — тяжело дыша, произнёс Белый Охотник, делая последние толчки и высовывая член, прежде чем излиться на тело пирата, — я не кончу в тебя. Монки задницей чувствует что-то скользкое и липкое. Тяжело дыша, он смотрит в небо, такое яркое, что режет глаза. Мугивара удивляется тому, что ему понравилось. Впервые, это было как-то по-другому. — О моём дне рождении, — тяжело дыша, пират находит в себе силы, чтобы говорить, — знают только двое... Эйс и ты... — В следующий раз, — Смокер быстро целует его в губы, словно этим самым делая своим и ничьим другим, — свой день рождения приходи справлять ко мне. — Ага, — неуверенно произносит Луффи, провожая дозорного взглядом. Белый Охотник уходит, даже не оглянувшись, хотя так хочется напоследок скользнуть взглядом по Мугиваре, очень хочется. Когда пепельноволосый скрывается с поля зрения пирата, Монки смотрит в небо, глупо улыбаясь. Сердце в груди бьётся сильно и отчаянно. Он так счастлив. — С Днём Рождения, — громко произносит он, а затем тихо и неуверенно добавляет, — Меня... Закрывая глаза, будущий король пиратов собирается заснуть, прямо так, даже не натянув шорты. Сейчас ему хотелось видеть яркие и счастливые сны...